А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

На стенах были свежие дыры, по углам стояли шифраторы. Лампы были выдраны и висели на проводках. Аделаида и Тоуб анализировали на экране какие-то данные.
Услышав новости от Хидео, они посуровели.
— Ибрагим врал нам даже в этом, — пробормотала Аделаида.
— Бедный Дэйн, — сказала Мелисса, — это просто плевок на его могилу!
— Да, — вздохнула Аделаида, обхватив себя руками за плечи. — К тому же это значит, что Халифи собираются всех нас здесь запереть. Как предсказывали пессимисты, Халифи в самом деле хотят нарушить устав корабля. Они собираются заграбастать весь Новый Мир.
— Как мы можем остановить их?
— Понятия не имею. Я даже боюсь об этом говорить в Комитете.
— Это будет взрыв, — сказал Тоуб. — Мы должны эту информацию держать, сколько сможем.
— Но они же в конце концов узнают! Ведь в научной секции это видел не только Хидео. Вести разойдутся, а тогда… — Она развела руками.
— Да, это подтвердит худшие наши опасения. В Креслах вспыхнет восстание.
Аделаида говорила голосом, лишенным выражения:
— Пропадет вся наша работа. Кресла взбунтуются, и Халифи почувствуют себя вправе на все. Мелисса сжала руки.
— Нам придется применить тот эндшпильный маневр, о котором мы говорили.
Все замолчали. Это был их туз в рукаве. Аделаида кивнула:
— Если делать это, то только наверняка. Второго шанса у нас не будет.
— Я изучила устройства этой секции. Думаю, что заставлю все схемы работать, а если что — ну, тогда у меня есть Хидео. Он отлично знает работу этих систем.
Прежде чем разойтись, они свели руки вместе — Будь осторожнее, — сказала Аделаида. Выйдя из лифта, ведущего в научную секцию, Мелисса по мониторам посмотрела, где сейчас Хидео, и нашла его на совещании руководителей групп высадки в административном центре Она пошла в офис Хидео, отделенный от центра только коридором.
По дороге она заметила шеренгу фигур в желтом камуфляже команды высадки. Стоящий в конце чем-то привлек ее внимание, и она снова взглянула, но его уже не было
Глава 20
Группа высадки команда-восемь вылетела с корабля примерно через пять часов. Долгое ожидание не охладило пыл. Люди вглядывались в растущий под ними мир, не отводя глаз, и во рту у них пересохло от волнения.
Возглавляемая тридцатипятилетним начальником полевой партии Флекером группа состояла из шестерых ученых и четверых «десантников».
Рэндольф Флекер работал в научной программе «Основателя» много лет, вступив в нее еще молодым, прямо после университета. Он надеялся, что его группа будет работать нормально, хотя и имел опасения насчет некоторых ее членов. Например, миниатюрная Им Сон, эксперт по экологии, и огромная Труди Гувек, тучная специалистка по энтомологии.
Был новичок и в команде десантников. Десантник Дайчук сломал ногу на последней тренировке. Стрэнг был дублером, и Траск назначил его. Был этот Стрэнг немногословен — долговязый мрачный малый с грязно-белыми волосами — и выглядел как старый норамский колонист космоса.
Флекер про себя решил, что это агент Халифи. Хоть один из них в группе обязательно должен быть, а Стрэнг вполне мог бы быть человеком Смитсов. Эти Смитсы в Свободном Государстве Хай Ваал работали на Халифи уже столетиями. И выглядели они похоже: голубые глаза, белые волосы и жесткие, словно высеченные из камня лица.
Если так, то Стрэнг, похоже, не просто информатор. Скорее всего у него приказ убивать всякого, кто может учинить беспорядки или сеять призывы к бунту.
Дальнейшие размышления Флекера были на этом месте прерваны. Шаттл влетел в первое атмосферное завихрение, и Флекер, как и все остальные, был отброшен в амортизационную паутину и инстинктивно схватился за поручень.
— Всем держаться! Сейчас малость потрясет, — зашуршал в динамике голос Шекушиб, пилота.
В динамике завыли статические разряды, запрыгали предметы — шаттл влетел в следующее завихрение. Им Сон тихонько взвизгнула. Тарф Асп, почвовед, от страха взревел. Позади шаттла что-то ухнуло, и вдруг стало тихо — они вышли на спокойный участок. Люди перевели дыхание.
Завихрения стали попадаться чаще, но не такие мощные. Флекер снова начал обдумывать предстоящую им задачу.
