А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Облегченно вздохнув, Электра, добравшаяся тем временем до южного побережья, принялась высматривать нагов, и углядела их в море. Купаясь в своем природном обличье, они весело смеялись, хлопая хвостами по воде.
— Нада! — позвала Электра.
— Лектра? Ты что здесь делаешь?
— Нада, выручай, это вопрос жизни и смерти. Скажи, как вызывают аиста.
Нада с братом, синхронно изгибая змеиные тела, подплыли к берегу.
— Но я не могу.., попыталась возразить принцесса нагов. — Тайны Взрослой…
— Я уже замужем! И мне необходимо это сделать!
Пожалуйста…
— Да скажи ты ей, — бросил Налдо и, развернувшись, поплыл обратно в море.
Нада уважала брата, к тому же выход с двумя свадьбами подсказал именно он. Она рассказала.
— И это все?! — спросила пораженная и разочарованная Электра.
— Дело, как видишь, нехитрое, большого ума не требует, — усмехнулась Нада. — Обещай только, что ни словом не обмолвишься детям: иначе они поднимут всех взрослых на смех.
— Само собой, — согласилась Электра и, крепко обняв Наду, пустилась в обратный путь. Теперь она знала, что следует сделать для того, чтобы спасти свою жизнь и предоставить Дольфу возможность быть счастливым в новом браке.
Чувства ее одолевали противоречивые.
— Я уж боялся, не случилось ли чего, — сказал Дольф, когда она вернулась.
— Да ну, здесь все спокойно. Остров-то какой… — она осеклась, ибо побоялась произнеся название острова «Аяте Бя Люблю», услышать неизбежное — «А я тебя нет». Поэтому Электра предпочла шлепнуть его подушкой. В ответ на что он обнял ее и поцеловал. Это было здорово, но, в конце концов, следовало заняться и делом.
— Итак, я все выяснила, — сказала она. — Чтобы вызвать аиста, нам надо будет крепко-крепко обняться… но тут есть одна особенность.
— Насчет обняться я вовсе даже не против. А что за особенность?
— Безо всякой одежды.
— Ты хочешь сказать…
— Именно это. Даже никаких трусиков.
Этот пункт внушал Электре страх, ведь без розовых трусиков она должна была лишиться своего магического очарования. Однако по-другому было нельзя. Впрочем, как ни странно, Дольф никакого разочарования не выказывал. Выказал он лишь заинтересованность:
— А как мы узнаем, что послание отправлено?
— Мы увидим эллипс.
— Что?
— Ну.., короче говоря, три точки. Нада говорит, что когда появляются три точки, это значит, что послание аисту отправлено.
— А где они появляются?
— Где надо.
— А где Нада?
— При чем тут она?
— Ну вот, ты же сама… Ладно, значит, мы должны обниматься до тех пор, пока где-нибудь не появятся три точки?
— Именно.
— Что-то больно уж просто. Неужто сработает?
Как-то не верится.
— Верится тебе, не верится… Должно сработать. Это магия.
— А… Ну что ж, тогда приступим.
Они приступили. Сняли белье и обнялись. Очень крепко.
— Я хотел бы тебя поцеловать, Лектра, — сказал Дольф.
— Это разрешается. Против поцелуев аисты ничего не имеют.
Дальше дело пошло совсем здорово. Они сжимали другу друга в объятиях, одаривали поцелуями и скоро, каким-то магическим образом, сделались столь близки, что слились в единое целое. Они проникали друг в друга, словно призраки или демоны, но их это ни чуточки не беспокоило. Правда, Электра понимала, что рано или поздно им придется вернуться к отправке послания. Но это могло подождать: слишком уж хорошо им было. Она любила Дольфа, и он в эти мгновения любил ее.
Электра чувствовала, что электризуется, теряя контроль над своим магическим талантом, но надеялась, что это безвредно, потому что просто не могла остановиться.
И тут, неожиданно тело Дольфа сделалось горячим, а глаза остекленели.
— Что случилось? — воскликнула она, испугавшись, что ненароком ударила его током.
— Я их вижу! — содрогаясь всем телом, выдохнул Дольф.
— Кого? — спросила не на шутку встревоженная Электра.
— Точки! Я вижу точки.
Электра проследила за его взглядом и увидела их.
Три точки проплывали над их телами.
***
Замедлив движение, точки сориентировались, выстроились гуськом и вылетели сквозь стенку шатра, направляясь к аисту.
— Получилось! — воскликнула Электра.
Они сделали все как надо, и у них получилось.
Поцеловав ее еще раз, Дольф расслабленно раскинулся на перине, закрыл глаза и прошептал:
— О Нада, я буду любить тебя всю жизнь.
