А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Именно японец, — говорил мужчина. — По описанию подходит, но нам ведь не были даны специфические детали. Возраст, рост, вес — этого недостаточно для того, чтобы быть полностью убежденным.
— Привет, дорогая, — сказал Сэвэдж в трубку. Номера он набрал наугад и теперь слушал сигнал “занято”. — Нет, я просто хотел предупредить, что попал на паром из Патрая.
— Убедиться? — переспросил человек. — Каким же образом?..
— Ага, в Италию прибудем завтра в пять вечера, — сказал Сэвэдж.
— Спросить его? — Человек снова хмуро зыркнул в сторону Сэвэджа, не имея возможности говорить настолько свободно, насколько бы ему этого хотелось. — Но ведь если это он, то, по-моему, лучше всего подождать и проверить, не встретится ли он со своими приятелями. Из того, что мне известно об этом человеке, нас двоих будет явно недостаточно для того, чтобы заставить его повиноваться.
— И я страшно хочу тебя, дорогая, — промурлыкал Сэвэдж в трубку.
— А-а, эта идея мне кажется получше. Да-да, присылайте побольше посредников на “переговоры”.
— Да нет, все, по-моему, вполне. Всех клиентов по списку я опросил, — продолжал говорить с короткими гудками Сэвэдж. — Мне наобещали черт знает чего.
— Корфу? — Голос мужчины прозвучал озадаченно, — Но ведь это вторая остановка. Почему же им не сесть на паром в Игуменице? А, понятно, понятно. Если команда в Корфу уже подготовлена, то пусть остается на своем месте. Кроме всего, им не уйти с острова в этот час. Они просто не в состоянии пересечь пролив и попасть с Корфу на Игуменицу.
— Я тоже тебя люблю, дорогая, — промурлыкал снова Сэвэдж.
— Хорошо. Увидимся завтра утром в девять, — сказал мужчина. — Если за это время случится что-нибудь экстраординарное, я вам дам знать.
Он повесил трубку и пошел обратно в ресторан.
Сэвэдж: тоже повесил трубку и в темноте отправился к Рэйчел, в одиночестве стоявшей у поручней.
— Планы изменились, — сказал он.
— Не понимаю.
— Похоже, что и я не очень. — Сэвэдж нахмурился. — Я пока лишь разрабатываю детали.
5
К часу ночи прогулочная палуба практически опустела. Большинство пассажиров отправились на нижние палубы спать, хотя в баре и ресторане еще оставались посетители. Но немного.
Одним из сидевших в ресторане был Акира. Он заказал несколько блюд и так тщательно пережевывал каждый кусок, что две его сторожевые собаки, все еще скучающие за угловым столиком, стали глядеть подозрительно — и выглядели так, словно знали, что смотрят с подозрением.
В любой момент они могли решить, что для наблюдения им следует подобрать более выгодную точку.
— Время, — сказал Сэвэдж Рэйчел. Пока она стояла рядом со входом в ресторан, невидимая изнутри, он периодически заглядывал внутрь. И теперь ему казалось, что он сам выглядит подозрительно. Да, решил Сэвэдж.
Самое время.
— Вы уверены, что это сработает? — Голос Рэйчел дрожал.
— Не уверен. Но это единственное, что я могу на данный момент придумать.
— Не могу сказать, что я безумно счастлива…
— Все будет хорошо. Просто повторяйте про себя: “вот еще одна возможность доказать себе, что я — актриса, намного лучше, чем моя сестра”. — Он умело сымитировал ее дрожащий голос.
— Я слишком напугана, чтобы шутить.
— Ну, же, произведите на меня впечатление. Входите.
Сэвэдж улыбнулся и подтолкнул ее в спину.
Она обернулась, улыбнулась в ответ, глубоко вздохнула и вошла в ресторан.
Из темноты, стоя рядом с поручнями, Сэвэдж наблюдал за двумя мужчинами. Они взглянули на Рэйчел и чуть было не уронили чашки с кофе. Разительно от них отличаясь, Акира продолжал жевать с непередаваемым спокойствием.
Рэйчел присела с ним рядом. Акира положил на салфетку вилку и нож, словно она была именно тем человеком, которого он ожидал здесь увидеть. Он что-то произнес, затем сказал еще какую-то фразу, наклонившись к Рэйчел поближе. Она ответила, затем, видимо, стала развивать свою мысль и указала пальцем куда-то вниз, на нижние, палубы. Акира пожал плечами и кивнул.
На заднем плане человек, звонивший несколько ранее, поднялся со своего места и вышел из ресторана.
Сэвэдж поджидал его в темноте: человек, с глазами, сияющими от предчувствия победного конца, кинулся к телефонам-автоматам.
