А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— Я все же попытаюсь убедить тебя остаться со мной.— Напрасный труд, я выполню свою задачу телохранителя и закончу на этом. Моис будет главным строителем, Амени советником, а Аша главой дипломатии. Так лучше для всех!— Ты уже формируешь мое правительство? — удивился Рамзес.Сетау пожал плечами.— А что если мы попробуем восхитительное вино, предложенное нам правителем? — предложил Аша.— Да будут боги благосклонны к Рамзесу и даруют ему жизнь, процветание и здоровье, — провозгласил Амени.
Шенар не был на корабле правителя, но владел отныне прекрасным судном, на борту которого находилось сорок моряков. Будучи начальником протокола, он пригласил многих знатных людей, большая часть которых не благоволила к Рамзесу. Старший сын Сети воздерживался от того, чтобы присоединиться к их критическим речам и внимательно изучал будущих союзников. Молодость и неопытность Рамзеса казалась им непреодолимыми недостатками.С некоторым удовлетворением Шенар заметил, что его великолепная репутация осталась незыблемой, а его брат проигрывал в сравнении с Сети. Брешь была пробита, оставалось лишь расширить ее и использовать малейшую возможность, чтобы ослабить молодого фараона.Шенар предложил своим гостям плоды жожоба и свежее пиво. Его любезность и сдержанные речи нравились большинству придворных, и многие отметили в непринужденных беседах достоинства старшего брата, вынужденного уступить решающую роль.Уже целый час человек среднего роста с подбородком, украшенным острой бородкой, одетый в тунику с разноцветными лентами, терпеливо ждал, когда его примут. Он казался смиренным и терпеливым, не проявляя никаких признаков волнения.Как только возникла передышка, Шенар сделал ему знак подойти.Человек почтительно поклонился.— Кто ты?— Меня зовут Райя, я сириец по происхождению, но работаю в Египте как независимый купец уже многие годы.— Что ты продаешь?— Запасы мяса высокого качества и прекрасные вазы, привезенные из Азии.Шенар нахмурился.— Вазы?— Да, принц, прекрасные предметы, которые есть только у меня.— Тебе известно, что я собираю редкие вазы?— Я недавно узнал об этом, поэтому я хранил их, чтобы показать вам в надежде, что они вам понравятся.— Твои цены высоки?— Это зависит от обстоятельств.Шенар был заинтригован.— Каковы твои условия?Из плотного мешка Райя вынул маленькую вазу с тонким горлышком из массивного серебра, украшенным пальметками.— Что вы думаете об этой, принц?Шенар был восхищен, капли пота выступили на висках, руки стали влажными.— Произведение искусства… невероятное произведение искусства… Сколько?— Разве не подобает преподнести подарок будущему царю Египта?Старший сын Сети решил, что плохо расслышал.— Это не я, а мой брат Рамзес будущий фараон… Ты ошибся, торговец. Так какова твоя цена?— Я никогда не ошибаюсь, принц, в моем ремесле ошибка непростительна.Шенар отвел взгляд от восхитительной вазы.— Что ты пытаешься сказать мне?— Что много людей не желают правления Рамзеса.— Он будет коронован через несколько дней.— Возможно, но разве на него не обрушится сразу множество трудностей?— Кто ты на самом деле, Райя?— Человек, верящий в ваше будущее и желающий вашего восхождения на египетский трон.— Что тебе известно о моих намерениях?— Разве вы не заявили о желании больше торговать с другими странами, уменьшить высокомерие Египта и завязать лучшие экономические связи с самыми сильными народами Азии?— Ты хочешь сказать… с хеттами?— Мы понимаем друг друга.— Так значит, ты шпион у них на службе… Хетты благосклонны ко мне?Райя подтвердил его слова кивком головы.— Что ты мне предлагаешь? — спросил Шенар, все еще взволнованный видом удивительной вазы.— Рамзес вспыльчив и воинствен, как и его отец, он хочет утвердить величие и превосходство Египта. Вы человек здравомыслящий, с которым возможно договориться.— Я рискую своей жизнью, Райя, если я предам Египет.Шенар вспомнил о знаменитой казни жены Тутанхамона, обвиненной в сговоре с врагом, хотя и пробудившей сознание страны.— Когда желаешь высшей власти, разве можно избежать риска?Шенар закрыл глаза.Хетты… Да, он часто думал о том, как использовать их в качестве союзников, но это была лишь идея, лишенная всякой реальности. И вдруг она материализовалась в лице этого обычного торговца, выглядевшего совершенно безобидно.— Я люблю свою страну…— Кто сомневается в этом, принц? Но вы предпочитаете власть. Лишь союз с хеттами гарантирует ее вам.