Все заветные, несбыточные мечты Электры развеялись как дым. Сердце ее обливалось кровью.

Глава 16
РЕШАЮЩЕЕ РЕШЕНИЕ

Дольф лежал рядом с ней неподвижно, но сердце его бешено колотилось, а мысли крутились в голове на манер смерча. Сегодня он не только женился и научился вызывать аиста, но и открыл для себя Электру. Ему довелось испытать три великих потрясения: поразиться тому, коль прекрасна она в свадебном платье, ощутить необъяснимое, но приятное возбуждение, увидев ее в трусиках, и, к величайшему своему изумлению, обнаружить, что ее поцелуи столь же сладостны, как и поцелуи Нады. После всего случившегося мысль о необходимости вызывать с ней аиста больше его не тяготила.
Тяготить его, правда, стало нечто иное, нечто такое, с чем он обязан был разобраться.
«О Нада, я буду любить тебя всю жизнь».
Но разобраться оказалось не так уж трудно: ответ пришел сам и Дольф знал, что ответ этот правильный.
Успокоенный этим, он заснул.
Проснувшись, Дольф первым делом поцеловал Электру, но та почему-то выглядела подавленной: все-таки бои на подушках утомляют девчонок больше, чем мальчишек. Ему хотелось сказать ей, до чего он вчера додумался, но было боязно: наверняка ведь начнет возражать.
К чему торопиться, скоро она и так все узнает.
Они оделись: Дольф в свой выходной костюм, потому как ничего другого под рукой не имел, а Электра поверх восхитительных трусиков и лифчика натянула джинсы и рубашку, оставив восхитительное свадебное платье в шкафу. Дольфу было чуточку жалко, что он больше не увидит Электру в нем, хотя это не имело значения. Она оставалась замечательной девушкой и в повседневной одежонке: просто удивительно, что он не замечал столь очевидного факта целых шесть лет.
Электра помогла ему застегнуть все пуговицы, расчесала волосы, стряхнула пыль с башмаков.
— Ты очень красивый, Дольф, — печально промолвила она.
— Что-то не так, Лектра? Я…
Она выдавила улыбку.
— Все в порядке, Дольф. Я знаю, что делать.
— Тогда давай позавтракаем, — заявил он, подумав, что девчонок с замужними женщинами роднит то, что ни тех, ни других все равно не поймешь.
Они перешли в другой шатер, где их уже дожидался накрытый стол с пирожными, фруктами и прочей вкуснятиной. Дольф взял ик-лер (пирожное, названное так из-за чудной привычки икать, когда его надкусывают), а Электра склянку с любовным аннулятором.
— Лектра, не надо! — крикнул Дольф, но было поздно.
Она осушила склянку до дна.
— Но я вовсе не хотел… — начал он, подойдя к девушке.
— Все в порядке, Дольф, — перебила его Электра. — С этого момента я больше не стану докучать тебе своей любовью.
— Но…
— Если ты не против, я присяду. А то что-то голова разболелась.
— Садись, конечно. Но…
От огорчения Дольф налег на пирожное, и шатер наполнился приглушенным иканием.
— Эй, принц, как настроение? — ехидно осведомилась материализовавшаяся из воздуха Метрия.
— Я.., вроде как в растерянности, — признался Дольф, покосившись в сторону Электры.
— Да ну? С чего бы это: все ведь идет, как задумано.
Ты уже и аиста вызывать выучился, теперь только и осталось, что бросить Электру, которая тебя любит, и бежать к Наде, которая не любит. Что тут теряться?
— Да то, что она только что выпила аннулятор! — воскликнул Дольф, указывая на Электру. — Я бы остановил ее, но она ждать не стала.
— А чего ей было ждать? — поинтересовалась демонесса. — Ведь любовь к тебе причиняла ей боль: чем дольше любит, тем дольше страдает. А так она и себя от мук избавила, и тебя освободила. Все вроде сделала правильно, хоть сама и дурочка.
— Все твои подначки, Метрия, ни к чему. Если хочешь знать, этой ночью я решительно принял решающее решение.
— Это я поняла, когда сунула нос в твой подвал.
— Куда?
— В твой провал, сеновал, коновал, овал.
— Это где три точки, что ли?
— Вот-вот: эллипс. Насмешил ты меня здорово, поэтому я тебя, так и быть, порадую. Аннулятор то.., того… не сработал.
— Так не бывает. У Доброго Волшебника все снадобья с гарантией.
