А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 





Уильям Шекспир: «Кориолан»

Уильям Шекспир
Кориолан


М.Бычков, вычитка М.Тужилин
«ПСС в 8 томах. т.7»: Искусство; Москва; 1960
Уильям ШекспирКориолан William Shakespeare Coriolanus
Действующие лица Кай Марций , затем Кай Марций Кориолан. Тит Ларций , Коминий — полководцы римлян в борьбе против вольсков. Менений Агриппа , друг Кориолана. Сициний Велут , Юний Брут — народные трибуны. Маленький Марций , сын Кориолана. Тулл Авфидий , полководец вольсков.Военачальник вольсков, подчиненный Авфидию.Заговорщики, единомышленники Авфидия. Никанор , римлянин.Горожанин из Анциума.Два вольских часовых. Глашатай . Волумния , мать Кориолана. Виргилия , жена Кориолана. Валерия , подруга Виргилии.Прислужница Виргилии.Римские и вольские сенаторы, патриции, эдилы, ликторы, воины, горожане, гонцы, слуги Авфидия и другие слуги.1Место действия — Рим и его окрестности;Кориолы и их окрестности; Анциум. AКT I СЦЕНА 1
Рим. Улица. Входит толпа восставших горожан с кольями, дубинами и другим оружием.
Первый горожанин
Послушайте меня, прежде чем пойдем дальше.
Все
Говори, говори.
Первый горожанин
Готовы ли вы скорее умереть, чем голодать?
Все
Готовы, готовы.
Первый горожанин
А знаете ли вы, что злейший враг народа — Кай Марций?
Все
Знаем, знаем.
Первый горожанин
Так убьем его, а уж тогда сами цену на хлеб установим. Таков ли наш приговор?
Все
Да что там толковать — убьем его, и все. Идем, идем!
Второй горожанин
Одно слово, достойные сограждане…
Первый горожанин
Достойными нас никто не считает: ведь все достояние — у патрициев. Мы бы прокормились даже тем, что им уже в глотку не лезет. Отдай они нам объедки со своего стола, пока те еще не протухли, мы и то сказали бы, что нам помогли по-человечески. Так нет — они полагают, что мы и без того им слишком дорого стоим. Наша худоба, наш нищенский вид — это вывеска их благоденствия. Чем нам горше, тем им лучше. Отомстим-ка им нашими кольями, пока сами не высохли, как палки. Клянусь богами, это не месть во мне, а голод говорит!
Второй горожанин
И начать вы хотите с Кая Марция?
Первый горожанин
С него самого: он для народа хуже собаки.
Второй горожанин
Да разве вы забыли, какие у него заслуги перед отечеством?
Первый горожанин
Ничуть не забыли. Я бы даже хвалил его за них, если бы он сам себя спесью не вознаграждал.
Второй горожанин
Нет, погоди. Ты говори без злости.
Первый горожанин
А я тебе и говорю — все, чем он прославился, сделано им ради этой спеси. Пусть мягкосердечные простаки думают, что он старался для отечества. На самом-то деле он поступал так в угоду матери; ну, отчасти и ради своей спеси, а ее у него не меньше, чем славы.
Второй горожанин
Ты вот считаешь пороком то, что он себя переделать не может. Но ведь ты же не скажешь, что он жаден?
Первый горожанин
А хотя бы и так. Зато у меня других обвинений хватит. Да у него столько пороков, что устанешь перечислять.
Крики за сценой.
Это что за шум? Видно, и по другую сторону Тибра восстание. Что же мы болтаем да время тратим? На Капитолий!
Все
Идем, идем.
Первый горожанин
Тише! Кто сюда идет?
Входит Менений Агриппа .
Второй горожанин
Достойнейший Менений Агриппа — тот самый, кто всегда любил народ.
Первый горожанин
Да, это человек честный. Вот если б и остальные были такими!
Менений
Эй, земляки, что с вами происходит?Куда с дубьем бежите вы? Ответьте.
