А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Я говорил ему о том, что, на мой взгляд, Его горы красивы и что Его рыба вкусна. А спрашивал я Его обо всяких пустяках — вроде того, будет ли нынче дождь, подует ли ветер. Порой я просил у Него совета, как мне быть с моими внуками. Он всегда обещал подумать, как можно было бы поступить, но напоминал мне, что Он сам наделил и меня, и их разумом, дабы люди принимали решения, которые им самим покажутся верными. Он говорил о самых простых вещах, как я бы говорил с ребенком, потому что все оное было бы недоступно моему пониманию. Я любил Его! Я восхищался Им! Порой я стражду увидеть Его вновь, и нет более горькой разлуки, чем разлука с Ним. Думаю, Он тоже любил меня. Почему? Не знаю. Только знаю, что Он был таким, каким был, и рядом с ним я чувствовал себя глупцом, хотя на ту пору я так не думал. — Енох помедлил, остановился, негромко рассмеялся. — Ответил ли я вам? Вряд ли. Но это все, что я мог ответить.
Еще час они шли молча, постоянно прислушиваясь, нет ли поблизости анархистов. В конце концов потолок навис ниже и коридор завершился нишей, а за нишей начиналась новая винтовая лестница, ведущая вниз. К изумлению путников, в своде ниши они обнаружили пятиугольный застекленный люк, сквозь который на ковер падал кружок света, похожий на солнечный зайчик.
Картер осмотрел люк и нашел медный шпингалет, но дергать не стал: люк, по всей вероятности, давно не открывали, к тому же стекло было усыпано каплями дождя.
— А тут будет неплохо передохнуть и перекусить, — решил Енох.
Они достали из дорожных мешков хлеб, сыр и кусок запеченной говядины. Енох даже ухитрился чай подогреть на фонаре.
За время пути Картер почти не замечал сырости и прохлады — почувствовал только теперь, когда его согрели еда и горячий чай. Они сидели рядом на полу возле пятнышка света. И оно радовало их, и Картер был так счастлив, словно никакой опасности не существовало, словно они пришли на пикник. Но вот, взглянув на морщинистое лицо старого товарища, он заметил слезы в уголках его глаз, и ему снова показалось, будто он на самом деле вернулся в невинные дни детства и что, перекусив, они с Енохом смогут разлечься на ковре и спокойно вздремнуть. И еще он понял, что Енох растил его наравне с отцом. Да пожалуй, со стариком-евреем он проводил даже больше времени.
Только они успели уложить мешки, как услышали шум, донесшийся от подножия винтовой лестницы: громкий звон, а затем — ругательство. Оба тут же вскочили и прислушались.
— Потише, вы там, — негромко распорядился кто-то. — Того и гляди можем на них напороться. Тихо давайте.
Картер и Енох обменялись взглядами. Анархисты ухитрились напасть на их след. Если они останутся и вступят в бой, их могут взять в плен, но отступление уведет их еще дальше от Башен, и скорее всего — тоже в руки врагов.
Картер ухватился за медный шпингалет. Сначала тот не желал открываться, но помог Енох, и наконец зловредный шпингалет со стуком выскочил из скобы, и люк со скрипом распахнулся. Енох подтолкнул Картера, тот сдвинул плечи и с трудом пролез в узкое отверстие. Выбравшись наружу, он подал руку старику. Енох выбрался с поразительной для своего возраста проворностью. Картер захлопнул люк, но снаружи он не запирался. Теперь анархисты запросто могли их догнать.
Оглядевшись по сторонам, Картер увидел безбрежное небо и силуэты разновысоких башен. Башен было столько, что не верилось, что все они возвышаются над Эвенмером. Бойницы и бастионы, парапеты и амбразуры, коньки и черепичные скаты, шпили, подобные уставленным в небо копьям, длинные балконы, глубокие впадины, купола, вершины и пропасти… Казалось, рельеф рождается прямо на глазах, поднимается, формируется из скопления камней — так возникают фигуры из облаков. Показались морды каменных химер, гоблинов, лики ангелов и монахов. Стоило повернуть голову — и картина менялась. Через все это великолепие архитектуры, этот каменный лес, вела мощеная дорожка из охристых и золотистых плит.
