А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Существует лишь один источник столь непостижимого
количества материи - само солнце. Материя - это энергия, а энергия - это
материя. Любая непогасшая звезда непрерывно выбрасывает в окружающее
пространство энергию в виде света и других излучений, эквивалентную
миллионам тонн вещества. Но на пути энергии орбитсвильского солнца,
известного когда-то под именем "звезда Пенгелли", Некто поставил преграду
и произвел определенные манипуляции, трансформировав энергию в материю.
Овладев мощью солнца, Некто создал оболочку из вещества, обладающего
заданными свойствами. Когда толщина сферической оболочки достигла
необходимой величины. Творец подставил ладони под поток лучистой энергии и
сотворил новые чудеса: покрыл внутреннюю поверхность сферы почвой, пустил
по ней реки, оживил пространство атмосферным слоем. Подобным же образом Он
сотворил аминокислоты, живые клетки, растительные семена. Ведь в конечном
счете нет никакой разницы между листом растения и листом стали.
- Грандиозное зрелище, не правда ли? - Молодая незнакомка стояла
рядом с Далленом у изогнутого поручня смотровой галереи. - Тьма, хоть глаз
выколи.
- Согласен с вами.
Даже в тусклом свете галереи Даллен заметил откровенно чувственную
привлекательность ее восточного лица. Почему-то он принял ее за
спортсменку, привыкшую к выступлениям перед публикой.
- Я первый раз лечу на Землю. А вы? - Она взглянула ему в глаза.
- Тоже. - Даллен с изумлением понял, что ему захотелось соврать и
выдать себя за бывалого астронавта. - Для меня все это внове.
- Я видела вас во время посадки.
- Вы наблюдательны.
- Вовсе нет. - Она продолжала смотреть на него в упор. - Я обращаю
внимание лишь на то, что мне нравится.
- В таком случае, - вежливо ответил Даллен, - вы очень счастливый
человек.
Он повернулся и ушел, с легкостью выкинув встречу из головы. Он все
еще злился на Кону, но объятия случайной попутчицы - слишком дешевый и
пошлый ответ, и, хотя к нему прибегают многие оскорбленные в своих
чувствах мужчины, Гарри Даллену это не подходит. Лучше почаще наведываться
в гимнастический зал и заглушить тоску физическими нагрузками.
Остальные пассажиры были, судя по всему, туристами. Благодаря щедрым
субсидиям метаправительства они получили возможность посетить колыбель
человеческой культуры. Пробираясь среди праздной публики, Даллен
чувствовал себя белой вороной. Он зашел в свою каюту, переоделся и
отправился в спортзал, где в одиночестве подверг себя пытке на тренажере,
повторяя каждое упражнение по сотне раз, чтобы достичь душевного и
физического изнеможения - гарантии крепкого сна.
Заснул он почти сразу, но уже через два часа открыл глаза с мрачным
предчувствием утомительной и бесплодной борьбы с бессонницей. Пытаясь
обмануть себя, он постарался представить новую работу в Мэдисоне, поездки
в легендарные старые города, живописные пейзажи крошечной планетки. Однако
сколько он ни старался, никаких ярких картин так и не увидел. В неприятном
состояние между сном и явью, когда мозг оказывается во власти странных
видений, Даллену вдруг чудилось, будто Земля - место страшное и крайне
враждебное.

2
Джеральд Мэтью открыл ящик письменного стола и нахмурился, поглядев
на предмет, лежавший внутри.
В свое время пистолеты этой системы получили название
"Спешиал-луддит", поскольку предназначались для единственной цели -
уничтожать компьютеры. Обладание подобным оружием строго преследовалось
законом. Несмотря на обширные связи, Мэтью понадобилось около месяца,
чтобы раздобыть его.
Теперь настала пора им воспользоваться, но Мэтью угнетали тревожные
предчувствия.
Лишь за хранение пистолета он мог схлопотать десять лет тюрьмы, а
если разнюхают, что он использовал "луддит" по назначению, то ему грозит
пожизненное изгнание. Суровость кары объяснялась стремлением защитить в
первую очередь людей, ибо оружие уничтожало всех, кто попадался на пути
луча. "В некотором смысле его воздействие гораздо страшнее прямого
убийства, - говорилось в комментарии к уголовному кодексу. - Оно
представляет угрозу общественному порядку".