Им следовало приземлиться на побережье, разгрузить припасы и оборудование и разбить базовый лагерь. Далее нужно было проложить путь в двадцать пять километров по джунглям к высоте, с которой произвести осмотр района.
С виду задача была проста. Но Флекер слишком хорошо знал уже Новый Мир, чтобы не ждать от него сюрпризов.
С самого начала изучения планеты задачи групп высадки сталкивались с немалыми осложнениями. Все первые отчеты характеризовали местность как «труднопроходимую», а дальнейшее исследование подтвердило точность этого определения во всех смыслах.
Команда-два понесла первые потери, когда двое ее членов были убиты и частично съедены хищниками, похожими на земных бабуинов, только переростков. С тех пор каждый носил с собой оружие.
Вся команда-три погибла мучительной смертью от неизвестного грибкового заболевания при изучении одного из местных болот.
После этого ужаса каждая команда оснащалась респираторами, и всем участникам ежедневно давали лошадиные дозы противогрибкового препарата.
Команда-пять была атакована хищными насекомыми, живущими в огромных гнездах в древесной подстилке. В настоящее время эти насекомые рассматривались как наибольшая опасность.
Так или иначе у групп высадки сложился свой образ Нового Мира, довольно зловещий.
И еще подавляли масштабы. Команде-семь пришлось пересекать реку шириной в девяносто километров на две тысячи километров выше устья. Река была вроде земной Амазонки, и было еще не меньше шестнадцати рек того же размера.
Команда-шесть попала в горную страну на экваторе. Пейзаж был поразительно красив. Горы высотой за восемнадцать тысяч метров возносили в небо клыки пиков. Кое-где промеж гор попадались речные долины, поросшие мелким лесом с темной, иногда до черноты, листвой.
Теперь предстояло предпринять крупномасштабное обследование прибрежных районов. Шла заброска команд восемь, девять и десять в заранее выбранные точки южного побережья, опоясывающего глобус континента. За ними планировалось послать команды для обустройства постоянных баз.
Команда-восемь должна была исследовать перспективный район восточного побережья дельты той самой Новой Амазонки, что открыла команда-семь. После высадки на песчаном мысу ей предстояло двигаться в глубь суши на высоту Проминенс-46 — две сотни метров по результатам измерений.
Приятной новостью для команды-восемь было сообщение об отсутствии на побережье грибковой болезни. Кроме того, на месте посадки не было и доминирующей крупной флоры — а она, казалось, покрывала каждый квадратный километр суши, превращая посадку в адский труд.
Но что бы ни сообщалось в отчетах, все экипировались полным оборудованием автономного дыхания и фильтрами. Никто не хотел разделить судьбу команды-три и стать жертвой переносимой насекомыми грибницы и превратиться в кучу размокших грибов.
Шаттл снова поворачивал. На мониторе появился Новый Мир — и весь салон хором ахнул. Флекер вскинул глаза на большой обзорный экран.
Они шли под облаками. Вдалеке, на темно-зеленом горизонте, облака сливались со сверканием необъятного южного океана, вздымающего к ним пену белых гребней.
У каждого к горлу подступил комок. Вот он, Новый Мир!
И всех ошеломила эта огромность. Каким бы ни был этот мир — он не был создан человеком. Мир, а не обитаемая база. Для колонистов, проведших в космосе всю жизнь, это было странное чувство — «чувство планеты», называли его. Оно ошеломляло, даже пугало. Лица застыли, глаза не могли оторваться, голова кружилась.
Шаттл стрелой пошел вниз, тормозя тройным парашютом, и закачался над тяжелой полосой земли.
Стала различима береговая линия. Пена вскипала на камнях, заметала обширные песчаные пляжи. За ней во всех направлениях расстилалась зелень джунглей — кроме одного.
Там зелень прорезало устье реки, перехваченное ожерельем песчаных островов, зажатых между двумя косами.
— Единственный континент, — задумчиво произнесла Им Сон, — странно.
— Так странно, что тектоники просто с ума сходят, — ответил старик Тарф Асп. — Они уже месяцами пытаются смоделировать процесс движения плит и ничего не добились.
— Не вижу проблемы. Новый Мир — это не Земля, так почему предполагать сходство процессов? — спросил Флекер.
— Да ведь никакая модель не строится.
— Как пояс, надетый на экватор планеты, — продолжала Им Сон.
— А может быть, это потому, что тут две луны? — предположила толстая Гувек, энтомолог.