Картер и Енох не мешкая зашагали по холмам и долинам навершия Эзенмера. Камни были скользкими от дождя, даже в самых ровных местах крыша имела наклон. Ниже лежали дворики с фонтанами и висячие сады. Один неверный шаг — и можно сверзиться. Спутники почти сразу же затерялись между башен. Оглянувшись назад, Картер не сумел найти взглядом застекленного люка. Пейзаж ежесекундно менялся. Не будь дорожки, никакой погоне ни за что бы их не настичь, но только по ней и можно было вернуться.
Они немного сбавили шаг. Впереди виднелся узкий мостик между двумя скользкими скатами крыш. Енох опередил Картера и съехал со ската на спине, но слишком быстро. Фонарщик протянул руки к поручню, не дотянулся на долю дюйма и исчез под мостиком.
С криком ужаса Картер съехал по скату, как на лыжах, откинувшись назад. Что-то просвистело рядом с его виском. Доскользив до мостика, он обеими руками вцепился в поручни и, опустившись на колени, со страхом заглянул вниз, боясь, что увидит старого друга распростертым на мостовой. Но нет: Енох висел, ухватившись за металлический карниз на фут ниже края крыши, а ноги его болтались в пустоте.
Картер не успел схватить старика за руку: рядом с ним по крыше ударила пуля, и он понял, что первым выстрелом враг мог пробить ему голову. На коньке крыши стоял человек с револьвером в руке.
Жаркая ярость захлестнула Картера. Он мог потерять старого друга! Он выхватил пистоль и быстро выстрелил три раза подряд. Злоумышленник обмяк, словно тряпка, покатился вниз по скату и сорвался с крыши, но как он упал, Картер не видел. Не заметив поблизости других анархистов, он вернулся взглядом к Еноху. Старик храбро пытался подтянуться и забраться на мостик. Картер подал ему руку и помог влезть.
— Скорее вперед! — вскричал Енох. — За ним придут другие!
Мостик представлял собой стальную полосу, на которой двоим было не разминуться. По бокам тянулись металлические поручни. Упасть с него было сложно, но металл был скользким, а внизу лежала пропасть, и Картер смотрел только себе под ноги. Они уже почти дошли до другого конца мостика, когда он заметил, что к коньку крыши карабкаются еще двое врагов. Первый съехал по скату на манер Еноха и тоже не успел ухватиться за поручень. Картер, крепко вцепившись в тонкий металлический брус, проводил взглядом фигуру анархиста. Став похожим на тряпичную куклу, тот падал, размахивая руками. Полы его плаща развевались и хлопали, слышались дикие вопли. Но вот, словно серая птица, он исчез во мраке. Его спутник растерялся, напуганный, видимо, падением товарища. Он съехал по скату более удачно и сумел ухватиться за поручень. Затем он вскочил на ноги и пустился вдогонку за Картером и Енохом широченными шагами, на ходу целясь из пистолета.
— Стойте! — крикнул он. — Отсюда я не промахнусь!
Енох одолел мостик первым. Картер догнал его и обернулся. Анархист не врал. С такого расстояния он бы ни за что не промахнулся. Он надвигался медленно, и его жестокая ухмылка была полна триумфа победителя.
— Ни с места! — приказал он. — Бросьте оружие, да поскорей, а то я с вами быстро разделаюсь.
Картер опустил револьвер на ровную крышу и неожиданно заметил встроенный в ее край механизм. С первого взгляда он не понял, что им можно воспользоваться с выгодой, но еще через мгновение догадался, какова функция этого устройства.
— Тихо, спокойно, — приговаривал анархист. — Помирать никому неохота. Правда, вам, может, и захочется на тот свет, чтобы все поскорее закончилось.
Картер ударил по рычагу носком сапога. Обнажились два заостренных штыря, на которых держались петли. Мостик отсоединился с того края, возле которого стоял Картер. Анархист выронил пистолет и, в отчаянии размахивая руками, стал искать, за что бы ухватиться. Без толку: стальная дорожка ударилась о противоположную стену, и злодея швырнуло вниз.
— Так и было задумано! — крикнул ему вслед Картер. — Не веришь?
На стене был укреплен ворот с парой тросов, чтобы при необходимости вернуть мостик на место.
— Хозяевам Дома частенько требовалось поспешно отступать во время странствий по Эвенмеру, — пояснил Енох. — Враги существовали всегда. Но поспешим. Пуля до нас все равно может долететь.
Вскоре они оставили мостик далеко позади и затерялись между трубами и статуями, а затем выбрались на крышу, мощенную брусчаткой, просторную, как соборная площадь, с высокой башней посередине. С четырех ее сторон располагались желтые циферблаты, и каждый из них показывал разное время, причем ни один — верное. За годы пауки почти целиком заплели восточный циферблат своими сетями. Дорожка из золотистых и охристых плит заканчивалась у подножия башни. К циферблатам поднималась металлическая лесенка.