Первый горожанин
Что с нами происходит — сенату известно: там уж недели две назад могли смекнуть, что мы задумали, а сегодня воочию увидят. Там ведь любят говорить: от черни голой — дух тяжелый. Пусть теперь знают, что рука у нас тоже не из легких.
Менений
Друзья мои, почтенные соседи,Неужто горя вы хлебнуть хотите?
Первый горожанин
Да мы и так уже им захлебнулись.
Менений
Друзья, поверьте мне, о вас пекутсяПатриции. Я знаю, дорог хлебИ голод вас томит, но столь же глупо,Как замахнуться палкою на небо,Вам восставать на Рим, в ком хватит силыПорвать железо тысячи удилПокрепче пут, которыми вы мнитеЕго стреножить. Голод не сенатомНиспослан, а богами, и не руки,А лишь колени вас спасут. Увы!Влекомы вы бедой туда, где ждетВас горшая беда, а вы клянетеКак супостатов кормчих государства,Отечески пекущихся о вас.
Первый горожанин
Пекущихся о нас? Как бы не так! Да им никогда до нас дела не было. У них амбары от хлеба ломятся, а они нас морят голодом да издают законы против ростовщичества на пользу ростовщикам. Что ни день, отменяют какой-нибудь хороший закон, который не по вкусу богачам; что ни день, выдумывают новые эдикты, чтобы поприжать и скрутить бедняков. Если нас не пожрет война, они сами это сделают; вот как они нас любят.
Менений
Или честноСознайтесь в том, что вы безмерно злобны,Иль вы глупцы. Я расскажу вам басню,Хоть вы ее, быть может, и слыхали.Но раз она уместна, я отважусьЕще разок ее напомнить.
Первый горожанин
Отчего не послушать! Только не надейся, что твоя басня наше горе умаслит. Начинай, если тебя такая охота разобрала.
Менений
Однажды возмутились против чреваВсе части человеческого тела,Виня живот за то, что, словно омут,Всю пищу поглощает он, а времяПроводит в лени и безделье праздном,Тогда как остальные члены ходят,Глядят и слышат, чувствуют и мыслят,Друг другу помогая и служаПотребностям и устремленьям общимРодного тела. Чрево ж отвечало…
Первый горожанин
Да говори же, что им чрево ответило.
Менений
Сейчас скажу. С язвительным смешком,Возникшим не в груди, а ниже легких(Взгляните — чревом я могу не толькоВещать, но и смеяться) отвечалоОно мятежным членам, коих завистьК его доходам мучила, как вас,Порочащих сенаторов за то, чтоОни вам не чета.
Первый горожанин
Но что ж ответитьСумело чрево бдительному глазу.Челу, венец носящему, и сердцу.Советчику, и языку-горнисту,Ноге-коню, руке-бойцу и прочимПомощникам и слугам тела, если…
Менений
Что «если»? Перебил — так сам кончай.Ну?
Первый горожанин
Если выгребная яма тела,Живот-обжора грабит их…
Менений
Ну, дальше.
Первый горожанин
Что может он ответить на упрекиВсех членов остальных?
Менений
Скажу вам это,Коль вы себя сумеете к терпенью,Хоть коротко оно у вас, принудить.
Первый горожанин
Ты слишком долго тянешь!
Менений
Слушай, друг.Живот неторопливый был разумнейХулителей своих и так ответил:"Вы правы в том, мои друзья-сочлены,Что общий харч, которым вы живете,Мне первому идет. Но так и надо,Затем что телу призван я служитьИ житницей и лавкой. Не забудьте,Что соки я по рекам кровянымШлю к сердцу во дворец и к трону мозга,2Что по извивам и проходам телаВсе — от крепчайших мышц до мелких жилок —Лишь я питаю жизненною силой.Но, добрые друзья мои, хоть всем вам… (Первому горожанину.) Заметь, не я, а чрево то сказало.
Первый горожанин
Так. Продолжай.
