А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 



На Квирине нет профессиональных писателей (так же, как и скульпторов, художников, режиссеров, актеров и представителей других родов искусств).
Искусство - бескорыстная и бесполезная вещь, а на Квирине практически каждый человек что-нибудь да творит. Этому учат еще в школе, с раннего детства. Творить виртуальные картины или фильмы, книги, стихи, музыку или, в конце концов, вырезать по дереву - это все равно, но испытать радость творчества дано каждому человеку, и зачем же отказываться от этой радости?
Проблема лишь в том, как донести плоды своего труда до людей. На Ярне, как еще помнилось Ильгет, проблема эта решалась простым, рыночным путем. За издание, например, книг, платили деньги, и профессионалом мог стать тот, чьи книги хорошо раскупались читателями. Причем с хорошим качеством книги это совсем не обязательно совпадало.
Были миры, например, Цергина, где господствовали элитарные представления об искусстве, поэтому отбор книг для широкого распространения совершала Литературная Коллегия. Там мог стать профессионалом и зарабатывать литературой на жизнь тот, чьи произведения достигли определенного художественного уровня - но вот беда, это далеко не всегда совпадало с популярностью и мнением потребителей, поэтому на Цергине существовали две литературы: одна высокохудожественная и элитарная, "профессиональная", которую никто не читал, кроме таких же профессионалов - и другая, популярная, презираемая элитой, но ценимая простым народом.
На Квирине отбор книг для широкого распространения осуществляла в основном СИ. Дабы книги эти будили в читателях желание жить, творить добро, любить Квирин и трудиться. И существовали какие-то стипендии СИ, для творцов, которые писали много, плодотворно и в нужном идеологическом русле. Но кроме этого, был еще и Рейтинг. Который создавался уже исключительно читателями. То есть количество проголосовавших за тот или иной роман (стих или рассказ) определяло место в Рейтинге. Попасть в сотню считалось весьма почетным, во вторую десятку - великолепно. А пятеро победителей ежегодно получали денежный приз, достаточный для того, чтобы несколько лет не задумываться о какой-либо работе и только писать.
Для Ильгет эта победа явилась совершенной неожиданностью. Ее предыдущая вещь - про иньи - попала в сотню, но мало ли кто попадает в сотню…
О том, чтобы теперь бросить все и только писать, даже и речи быть не могло. ДС все-таки это не обычная работа. Но зато очень приличная премия позволяла сделать кое-что другое. Семье давно пора было менять квартиру, площадь старой была маловата, хоть ее и разделили на восемь комнат. И вот теперь на эти деньги можно было позволить себе сразу купить большой и хороший дом. Даже в самой Коринте - где-нибудь в лесах домик поставить было бы очень дешево, но кому же хочется уезжать из города. Вот когда будет создана телепортация, с этим станет проще.
Как только Арнис вышел из больницы, они вместе усиленно принялись за поиски участка и проектирование дома. Впрочем, Арнис занимался этим больше - у него это просто лучше получалось.
А еще Ильгет встретилась с Айледой, вернувшейся из каких-то таинственных странствий, и несколько раз они потренировались с иоллой. Ильгет избегала говорить об этом с Арнисом, потому что чувствовала - ему это не нравится. Но разумеется, он ничего не говорил и ничего не имел против.

Кэс Кин, педагог вступительного класса, был цергинцем. С типичным разлетом черных бровей и глубоко горящими глазами чуть косого разреза. С Ильгет он в последнее время общался почтительно - все-таки знаменитость теперь, победительница Рейтинга.
— Я уверен, что к осени ваша дочь сможет посещать занятия самостоятельно.
Двухлетняя Дара неподалеку от них с увлечением гоняла на трехмерном экране зеленого зайца, постигая заодно общение с техникой и сложные пространственные задачи. Ильгет кивнула.