— Знаю ли я, где мы находимся? О да! — Енох взглянул на ненастное небо и просиял. — Это Четырехциферблатная Башня! До сих пор я подбирался к ней только снизу и часы заводил изнутри.
— Они явно неисправны, — заметил Картер. — Все показывают неверное время.
— Восточный циферблат вышел из строя пятьдесят лет назад, — ответил Енох. — Но я и не говорил, что все часы показывают время, привычное для нас с вами. В разных концах света — разное время. Я слежу за тем, чтобы часы работали, но стрелок не перевожу, мне этого не поручали. Пойдемте. Нужно взобраться по лесенке и поискать вход в башню.
Енох первым полез вверх к северному циферблату. Тот оказался выше, чем казалось снизу. Отсюда открывался вид на большинство близлежащих башен. Ощущение было не из приятных: для любого, кто бы их заметил, они могли стать удобной мишенью. Лесенка заканчивалась узким помостом с шаткими деревянными перилами. Сам помост был более устойчив. Прямо над головами Еноха и Картера находился край циферблата. Поперечник его составлял восемь футов, по окружности шел каменный бортик.
Енох поднял руки, дотянулся до бортика, пробежался по нему пальцами.
— Снаружи их не заведешь. Неужели лесенка ведет в никуда? Сомневаюсь. Должен где-то быть вход.
Картер внимательно осмотрел циферблат. Он был белым, с черными римскими цифрами. Цифра «шесть» немного покосилась. Вытянувшись, Картер ухватил цифру и попробовал повернуть ее. Та с щелчком подалась, и весь циферблат отворился, словно дверца на длинных петлях. Друзья ухватились за бортик, подтянулись и влезли на него. Прежде чем — закрыть за собой дверцу, Картер оглянулся. Он не был в этом до конца уверен, но вроде бы разглядел несколько людей в чёрном, пробиравшихся по густой тени. А потом тучи расступились, и одинокий луч света позолотил коньки крыш, и черепички сверкнули, словно монетки в воде.
— Они не смогут без конца выдерживать бури, — вздохнул Картер и печально усмехнулся.
Циферблат с глухим стуком захлопнулся.
В каморке, озаренной с четырех сторон кольцами света, размещался часовой механизм, но все же хватало места, чтобы разместиться с относительным удобством. Механизм мерно постукивал, и от стен отлетало эхо.
Спутники победно похлопали друг друга по спине.
— Кто бы удрал красивее? — подмигнул Картеру Енох. — А на мостике вашей храбрости не было равных.
— Твоей храбрости, — уточнил Картер. — А я до сих пор весь дрожу. Жаль, что мы не можем отпраздновать нашу удачу горячим чаем. Враги явно поймут, куда мы скрылись.
— Поймут. Как только они доберутся сюда, они быстро разгадают, как открывается циферблат. А нам все еще нужно успеть добраться до Башен, пока они не встали у нас на пути.
Енох зажег фонарь, и его свет прогнал полумрак. Затем старик вынул из внутреннего кармана длинный ключ и по очереди завел часы. К тому времени, когда он закончил работу, Картер отыскал потайную дверь, уводящую из башни к узенькой приставной лестнице.
Не теряя времени, Картер с Енохом поспешно покинули башню, спустились по растрескавшимся, расшатанным ступеням, разрывая по пути паутину, и оказались в тесной комнатенке. Отсюда вела короткая лестница, застланная протершейся красной ковровой дорожкой и спускавшаяся в комнату, обставленную изящной французской мебелью и занавешенную зелеными муаровыми портьерами. На одной стене висело несколько гравюр. Наверное, когда-то эта комната была необыкновенно хороша, но теперь на белой льняной скатерти лежал толстенный слой пыли, а на мебели пыль была подобна серому инею.
— Тут когда-то кто-то жил? — спросил Картер. — Если да, то куда девались эти люди?
— Комната пустует с того самого дня, когда я впервые завел здешние часы, — ответил Енох. — Но в этом огромном доме много обитателей. В этой его части нередко встретишь поэта или отшельника, что живут где-нибудь в заброшенной комнате, а где они добывают пропитание — кто знает? Но многие издавна живут в одиночестве.
— Эта дорога выведет нас к главной лестнице?