Менений
Хоть всем вам и не видно,Чем каждый в одиночку мне обязан,Я вправе заключить, что отдаюВам лучшую муку и оставляюЛишь отруби себе. (Первому горожанину.) Ну, что ты скажешь?
Первый горожанин
Ответ неплох. Как ты его толкуешь?
Менений
Сенат — вот чрево мудрое, а вы —Бунтующие члены. Стоит толькоВам честно оценить его заботыИ попеченье о всеобщем благе,Как вы поймете, что оно всегдаЛишь от него исходит и приходит,А не от вас. — Что ты на это скажешь,Ты, палец сборища большой?
Первый горожанин
Я — большой палец? Ты зачем меня большим пальцем называешь?
Менений
Затем, что ты, кто всех дрянней и ниже,Возглавить хочешь этот бунт премудрый;Затем, что первым ты к поживе рвешься,Трусливый, слабосильный пес.Ну что ж, готовьте колья и дубины.На Рим напали крысы, и кому-тоНе сдобровать.
Входит Кай Марций .
Привет, достойный Марций!
Марций
Благодарю. (Толпе.) Мятежный сброд, зачем,Чесотке умыслов своих поддавшись,Себе вы струпья расчесали?
Первый горожанин
ВечноДля нас ты сыщешь доброе словечко!
Марций
Кто скажет слово доброе тебе,Тот мерзкий льстец. (Толпе.) Что нужно вам, дворнягам,Ни миром, ни войною недовольным?В вас страх война вселяет, наглость — мир.Чуть в вас поверь, так вместо лис и львовНайдешь гусей и зайцев. Вы надежны,Как угли раскаленные на льдуИль градины на солнце. Вы привыклиКараемых злодеев обелять,Черня закон карающий. Полны выВраждою к тем, кто дружбой славы взыскан.Желанья ваши — прихоти больного:Чего нельзя вам, вас на то и тянет.Кто ищет в вас опоры, тот плывет,Плавник свинцовый прицепив, иль рубитТростинкой дуб. Безумье — верить в вас,Меняющих ежеминутно мненья,Превозносящих тех, кто ненавистенБыл вам еще вчера, и поносящихЛюбимцев прежних! Почему клянетеВы благородный наш сенат повсюду?Ведь не держи вас он да боги в страхе,Друг друга вы сожрали б. (Менению.) Что им надо?
Менений
Дешевых цен на хлеб. Они считают,Что в городе запасы есть.
Марций
Считают?Мерзавцы! Мнят они, у печки сидя,Что знают все, чем занят Капитолий:Кто в гору там потел, кто процветает,Кто пал, кто с кем в союз вступил, кто в брак.Они лишь тех, кто им по нраву, любят,А чуть кто им не люб — мешают с грязью.Есть хлеб в запасе — так они считают?Не будь сенат столь милосерд и волюДай моему мечу, я навалил быИз трупов этой черни гору вышеКопья, что я ношу.
Менений
Не трать слова. Горланы присмирели:Ведь трусость в них еще сильней, чем наглость.Расходятся они. Но что, скажи мне,С другой толпой?
Марций
Рассеялась она.Сначала все — черт их возьми! — орали,Что голодны, ссылались на присловья:Мол, голод ломит каменные стены;Мол, и собакам нужен корм; мол, пищуГрешно гноить; мол, создан хлеб богамиНе для одних богатых — и потокиКосноязычных жалоб изливали.Когда же обещали им исполнитьИх требованье, дерзкое безмерно(Оно всем знатным сердце разобьетИ власти острый взор притупит), — сталиОни кидать в восторге шапки, словноНа рог луны повесить их хотели.
Менений
Так что же им обещано?
Марций
Им дали,Чтоб защищать их подлые затеи,Пять ими избранных трибунов. ЭтоСициний Велут, Юний Брут, а прочихЯ позабыл… Черт с ними! Черни было бСорвать с домов все крыши в Риме легче,Чем вынудить меня к таким уступкам.Теперь она, войдя с годами в силу,Еще наглее станет.