— Кто бы спорил. Снадобье действенное, только это ведь аннулятор любовной магии, а магия — ее любовь, навеянная заклятием, — давно аннулировалась сама собой. Чары, они ведь тоже не вечны: на все есть срок годности. За эти шесть лет Электра успела полюбить тебя не по-волшебному, а по-настоящему Ну, а против взаправдашней любви этот аннулятор бессилен.
— Значит, средство не подействовало? Но почему она мне ничего не сказала?
— Потому, что желает тебе счастья и не хочет портить настроение перед второй свадьбой. Это называется «самопожертвование», и за нами, демонами, такого не водится. Но вы, людишки, просто переполнены подобным вздором, поэтому до нас и недотягиваете.
— Вот здорово! — вскричал Дольф.
— Считается, будто это мы, демоны, черствые и бесчувственные, — усмехнулась Метрия. — Но у тебя, я гляжу, многообещающие задатки…
Однако эта ее подначка пропала даром: Дольф перестал обращать на нее внимание, заметив приближавшихся к шатру со стороны моря Налдо и Наду. А с ними незнакомую, средних лет, женщину с прямым носом и аккуратно собранными на затылке темными волосами.
— Принц Дольф, — промолвил Налдо. — Имею честь представить тебе Клио, Музу Истории, явившуюся, чтобы записать все подробности предстоящего необычного события.
Муза Истории!
— Но Музы, они ведь живут на Парнасе! — изумился Дольф.
— Живем-то мы там, принц Дольф, — кивнула Клио. — И обычно, из дома ни ногой, но столь исключительное происшествие побудило меня явиться сюда лично, дабы удостовериться, что все записано правильно.
Она уселась и деловито принялась делать пометки в своей книге.
— Э.., конечно… — пробормотал Дольф, решительно не понимавший, что за событие может оказаться столь важным, чтобы быть занесенным на скрижали истории.
Для него самым важным событием стала вчерашняя свадьба, но на ней никаких муз не было.
— Ну что ж, пора приступать, — объявил Налдо. — Вчерашние гости почти все разошлись, но семейство кентавров будет присутствовать и сегодня, а мой отец Набоб берет на себя все формальности.
Он и Нада уползли в гардеробную и явились назад одетыми и в человеческом виде.
— А, вот и они, — заметил принц нагов, взглянув наверх.
Дольф проследил за его взглядом и увидел двух крылатых кентавров, каким-то способом удерживавших между собой на лету своего малыша. Когда они спустились, стало понятно, как это делается: сидевшие на спинах Чериона и Чекс девочки просто держали Че за руки. По приземлении кентавры сложили крылья, а девочки и рыжий кот спрыгнули на землю. Все пятеро — не иначе как дурачились всем семейством — оказались в большущих очках.
.. Услышав позади покашливание, Дольф обернулся, и увидел короля Набоба.
— Приступай, — сказал он и принц понял, что слово предоставляется ему.
— Хм… Электра… — позвал король. Тут же подойдя к нему, Электра стряхнула платочком с его губ оставшиеся крошки ик-лера и спросила:
— Можно, я поцелую тебя в последний раз?
— Нет, — ответил Дольф.
Электра молча отвернулась: она желала ему счастья, и отказывалась от него именно потому, что его любила, и поэтому вовсе не собиралась устраивать сцену. Нада не надела свадебного платья, но это не имело значения: принцесса нагов была прекрасна в любом наряде. Она уже сделала шаг к столу, где находилась склянка с любовным эликсиром, но Дольф остановил ее.
— Погоди, — попросил он. — Я.., мне надо кое-что сказать. Надеюсь, ты меня поймешь.
— Слушаю тебя, — спокойно ответила она.
Дольф собрался с духом, зажмурился и выдал то, что мысленно не раз повторял прошлой ночью.
— О Нада, я всегда буду любить тебя. Но жениться на тебе не могу.
Электра воззрилась на него, но на ее лице отсутствовало какое-либо выражение.
Нада моргнула.
— Что?
— Ну вот: дурак дураком, а тут додумался, — фыркнула Метрия и истаяла туманом разочарования.
Дольф сглотнул.
— Я.., я разрываю нашу помолвку, Нада. Поскольку вина моя, то я за это и в ответе. Союз между нашими народами останется нерушимым. Ты можешь выйти замуж за кого пожелаешь, а я надеюсь навсегда остаться другом — и тебе, и всем нагам. И.., и можно, я поцелую тебя в последний раз?
— Только в том случае, если ты объяснишь мне, почему, — ответила Нада, успев ухватить последнюю из куда-то разбежавшихся мыслей.