Быстро взглянув сначала направо, затем налево, Сэвэдж убедился в том, что на прогулочной палубе никого нет. Он схватил мужчину за левую руку, правую ногу, которую перебросил через перила, и кинул человека в море.
Он падал примерно пять этажей. Вода, видимо, была жесткой как бетон. Мужчина был чересчур удивлен, чтобы кричать.
Сэвэдж, оставаясь в темноте, повернулся к окну ресторана. Акира встал, расплатился и вышел из зала с противоположной стороны вместе с Рэйчел.
Второй охотник замялся, не зная, видимо, насколько быстро удастся дозвониться его напарнику. Но он не мог оставить Акиру с Рэйчел — в этом Сэвэдж не сомневался. Как он и предполагал, мужчина, поколебавшись секунду, торопливо кинул на стол деньги и поспешил вслед за добычей.
Сэвэдж пошел вдоль опустевшей палубы. Ему было вовсе не обязательно перебираться на другую сторону парома и следить за наблюдателем. Он прекрасно знал, куда тот отправится.
Он поспешил спуститься по лестнице на палубу А. Ему следовало поспешить. Потому что он абсолютно точно знал, что Акира с Рэйчел дойдут до каюты, которую снял Сэвэдж, наблюдатель увидит, как они входят, услышит, как щелкнет замок, и поспешит к своему напарнику, чтобы сообщить ему, где именно скрывается жена их хозяина.
Пока Сэвэдж якобы спьяну чуть не свалился со ступеней к подножию лестницы и принялся шарить по карманам, не в силах отыскать ключи от каюты, наблюдатель рванулся к нему, стараясь как можно быстрее подняться на прогулочную палубу и отыскать своего партнера. Сэвэдж врезал ему в живот и рубанул мозолистым ребром ладони прямо по скуле, а потом потащил бессознательное (со стороны казалось, что человек просто вусмерть напился) тело по пустому коридору и трижды стукнул в дверь своей каюты. Дверь приоткрылась на дюйм.
— Драку заказывали? — спросил Сэвэдж.
6
Каютка была крохотная и обставлена резко и решительно: стол, верхняя и нижняя койки, маленький шкафчик и раковина. Рассчитанная на двух человек, она оставляла мало пространства для передвижения четверых. Пока Рэйчел запирала дверь, Акира помог Сэвэджу уложить мужчину на нижнюю койку. Быстро скрутив ему руки за спиной его же ремнем, а ноги — галстуком, они обыскали человека и с удовлетворением отметили, что и он не рискнул пронести через таможню огнестрельное оружие.
— Он безобразно бледен, — произнесла Рэйчел. — Его скула… настолько распухла…
Ударение на последнем слове заставило Сэвэджа повернуться к женщине. Он вдруг понял, что впервые Рэйчел видит следы насилия не на своем теле, а на чьем-то другом.
— А дыхание сильное.
— Не беспокойтесь, — успокоил ее Сэвэдж. — Я ударил его не настолько сильно, чтобы что-нибудь повредить. Он скоро очнется.
— Давайте-ка попробуем ему в этом помочь. — Акира принес стакан воды из раковины и вылил ее мужчине на лицо.
Его глаза заморгали и постепенно стали фокусироваться. Увидев стоящих над ним Сэвэджа, Рэйчел и Акиру, он попытался было подняться, но с ужасом понял, что руки и ноги у него связаны.
— Лежи спокойно, — сказал Сэвэдж. — Не стоит глупить и звать на помощь. Твой приятель тебя не услышит.
— А где?..
— Упал за борт, — оборвал его Сэвэдж.
— Сукин кот, — сказал мужчина.
— Есть предложение, — вступил в разговор Акира. — Нам бы хотелось, чтобы ты хорошо выспался, а утром позвонил.
— Вы не собираетесь меня убивать?
— Такая возможность всегда остается. — Глаза Акиры выражали вселенскую печаль. — Будешь с нами сотрудничать, и не придется тебе так рано уходить к своим предкам.
— Предкам? Что это, японские шуточки?
— Можешь называть их как угодно. Да. — Губы Акиры сложились в тонкую, ледяную улыбку. — Японские шуточки.
— А кому и зачем звонить?
— В семь часов утра паром пристанет в Игуменице. После того, как он отплывет на Корфу, позвонишь своим начальничкам и скажешь, что тебя с приятелем засекли. Скажешь, что мы запаниковали, и сошли с парома в Игуменице. Поехали на восток, в глубь материка, к Иоаннине, по девятнадцатому шоссе.
— А все мы, конечно, останемся на пароме и поедем дальше, на Корфу? — спросил мужчина.
— Точно. Подкрепление, которое должно взойти на борт парома на Корфу, таким образом будет отозвано.
Мужчина стал подозрительно выспрашивать:
— А что дальше? Что будет, когда мы доберемся до Корфу? Поплывем в Италию?
