А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Чего мне совершенно не хотелось.
Я старательно делал вид, что все, сказанное мне, понятно, как букварь, и от разоблачения меня спасало только то, что Дракон не наблюдал за моим лицом, на котором, словно в тетрадке, было написано, какая для меня все это чушь.
– Так вот, – продолжал Дракон уверенным тоном, очевидно, ему самому нравился свой голос, – в каждом мире существует существо, в нашем случае это человек, который имеет своего двойника, что наряду с сознанием и волей предполагает еще какое-то активное начало…
Дракона понесло. Он начал сыпать такими словами и терминами, понять которые можно было только окончив что-нибудь вроде Кембриджа или, на худой конец, университет имени Патриса Лумумбы. А так как я никаких университетов, к сожалению, не кончал, то просто-напросто перестал слушать этого металлического зануду, думающего, что у всех такая же вместительная башка, как у него.
Но после того как в речи Дракона стали то и дело проскальзывать восьмизначные цифры, мне стало совсем нехорошо. Поэтому я его и прервал:
– Дракон!
– … панткаль Цадгриеля после запятой в пятом… что?
Я терпеливо дождался, пока поток слов иссяк и наступила тишина, при которой можно будет говорить.
Глаза, а точнее, шлем Дракона повернулся ко мне.
– Что ты сказал?
– Дракон! – начал я как можно осторожнее, чтобы не обидеть это, в общем, милое создание.
– Я, конечно, понимаю, что все это жутко интересно и очень любопытно, но…
Ну что я мог ему сказать? Конечно, я сказал то, что думал:
– Мне твои пенктали после запятой в пятом вообще до фени. Я хочу просто знать, кто такой этот дьявол, и почему он скрывается под моим именем. И все.
Дракон тяжело вздохнул. Видимо, за время пребывания в образе камня ему не часто попадались слушатели. Но я был не тот, с кем он мог наговориться досыта.
– Ну так что, Дракон? Только попроще, без всяких там пятых знаков после запятой, ладно? Кто этот дьявол?
Ответ оказался слишком неожиданным, и поэтому даже мое натренированное тело варркана вздрогнуло.
– Это – ты сам!

ГЛАВА 8
ОДИН ЛИШЬ Я

Обычно я не жалуюсь на слух, но в этом случае переспросил:
– Кто?
– Это – ты сам.
– Нет, Дракон, я понимаю, что он может носить мое имя, иметь похожую внешность, об этом я уже слышал, мне непонятно, кто именно скрывается под моим обличьем.
Вероятно, Дракон никогда в своей, бесконечно длинной жизни не видел такого глупого существа, как я. Мне показалось, что он несколько раздраженно помотал своей металлической головой.
– Это твое зло, человек.
– Зло?
– Да, зло. Посмотри на эту армию, – Дракон указал на чернеющую вдали армию нелюдей. – Как ты думаешь, откуда берется вся эта дрянь?
Не дождавшись ответа от меня, он ответил сам на свой вопрос:
– Человек живет, а душа его все время проводит в борьбе. В любом существе есть два начала: добро и зло. Эта истина известна со старых времен. И они постоянно враждуют друг с другом. Победит добро – значит, все хорошо; зло – и вот, что получается.
Дракон мотнул головой в сторону темной линии.
– По-твоему выходит, что все это люди? -недоверчиво спросил я.
– Да, все они были когда-то людьми или их душами.
Многое из того, что рассказал мне Дракон я принял спокойно: кое-что я знал сам, о чем-то догадывался. Но один вопрос все равно оставался неясным.
– Как же другой Файон? Я же здесь и нахожусь вполне в своем уме.
– Вот здесь-то все и сложнее. Но я думаю, что настанет минута, когда ты сможешь выяснить это сам. Один на один, с этим дьяволом. Но… -Дракон замялся, словно пытаясь удержаться, но все-таки закончил, -… бойся его. Многие герои не смогли выдержать встречу со своим "я".
Заметив мой молчаливый вопрос, Дракон отрицательно покачал головой:
– Нет, Файон, я слишком много тебе сказал. По сути, я говорю о будущем, а это запрещено.
– Кем? – тут же влез я, надеясь, что Дракон не заметит моего неожиданного интереса к его персоне.
Дракон, находясь в своем металлическом панцире, затрясся от смеха с такой силой, что его доспехи задребезжали.
– Ты хитер, Файон. И, может быть, я отвечу тебе на этот вопрос, но только после того, как все это закончится.