— Две-то их две, но по массе они меньше земной Луны. И приливной энергии, которая могла бы так воздействовать на дрейф континентов, здесь и близко нет, — проворчал Тарф Асп.
— А все же это очень красиво, — радостно сказала Им Сон, — хотя и не моделируется.
— Отсюда оно красиво, — буркнул Траск, старший из десантников группы, — только спорить могу, воняет оно здорово.
— Люди, а там сейчас девяносто пять по Фаренгейту, — задумчиво произнесла Гувек, потея уже только от одной мысли.
— И влажность чертовски высокая будет, — добавила Им Сон. — В районе нашего назначения не меньше девяноста процентов.
— Как нас и предупреждали, — вздохнул Тарф Асп.
Впереди показался полуостров — полоска песка с редкой растительностью. За ним маячил мыс, далее еще и еще.
Слева простиралась нескончаемая зелень джунглей, справа — океан до самого горизонта.
Шаттл подлетел к береговой линии и стал парить над песками полуострова, пока компьютер выбирал лучшее из возможных мест. Затем на вертикальных бустерах шаттл загремел вниз, и гром загрохотал в верхушках деревьев, как вызов.
Грохот двигателей замер, стихло эхо в вязкой массе джунглей, и на мир пала великая тишина.
Потрескивали очаги огня в подлеске, поднимались к небу и уносились ветром клубы дыма.
Заскрипели, заскулили люки шлюзов. Звездой вокруг корабля выпали трапы, спрыгнули в грязь десантники. Их облегченное снаряжение состояло из комбинезона усиленного спиралита, штурмовой винтовки шестидесятого калибра, годной для стрельбы как разрывными, так и обычными пулями. Еще у каждого были связки гранат, сигнальных и осветительных ракет.
Но перед ними простирался мирный, зеленый пейзаж. Воздух был горячим и липким. Был отлив, отлогие берега реки стелились пустынной серой грязью и испускали зловоние под жарким солнцем, и это зловоние смешивалось со зловонием горящих растений.
— А ты, Траск, прав оказался, черт побери, — крикнул здоровенный десантник по имени Бозун, — вонища несусветная.
Ближайший лес виднелся на той стороне грифельного цвета лагуны шириной в четверть мили. Развесистые гиганты уходили в небо на двести метров и выше.
— Ты только посмотри на эти штуки, — пробормотал Траск.
Все посмотрели. Величина деревьев просто в голове не укладывалась. Развесистые кроны поднимались выше небоскребов.
— В жизни не видел подобного, — почесал в затылке Тарф Асп.
Флекер облизнул губы. Что-то зловещее было в этом пейзаже. Весь его опыт был здесь бесполезен Рядом с этими гигантскими растениями, выглядевшими, как оккупационная армия огромной растительной империи континента, он ощущал себя просто карликом.
Со скрежетом открылся грузовой отсек, и ученые выгрузили из корабля вездеходы. Это были машины с восьмисотсильными водородными двигателями, на широченных шинах. Каждый был рассчитан на пять пассажиров с полным запасом воды и провианта.
Техники Купер и Греер занялись машинами, а ученые принялись разгружать припасы.
Флекер обошел позицию по периметру. Часовым было не о чем докладывать, кроме нескольких летающих насекомых и каких-то существ над океаном в километре от берега, издали похожих на птиц.
Скудная растительность на песке по мере удаления от берега сливалась в низкорослый лес с черно-зеленой листвой.
О берег бились огромные волны, и соленая водяная пыль слегка охлаждала горячий воздух. Жестокий солнцепек чуть скрашивался ветром с моря, но в спецкостюмах все равно было жарко и липко от пота.
Флекер остановился возле капрала Бентри, командира десантников.
— Девяносто семь по Фаренгейту, точно по прогнозу, — сказал капрал.
— А влажность?
— Девяносто один процент.
— То-то же тут так мерзко.
— Привыкай, теперь это дом.
— Ага, будет. Как только купол построим.
— Эй, смотрите! — крикнул кто-то справа, со стороны океана.
Они обернулись и успели увидеть, как из воды вылетело что-то длинное и темное и с плеском свалилось обратно.
— Ого, можно порыбачить! — довольно загоготал Бозун.
Ученые разгружали шаттл — при высадке эта работа была возложена на них — и от жары и непривычных усилий начали уже ворчать. Тарф Асп на второй ходке свалился под тяжестью ящика с едой. Вскоре после этого геолог Хунду сел и отказался продолжать работать, Флекер был вынужден занять его место и вскоре обливался потом от усилий.