— Мне нужно подумать.— Это роскошь, которую я не могу вам предоставить.— Ты хочешь немедленного ответа?— Этого требует моя безопасность. Открывшись, я оказал вам большое доверие.— А если я откажусь?Райя не ответил, но его взгляд стал пристальным и непроницаемым.Внутренний спор Шенара длился недолго. Разве судьба не предоставляет ему сильного союзника? Он сможет владеть ситуацией, правильно оценить опасность и извлечь выгоду из подобных действий, не подвергая Египет опасности. Конечно, он продолжит манипулировать Ашой, не информируя его о своих связях с главным врагом Обеих Земель.— Я согласен, Райя.Купец чуть улыбнулся.— Ваша репутация — не преувеличение. Мы увидимся через какое-то время, принц, так как я стану одним из ваших поставщиков ценных ваз, никто не удивится моим визитам. Прошу вас, сохраните эту, она скрепит наш союз.Шенар тронул великолепную вещь. Будущее начало проясняться. 12 Рамзес помнил каждый камень в Долине Царей, этой «великой долине», абсолютно бесплодной, которую открыл ему его отец, приведя в гробницу первого Рамзеса, основателя династии, старого визиря, выбранного советом старейшин, чтобы дать толчок новой линии правителей. Он правил лишь два года, доверив Сети заботу освятить могущество, а теперь эта ноша легла на плечи Рамзеса II.Сердце сжалось, безразличное к невыносимой летней жаре, от которой слабели некоторые из несущих саркофаг, младший сын Сети шел во главе процессии и нес мумию покойного царя к ее последнему жилищу.На мгновение Рамзес возненавидел это проклятую Долину, которая украла у него отца и приговорила его к одиночеству, но магия этого места снова завладела его душой, магия, превращавшая смерть в жизнь.Посреди каменного молчания слышен был лишь голос предков, этот голос звучал в свете, в преображении и воскрешении, он внушал почтение и уважение к небесному миру, где были рождены все формы жизни.Рамзес первый вошел в огромную гробницу Сети, самую длинную и глубокую в Долине. Будущий фараон прикажет, чтобы никто другой не смел затмить ее. В глазах вечности Сети останется непревзойденным.Двенадцать жрецов несли мумию, Рамзес, одетый в шкуру пантеры, участвовал в ритуале как преемник, и должен был произнести заклинание перехода в загробный мир и возрождения в мире богов. На ступенях прибежища вечности слова ритуала, обретя жизнь, продолжат свое магическое действие и в небытии.Мумификаторы выполнили свою работу превосходно. Лицо Сети выражало ясность и спокойствие. Казалось, что его глаза вот-вот откроются, а рот заговорит… Жрецы закрыли крышку саркофага, расположенного в центре «золотого жилища», где Исида выполнит магическое действо, превращающее мертвого в живого.— Сети был справедливым царем, — прошептал Рамзес, — он следовал Закону и был любим светом, и он придет живым на Восток.
По всему Египту брадобреи работали без передышки, чтобы побрить всех мужчин и избавить их от бороды, потому что период траура закончился. Женщины снова укладывали волосы в прически, доверяясь парикмахерам, имеющим разрешение на такую деятельность.Накануне коронации Рамзес и Нефертари пришли в храм в Гурнахе, где будет каждый день совершаться обряд в честь Ка Сети, чтобы поддержать присутствие преображенного фараона среди живых. Затем чета направилась в Карнак, где их принял верховный жрец, очень официально и без всякого энтузиазма. После скромного обеда правитель и его супруга отправились во дворец, расположенный внутри земной резиденции бога Амона. Сидя отдельно, они оба размышляли перед подножием трона, символом первоначального холма, показавшегося из космического океана в начале времен, и иероглифом, означавшим имя Маат, вечного Закона, «тот, кто прав, идет верным путем». Царская чета должна была проникнуться этим законом, чтобы, в свою очередь, донести его до народа Египта.Рамзесу казалось, что дух его отца витает рядом с ним и помогает ему в эти мучительные часы, предшествующие бесповоротной перемене его судьбы. Став царем, он больше не будет принадлежать себе, его единственной заботой станет благоденствие его народа и процветание страны.И снова этот труд ужаснул его.Он захотел уйти из этого дворца и кинуться за своей исчезающей юностью, к красавице Исет, к удовольствиям и беззаботности, но он был преемником, назначенным Сети, и супругом Нефертари. Он должен был подавить в себе страхи пережить эту последнюю перед коронацией ночь.