– А теперь, хозяин, – он опять перешел на официальный тон, – тебе следует отойти за линию воинов. Скоро начнется.
– Нет уж, я эту кашу заварил – я и буду расхлебывать. Я попытался было выйти за линию наших солдат, но меня задержала необычайно твердая рука Дракона. Я даже удивился той силе, которая ощущалась в металлических перчатках Дракона. Он небрежно притянул меня к себе и, едва не уткнув мой нос в свое забрало, прошептал чуть сдавленно:
– Не глупи, человек! На твою судьбу еще хватит драк.
Я немного поболтал в воздухе ногами и согласился с его словами.
– Вообще-то мне всегда хотелось посмотреть, как другие сражаются с нелюдью.
– Ну вот и великолепно, – голос Дракона стал прежним, затем чуть извиняясь, так что его сожаления и не было заметно, он произнес:
– Твое время, действительно придет, не торопись.
Тем временем, недовольно сморщившись и расправляя смятый в некоторых местах костюм, я встал позади своего войска. Вскоре туда подошел и Дракон.
– Смотри, они начинают, – бросил он, поворачиваясь лицом к фронту.
Я и сам видел, что армия Дьявола зашевелилась.
Передние ряды ее еще даже не сдвинулись с места, но казалось, что этот пирог из всевозможных монстров и чудовищ набухает и раздается вверх и вширь. Внезапно до нас долетело зловоние. То ли случайный порыв ветра принес его, то ли оно появилось в результате непонятных процессов, происходящих внутри черного войска. Мне сразу стало неуютно. Я вспомнил, как воины Дракона спасли меня на острове, но сейчас, на этом поле, все было совсем иначе.
Своим умом я понимал, что как бы ни была велика сила Дракона, она – не безгранична. Слишком чудовищная армия противостояла нам! Справимся ли мы?
Словно отвечая на мой вопрос, Дракон обронил:
– Я думаю, что в конечном счете исход битвы решите вы вдвоем. Ты и Дьявол. А мои солдаты выдержат.
Я снова окинул взглядом армию неприятеля. Солнце давно зашло, и его место на небосводе заняла величественная луна, словно специально для такого случая чистая и яркая. В ее свете армия Дьявола колыхалась темным студнем, только изредка там что-то поблескивало. Может, это сверкали обнаженные когти или клыки, а может, и стальное оружие. Что гадать?
Где-то там, в самой гуще нечеловеческой толпы, находился другой Файон. Почти человек, и почти я. Иногда мне казалось, что я вижу его фигуру, появляющуюся то здесь, то там.
Повинуясь какому-то приказу, масса нелюдей всколыхнулась, вспенилась и двинулась на нас.
Если бы все это так или иначе не касалось меня, я бы сказал, что зрелище было удивительным и даже величественным.
Строго соблюдая ровный фронт, образуя единую стену, на нас шла нежить. Даже с такого, в общем-то достаточно неблизкого расстояния, были видны тысячи и тысячи красных фонариков глаз нелюдей. Было еще трудно сказать, кто же составляет передовую линию нападавших, но мне казалось, что в таком организованном войске, наверняка, не будут даром тратить чьи-то, пусть и ненастоящие, жизни. «Наверняка, – подумал я, – впереди все те же боболоки или, в крайнем случае, мулы».
Повсюду, насколько хватало взгляда, тянулось это нескончаемая жуткая шеренга – символ чьей-то власти и злобы, символ вечного врага человека – Тьмы.
Когда до линии моих солдат оставалось шагов сто, вновь пришел запах. Тяжелая и непонятная вонь, в которой смешались миазмы всех этих нелюдей. Сразу же пришлось отключить свое обоняние, в такой драке оно совершенно не пригодится.
Приближающееся пятно еще больше увеличилось, и теперь между армией дьявола и шеренгами солдат Дракона оставалась узенькая ничейная полоска, которая с каждым мгновением сужалась, приближая неотвратимое столкновение.
Я с некоторым беспокойством стал посматривать на воинов Дракона, совершенно не подававших никаких признаков жизни. Они просто стояли, словно серебряные статуи, не реагируя на происходящее. Повернувшись к Дракону, я вопросительно посмотрел на него. Дракон, видимо, уловил мое беспокойство и успокаивающе кивнул головой.
Хорошенькое дельце, через несколько секунд я уже буду нос к носу с нелюдями, а он мне улыбается!
