А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— Это мистер Шафер из «Трибюн».Шафер неприязненно улыбнулся мне со своего места.— Я уже встречался с лейтенантом. Как успехи в расследовании?— Продвигаемся, — сказал я.— Что-нибудь конкретное? — настаивал репортер. — Хотелось бы узнать детали.— Мистер Шафер считает, что мы продвигаемся недостаточно быстро, — сказал Лейверс. — Ему интересно, почему мы не пригласили на помощь отдел убийств.— Дело входит в компетенцию шерифа. Мы способны обойтись без отдела убийств.— Похоже, что вы еще не получили результатов, — заметил Шафер вкрадчиво. — Мой редактор интересуется этим делом. Он чувствует, что и у читателей возник огромный интерес к нему.— Я знаю, чем интересуется ваш редактор, — сказал я. — Он сам говорил мне.Репортер пожал плечами и посмотрел на шерифа.— Нам хотелось бы сотрудничать с вами, шериф. Но я вижу, вам это не нужно. Отношение лейтенанта совершенно определенно указывает…Шериф беспокойно заерзал в своем кресле.— Я бы этого не сказал, — увильнул он от прямого ответа. — Лейтенант, как и все мы сейчас, несколько возбужден и…— ..трудно сотрудничать с подозреваемыми, — закончил я за него.Лицо Лейверса стало багроветь.— Это правда, не так ли, сэр? — вежливо осведомился я у него. — Шафер ведь все время под подозрением. Мы знаем, что он был весьма дружен с Линдой Скотт. Возможно, преступление совершено в порыве страсти…Тот стал медленно подниматься.— Вот, оказывается, в чем причина! Вот почему вы не отвечаете на мои вопросы, — протянул он. — Но — подозреваемый я или нет — я представляю самую крупную газету в городе, шериф. И если вы отказываетесь отвечать на мои вопросы, мой редактор захочет заявить об этом… в печати.Он вышел из кабинета, хлопнув дверью. Я сел на стул, который до этого занимал он, и закурил.— Я позвал вас, чтобы вы помогли мне, — сказал Лейверс обреченно. — Неужели вы никогда не слышали слова «такт»?— Слышал, сэр.— Тогда почему, черт возьми, вы не вспомнили о нем? Знаете, что может сделать со мной газета из-за этого убийства? Или вам все равно?— Я думаю, мы не должны быть тактичными ни с Шафером, ни с редактором, шериф, — сказал я. — Единственное наше право — это найти убийцу Линды Скотт. Нашу тактичность в «Трибюн» воспримут как признак слабости и к тому же решат, что вам есть что скрывать.— Ох! Вечно одно и то же! — проворчал шериф. — Вы все еще думаете, что партнер Флетчера и стараюсь устроить где-нибудь в округе казино?— Нет, сэр. После того как я побывал в Лас-Вегасе, я так больше не думаю.— Лас-Вегасе? — Его голос выдал неожиданный интерес. — Вы нашли там что-нибудь?Я рассказал ему всю историю. Когда закончил, он молча и методично принялся набивать трубку и раскуривать ее.— Хорошая работа, Уилер! — наконец сказал он. — Это все, что нам нужно.— Для чего?— Чтобы арестовать Флетчера! — горячо ответил он. — Теперь-то у нас есть мотив! Если Линда была замешана в этом, а я думаю, ваша теория верна, она не смогла бы выдержать нервного напряжения и раскололась бы. Вот почему Флетчер убил ее: чтобы она не проговорилась синдикату!— Мы не можем быть уверенным, что ее убил не синдикат, шериф, — сказал я. — Утверждения Солтера, что они еще не приняли решения, недостаточно дл обвинения, не так ли?— Дело против Флетчера складывается довольно удачно, я бы сказал, — заявил он.— А я бы так не сказал.Он с силой ударил трубкой о стол.— Похоже, вы не очень хотите арестовывать Флетчера, — прорычал он. — Я начинаю удивляться, с чего бы это, а, Уилер?— Думаю, сэр, мы должны быть уверены в своей версии, — как можно более вежливо ответил я. — Он сделал вам предложение об организации казино, но вы отказались. Он угрожал вам, сказав, что последует последнее предупреждение. Вы же не верите, что потом он убил Линду Скотт и положил ее тело на ваши ступеньки? Это же равносильно чистосердечному признанию в преступлении.— Возможно, — согласился Лейверс. — Но можно взглянуть на дело и по-другому. Предположим, что он как раз сделал это. Тогда он может заявить на допросе, мол, он не сумасшедший, чтобы предупреждать об убийстве, не так ли? Ловкий ход!Лейверс был в чем-то прав.— Что-то вроде двойной ставки? — сказал я. — Понимаю, что вы имеете в виду, но все еще не верю. Флетчер не такой парень, чтобы просчитаться.