— Она не очень самостоятельная у нас… Вот Арли…
— Да, Аурелина мало ощущала потребность в близком человеке, - согласился Кэс, - Дара более привязана к родителям и бабушке. Простите…
Он быстрым шагом покинул Ильгет и направился к двум малышам за соседним столиком, которые собирали из кусочков вариопласта зверюшек - при правильной сборке зверюшка оживала. Один из детей, видимо, устав от работы, сменил вид деятельности - начал отбирать вариопласт у соседа, который уже готовился громко зареветь. Кэс быстренько увел забияку в "шумный зал", где дети, уставшие от кропотливых занятий, скакали на пружинящих участках пола, лазали и качались на сложной системе канатов и гамаков. Ильгет подошла к Даре. Девочка была так увлечена игрой, что маму совершенно не замечала. Конечно, надо бы ее уже идти, надо забирать старших. Но жалко отрывать ребенка от дела. Ильгет с любопытством наблюдала за окружающими. Здесь было около двадцати малышей, и еще сколько-то в "шумном зале", большая часть из них - с родителями. Во вступительный класс брали детей, которые начали говорить - в полтора года, два, два с половиной. И дети посещали этот класс до момента "первого узла социализации", который определялся какими-то там методиками. Арли вот всего месяц назад перевели в первую ступень, в возрасте трех с половиной лет. Кто-то переходил туда в четыре года, кто-то раньше. Здесь, во вступительном классе, дети свободно развивались, согласно собственным желаниям и склонностям. Никаких особых требований к знаниям ребенка не предъявлялось. Сначала малыш проводил в классе два часа в день, постепенно переходя к четырем и даже шести часам. Родители ходили с ним до тех пор, пока в этом ощущалась потребность. Дара вот до сих пор не желала оставаться в одиночестве среди чужих людей.
Дети переходили от одного столика к другому, свободно выбирая себе занятие. Ильгет подумала, что должно быть скучно для педагога несколько часов дежурить здесь, поддерживая порядок, восстанавливая "развивающие игры" в первоначальном виде, ненавязчиво помогая детям. Ей-то здесь нравится. Но это - не вся ее жизнь. А как можно жить только вот этим? Хотя обычно эти педагоги еще и ведут старших детей, что уже интереснее. И потом, видимо, это призвание.
А что делать? Это уже никак не могут выполнить машины. Для выращивания ребенка необходимы человеческие руки и разум. Создание искусственного интеллекта на Квирине запрещено (как и вообще в Федерации - а больше ни у кого в Галактике таких возможностей нет). Это было бы теоретически возможно уже восемьсот лет назад, но последствия были бы слишком тяжелыми. Поэтому для машинного интеллекта всегда ставятся определенные барьеры.
Ильгет в который раз наблюдала за детьми в этом зале, и снова удивлялась разнообразию их занятий. Два ребенка в трусиках занимались переливанием подкрашенной разноцветной воды в разнообразных сосудах, немало, конечно, проливая на себя и на пол. Многие лепили из мягкого вариопласта. Собирали несложные конструкции. Складывали кубики разных форм и цветов. Изучали большие пластиковые книжки с картинками. С помощью маленьких циллосов знакомились с цифрами и буквами, выполняли простенькие задания. Нанизывали бусы и пропихивали мячики сквозь отверстия разного размера. Перебирали зерна, рвали бумагу или ткань на мелкие клочки (и клеили цветные клочки на большой белый лист).
— Дара, - сказала она, улучив момент, - пойдем, детка, хочешь к Арли?
— Хочу к Арли, - сказала Дара и вскочила, забыв о циллосе.
— Надо выключить игру, - напомнила Ильгет. Потом взяла малышку за руку и пошла с ней к выходу. Кэс был занят, Ильгет не стала его отвлекать. На входе отметила, что забирает Дару. Вышла в коридор, ощущая в своей руке невыразимо трогательные пухлые пальчики.
Дара и вообще была ангелочком. Тихая, привязчивая девочка. Арли вот росла разбойницей и все больше дружила с Лайной, такой же шустрой и бойкой. Дара - матовая нежная кожа, длинные загнутые ресницы вокруг огромных глаз, белая пушистая головка. Она даже плакала тихо, не орала, как все младенцы.

Они вышли из здания вступительного класса и оказались в школьном саду. По желтоватой прямой аллее двинулись к Первой Ступени, откуда следовало забрать Арли.
Это, собственно, не так уж обязательно. Детей из Первой ступени доставляли домой на аэробусе. Но раз уж Ильгет все равно здесь…
Лайна и Андо оставались в школе дольше, до самого вечера. Это Арли только начала посещать Первую ступень, и адаптация шла постепенно. Пока еще ее надо было забирать после основных занятий.
