А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Хватит самовосхвалений. Итак, это не то место, куда мы должны были попасть. Я повторяю: это не система марглотта.
– Черт побери, ты права. Здесь холоднее, чем у ведьмы за пазухой.
– Я не знаю, что нам теперь делать.
– Десять голов лучше, чем пять. Может, у Грейвса и его компании будут какие-нибудь идеи.
– Тогда, Луис, придется лететь к ним или хотя бы послать сигнал.
– Значит, так и сделаем.
– Сигналы или движение выдадут нас.
– Ты же сама говоришь, Ат, что пока беспокоиться не о чем. – Ненда протянул руку и включил сигнальный маяк. – Вот так. Теперь все нас видят. – Он включил связь с кабиной пилота. – Жми на газ, Ж'мерлия, мы отправляемся на свидание. Время раскинуть мозгами. Дадим нашим приятелям шанс показать, какие они умные.
* * *
«Все – мое» был гордостью Луиса Ненды и его самым ценным имуществом. И то, что он доверил вести корабль Ж'мерлии, явилось истинным триумфом здравого смысла над эмоциями.
На Карелле, родной планете Луиса Ненды, формальное образование было не в чести – не такой это мир. Любой обитатель Кареллы стремился просто выжить. Вероятно, по той же причине Луис презирал все, что относилось к области философии. Но жестокая школа жизни тем не менее вбила в него несколько общих правил, и одно из них гласило: если кто-то может сделать дело заведомо лучше, чем ты, то надо позволить ему это. Инстинкты, зрение и реакция Ж'мерлии были на порядок выше, чем у Ненды, поэтому лотфианин и занял кресло пилота.
Каллик, со своей стороны, обладала непревзойденными аналитическими способностями, а Атвар Х'сиал отлично разбиралась во всем, что касалось Строителей. Впрочем, Ненда подозревал, что Дари Лэнг знала о них куда больше. Однако он и заикнуться не посмел о том, чтобы взять ее с собой. Когда Дари осталась на другом корабле, феромонное послание, выражавшее удовлетворение Атвар Х'сиал, читалось за сотню метров.
Что же делал сам Луис Ненда среди всех этих талантов? Главным образом то, что не успевали другие, а кроме того, тщательно проверял и перепроверял все, что вызывало малейшую тревогу. Пока «Все – мое» сближался с «Гордостью Ориона», Луис пристально изучал планеты, вращавшиеся вокруг замороженной звезды.
Их было слишком много, даже если не считать обычный космический мусор, мелкие астероиды и кометы. Детекторы корабля обнаружили сорок семь космических тел приличных размеров, причем восемнадцать обладали достаточной массой, чтобы удержать атмосферу. Однако они были слишком холодными для этого. И еще кое-что в этих мирах привлекло бы внимание даже менее опытного путешественника, чем Луис Ненда. Из пяти планет, которые находились в пригодной для жизни зоне, одна выглядела настоящим монстром, превосходя по размеру все остальные вместе взятые. Она казалась и самой холодной. В нормальных условиях это был бы газовый гигант с мощным гравитационным полем, которое давно бы уже очистило обширную область пространства. Однако этого не случилось. Сверхчувствительные сканеры обнаружили массу осколков и мелкого мусора, пересекающего орбиту планеты-монстра.
Расстояние в восемьдесят миллионов километров не позволяло увидеть слишком много, но Ненда все-таки навел на планету свой лучший телескоп. Прибор сразу начал жаловаться.
– Температура объекта близка к абсолютному нулю, и он не излучает ни на одной из частот, пригодных для наблюдения.
– Я знаю. Сделай что сможешь.
– Результат может оказаться неудовлетворительным. В моем распоряжении лишь отраженный свет дальних звезд, поток фотонов ничтожен. Время формирования изображения будет слишком велико.
– Судить об этом буду я. Показывай все, что получится. И не ной.
Картинка проявлялась медленно. Сначала возник лишь ряд еле заметных световых пятен, очерчивающих контуры, которые при большом желании можно было принять за диск планеты. Луис Ненда ждал. Он умел ждать. Однажды ему двое суток пришлось просидеть с головой в трясине на Дорадусе IX, дыша через тростинку, пока местные войска рыскали повсюду, пытаясь отыскать убийцу своего лидера. Куда там – он бы просидел так неделю, если надо!
Улавливая фотон за фотоном, телескоп постепенно наращивал и уточнял изображение. Ненда не увидел скоплений облаков, обычных для газового гиганта. Пока все выглядело нормально: при таких низких температурах газы переходят в жидкую или твердую форму. Скорее можно было бы увидеть потрескавшуюся ледяную поверхность из метана или азота. Но на картинке вырисовывалось нечто совсем другое.