- И как меня угораздило сесть в такую лужу? - вопросил Мэтью пустоту
кабинета.
Теперь нужно сосредоточиться на ближайшей задаче, а не думать о том,
чего уже не изменишь. Он взял пистолет из ящика и снял его с
предохранителя. Тяжесть игрушки говорила о том, что она до отказа набита
электронной начинкой. Вспомнив об опасности промедления, Мэтью сунул
оружие в боковой карман просторного пиджака и посмотрел в зеркало. Став
заместителем мэра в тридцать два года, он получал удовольствие от мысли,
что выглядит моложе благодаря атлетической фигуре и великолепному цвету
лица. Одевался он всегда безупречно, поэтому сейчас ничто не должно
бросаться в глаза. Правда, в такую рань вряд ли встретишь кого-нибудь на
третьем подземном этаже, но Мэтью не хотел рисковать.
Убедившись, что все в порядке, он решительно вышел из кабинета. "Не
забывай об осторожности", - приказал он себе, быстро и бесшумно сбегая по
лестнице. Джеральд не стал принимать фелицитин за завтраком, поскольку
задуманное предприятие требовало ясной головы.
Несколько недель назад он обнаружил независимый компьютер
департамента снабжения, установленный в незапамятные времена каким-то
ретивым чиновником. В те дни Орбитсвиль более активно поддерживал связь с
Землей, и компьютер регулировал распределение поставляемых товаров. Джерри
Мэтью об этом не знал и пришел в ужас.
Если какому-нибудь болвану придет мысль распечатать сведения за
последнее время, он с первого взгляда поймет, что заместитель мэра в целях
личного обогащения злоупотребил общественным имуществом. Этого никак
нельзя было допустить, поэтому Мэтью решил уничтожить базу данных. Слава
богу, компьютер не подключили к единой информационной сети Мэдисона.
Добравшись до третьего подземного этажа, Джеральд повернул направо и
очутился в помещении размерами с приличный танцзал. Раньше здесь был
компьютерный центр, от которого теперь остался лишь лабиринт передвижных
перегородок и разобранных стоек. Заместитель мэра отыскал вход, ведущий в
короткий коридор с тремя дверями. На дальней из них стояли таинственные
буквы "М.К.Е.О." Мэтью в очередной раз поразился, как это Солли Хьюму
удалось наткнуться на злополучный компьютер. Хьюм работал младшим
архитектором в городском топографическом управлении, именовал себя
"архиэлектронщиком", посвящая свой досуг поискам устаревших или ненужных
компьютеров. И уж благодаря ревностному веянию чиновник страхового
ведомства Эззати упомянул о находке Хьюма в присутствии Мэтью.
Джеральд открыл замок отмычкой и осторожно вошел в затхлую
комнатушку. Лампа под потолком слабо загудела, холодный свет упал на
металлический стол и стоящий на нем компьютер департамента снабжения:
простой ящик не больше коробки из-под башмаков хранил сведения о
перемещениях товаров еще с тех времен, когда заместителя мэра не было на
свете. Но Джеральда, конечно, интересовали только последние три года.
На минуту он замер перед ящиком, потом, преодолевая странное чувство
вины, вытащил из кармана "луддит" и направил раструб ствола на компьютер.

Кона Даллен выключила диктофон. Было слишком жарко и даже тень от
раскидистого кизилового дерева не спасала от всепроникающего влажного
зноя. Хотя они с Мики уже четыре месяца находились на Земле, она, видимо,
так и не приспособилась к климату этого участка суши, некогда
называвшегося Джорджией.
"К тому же во мне сейчас лишних семь кило", - с некоторой грустью
напомнила она себе, решив в оставшуюся часть дня есть только зеленый
салат. Кона взглянула на часы: до встречи с Гарри оставалось больше часа.
Она сожалела, что очередная глава так пне появилась на свет, но ее
беспокоило иное: тема исследования казалась все более далекой и
расплывчатой.
Книга под названием "Вторая диаспора" должна отражать ее личную точку
зрения на историю орбитсвильского иудаизма. Как ни странно, после отъезда
Гарри на Землю работа вдруг застопорилась, и это сыграло не последнюю роль
в решении Кони приехать к мужу раньше назначенного срока. Кроме того, ее
очень тронуло его робкое предположение, что расстояние позволит лучше
увидеть историческую перспективу. Но теперь, с расстояния сотен световых
лет, богатая событиями история попыток основать Новый Израиль казалось уже
малоинтересной.