Менений
Странно, странно.
Марций (толпе) Эй вы, охвостье, по домам!
Вбегает гонец .
Гонец
Где здесь Кай Марций?
Марций
Это я. В чем дело?
Гонец
Спешу я с вестью, что поднялись вольски.
Марций
Я рад: война очистит Рим от гнили…Но вот отцы сенаторы идут.
Входят Коминий, Тит Ларций и другие сенаторы, Юний Брут и Сициний Велут .
Первый сенатор
Ты прав был, Марций, нас предупреждая:Поднялись вольски.
Марций
Вождь их — Тулл Авфидий,А с ним хлопот не оберетесь вы.Завидую я доблести егоИ только им, когда б я не был Марций,Хотел бы стать.
Коминий
Да, вы в бою встречались.
Марций
Будь мир расколот на два вражьих станаИ очутись в одном из них мы с Туллом,Я б поднял бунт, чтоб биться с ним. Он — лев.Я горд охотой на него.
Первый сенатор
Тем лучше.С Коминием командуй войском, Марций.
Коминий
Ты обещал помочь мне.
Марций
Я готов.Привык держать я слово. Вновь увидишьТы с Туллом нас лицом к лицу, Тит Ларций.Как! Ты ослаб? Ты остаешься дома?
Ларций
Нет, Марций, даже если костылямиПридется мне сражаться, не отстануЯ от других.
Менений
О доблестная кровь!
Первый сенатор
Идем на Капитолий — там, я знаю,Друзья нас ждут.
Ларций
Ступай вперед, Коминий,Мы ж — за тобою, ибо ты меж намиПо праву первый.
Коминий
Благородный Ларций!
Первый сенатор (горожанам) Эй, по домам!
Марций
Нет-нет, мы их прихватим:Богаты вольски хлебом; к ним в амбарыМы пустим крыс. (Толпе.) Почтенные смутьяны,Раз вы так храбры, то прошу за нами!
Сенаторы, Коминий, Марций, Ларций и Менений уходят. Горожане потихоньку скрываются.
Сициний
Есть ли на свете человек надменней,Чем Марций.
Брут
Нет.
Сициний
Когда народ трибунами избрал нас…
Брут
Ты взгляд его запомнил?
Сициний
Нет, лишь ругань.
Брут
Озлясь, богов он выбранить способен.
Сициний
И высмеять стыдливую луну.
Брут
Пусть на войне он сгинет. Стал он слишкомОт храбрости надменен.
Сициний
Он из тех,Кто собственную тень с презреньем топчет,Когда успехом опьянен. Но странно,Что он, гордец, согласен подчинятьсяКоминию.
Брут
Верней и легче славу,Которой алчет он, хоть ей обласкан,Сберечь и приумножить, занимаяВторое место в войске. Ведь за промахВсегда в ответе будет полководец.Сверши он чудеса, и то завоетХула-проныра: "Ах, когда бы деломНаш Марций заправлял!"
Сициний
А при удачеЛишь Марцием живущая молваКоминия заслуг лишит.
Брут
КоминийУже с ним делит почести, хоть МарцийТого не заслужил, и в честь емуОплошности Коминия послужат,Хотя б заслуг он не имел.
Сициний
ПойдемПосмотрим, как идут приготовленьяИ Марций, этот сумасброд опасный,Сбирается в поход.
Брут
Идем, идем.
Уходят. СЦЕНА 2 Кориолы. Сенат. Входят Тулл Авфидий и сенаторы .
Первый сенатор
Итак, предполагаешь ты, Авфидий,Что римлянам известны наши планыИ все, что мы ни делаем?
Авфидий
А ты?Успели ль мы хоть раз решенье нашеВ деянье претворить, пока о немРим не пронюхал? Дня тому четыреПришло ко мне послание оттуда.Оно гласит… Но где ж письмо?.. Да вот: (Читает.) "Войска собрались, но никто не знает,Пошлют их на восток или на запад.Хлеб дорог, чернь бунтует, и, по слухам,Коминий, Марций, враг твой давний (в РимеЕго сильней, чем сам ты, ненавидят),И римлянин отважнейший Тит ЛарцийПоход подготовляют на кого-то,Всего же вероятней — на тебя.Будь начеку".