Начиная сомневаться, я медленно потянул из ножен свой меч. Но я зря беспокоился. Когда до нелюдей оставалось каких-то десять-пятнадцать шагов, Дракон резко выхватил свой узкий меч и скомандовал едва слышно:
– Легион! Оружие вперед!
Словно узкая, но ослепительно яркая вспышка пробежала по рядам серебряного легиона – это лунный свет отразился в шпагах его солдат.
Преследуемые вечным страхом перед серебром, нелюди на несколько коротких мгновений замерли по всему фронту. Но их замешательство длилось не больше секунды. Разом заревев, завизжав, закричав, армия Дьявола столкнулась с легионом Дракона. Моего Легиона.
Тяжелый вздох пробежал по земле и, тупой болью отозвавшись в моем сердце, ушел куда-то вниз.
К ужасающему реву нелюдей прибавился свист мечей легионеров. В первую секунду мне показалось, что под жестоким натиском ровная цепь драконовых солдат прогнулась и разорвалась, но это было просто обманом зрения. Просто половина солдат отступила за спины товарищей, чтобы не мешать.
Яркое серебряное пламя разгоралось по всей долине. Нелюди наскакивали на легионеров, чтобы в следующее мгновение исчезнуть в пламени смерти. Казалось, что вся линия столкновения полыхала пожаром. Это голубое свечение удалялось от меня налево и направо и терялось где-то во тьме ночи.
Все свое внимание я обратил на сражающихся прямо передо мной. Серебряные воины Дракона отлично знали свое дело. Их мечи мелькали с быстротой, недоступной даже мне, варркану. А уж варрканы, как я заметил, владеют оружием едва ли не лучше всех в этом мире.
Дракон беспрерывно прохаживался около меня и что-то бормотал на своем, одному ему известном языке. В какое-то мгновение я вдруг почувствовал, как он внутренне напрягся, и увидел, что Дракон неожиданно замер, повернувшись к правому флангу. Я тоже посмотрел в ту сторону.
Прямо над головами сражавшихся бойцов к нам приближалась маленькая искорка. Бледная и какая-то дрожащая, она подлетела к Дракону и медленно опустилась в раскрытую металлическую ладонь.
Дракон сжал кулак и снова что-то сказал.
– Что это было? – спросил я.
– Это первый погибший солдат.
Если бы я не был уверен, что Дракон всего лишь дух, я бы подумал, что, когда он говорил это, голос его дрожал.
– Извини, я не знал, что твои солдаты могут умирать.
– Это не смерть, Файон, это освобождение, -произнес Дракон и, оборвав разговор, отвернулся к сражающимся.
Я немного потоптался на месте, не зная, что предпринять. Мне было немного стыдно перед Драконом. Почему? Кто может ответить на вопрос, почему человеку иногда бывает стыдно за свои в общем-то вполне нормальные слова. В конце концов, мне ничего не оставалось делать, как присоединиться к Дракону и продолжать следить за сражением, ожидая своего часа.
Я все-таки надеялся, что и моя скромная персона может сыграть свою роль в ужасном спектакле, где решится судьба этого мира.
Казалось, прямая линия, служившая границей между нашими войсками неизменна. Насколько я мог судить по солдатам, которые сражались передо мной, никто не сделал ни шагу назад.
А зрелище было великолепное. Нелюди таяли прямо на глазах, но их армия, казалось, не имела числа.
Тем не менее я смотрел на все это с нескрываемым удовольствием. Слишком мощными мне казались легионеры, и слишком беспомощно выглядели нелюди. Единственное, чего у врага было в избытке, так это необъяснимой злости и настырности.
Внезапный скрежет привлек мое внимание. Один из солдат Дракона попытался сбросить со своей руки визжащего упыря. Это ему почти удалось, серебряное жало меча вспороло брюхо нелюдя, а вслед за этим отлетела и рука, вцепившаяся в плечо солдата. Но мгновение, которое потребовалось легионеру Дракона, чтобы освободиться, оказалось для него роковым. Раздался радостный визг – и вот уже серебряное тело оказалось погребено под смрадной кучей радостной нежити. В несколько секунд тело защитника было растерзано.
Сразу же несколько солдат бросились в эту сторону, чтобы закрыть образовавшуюся брешь. Судя по усилившимся визгам боли и страха, а также по сильному свечению, им это удалось без всякого труда. Серебряный строй снова выпрямился, на место погибшего солдата встал другой, остальные воины снова заняли свое место за спинами сражающихся, чтобы в случае опасности заменить убитого.