Действительно ли судьба отдельной нации - лишь кусочек смальты в
огромной мозаике истории? Или само переселение с одной звезды на другую
лишило идею Коны чего-то очень важного? Подобное ведь происходило и с
другими авторами.
"Переезд к Гарри был ошибкой", - сказала она себе и тотчас пожалела
об этом. После четырех совместно прожитых лет она продолжала считать
отношения с мужем прочнейшей основой, на которой следует строить всю
жизнь.
- Мама!
- Что такое, Мики?
Мальчик испуганно показал пальчиком на серо-белую чайку, опустившуюся
на землю недалеко от них.
- Пчела!
- Это птица, она не причинит тебе вреда. - Кона улыбнулась, громко
хлопнув в ладоши.
Беспечная чайка подпрыгнула и отлетела на несколько метров. Для Мики
всякое летающее существо было пчелой, а всякое четвероногое - кошкой. Зато
в его словаре было с десяток названий средств передвижения, которые он
довольно правильно употреблял. Кона недоумевала: неужели склонность к
технике может проявиться в столь раннем возрасте?
- Плохая, - заявил Мики, прижавшись к матери. Она ощутила чистый
детский запах, исходящий от его медных волос.
- Здесь очень жарко, пойдем в папин кабинет и выпьем чего-нибудь
холодненького.
Она встала, легко подхватила Мики и направилась к северному входу в
Сити Холл.
Офис Гарри до полудня пустует, и, если Мики найдет себе какое-нибудь
занятие, она сможет поработать в более подходящих условиях. Зеркальные
двери автоматически распахнулись. Кона ступила в кондиционированную
прохладу вестибюля и замешкалась. По правилам сначала нужно
зарегистрироваться у главного входа, но платье липло к телу, Мики с каждым
шагом становился все тяжелее, - вокруг ни души, ее некому отчитать за
нарушение правил.
Кона открыла дверь, ведущую на лестницу, которой часто пользовался
Гарри, когда спешил на службу, и стала быстро подниматься по ступенькам.
Едва она дошла до площадки между этажами, как воздух завибрировал от
пронзительного воя сирены.
Кона вздрогнула, крепче прижала к себе сына и замерла у стены, не
зная, повернуть назад или бежать наверх.

Покинув комнату, где стоял компьютер, Мэтью не сомневался, что стер и
программу, и память. Когда заревела сирена, он в отчаянии застонал. О
такой возможности он не подумал, а это лишний раз доказывало, насколько
безрассудно планировать серьезную операцию, находясь под действием
фелицитина.
"Ну, что стоишь? - стучало где-то в висках. - Беги! БЕГИ!"
Он рванул на себя дверь и помчался обратно тем же путем, каким
пришел. Непрерывный вой сирены заставлял его бежать так быстро, что он
буквально слышал в ушах свист ветра. Выскочив на лестницу, он бросился
вверх, перепрыгивая сразу через несколько ступеней. Ему казалось, он
летит.
"Ничего, обойдется, - стучало в голове. - Со мной все будет в полном
порядке. Я должен успеть..." Номера этажей мелькали перед глазами.
Внезапно перед ним возникла женщина с ребенком на руках. Мэтью сразу
узнал Кону Даллен и в ту же секунду понял: она его погубит. Обязательно. У
него нет выбора. Мгновение превратилось в тягучую бесконечность. Пистолет
сам поднялся, палец сам нажал на спуск, невидимый сгусток энергии объял
женщину с ребенком.
Они еще не успели упасть, а Мэтью уже мчался вверх. Происшествие уже
стало для него достоянием прошлого.
Он добежал до площадки пятого этажа и увидел пустой коридор, за
которым - уютная безопасность кабинета. Спрятав пистолет, Джеральд
заставил себя идти как можно медленнее, пока не оказался у своей двери.
- Это не убийство, - шепотом сказал он молчаливым стенам кабинета и
вновь увидел сползающую по стене Кону Даллен. - Нет, это не убийство...

3
- Вынужден побеспокоить тебя, Гарри. Похоже, на улице 1990 года
объявился террорист.