— Потому, что я не стану разводиться с Лектрой. Теперь я.., знаю ее лучше и вижу, что она так желает мне счастья, что из любви ко мне готова страдать сама. И еще до меня наконец дошло, что с ней мы и вправду лучше подходим друг для друга.., я в том смысле, что она любит и на подушках подраться, и подурачиться, и все такое. А целоваться, обниматься.., и так далее.., с ней, оказывается, очень здорово, и веснушки этому никакая не помеха. Я могу выпить любовного эликсира, глядя на нее, и так, по-моему, будет лучше для всех.
— Выходит, ты меня бросаешь? — уточнила Нада.
— Выходит так, — промямлил Дольф, переминаясь с ноги на ногу.
— Вот, значит, каков был смысл Ответа, — промолвил король Набоб. — Добрый Волшебник Хамфри сказал: «Пожени доставленного Кондраком». Кодрак доставил к нам Дольфа, а я вчера женил его на Электре.
— Да, за все это я тебя точно поцелую, — промолвила Нада и, припав к губам принца, одарила его поцелуем, живо напомнившим ему прошлую ночь. О да, он продолжал любить Наду, но уже не так, как прежде. За одну эту ночь Дольф повзрослел, многому научился и на многое стал смотреть иначе.
Когда Нада разжала свои объятия, Дольф сделал шаг к столу с эликсиром, но остановился.
— Пожалуй, Лектра, я обойдусь без этого питья. Поцеловать меня в последний раз ты и вправду не можешь, потому что последнего раза не будет. Во всяком случае, очень-очень долго. А сейчас, если ты сердишься на мою глупость, мы можем поцеловаться, только не в последний раз. Хочешь?
— Еще как! — Электра, как была с заплаканным личиком, бросилась ему на шею, и ее поцелуй наэлектризовал его не хуже, чем ночью.
— Я люблю тебя таким, какой ты есть, вместе со всей твоей глупостью, — нежно прошептала она.
— Ну.., вот, думаю, и все… — пробормотал Дольф, когда несколько пришел в себя. — Я.., мы.., не знаю, что мы еще будем делать, но мы с Лектрой остаемся женатыми. А вам всем спасибо за то, что пришли.
— Не за что, дурачок, — хмыкнул с виду ни чу точки не огорченный король Набоб и заскользил прочь.
Дольф огляделся по сторонам, дивясь тому, как легко ему удалось воплотить в жизнь столь важное решение, но, приметив Клио, оживленно толковавшую с Дженни, понял, что так, скорее всего и должно было случиться.
Нечто подобное намечалось с самого начала, однако проклятие волшебника Мэрфи в связи с похищением Че, могло внести разлад в ход событий. Муза Истории вынуждена была лично удостовериться в том, что дело завершилось как надлежало.
— Думаю, Клио растолковывает Дженни насчет Муз, — заметила Чекс. — Девочка рассказала про них историю, но некоторые подробности были не совсем точны. К тому же, она чужестранка и, возможно, вообще не была вписана в книги Муз. Неудивительно, что Клио удостоила эти события особым вниманием.
— Мы с Надой возвращаемся на гору Этамин, — сообщил Налдо. — Будем посылать весточки.
Дольфу почему-то казалось, что принц нагов не был особо удивлен его решением. Возможно, он каким-то образом прознал, что представляет собой ночь новобрачных, и предложил брак с последующим разводом, зная заранее, что развода Дольф не захочет. Если его идея и впрямь имела целью избавить сестру от необходимости вступать в нежелательный брак, то Дольф был ему весьма благодарен, ибо это позволило ему открыть для себя Электру. При этом Нада ничуть не потеряла в его глазах: просто он смог увидеть альтернативу, которая, как стало для него очевидным, навсегда сделает его счастливым.
— Погоди-ка чуток, Налдо, — сказал кентавр Черион, тоже не выглядевший удивленным. Вообще, складывалось впечатление, что решение Дольфа удивило только его самого да, разумеется, Электру, — задержитесь с Надой до вечера, посидите с нашими детишками.
— Детишками? Ты имеешь в виду Че, Дженни и Гвенни? — спросила Нада.
— И Сэмми, — дополнил Че. — Компания разномастная, но вся очкастая.
— Но зачем с ними сидеть, разве вы с Черионом куда-то отлучаетесь?
— Конечно. Нам нужно доставить принца Дольфа и принцессу Электру на обратную сторону луны.
— Что? — изумленно воскликнула Электра.
— Медовый месяц, — уточнила Чекс. — Это традиция.
— Но ведь ты назвала меня… — пролепетала Электра. — А я вовсе не…
— Ты вышла замуж за принца, а стало быть, теперь принцесса, — указал Налдо — Первая в нашей истории принцесса, которая носит джинсы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38