Дара болтала без умолку, что-то про зайца, про вкусное молоко, которое она хочет дома, про бабушку и прогулку на море. Ильгет слушала, отвечала что-то и, как всегда, наблюдала за окружающим, почти растворяясь в нем. В саду возились несколько мальчишек, собирали ягоды. Две девочки лет восьми проскакали мимо по аллее на небольших светломастных лошадках, приветливо помахав рукой Ильгет. В ветвях безудержно пели птицы. На небольшой поляне группа детей с учителем занималась рэстаном, Ильгет не сдержала улыбки, глядя на них.
Наконец они дошли до зданий первой ступени, разбросанных в парке. Подошли к белому домику в виде башни, торчащей из спирально закрученного широкого виадука. Дверь распахнулась перед ними, и мама с дочкой вступили в широкий холл.
Это было здание катервы "Ветер", в которой учились Андо, Лайна и Арли.
Занятия в первой ступени уже резко отличались от вступительной. Здесь учились дети от трех-четырех до одиннадцати-двенадцати лет.
Впрочем, все возрастные нормы для Квирина - не догма. Все индивидуально. Один ребенок переходит к подростковому возрасту - "третьему узлу социализации" - в 10 лет, а другой в 13. Как только это происходит, и жизнь в катерве становится для него малоинтересной, его тянет к настоящей, взрослой жизни - так и заканчивается Первая ступень.
Первую половину дня дети здесь по-настоящему учились. Хотя, конечно, трехлетки и десятилетние дети учились совершенно по-разному.
Например, из медицинских соображений мнемоизлучатель можно было использовать лишь примерно с восьмилетнего возраста, и то - ограниченно. Правда, детей сразу обучали пользоваться меморикой - методом быстрого и надежного запоминания, похожим по механизму на метод психоблокады (и собственно, так же разработанным древними эдолийскими хавенами).
Большая часть занятий была индивидуальной под руководством учителя, или в небольших группах. Для каждого ребенка составлялось собственное расписание. Учились дети, собственно, всему. Но поначалу в блоках - блок точных наук, блок наук о природе, блок языка и культуры и блок искусства. И блок практических навыков. И спорт, конечно, ежедневный. С возрастом росла дифференциация предметов и специализация ребенка в некоторых видах. Например, Арли пока еще изучала просто математику, просто природоведение, в музыке - ритмы, простейшие инструменты вроде ударных и разных флейт и клавиш, ноты, основные понятия. В спорте - общефизическое развитие. А вот у шестилетнего Андо уже никаких блоков не было. Вместо, к примеру, естественного блока, он изучал биологию, планетографию, химию. В музыке уже больше года занимался выбранным инструментом - синтаром, а в спорте избрал рэстан (правда, специализация в спорте была возможна не любая - рэстан, другой вид единоборства, гимнастика или многоборье).
К полудню или несколько позже индивидуальные занятия заканчивались.
Начиналась жизнь катервы - маленького отряда, состоящего из трех десятков детей всех возрастов.
Правда, особенно интровертные дети, нуждающиеся в одиночестве, участвовали в жизни отряда лишь частично, им разрешали меньше бывать в школе. Но все старшие дети Ильгет явственно предпочитали быть там.
Вот с Дарой может быть и иначе, думала Ильгет. Дара -замкнутый тихий созерцатель. Этот ребенок был ей ближе, чем другие. Ильгет часто думала, что Дара очень напоминает ее саму в детстве, да и мама говорила то же самое.

Еще Ильгет часто жалела о том, что в ее детстве не было вот такой катервы.
Были игры с девочками во дворе, была школа. Иногда в школе устраивали какие-нибудь мероприятия. Походы.
В катерве все было не так.
Во-первых, у каждой катервы были постоянные обязанности. Например, ухаживать за школьным садом. Или за конюшней. "Звездный ветер" вместе с еще одной катервой в качестве обязанности занимался школьным транспортом - аэробусами, флаерами. Содержание в порядке стоянки, наблюдение за ремонтными киберами, своевременная замена оборудования и самих транспортных средств - заказ их на заводе. Естественно, старшие дети процессом руководили и обучали тому же младших себе на смену. Кто-то ежедневно дежурил в ремонтном отделении, наблюдая за киберами. Кто-то следил за системами очистки. Самые маленькие, вроде Арли, помогали старшим и учились работать самостоятельно. Так как всего этим занималось 60 детей, в целом, обязанность была необременительной.