Что это? Какие-то линии – прямые, будто проведенные по линейке… Луис задумался. Может быть, это иллюзия? Известно, что человеческое зрение склонно «соединять точки», создавая четкие структуры из беспорядочных пятен.
– Послушай, мне нужна независимая проверка. Я на самом деле вижу прямые линии на твоей картинке, или они существуют лишь в моем воображении?
– Они не воображаемые. Сделать увеличение?
– Пока не надо. Подожди десять минут, потом… Тишину кабины разорвал звук сирены. Затем раздался тихий голос Ж'мерлии.
– Мы готовимся к стыковке с «Гордостью Ориона». Приготовьтесь к возможным аномальным перегрузкам.
Когда корабль вел Ж'мерлия, вероятность чего-то аномального была равна нулю. Однако пилота надо или слушаться, или искать другого. Ненда снова обратился к прибору:
– Ты сможешь продолжать строить картинку во время стыковки?
– Ответ неопределенный. Движения корабля во время стыковки можно легко скорректировать с помощью алгоритмов компенсации сдвига изображения. Но планета движется вокруг своей оси. Если продолжать строить картинку, она будет иметь неравномерное разрешение.
– Ничего не поделаешь. Давай продолжай ловить фотоны и постарайся сделать хороший снимок. – Ненда в последний раз взглянул на экран. Многочисленные черные точки соединялись прямыми линиями, покрывавшими поверхность планеты тонкой сеткой. Похоже на оптическую иллюзию, хотя прибор утверждает, что это не так…
Перед стыковкой надо было сделать еще одну вещь. Ненда повернулся к Атвар Х'сиал, которая внимательно сканировала своими рожками трехмерный звуковой дисплей.
– Ат, можно ненадолго забрать Ж'мерлию? У меня есть для него задание.
– Во время встречи на «Гордости Ориона» мне потребуется переводчик.
– Я не так хорошо работаю с феромонами, как Ж'мерлия, но могу обеспечить тебе вполне сносный синхронный перевод.
– Тогда я согласна, хотя с тебя все равно причитается. Я пойду к нему и прикажу выполнять твои инструкции.
Кекропийка выскользнула из кабины. Ненда повернулся к Каллик.
– Тебе придется немного попыхтеть.
– Все мои способности в вашем распоряжении, господин Ненда.
– Вот-вот, они тебе понадобятся. Пока нас с Ат не будет, вы с Ж'мерлией нанесете на карту Бозе-узлы в рукаве Стрельца – как можно больше, со всеми ближайшими звездами и расстояниями.
– Подождите, господин Ненда, у нас нет данных о рукаве Стрельца. Как мы определим Бозе-узлы?
– Если бы я знал как, то не просил бы вас! Начните с информации Полифемов, она есть в базе данных «Гордости Ориона». Вы сможете получить к ней доступ.
– Данные полифемов в высшей степени ненадежны…
– Конечно. Только это не значит, что в них нет ничего полезного.
Послышался слабый хлопок – это выравнивалось давление воздуха. Ж'мерлия пристыковал корабль к «Гордости Ориона» так мягко, что Ненда даже не почувствовал. Пора было двигаться: меньше всего Луис хотел, чтобы кто-нибудь чужой шлялся по отсекам. Орудийные порты закрылись, как только «Все – мое» пошел на сближение, но на корабле осталось еще много вещей, не предназначенных для посторонних глаз.
Ненда дал последние указания Каллик и поспешил к выходу, оставив телескоп искать сочувствия у хайменоптки, единственного живого существа в пределах слышимости.
– Задача не будет выполнена качественно, если корабль не приблизится к объекту. Простое накопление информации недостаточно для получения высококлассного изображения. Разрешение играет важную роль. Даже дифракционная оптика…
* * *
Ненда едва успел, и то лишь благодаря Атвар Х'сиал. Когда он подошел к переходному люку, шлюз был уже открыт, и кекропийка стояла, загораживая вход. Она грозно встала во весь свой огромный рост, растопырив черные жесткие надкрылья. Ее окутывало густое феромонное облако, из которого так и сочился кипящий гнев.