Тьма была разорвана первыми лучами рассвета, возвещающими воскрешение солнца, победителя чудовища глубин. Два жреца, один в маске сокола, другой в маске ибиса, встали по обе стороны от Рамзеса, изображая богов Хора, защитника царства, и Тота, изобретателя иероглифа и священного знания, они омыли обнаженное тело правителя содержимым двух длинных ваз, чтобы очистить его от земного удела. Затем они уподобили его образу богов, нанеся девять видов мазей, от макушки до ступней, открывавших центры энергии и дающих ему ощущение реальности, отличное от обычных людей.Одежда также была предназначена лишь для одного человека. Два жреца надели на Рамзеса белую с золотом набедренную повязку, форма которой не менялась с момента появления, и привязали к поясу хвост быка — напоминание о царском могуществе. Молодой человек вспомнил об устрашающей встрече с диким быком, которую устроил его отец, дабы испытать его мужество: сегодня в нем воплотилась эта сила, которую он должен сознательно развивать.Потом вершители обряда украсили шею Рамзеса тяжелым ожерельем с семью рядами цветного жемчуга, предплечья и запястья медными браслетами и надели белые сандалии. Затем ему подали белый жезл, которым он будет поражать врагов и изгонять мрак, и обвили его лоб золоченой повязкой, чье название сиа означало «интуитивное видение».— Согласен ли ты на испытание могуществом? — спросил Хор.— Я согласен.Хор и Тот взяли Рамзеса за руки и провели его в другую комнату. На троне лежали две короны. Их охранял жрец, на котором была маска бога Сета.Тот отошел, Хор и Сет обнялись, как братья. Несмотря на их вечное соперничество, они должны были объединиться в одной сущности, сущности фараона.Хор поднял красную корону Нижнего Египта, похожую на ступу, над которой поднималась спираль, и возложил ее на голову Рамзеса, потом Сет вставил в нее белую корону Верхнего Египта, чья овальная форма заканчивалась луковицей.— Две власти связаны для тебя, — объявил Тот. — Ты управляешь и объединяешь черную и красную земли, ты воплощаешь землю тростника на Юге и землю пчелы на Севере, ты заставишь цвести Обе Земли.— Ты один сможешь объединить две короны, — продолжил Сет. — Молния, исходящая от них, уничтожит узурпатора.Хор дал фараону два скипетра: первый назывался «повелитель могущества» и служил для освящения приношений, второй «магия» — посох пастуха, предназначенный для того, чтобы объединять народ.— Пришло время явиться в славе, — произнес Тот. Идя следом за тремя божествами, фараон вышел из потайных залов, направившись к большому двору под открытым небом, где ждали благородные, допущенные в святилище Карнака.На возвышении под навесом стоял трон из золоченого дерева, он был скорее скромным, со строгими линиями.Трон Сети на время проведения официальных церемоний.Почувствовав колебание сына, Туйа сделала к нему три шага и поклонилась.— Великий Царь, поднимитесь на этот трон живых подобно новому солнцу.Рамзес был потрясен этими торжественными словами вдовы покойного фараона, матери, которую он будет чтить до последнего вздоха.— Вот завещание богов, которое оставил тебе Сети, — произнесла она. — Оно узаконивает твое правление, как было узаконено его, и как оно узаконит правление твоего преемника.Туйа протянула Рамзесу кожаный футляр, в котором находился папирус, дарованный Тотом в начале времен, объявляющий фараона наследником Египта.— Вот твои пять имен, — объявила царица-мать ясным и громким голосом: — Могучий Бык, любимый Законом, Защитник Египта, Победитель иноземных стран, Богатый войсками и грандиозными победами, Тот, кто выбран Светом, так как могущество — это его Закон, Сын Солнца, Рамзес.Всеобщее молчание воцарилось после этих слов. Даже Шенар, позабыв про свои амбиции и горечь, не устоял перед волшебством этого мига.— Эта царская чета будет править Египтом, — продолжила Туйа. — Подойди, Нефертари, встань рядом с царем, ты, которая станет великой царской супругой и царицей Египта.