Шериф молча раскуривал трубку.— Если не Флетчер убил ее, то кто? Синдикат?— Не знаю, — ответил я. — Дайте мне еще немного времени, и я узнаю.— У нас мало времени. Мало того, что я лично заинтересован в этом деле; вы слышали, нам угрожает газета. Не забывайте, что мы должны думать об избирателях. Грядут выборы. Вам-то на это плевать!— Дайте мне еще два дня, шериф, — повторил я. — Если к тому времени ничего не добьюсь, арестуйте Флетчера.— Два дня — слишком много, — проворчал он, — но… ладно…— Спасибо, шериф.Я вышел из кабинета и увидел Шафера, сидевшего за письменным столом Аннабел и лениво качавшего ногой.— Вы задолжали мне за выпивку, — сказал он, и это навело меня на хорошую мысль.Мы отправились за полквартала в ближайший бар. Когда принесли напитки, Шафер удостоил меня вниманием.— Нашли что-нибудь интересное в Лас-Вегасе?— А кто вам сказал, что я был там?— То милое болтливое дитя в вашей конторе, — ответил он почти весело. — Я ведь говорил вам, что умею обращаться с женщинами.— Да, говорили, — вспомнил я. — Нет, не нашел там ничего интересного.— Вы не сказали бы, даже если бы и нашли что-то, так мне кажется. Понимаете, лейтенант, в моем интересе к этому делу нет ничего личного. Я просто выполняю свою работу. Как и вы.— Вы говорили, что я должен вам за выпивку, — напомнил я.— У меня есть редактор, — сказал он, — который формирует политику газеты. Вы понимаете?— Конечно. В Чикаго у вас тоже был редактор. Его лицо потемнело.— Что вы, черт возьми, хотите этим сказать?— Я хочу сказать, если чикагская история правдива, — осторожно начал я, — то вы — тип репортера, который не гнушается ничем.— Возможно, вы правы, — сказал он спокойно, — но это не причина, чтобы со мной не сотрудничать. Вы хотите заполучить Флетчера, а я — материал дл газеты.— Я хочу заполучить убийцу. А почему вы твердо уверены, что это Флетчер?— Вы уверены, что убийца — именно Флетчер, лейтенант, — ответил он. — А вот ваш шеф не хочет его трогать. Конечно, вы станете это отрицать, ведь вы работаете на шерифа, но я чувствую такие вещи. Я прав?— Сделайте мне одолжение, Шафер, — вежливо сказал я, — найдите себе работу сторожа, и тогда я смогу поджечь то, что вы будете охранять.Его лицо побледнело.— Ну что ж, как хотите. Если мы в состоянии снять с должности шерифа, то уж свалить обычного копа нам не составит труда. И не думайте, что мы блефуем. «Трибюн»и раньше удавалось подобное!— Я специально приду в вашу контору послушать этот бред, — сказал я. — Это у вас как, ежедневно или только по четвергам?— О'кей, — кивнул он. — Если хотите! — Поднялся и вышел из бара.Я допил коктейль, повторил, потом сел в машину и поехал домой.На проигрыватель я поставил пластинку Синатры и под «Синее настроение» смешал себе новый коктейль. Музыка, как никогда, отвечала моему настроению. Я сел в кресло и закрыл глаза. Пятиминутный отдых принес мне большую пользу.Разбудил меня звук, раздражающий, настойчивый. Я открыл глаза и понял, что это дверной звонок. Посмотрел на часы: 17.30. Пять минут превратились в три часа. С трудом поднявшись из кресла, я подошел к входной двери и открыл ее.— Наконец-то! — раздраженно сказала Габриель. — Я стою здесь уже пять минут!— Не верю, что такое могло случиться, — сказал я. — Сон во сне.— О чем это вы? — холодно спросила она.— Я спал, потом услышал звонок, проснулся и открыл дверь. И вот вы здесь. Разве вы не в Лас-Вегасе?— Я — в Пайн-Сити, — отрезала она. — Не стойте же, впустите меня наконец!Я послушался и отодвинулся в сторону, пропуская ее с чемоданом. Она с грохотом уронила его на пол гостиной и повернулась ко мне.— Вы могли бы предложить мне что-нибудь выпить?— Вы не сон? — спросил я.Она двумя пальцами потянула меня за кончик носа.— Ну что, поверили, что вы не спите?— Пожалуй, да. А как вы выбрались из Лас-Вегаса?— Дайте же наконец выпить, — сказала она. Я смешал пару коктейлей и один подал ей. Она критически посмотрела на меня.— Вы выглядите так, как будто вас только что откопали. Идите и причешитесь.— Что мне терять? — пробормотал я. — Разве что волосы.В ванной я умылся, причесался и вернулся в гостиную.