– Что такое, Ат? Дай-ка пройти! – Карланец торопливо протиснулся справа от кекропийки, осторожно отведя в сторону надкрылье, чтобы не повредить нежные рудиментарные крылышки, и… столкнулся лицом к лицу с незнакомой девушкой. – А, вот оно что! Кто вы такая, черт побери? Впрочем, ответ был ясен. Для Луиса единственными незнакомцами на борту «Гордости Ориона» оставались «эксперты по выживанию», которых Джулиан Грейвс держал в строгой изоляции. Теперь понятно почему: девушка была хорошенькая и стройная, голубоглазая, с вьющимися золотистыми волосами. На вид ей было лет шестнадцать. Она не ответила на вопрос Ненды и продолжала с любопытством разглядывать Атвар Х'сиал.
– Кекропиец… Мне казалось, он должен быть больше.
– Она, а не он. Кекропийцев мужского пола можно встретить только на их родных планетах. Ты загораживаешь путь Атвар Х'сиал.
– Нет, это она загораживает мне путь.
– Все равно. Тебе еще повезло, что она не раздавила тебя в лепешку. Кекропийцы очень сильные и вдобавок не склонны считаться с людьми. Тебя разве не учили этому в детском саду?
Девушка перевела огромные голубые глаза с кекропийки на Луиса.
– Я полагаю, вы и есть Ненда? Грейвс предупреждал о вас. Луис понимал, что его провоцируют, но сдержаться не смог.
– Насчет чего предупреждал?
– Ну… что вы вор, грабитель и, возможно, убийца. Это так?
– Иди ты в задницу!
– Грейвс говорил, что вы сквернословите, скандалите и вообще строите из себя неотесанного варвара.
– Что значит «строю»? Я такой и есть!
Ненда сопровождал беседу слегка отредактированным феромонным переводом, продолжая рассматривать девушку. Она казалась юной в основном благодаря бледной гладкой коже, под которой, впрочем, угадывались натренированные мышцы. Глаза девушки казались наивными, однако успевали всюду, не выпуская из поля зрения ни его, ни Ат-вар Х'сиал, а неестественно ловкие и точные движения заставляли предположить наличие скрытых биосхем.
– У вас есть имя? – небрежно спросил Луис, одновременно посылая сигнал кекропийке: «Тесни ее вперед в шлюз. Ей нечего делать у нас на борту».
– Синара Беллсток. Родилась на Миранде, обучена на Персефоне.
«Луис, мне не нравится эта человеческая самка. Ее феромонная реакция свидетельствует о желании продолжать болтовню и интимные шутки!»
«Ты с ума сошла, Ат! Послушать тебя, так мне вообще нельзя разговаривать с женщинами!»
– Обучена чему? – Одновременно с вопросом торговец обогнул девушку и пошел дальше, предоставляя ей либо идти за ним, либо общаться с кекропийкой, которая упорно двигалась вперед, блокируя проход.
– Боевым искусствам, обращению с оружием, дипломатии. Переносить боль, сохранять спокойствие, быстро оценивать ситуацию и оперативно реагировать. В общем, выживать.
Зато тебя не обучили лгать, плутовать, не доверять всему, что слышишь… Удачи тебе, девочка! Она тебе понадобится. Иначе ты и десяти минут не продержишься на половине планет нашего рукава.
Луис не сказал этого вслух Синаре и не стал передавать Атвар Х'сиал, которая продолжала испускать пахучие облака гнева и подозрений. Они прошли коридор шлюза и оказались в стыковочной камере «Гордости Ориона», где их поджидали четверо: Джулиан Грейвс, В.К. Талли, Дари Лэнг и Ханс Ребка.
Луис Ненда вздохнул с облегчением. Все это время он разрывался пополам, разговаривая с девушкой и одновременно поддерживая с кекропийкой беседу на совершенно другую тему. До чего же приятно – просто сидеть и слушать, что говорят другие! А самое главное, Атвар Х'сиал, поглощенная мыслями о Синаре Беллсток, впервые за несколько лет оставила в покое Дари Лэнг.
Луис двинулся вперед. Он никогда не думал, будто такое возможно, но хмурое приветствие Ханса Ребки и вид В.К. Талли, как всегда готового что-то сказать, заставили его улыбнуться.
Глава 8
Теории
С каждым днем Ханс Ребка все больше убеждался, что его участие в экспедиции было ошибкой. Конечно, как ни крути, здорово спастись в последний момент от неминуемой казни на Канделе. Только зачем это сделали, если на «Гордости Ориона» Ребке ничего не собирались поручать?
Он пытался говорить с Грейвсом, но этический советник лишь качал лысой головой и что-то бормотал.