— Наши дальнейшие планы тебя не касаются.
— Я хотел спросить, со мной-то что будет? Зачем мне звонить? Моего напарника вы уже убрали. Почему бы и от меня не избавиться?
— Даем слово, что не причиним тебе никакого вреда, — сказал Акира.
Человек рассмеялся.
— Слово? Слушайте, не смешите. Слова — штука дешевая. Как только мавр сделает свое дело, он сможет преспокойно помереть. Вы же не позволите мне выжить, чтобы рассказать Пападрополису о том, куда вы по-настоящему отправились.
Глаза Акиры сверкнули.
— Мое слово не означает, как ты выразился, дешевизны.
Мужчина повернул голову в его сторону. Потом посмотрел на Сэвэджа.
— Послушай, мы с тобой оба американцы. Это хоть что-то должно значить, а? Неужели, черт, ты не соображаешь, что мне грозит?
Сэвэдж присел рядом с ним.
— Ну, разумеется, понимаю. С одной стороны, ты беспокоишься, что мы будем обязаны тебя убрать, чтобы не волноваться насчет будущего. С другой — что Пападрополис сдерет с тебя шкуру, если узнает, что ты помог нам скрыться. Ему наплевать на твое практичное поведение, когда ты спасаешь жизнь. С его точки зрения ты — предатель. И он тебя накажет. Страшно. Поэтому у тебя возникает комплекс проблем. Согласен. Но вопрос состоит лишь в том, что ты предпочтешь: немедленную смерть или ее отсрочку?
— И можешь не сомневаться, если откажешься нам помочь — через секунду окажешься в компании своего бывшего приятеля, — пообещал Акира. — А у нас, чтобы уйти из ловушки, и другие пути имеются.
— Тогда, ради всего святого, используйте их.
— Но что нам тогда с тобой-то делать? — задумчиво спросил Сэвэдж. — Сейчас наша забота не Пападрополис. А ты. Как с тобой-то поступить?
Человек испуганно стрельнул глазками сначала в сторону Акиры, затем снова взглянул на Сэвэджа и наконец посмотрел на Рэйчел.
— Миссис Пападрополис, не позволяйте им…
— Ненавижу это имя, — оборвала его женщина. — Не называйте меня так. Я никогда не принимала его. И не хочу его снова слышать. Моей последней фамилией была фамилия Стоун.
— Мисс Стоун, не позволяйте им меня убивать. Я видел, как вы побледнели, когда услышали, что этот человек, — он кивнул в сторону Сэвэджа, — убил моего напарника. И вы почувствуете себя в тысячу раз хуже, если позволите ему меня прикончить. Я ведь вот, рядом с вами. Вы со мной разговариваете. Зовут меня Пол Фэррис. Мне тридцать четыре года. Я дипломированный телохранитель, а не убийца. У меня жена и дочурка. Живем мы в Швейцарии. Если вы позволите этим людям меня убить — даже не видя этого своими глазами — вы все равно будете раскаиваться в этом до конца своей жизни.
Рэйчел нахмурилась.
— Неплохо, — сказал Сэвэдж, — но перед тем, как тебя разбудить, мы покопались в твоих карманах. И проверили твои документы. Зовут тебя не Пол Фэррис. А Хэролд Траск. Ты не соврал лишь насчет возраста. Рэйчел, не стоит ему сочувствовать.
— Неужели вы думаете, что во время работы я таскаю с собой настоящее удостоверение личности? — спросил мужчина. — Те, за кем мне приходится наблюдать, очень мстительны, и если они докопаются до того, кто за ними следит, они, чтобы сравнять счеты, достанут моих жену и ребенка. Я уверен на сто процентов в том, что вы оба тоже не носите с собой настоящих удостоверений.
— Убедительно, — сказал Акира. — Но не по делу. Ты ведь так и не захотел нам помочь. Даже если Рэйчел нам прикажет тебя не убивать — это не будет иметь решающего значения. Ведь ее жизнь вне опасности. Если Пападрополис… или она сама решит к нему вернуться…
— Никогда! — заявила Рэйчел. — Я к нему ни за что не вернусь!
— …муж, конечно, ее изобьет и не сомневаюсь, что очень жестоко — но ведь не убьет. А вот нас — если узнает, о том, кто мы и где — обязательно. Если поймает. Так что заставить тебя замолчать — это всего лишь мера самозащиты.
— Соображай, — сказал Сэвэдж. — Будешь помогать?
— То есть буду ли звонить начальству? А вы меня потом отпустите?
— Мы уже пообещали.
Человек колебался.
— Будем считать, что вы меня заставили.
— Какой умница, — подивился Акира. В глазах мужчины замелькали цифры. — Но даже так…
— Меня это начинает утомлять.
— Мне необходим дополнительный стимул.