Но в конце концов работа была окончена, и ученые уселись в тени шаттла, жадно припав к флягам.
— Чертовски жарко для такой работы, — сказала Труди Гувек, у которой из обуви раздавался отчетливый хлюп.
— Полностью согласна, — ответила Им Сон. — Именно чертовски.
— Привыкайте, дамы, таков Новый Мир, — заметил Тарф Асп.
Команда шаттла, свежая, в белой форме космолетчиков, вышла из кондиционированного воздуха корабля подписать у Флекера полетный лист.
— Отсюда отличный вид, — заметила Шекушиб.
— Маленько жарковато только, — добавил Норгил, второй пилот.
— Ага, — согласился Флекер, — что да, то да. Он приложил палец к контакту и отдал Шекушиб рекордер.
— Ладно, а теперь не будете ли вы так любезны убрать все это с дороги?
— Как? — У Флекера чуть глаза из орбит не выскочили. — Мы же только что закончили перетаскивать!
— Вам бы лучше перетащить его еще раз. Через двадцать минут мы эту птичку поднимем.
— Окно взлета — двадцать минут, — добавил Норгил с невинным видом.
Флекер посмотрел на ученых.
Они явно не обрадовались. Приборы, палатки, еда, вода — все это надо было заново собрать, погрузить в вездеходы и отъехать на безопасное расстояние. Девяносто семь градусов по Фаренгейту и влажность, как в душевой.
— А чего ты этих десантников не пошлешь нам на помощь? Тут же барахла чертова уйма! — воззвала к Флекеру Гувек.
Капрал Бентри услышал.
— Эй, слушать надо было, когда инструктировали! При первой высадке десантники занимают оборону, а ученые ставят лагерь и расконсервируют оборудование.
— Да пошел ты, Бентри, к черту! — рявкнула Гувек. — Мы теперь все, что ли, будем жить по уставу?
— Ну а ты что предлагаешь? Чтобы мы все бросили и начали грузить, а на охрану плюнули?
— Да брось ты! Кому тут нападать?
— Вы, ребята, спорите, а время идет, — встряла в разговор Шекушиб. — Чтобы выйти на орбиту, нам через девятнадцать минут стартовать. И хорошо бы, чтобы вас поблизости не было, а то вас еще малость подогреет.
И пилот Шекушиб скрылась в люке.
— Они ведь этого не сделают? — опасливо спросил Бозун.
— Хочешь рискнуть? Пилоты все чуть со сдвигом.
— Ладно, Гувек, давай за работу! — приказал Флекер.
Проклиная Бога, черта, начальство и устав, ученые поднялись на ноги и снова взвалили себе на горб припасы и аппаратуру.
Все погрузили, взревели двигатели вездеходов, и процессия тронулась. Впереди ехал Траск, рядом с ним Флекер, Бозун и Купер сзади.
Они еле отъехали на три километра в глубь суши по песчаной косе, как земля затряслась, и на подушках из огня шаттл поднялся в воздух, качнулся и включил главные бустеры. По лагуне пронесся поток раскаленной пыли, и шаттл скрылся в облаках.
Вездеходы уходили в чащу леса чужой планеты.
Глава 21
После долгого, жаркого дня команда-восемь добралась наконец до почти невидимых склонов Проминенса-46.
Лавирование между взрыхлившими землю корнями средней толщины десять метров — работа, цензурными словами не характеризуемая. Вездеходы выли и стонали, взбираясь на корни поменьше и сваливаясь в ямы меж ними. На каждый километр по карте приходилось километров шесть обходов.
К счастью, вездеходы вели автоводители, поскольку каждый был занят тем, что старался не слететь с места, и править было некому.
Флекеру пришлось отменить заранее составленный график. Он был идиотически оптимистичен — его составили наивные инженеры Фанданы, еще ни разу не ступившие на планету.
Флекеру оставалось только молиться, чтобы до Проминенса-46 вездеходы друг друга не растеряли. У третьей машины появился зловещий стук в коробке передач.
А еще Флекер был до груди покрыт толстым слоем слизи. В начале пути на переправе через реку он вышел из вездехода посмотреть, почему топко на мелях реки. И его тут же засосало по пояс в зыбучий песок.
Флекер попытался просто отряхнуть грязь — в поле к любому дерьму привыкаешь.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28