Останки погибшего солдата вспыхнули невыносимым светом. Маленькое солнце вспыхнуло над головами сражавшихся в последнем желании принести помощь соратникам, затем превратилось в маленькую звезду. Немного померцав, она погасла, и на ее месте осталась только маленькая искра, которая медленно поплыла к ладони Дракона.
Было что-то щемящее в том, как Дракон принимал ее в свои ладони и прятал от всего мира. Даже если его солдаты и не могли умереть, все равно, чтобы он ни говорил, они тоже погибали. Я сам воин, и видел много смертей. Казалось, что я привык к ним, перестал замечать. Но в ту секунду, когда Дракон прятал крохотную искорку, мне стало почему-то жаль всех, кого я когда-либо убивал.
Это длилось одно мгновение, но затем меня охватило щемящее чувство тревоги. В ладони Дракона упали одновременно сразу шесть искорок. А потом искры начали сыпаться беспрерывным потоком.
Я заметил, что вторая линия моих защитников становится все реже и реже. Они растекались по всему фронту, стараясь рассредоточиться равномерно.
Наши дела явно шли не лучшим образом. Нелюди, видимо, отыскали какой-то ключик к легионерам и теперь планомерно их уничтожали.
Я бросил взгляд на Дракона. Трудно было догадаться, какие мысли проносятся в его голове. Но я понимал, что его солдаты составляют часть его и их гибель сказывается на нем самом.
Я подошел к нему и положил руку на его металлическое плечо:
– Кажется, наши дела не так уж хороши?
– Эти твари слишком быстро обучаются, -проворчал Дракон голосом, в котором слышалось одно лишь ожесточение, – или же ими слишком хорошо руководят.
Я промолчал. И не потому, что был полностью согласен с Драконом, нет. Просто я почувствовал, что в смерти легионеров есть и моя вина. Я заварил всю эту кашу, я вызвал Дракона и его солдат. В конце концов, это именно я дал имя этому Дьяволу.
– Нет, Файон, твоей вины здесь нет, – прочитав мои невысказанные мысли, покачал головой Дракон.
– Тогда мне надоело прятаться за спинами твоих солдат.
– Они еще стоят, – возразил мягко Дракон, -их не так-то просто сломить.
– Ты можешь сказать, сколько уже погибло и как долго они еще смогут выдержать?
– Примерно сотня. Или одна тысячная всех моих солдат.
Я быстро прикинул в уме, благо – голова моя на это счет оказалась хорошей помощницей. Беря во внимание процентное соотношение и расстояние между солдатами, получалось, что двести тысяч солдат (Господи, спасибо тебе за эту помощь) сдерживают нелюдей на расстоянии примерно в пятьдесят километров.
От таких мыслей голова может не только заболеть, но и вообще выключиться. Чтобы этого не случилось, следовало отвлечься, а лучший способ для этого – помахать мечом.
– Дракон, я хочу встать среди них. Не допуская возражений, я вытащил меч и сделал шаг вперед. Рука Дракона моментально легла на мое плечо, сжав его в тиски.
– Если что-то случится с тобой, будет проиграно все. К тому же ты будешь мешать моим солдатам. Жди, Файон. Твое время еще не пришло.
Ладонь разжалась.
– Кусок металлолома, – процедил я, впрочем, не слишком переживая, что могучий союзник может услышать меня.
– Послушай, Дракоша, – попробовал я зайти с другой стороны. – Может быть, ты скажешь, когда придет мое время?
Дракон стоял, совсем по-человечески покачиваясь на пятках и пристально вглядываясь в происходящее.
– Что касается металлолома, то это для меня звучит даже похвалой, – я почувствовал, как мои уши начинают краснеть, – а что касается твоего времени, МАЛЬЧИК, то…
Тут Дракон посмотрел на меня и, увидев или почувствовав все, что происходило со мной, расхохотался.
– Не вижу ничего смешного, – буркнул я и отвернулся в сторону.
– Не обижайся, Файон, просто я не смеялся так уже много лет, – Дракон дружелюбно посмотрел на меня и похлопал по плечу, – ты был слишком смешон в своем гневе.
Дракон не закончил, резко дернулся и стремительно повернулся к сражающимся. Что-то произошло. Все мое внимание теперь оказалось приковано к битве, но я не видел, что же так взволновало Дракона.
– А вот теперь приближается и твой час, варркан, – голос Дракона звучал настороженно и глухо.
Его металлическая рука взметнулась и указала мне то место, откуда исходило все волнение. Теперь и я увидел это, и моя рука непроизвольно сжала рукоять «Лучшего».
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31