Во-вторых, катервы занимались, например, подготовкой к праздникам, конкурсам и другим, как школьным, так и городским мероприятиям. Ставили спектакли, готовили разные выставки.
В-третьих и главных, в катерве дети занимались Играми. Эти Игры были одной из главных форм обучения в школе. То есть занятия - занятиями, а Игры - это была имитация Настоящей Жизни, очень полезная во многих отношениях.
За год в школе проводилось 4-6 Игр. На разные темы.
Одна Игра, например, заключалась в том, что дети проектировали и своими руками строили парусники (ну не своими, конечно, не совсем - все-таки с помощью киберов). Проектировали морскую эдолийскую форму. Изучали эдолийский древний язык, обычаи. Распределяли роли. И на парусниках, играя в древних мореходов, плыли через океан к соседнему материку - Маттису.
Другая была посвящена работе микробиологической лаборатории на какой-нибудь далекой планете. Дети должны были научиться обращаться с приборами и культурами, самостоятельно создать сыворотку от какой-нибудь внезапно возникшей новой болезни.
Третья Игра проводилась в Космосе, например, на одной из орбитальных станций Первого Кольца. Настоящие ландеры, конечно, водить детям не давали, но вот на симуляторах они там отыгрывались вовсю.
И так далее. Игры по культуре разных миров. Игры по лучшим литературным произведениям и фильмам. Игры в войну (всегда с восторгом принимались детьми, однако очень редко разрешались педагогами). Научные конференции по разным вопросам.

Ильгет ощутила толчок в запястье. Остановилась. Дара тоже остановилась и посмотрела на нее. Ильгет тронула браслет серва.
В воздухе возникла голографическая фигурка Айледы.
— Иль? Ты сможешь пораньше прийти? Около трех?
— Хорошо, - сказала она чуть удивленно.
— Ты сейчас в школе?
— Да. Забираю девчонок. Но я приду, не волнуйся. После обеда. А обедать можно?
— Только не плотно, - предупредила Айледа, - будем заниматься.
Ильгет попрощалась и выключила связь. Подошла к двери кабинета, где уже началось собрание катервы. Тревожить ребят не хотелось. Она тихонько нажала сигнал вызова учителя. Через полминуты из кабинета вышла Шед, куратор "Звездного ветра".
— Ара, Ильгет! Вы за Арли, конечно…
— Да.
Шед просунула голову в дверь, позвала Арли.
— Как у нее дела? - спросила Ильгет вполголоса.
— Хорошо. Очень активная девочка. Я думаю, со следующей недели можно будет оставлять ее часов до двух, трех. Они очень дружат с сестрой. Может быть, даже слишком. Я попробую направлять их в разные подгруппы. С учебой все тоже неплохо…
Ильгет слушала вполуха. Дара стояла, уцепившись одной ручонкой за ее палец, другой рассеянно махала взад и вперед.
Из кабинета вылетела Арли.
— Мама!
Она тут же повисла на шее Ильгет.
— Пошли, пошли, - Ильгет, улыбаясь, попрощалась с Шед, и заторопилась со своим выводком домой.

Она как-то опасалась, что Арнис расстроится, узнав, что она идет к Айледе еще раньше, чем собиралась. И ему еще с детьми сидеть. Нет, он любил оставаться с ними. И все равно неудобно, как будто взваливаешь груз на товарища. И еще он не любит Айледу. И не любит, когда Ильгет к ней ходит.
Но Арнис не расстроился. Он улыбнулся и поцеловал ее в уголок губ.
— Тогда вечером увидимся.
Ильгет быстро обвила его шею руками, прижалась.
— Пока.
Выскочила из дома, все еще улыбаясь. Нет, на самом деле они никогда не расстаются. Они никогда не бывают отдельно. Больно от разлуки не бывает. Потому что он все время рядом, вот и сейчас рядом. И даже не нужен серв, чтобы с ним поговорить. Собственно, можно просто молчать вместе, и все. Ильгет вскочила на скарт. Подняв древко кверху, круто взмыла в холодное голубоватое небо. Через несколько минут она уже опустилась на балкон большого многоквартирного дома, состоящего из причудливо изогнутых гигантских блоков, в этом доме жила Айледа.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51