— Деньги? Не стоит так сильно испытывать судьбу, — предупредил его Сэвэдж. В разговор вступила Рэйчел.
— Заплатите ему.
Сэвэдж, нахмурившись, повернулся к ней.
— Ведь он рискует, — продолжила женщина. — Мой муж будет в ярости, узнав, что этот человек ему солгал.
— Все верно, мисс Стоун. Мне необходимо будет забрать жену с дочкой и на время исчезнуть. А это дело недешевое.
— Это в том случае, если жена и дочь у тебя действительно имеются, — прервал его тираду Сэвэдж. — И сколько же ты хочешь?
— Четверть миллиона.
— Что за бред.
— Ну, хорошо, давайте остановимся на двухстах тысячах.
— Будем считать, что я подобрел, настолько, чтобы предложить тебе пятьдесят тысяч.
— Но откуда мне знать, что они у вас имеются?
Сэвэдж с отвращением покачал головой.
— У тебя, что, есть выбор?
Мужчина побледнел.
— Не зли меня, — продолжил Сэвэдж.
— Хорошо, — мужчина сглотнул. — Договорились. Только вот еще одно.
— Ты просто невозможен, — печально произнес Акира.
— Нет, послушайте. Нужно, чтобы вы помогли как-то избавить меня от Пападрополиса.
— Утро вечера мудренее, — сказал Сэвэдж.
— Могли бы по крайней мере развязать мне руки и ноги.
— Знаешь, единственное, чего мне по-настоящему хочется, так это заткнуть тебе пасть, — рявкнул Акира.
— Ну, мне же надо в туалет сходить.
Акира озлобленно вскинул руки к потолку.
— Не думаю, что смогу выдержать этого парня даже до завтрашнего утра.
— Это и по лицу видно, — сказала Рэйчел и расхохоталась.
7
Следующее утро: десять минут восьмого. Паром только что отчалил от пристани Игуменицы и направился к острову Корфу; Сэвэдж, Акира и Рэйчел напряженно стоят рядом с мужчиной, говорящим по телефону.
— Слушайте, я понимаю, что все пошло насмарку, не стоит напоминать. Но, черт побери, это не моя вина. Мой напарник подошел к нему слишком близко. Японец заметил. И как раз перед самым заходом в Игуменицу. Он побежал. Нам, чтобы его засечь, потребовалось некоторое время. К тому времени к японцу присоединился американец вместе с миссис Пападрополис. Видимо, они спали в одной из кают. Черт, а что я мог поделать? Стучаться в каждую дверь и орать: “Миссис Пападрополис, вы тут?” Японец, судя по всему, был просто приманкой — они хотели выяснить, есть ли на пароме группа наблюдения или нет. Если бы все было покойно, вся троица преспокойно отправилась бы на Корфу.
Мужчина прекратил говорить. Сэвэдж услышал, как на другом конце провода кто-то орет.
— Нет, остановить их перед выездом с парома мы не могли, — продолжил мужчина.
Снова крики в трубке.
— Послушайте, я же говорю, это не моя вина. Мой напарничек так перегадился насчет того, что все испоганил, что сбежал. Решил, что Пападрополис его прикончит.
Человек вздрогнул: вопли на другом конце провода стали настолько громкими, что он отнял трубку от уха.
— На его, а не мою задницу. Я же остался, хотя, надо признаться, следить за ними в одиночку чертовски тяжело. Едва смог перехватить их при выезде из Игуменицы. Направляюсь на восток по шоссе номер девятнадцать. Почему не позвонил раньше? Да каким образом? Я бы их тогда точно потерял из виду. Да я бы и сейчас не звонил, если бы они не остановились заправиться. Я в ресторанчике дальше по улице. Вижу их сквозь стекло. Они не понимают, что… минутку. Черт, они уже собираются отъезжать. Слушайте, мне кажется, они гонят к границе. К Иоаннине. Отсюда до югославской границы не больше часа езды. Передайте всем, чтобы следили за пограничными постами. Черт, они отъехали! Больше не могу говорить! Позвоню позже!
Задыхаясь, мужчина грохнул трубку на рычаг.
Сэвэдж отпустил его руку.
Пленник вытер тыльной стороной ладони вспотевший лоб. Потом прислонился спиной к телефону и содрогнулся.
— Нормально?
— Весьма правдоподобно, — сообщил Акира.
— И что теперь? — Человек, видимо, подозревал Сэвэджа с Акирой в самых дурных намерениях. Наверное ждал, что они сейчас же его прикончат.
— Расслабимся и насладимся путешествием, — сказал Акира.
— Что, в самом деле?
— Ты выполнил свою часть сделки.
Мужчина выдохнул и выпрямился.
— Похоже, Пападрополиса со своей шеи я подснял.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56