— Назад? Нет. Взобравшись на крыши, мы миновали и ее, и много других помещений. Если бы я знал эту дорогу, я бы поберег мои старые ноги.
— А кто-нибудь из Хозяев когда-нибудь сопровождал тебя во время обходов?
— Некоторые сопровождали, в том числе и ваш батюшка, но они никогда не пользовались Словом Тайных Путей. Я-то всегда догадывался, что обходной путь существует, потайных дорог в Эвенмере — больше чем ходов в термитнике, но ради удобства Словами Власти не бросаются. Да мне и не нужен был другой путь — до сегодняшнего дня.
Они вышли из комнаты в одностворчатую дверь и оказались в узком проходе с желтым ковром и дубовыми плинтусами шириной дюймов в двенадцать. По обе стороны тянулись Двери, по всей длине потолка висели погашенные люстры.
— Куда ведут эти двери? — негромко поинтересовался Картер, боясь, что их могут подслушать.
— Куда? Много куда. Я не все из них открывал. За некоторыми — комнаты вроде той, которую мы только что покинули, за другими — удивительные, забавные страны. В молодости я странствовал туда и попадал то в беду, то в приключения. Теперь я не так любопытен. Одной жизни не хватит, чтобы обойти все эти страны.
Одна из дверей неожиданно распахнулась, и оттуда вышел человек с зажженным красным фонарем. Картер выхватил пистоль, но Енох накрыл его руку своей. Перед ними стоял древний старик в пижаме и ночном колпаке. Его глаза по-кошачьи желтели, и из-за этого он казался похожим на эльфа, но когда он подошел ближе, то в страхе вскрикнул и бросился обратно за дверь. Картер услышал, как щелкнул замок, и задумался, понял ли старик, что наткнулся на Служителя Дома, или ему вообще не было ровным счетом ничего известно о каких бы то ни было Служителях.
Три часа они шли мимо бесконечного ряда дверей, но не видели ни обитателей здешних мест, ни анархистов, хотя Енох заверял Картера, что враги непременно их выследят и пойдут следом за ними. На счастье, дом был необычайно велик, и анархистам было просто не под силу наблюдать за всеми помещениями одновременно.
Спутники дошли до перекрестка. Отсюда расходились другие коридоры, похожие на предыдущий. Енох растерялся.
— Надо подумать. Пойти налево? Так мы уйдем от цели, но потом, в обход, вернемся. Так не годится. Тогда забредем как раз туда, где анархисты почти наверняка выставили дозор. Еще вернее охраняется мой обычный маршрут. А если направо? Тогда мы уйдем в область, именуемую Винельдервист, а там лабиринт. — Вдруг глаза старого часовщика сверкнули: — А за лабиринтом лежит узенький коридорчик, мало кому известный. Наверняка это самый лучший шанс для нас, если только я сумею его отыскать. Что скажете?
— Если там почти наверняка нет вражеских постов, стоит рискнуть, — ответил Картер.
— О! Вот так бы сказала ваша матушка! — И Енох похлопал Картера по плечу.
— А я думал — отец.
— Нет-нет. Он бы долго все обдумывал, взвешивал, он был такой скрупулезный во всем. А ваша мать принимала решения мгновенно.
Тут слева послышался шорох, и Енох торопливо пригасил фонарь. Это их спасло: буквально в следующее мгновение из-за угла показался небольшой отряд. Картер и Енох отошли назад и попробовали уйти в одну из ближайших дверей. Первые две оказались заперты, третья открылась с глухим скрипом, и они поспешили внутрь. Здесь, в перпендикулярно лежавшем коридоре, горели светильники. Но только они успели войти, как анархисты свернули в тот отрезок коридора, где скрылись Енох и Картер. Поэтому Картер, дабы не наделать шума, решил дверь за собой пока не закрывать. Сквозь узенькую щелочку он следил за тем, как шестеро анархистов шагают по коридору и их тени крадутся за ними подобно гоблинам. На развилке двое повернули вправо, а четверо остановились возле двери.
— Значит, так, — сказал один из анархистов. — Если они топают к Башням, они должны были пойти вот сюда. Загасите фонари. Мы их выследим по свету.
— Мы могли бы разделиться. Двое пошли бы дальше, — предложил другой.
— Бесполезно, — возразил первый. — Тут дверей — не счесть. Они вас заметят и начнут прятаться. А лучше бы, чтобы они сами на нас напоролись.
У Картера спина похолодела.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38