Первый сенатор
Что ж! Наше войско — в поле.Не сомневались мы, что Рим отпорГотов нам дать.
Авфидий
Сочли вы мудрым в тайнеДержать ваш план великий до того,Как он созреет и наружу выйдет,А Рим меж тем о нем уже проведал.Наш замысел расстроен. Мы не сможемВзять много городов без боя, римлянВрасплох застав.
Второй сенатор
Авфидий благородный,Спеши к войскам, прими их под начальство,А нам доверь охрану Кориол.Коль враг осадит город, на подмогуТы подоспеешь к нам, но полагаю,Что не готовы римляне.
Авфидий
В противномУверен я. Уверен даже в большем:Часть рати их уже идет сюда.Отцы, прощайте. Если мне случитсяСтолкнуться с Каем Марцием, я буду —Мы клятву дали в том — с ним драться насмерть.
Все
Да сохранят тебя в сраженьях боги!
Авфидий
И вас, отцы!
Первый сенатор
Прощай!
Второй сенатор
Прощай!
Все
Прощай!
Уходят.
СЦЕНА 3
Рим. Комната в доме Марция. Входят Волумния и Виргилия , садятся на два низких табурета и шьют.
Волумния
Прошу тебя, дочь моя, спой что-нибудь или будь повеселее. Если бы Марций был моим мужем, я больше радовалась бы его отсутствию, когда он уходит добывать себе славу, чем самым пылким объятиям на супружеском ложе. Еще когда он был хрупким ребенком и единственным плодом моего чрева, когда его отроческая красота пленяла все взоры, еще тогда, когда ни одна мать ни на час не отпустит сына от себя, даже если ее об этом целыми днями будут просить цари, я уже понимала, что такой человек, как он, создан для чести, что, не одушевясь стремлением стать знаменитым, он будет лишь картиной, украшающей стену; поэтому я охотно позволяла ему искать опасностей — и с ними славы. Я послала его на жестокую войну, и он вернулся с дубовым венком на голове. Поверь, дочь моя, я меньше ликовала, узнав, что родила мужчину, чем тогда, когда узнала, что он показал себя доблестным мужем.
Виргилия
А если бы он погиб на войне? Что тогда?
Волумния
Тогда сына заменила бы мне его добрая слава, и в ней я обрела бы потомство. Скажу тебе правду: будь у меня двенадцать сыновей и люби я каждого из них столь же горячо, как нашего славного Марция, я легче бы смирилась с доблестной смертью одиннадцати за отечество, чем с трусливой праздностью двенадцатого.
Входит прислужница .
Прислужница
Вас желает видеть благородная Валерия.
Виргилия (Волумнии) Позволь мне удалиться.
Волумния
Нет, оставайся здесь.Мне кажется, я вижу, как твой мужЗа волосы под грохот барабановАвфидия влачит и гонит вольсков,Бегущих, словно дети от медведя,И, топая ногой, кричит солдатам:"Вперед, вы, трусы, что зачаты в страхе,Хоть в Риме рождены!" — и кровь стираетС чела рукой в броне, вперед шагая,Как жнец, который не получит платы,Не сняв весь хлеб.
Виргилия
Чело в крови? О боги!
Волумния
Безумица, умолкни! Кровь мужчиныСверкает ярче золота трофеев.Груди Гекубы, Гектора вскормившей,Прекрасней лоб его, чья кровь пятналаМечи данайцев. (Прислужнице.) Выйди и скажи,Что мы принять Валерию готовы.
Прислужница уходит.
Виргилия
Спаси, о небо, мужа моегоОт страшного Авфидия.
Волумния
Наш МарцийЕго повалит и пятой раздавит.
Входят Валерия с прислужницей и привратником .
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12