Габриель удобно расположилась в кресле со стаканом в руке. Она была красивой и свежей. Я сел на кушетку напротив и взял стакан.— Ну, рассказывайте.— Ничего особенного, — пожала она плечами. — Сегодня утром ко мне зашел Фултон. Он сказал, что поскольку ночью я наверняка встречалась с вами, то теперь могу ехать куда угодно и когда захочу. А та история, что я должна была остаться заложницей в Вегасе, это так — мираж, облако, чья-то выдумка. Он был гораздо вежливее, чем когда-либо. Мне показалось, что он говорил со мной честно, и поэтому я не стала ждать, села в первый же самолет и улетела.— А почему вы приехали именно сюда? — задал я совершенно глупый вопрос.— Почему, Эл? — Ее голос гортанно завибрировал, напоминая мурлыканье. — Я бы ни за что не упустила возможности зайти к хорошему другу. А сегодн вечером я собираюсь заглянуть к Говарду и его рыжей потаскушке. Мне нужно сказать им пару слов.— Я бы не спешил с этим, — тихо сказал я. Она посмотрела на меня.— Вы, может быть, и не спешили бы, но вы не я. А когда я покончу с этой маленькой…— В конце концов, — сказал я, — что сделано, то сделано. Почему бы вам не забыть о…— Вы сегодня видели Говарда? — решительно спросила она.— Видел, — не раздумывая, ответил я. Она удовлетворенно улыбнулась.— Вы рассказали ему о вчерашней ночи?— Вчерашней?— Не скромничайте, — нетерпеливо сказала она. — Вы рассказали ему о том, что мы провели последнюю ночь вместе? Вот что я имею в виду! Это же было одним из условий, которое я поставила! Ответная любезность за мое гостеприимство, помните?— Конечно, помню.— Ну?— Нет, — я покачал головой, — я не сказал ему.— А почему?— Давайте лучше еще налью, — поспешно сказал я. Она бросила в меня пустой стакан, но я поймал его, скорее благодаря счастливой случайности, нежели быстроте реакции.— Но почему вы ему не сказали? — бушевала она.— Не знаю, — взмолился я. — О таком трудно говорить мужчине…— Ладно! — Она вскочила на ноги. — Если у вас не хватило храбрости, скажу я — прямо сейчас. Я так разделаю его, что никто не сможет собрать.— Я бы на вашем месте воздержался, — заметил я.— Почему же?Пришлось поставить на стол оба стакана.— Вам ведь известно, что я — коп, не так ли?— Какое это теперь имеет значение?— Прошлой ночью мне нужно было получить от вас сведения о Говарде. Я знал, что вы были его любовницей. Но вы бы ничего не сказали мне, пока относились к нему нормально. Поэтому мне пришлось немного… разрушить ваши чувства, и тогда вы заговорили! Понимаете меня?Лицо ее потемнело.— Вы хотите сказать, — медленно начала она, — что эта история насчет Говарда и Нины была…— Выдумана, — кивнул я. — Совершенно верно, ни капельки правды.— Чтобы расквитаться с Говардом, я приехала к вам… — Она подлетела ко мне, как радиоуправляемый снаряд. Ее кулак норовил попасть мне по лицу, а каблук больно ударил по голени.Я спокойно положил ладонь на ее лицо и резко оттолкнул ее. Она перелетела через комнату, пытаясь сохранить равновесие, задела за валик кресла и упала, перевесившись через него. Платье ее задралось до верхней границы чулок, и с минуту она лежала неподвижно. Потом забарабанила пятками и разразилась истерикой.Скотч был слишком хорошим, чтобы зря расходовать его. Поэтому я вышел на кухню, наполнил кувшин холодной водой и принес его в гостиную. Ее длинные ноги выбивали дробь по креслу, и она громко визжала. Я вспомнил, что шум не очень нравится квартирной хозяйке, и тут же вылил воду на ее голову. Габриель сразу же смолкла.Потекли долгие пять секунд, во время которых ничего не случилось, а у меня появилось время закурить. Потом Габриель медленно поднялась. Ее волосы прилипли к голове, а рубашка обтянула тело.— При первом же удобном случае, — сказала она тихо, но выразительно, — убью вас, Эл Уилер! Я буду убивать медленно и жестоко… Вы понимаете это?— Да, мэм. — Я развел руками.— Принесите полотенце, — горько сказала она. Я прошел в ванную и выбрал полотенце. А когда вернулся, промокшие рубашка и лифчик лежали на кушетке. Габриель стояла в одних штанишках, сердито глядя на меня. Она выхватила у меня полотенце и стала вытираться.Я смешал еще два коктейля и дал ей стакан. Она прекратила вытирание, пока пила, а потом вернула пустой стакан. Вытеревшись, прихватила свой чемодан и скрылась в ванной. Через пять минут показалась снова в белом свитере и черных брюках. Она так посмотрела на меня, что я приготовился ко второму раунду. Но Габриель неожиданно улыбнулась.