– Я вас понимаю, капитан, – сказал наконец Джулиан. – Признаю, что пока вам делать почти нечего. И все-таки остаюсь при своем мнении. У меня есть глубокое внутреннее убеждение – рано или поздно вы сыграете существенную роль в успехе – и даже выживании – этой экспедиции.
– Каким образом? Что я могу сделать для выживания, если у вас есть группа экспертов, которую вы специально взяли с собой?
В голосе Ханса звучал сарказм. Он познакомился с «экспертами по выживанию» незадолго до того, как корабль совершил последний сверхсветовой переход к застывшей звездной системе. Познакомился и пришел в ужас – от их юности, отсутствия опыта и, самое главное, безграничной самоуверенности. Лучший способ поскорее найти смерть – это думать, будто все уже знаешь. Только опыт позволяет крепко усвоить, что у вселенной всегда есть в запасе пара-тройка тузов.
Ирония Ребки пропала даром. Советник лишь задумчиво нахмурил брови.
– Исходя из логики, трудно согласиться с точкой зрения, что избыток экспертов по выживанию может принести вред. Во всяком случае, мое убеждение основано не только на логике, но и на личном опыте. Вы спасли мне жизнь в прошлом, и не один раз, а по меньшей мере три, и я надеюсь, что сможете сделать это и в будущем.
На этом беседа закончилась. Ребке оставалось лишь скрипеть зубами, нервно ерзая в кресле, пока «Гордость Ориона» совершал переход в новую звездную систему, где могло таиться сколько угодно неведомых опасностей. Переход с доброй сотней работающих приборов, которые сообщали о присутствии корабля всем желающим!
То, что система оказалась скорее мертвой, чем опасной, ничего не значило – все могло быть наоборот. Ханс настороженно смотрел на экран, пока «зеленая команда», как он втихаря прозвал экспертов, охала и ахала, разглядывая холодную темную звезду и ее замороженную свиту. И «чудесное» появление сигнального маяка «Все – мое» не было для капитана такой уж приятной неожиданностью. Он понимал, что хитрый Ненда нарочно залег на дно, желая убедиться в собственной безопасности. А «Гордость Ориона» сыграл роль живой приманки на охоте, пройдя Бозе-узел с включенными сигналами.
Теперь же Ненда здесь, на борту, и глупо считать, что он пришел помогать. Цель торговца – повысить свои шансы на выживание, не более того. Впрочем, кто может его за это осудить?
Ханс осторожно кивнул Луису, а на собрании постарался сесть так, чтобы не упускать хозяина «Все – мое» из виду. Позади Ненды, возвышаясь над всеми, устроилась Атвар Х'сиал. Желтые рожки на безглазой белой голове кекропийки беспрестанно шевелились. Ханс знал, что они выполняют роль приемника ультразвуковых сигналов, испускаемых складчатым резонатором на подбородке. «Зрение» кекропийцев было основано на эхолокации. Какую еще роль играли эти рожки, и могли ли они воспринимать человеческую речь, оставалось загадкой. Раб-переводчик Атвар Х'сиал, лотфианин Ж'мерлия, на собрании не присутствовал – наверное, остался на корабле. Интересно, что из общей беседы Ненда сможет перевести для своей подружки?
Луис Ненда пока говорить не собирался. Он был так же молчалив, как и кекропийка. Джулиан Грейвс начал с того, что представил собранию пятерых экспертов по выживанию.
– Бен Блеш… Торран Век… Пара Кистнер… Тери Даль… – Грейвс указал по очереди на двух мужчин и трех женщин, сидящих тесной кучкой. – С Синарой Беллсток вы уже познакомились.
Ненда кивнул. По его иронической улыбке Ребка понял, что Луис также не в восторге от «зеленой команды». Ненда был неряшливым и грубоватым, но в случае опасности Ребка предпочел бы иметь за спиной его, а не этих пятерых.
– Мы прибыли, – продолжал Грейвс, – хотя, как очевидно для всех, не туда, куда ожидали. Это не система Марглота. Надо решить, что делать дальше. А для этого необходимо обсудить новую информацию. Мистер Ненда, может быть, сначала расскажете, что удалось узнать вам и вашим компаньонам?
Улыбка Луиса исчезла. Быть застрельщиком ему явно не хотелось. Судя по тому, как вдруг подобралась кекропийка, получив перевод, ей это тоже не понравилось.
– Мистер Ненда?
Ну ладно. – Кареланец сделал паузу, очевидно, чтобы еще раз переговорить с Атвар Х'сиал. – Перед нами темная звезда, достаточно маленькая и плотная, чтобы быть белым карликом, но лишенная внутренней энергии в результате какого-то непонятного процесса.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34