Голос в приемнике отвлек Даллена от невеселых мыслей. Там, дома,
трехлетняя командировка на Землю казалась заманчивой. И дело было не
только в продвижении по службе. Земля, колыбель человечества, всегда
влекла Даллена очарованием романтики. Он думал, что гораздо лучше узнает
Землю, работая здесь, чем съездив сюда на курорт. Но ожидания себя не
оправдали. Кона не хотела оставаться здесь, да и сам он мечтал поскорее
вернуться домой, в Гарамонд-Сити, вдохнуть алмазно-чистый воздух,
принесенный с бесконечных просторов Орбитсвиля. Даллен немного стыдился
своей сентиментальности, но тоска по дому не отпускала, ослабевая только
тогда, когда нарушался привычный порядок жизни...
- Ты уверен? - спросил Даллен.
Он стоял возле своей машины на трассе, соединявшей Скоттиш-Хилл с
городским парком. Только что прошел короткий ливень, и Даллен с
наслаждением вдыхал промытый воздух. Музейная часть города, где находилась
улица 1990 года, была в четырех километрах отсюда. Гарри видел точки
автомобилей, перекрестки блестевшие под утренним солнцем.
- Безусловно, - ответил Джим Мэллор, первый заместитель Даллена. -
Два новых детектора зафиксировали слабый сигнал с товарной этикетки из
Лейкс-Арсенал. Кто-то постарался стереть с нее информацию, но мы все-таки
установили: это фугасная мина TL-37.
- Маленькая?
- Достаточно маленькая, чтобы уместиться в кармане, и достаточно
большая, чтобы разнести в клочья человек двадцать-тридцать. - В голосе
Мэллора звучало явное отвращение. - Мне все это очень не нравится, Гарри.
Мы вызвали патрули, но быстрее, чем за двадцать пять минут, они добраться
не сумеют.
- Передай им, чтобы двигались как можно тише. Пусть приземлятся по
меньшей мере в километре от улицы. Если наш клиент их заметит, то вполне
может выпустить джинна из бутылки. - Даллен сел в машину: - Ты не выяснил,
куда он направляется?
- Его заметили на углу Девятой, а потом на перекрестке Восьмой.
По-моему, едет к Выставочному центру, ему нужно многолюдье.
- Ясно.
В городе катастрофически не хватало полицейских и машин. Проклиная
скупость метаправительства, Даллен включил двигатель и поехал к улице 1990
года. Слухи о готовящихся показательных терактах ходили уже несколько
недель. Люди Даллена захватили банду, прибывшую из Корделя. Он старался не
обращать внимания на эти разговоры, особенно на те, которые, предсказывали
покушение на него самого, ведь предотвратить он ничего не мог. Офицеров
его отряда постоянно дергали, отвлекали на выполнение других задач, и
теперь, похоже, придется за это расплачиваться.
- Сколько посетителей в музейной части города? - спросил Даллен.
- Не очень много, - ответил Мэллор. - Четыреста-пятьсот. Наверное,
четверть из них сейчас в Выставочном центре. Ты предлагаешь начать
эвакуацию?
- Нет! Этим мы только вынудим подонка поторопиться. Ты можешь
сказать, где он сейчас?
- Сигналы больше не поступают. Должно быть, нам попросту повезло,
когда мы поймали их на Восьмой и Девятой. Не знаю, удастся ли
зарегистрировать их еще раз.
- Ладно, держи меня в курсе. Я пройдусь по улице со стороны Центра;
поглядим, может удастся задержать его по пути.
- Ты не должен делать это, Гарри.
- Выговор себе я объявлю потом.
Когда Даллен, несясь по склону холма и превращая встречные лужи в
веер хрустальных брызг, особенно резко кидал машину в сторону, двигатель
протестующе поскуливал. Даллен, не обращая внимания на правила уличного
движения, вылетал на встречную полосу, и даже на тротуар. Он знал, что
здесь практически нет автомобилей и пешеходов, поэтому и позволял себе
подобные вольности, совершенно недопустимые в нормальной обстановке.
Сверху район Скоттиш-Хилл выглядел обычным жилым кварталом, но все дома и
магазины давно пустовали, витрины и стены покрывал невидимый слой
прозрачного пластика, предохранявший их от разрушительного воздействия
времени.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20