— Пожалуй, я получила удовольствие, — сказала она небрежно. — Говард никогда бы не сопротивлялся.По этому поводу стоило выпить, и я приготовил пару стаканов. Она уселась со стаканом в кресле и задумалась, глядя на меня.— Я немного остыла после того, как Говард сбежал от меня, — сказала она. — Поэтому, возможно, не так уж злюсь на вас. В конце концов…— Слова, слова… лучше еще раз пройдитесь по моей берцовой кости.— Но я все равно хочу увидеть его еще раз, — сказала она. — Мне бы хотелось сказать этой… этой крысе, что я думаю о нем.— Сделайте заодно кое-что и для меня, — сказал я. — Скажите ему, что Фудтон позволил вам уехать из Лас-Вегаса потому, что исчезла необходимость держать вас заложницей. Скажите Флетчеру, что синдикат принял решение относительно него и они знают, что теперь он не может убежать из Пайн-Сити. Вот почему вы больше не нужны им в качестве заложницы.— А зачем говорить ему это?— Но ведь это ему не повредит, верно?— Думаю, нет, — призналась она. — Ладно, Эл, раз уж вы просите меня об этом столь любезно…— Прекрасно. А теперь мне нужно уйти. Отвезти вас куда-нибудь? Где вы остановились?— Эл! — Она казалась оскорбленной. — Где же знаменитое гостеприимство Пайн-Сити, о котором я так много слышала?— О?! — Я был уничтожен.— Вам же не приходилось жаловаться на мое гостеприимство в Лас-Вегасе?— Пожалуй, нет, — признал я.— Тогда решено, — весело сказала она. — Я уверена, что и мне не придетс жаловаться на ваше гостеприимство в Пайн-Сити! Глава 8 Было около восьми вечера, когда я снова зашел к Нине Бут. Пришлось трижды нажать на кнопку звонка, прежде чем она открыла мне дверь. При виде меня на ее лице не появилось очаровательной улыбки. Верхние пуговицы ее блузки были расстегнуты, «молния» на юбке распущена на пару дюймов. Волосы спутаны, и губная помада размазана.— А-а, это вы, — протянула она без энтузиазма.— К сожалению, я не смог прийти раньше: дела. Я собрался пройти мимо нее, но она загородила дорогу.— Приходите как-нибудь в другой раз. Я занята, — сказала она.— Не советую препятствовать правосудию, — с укоризной сказал я. — Представитель закона жаждет поговорить с вами.Я взял ее за талию, поднял, переставил и таким образом вошел в квартиру.С кушетки поднялся встревоженный Флетчер; вытащив из кармана носовой платок, он безуспешно старался стереть с лица помаду.— Оказывается, я ясновидящий. Никогда не подозревал об этом, — сказал я. — Иногда просто боишься сам себя!— Разве я не имею права на личную жизнь? — горько спросила Нина.— В любое время, но не сейчас. Мне нужно поговорить с вами, Нина. — Я многозначительно взглянул на Флетчера. — А вам лучше сделать перерыв и пойти к себе.Он что-то пробормотал, взял пиджак и пошел к двери. С ревнивой радостью вспомнил, что Габриель ждет его этажом ниже. Сейчас состоится встреча друзей. Дверь закрылась, и Нина спросила меня:— Что вам нужно?— Ваше отношение ко мне почему-то изменилось, — сказал я с сожалением. — В последний раз вы предлагали мне продолжить приятный разговор о наших проблемах, — и вот вы в таком виде… Разве я в чем-то провинился?— Боюсь, мне не удастся вызвать полицейского, чтобы он выставил вас за дверь, — вздохнула она. — Так и быть, можете что-нибудь выпить, пока приведу себя в порядок.— Вот теперь вы больше похожи на прежнюю Нину, ту, которую я знал.Она исчезла в ванной, а я подошел к бару, сделал себе коктейль и сел в кресло. Она вернулась минут через пять. Пуговицы и «молния» были застегнуты, волосы причесаны, губы красиво подкрашены. Она подошла к бару и приготовила выпивку для себя.— О чем вы хотели поговорить? — спросила она.— О семидесяти тысячах, — ответил я. — Кто их взял? Флетчер?— Не понимаю.— Не будем играть в прятки, — заметил я. — Я знаю о парне, которому сильно повезло, но он неожиданно умер, не успев воспользоваться своим выигрышем.Она строго посмотрела на меня и решительно ответила:— Я об этом ничего не знаю, лейтенант. Могу только сказать вам, что этот парень выигрывал честно, когда я работала за столом.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12