Несмотря на торжественность ритуала, Рамзес был так поражен красотой своей жены, что хотел заключить ее в свои объятия. Одетая в длинное платье из льна, украшенная золотым ожерельем, аметистовыми серьгами и браслетами из яшмы, она смотрела на царя, произнося древнюю формулу:— Я признаю Хора и Сета, объединившихся в одной сущности. Я воспеваю твое имя, фараон, ты есть сегодня, вчера и завтра. Твоя речь дает мне жизнь, я отведу от тебя зло и напасть.— Я признаю тебя правительницей Обеих Земель и всех владений, тебя, чья доброта огромна и кто угодна богам, тебя, мать и супругу бога, тебя, которую я люблю.Рамзес возложил на голову Нефертари корону с двумя длинными перьями, указывающую, что теперь она великая царская супруга, причастная к власти фараона.Кажется, появившийся из Солнца сокол с громадными крыльями начал кружить над царской четой, как будто выбирая добычу, вдруг спикировал вниз с такой быстротой, что ни один лучник не успел поразить его.Вздох изумления и страха вырвался у присутствующих, когда хищная птица села на затылок Рамзеса, вонзив свои когти в плечи фараона.Сын Сети не двигался, Нефертари продолжала смотреть на него.Долгие мгновения изумленные придворные присутствовали при чуде, объединении сокола Хора, защитника царствования, и человека, которого он выбрал, чтобы править Египтом.Затем птица снова устремилась к небу в спокойном и полном силы полете.Из груди присутствующих вырвался возглас, приветствующий в двадцать седьмой день третьего месяца лета восшествие на трон Рамзеса Начало июня 1279 до н. э. по одной из общепринятых гипотез.

. 13 После окончания празднеств водоворот событий захватил Рамзеса. Главный управляющий дома фараона посетил его во дворце в Фивах, состоявшего из личных покоев и залов, предназначенных для общественных дел. Только став главой государства, Рамзес обнаружил зал для приемов с колоннами, пол и стены которого были украшены изображениями лотоса, тростника, папируса, рыб и птиц; столы, за которыми работали писцы; маленькие залы для личных приемов; балкон для выхода, окно которого было украшено крылатым солнечным диском; столовую, в центре которой стоял стол, на котором всегда были корзины, заполненные фруктами и букетами цветов; спальню с одной кроватью, покрытой цветными подушками; зал с бассейном, выстланный плиткой.Только молодой фараон взошел на трон Обеих Земель, как главный управляющий представил служителей дома, исполнителей тайных ритуалов, писцов Дома Жизни, служителя, ответственного за личные покои, врачей, ответственного за царскую переписку, хранителя сокровищницы, управляющего хлебным амбаром, управляющего скотом и многих других, спешащих поприветствовать нового фараона и уверить его в своей вечной преданности.— А вот…Рамзес встал.— Я прерываю это шествие.Управляющий запротестовал.— Великий Царь, это невозможно! Столько важных людей…— Более важных, чем я?— Простите, я не хотел…— Веди меня на кухни.— Но вам не пристало находиться там!— Ты знаешь, что для меня лучше и где я должен находиться?— Простите меня, я…— Ты проводишь свое время в поиске извинений? Лучше скажи мне, почему визирь и верховный жрец храма Амона не пришли, чтобы принести клятву.— Я не знаю этого, Великий Царь, как могут подобные вещи быть в области моих действий?— Идем на кухни.
Мясники, заготовители запасов, чистильщики овощей, булочники, пирожники, пивовары… Роме правил всей этой когортой специалистов, ревниво относящихся к своим полномочиям и придирчиво как к расписаниям работы, так и к дням отдыха. Пузатый, веселый, с круглыми щеками, медленно передвигающийся, Роме не беспокоился ни о своем тройном подбородке, ни об излишнем весе: он займется этим, когда уйдет на покой. В настоящее время он правил этой армией железной рукой, готовя безупречные и вкуснейшие яства, заставляя затихать ссоры, неизбежные между специалистами.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29