А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

А я вот изучаю аварии плотин. Занимаясь этим, вы узнаете, что протечка под давлением – очень дурной знак. Другой дурной знак – присутствие глины в воде, это показывает, что водонепроницаемое ядро не так уж непроницаемо, как, возможно, хотелось бы, и смывается этой вот водой под давлением, о чем я только что упоминал. – Он опустил палец в карман рубашки и протянул его к Уизерсу. – Видите? Я соскоблил это со свода в нижней галерее. Из-под более чем метра воды. – Он провел серую линию на разделявшем их стекле. – Это глина. – Он сплел пальцы рук. – И все вместе – давление, глина, быстрое нарастание потока – означает, что дамба рушится. Вот так это обстоит, говоря проще! – Он улыбнулся, словно был удовлетворен собой, поскольку отыскал слова, которые способен понять даже безнадежный тупица детсадовец. – Вот как это просто. Дамба рушится! Итак, мистер Уизерс, что должны сделать два взрослых разумных человека, когда они сталкиваются с проблемой рушащейся дамбы? – Его лицо помрачнело, и голос начал повышаться. – Должны ли они предупредить об этой опасности власти или же они будут болтать, как два проклятых идиота? Звоните по телефону.
– Я не эксперт и не специалист по гидравлике...
– Я, я эксперт и специалист по гидравлике! – заорал Фил. – Я выдающийся, черт подери, авторитет!
– ...и я не намерен поднимать шум только из-за того, что вы рассказываете истории, которые могут быть плодом вымысла или воображения, а может быть, основываются на неверно истолкованных данных. Утром те, кому положено, смогут проверить то, что вы говорите.
– К черту этих кому положено! Может вообще не оказаться никакого утра! У нас нет времени ходить по туннелям, вы, тупой сукин сын! Знаете, сколько времени было потеряно в Болдуин-Хиллз из-за того, что первые люди, появившиеся на месте происшествия, отправились по туннелям? В нашем распоряжении, может, часы, а может, минуты. Плотина, возможно, готова расколоться, как упавший с грузовика арбуз. – Фил заколотил кулаками по окнам. – Один уже погиб, и мы можем последовать за ним! Хотите остаться здесь? Прекрасно. Тогда отоприте внешнюю дверь, чтобы я смог выбраться отсюда к чертовой матери. В противном случае я схвачу ломик там, внизу, на лестнице, и разнесу все в куски. Разобью эти окна и вышибу вам зубы!
Уизерс сильно вспотел.
– Какой человек погиб? Кто погиб?
Уж не могло ли статься, что там, в смотровой галерее, с Джефферсом произошел несчастный случай? Крамер, возможно, на ощупь набрел там на поврежденный трубопровод под давлением и еще нашел Джефферса в бессознательном состоянии, когда шнырял там повсюду в галерее D. Это любого напугало бы до полусмерти, и неудивительно, что он так возбужден.
– Откуда я могу знать? Полагаю, что парень, чья машина стоит позади турбин.
– Вы его видели?
– Да он свалился прямо мне на голову! Видел ли я его? Бог мой, да я танцевал с ним!
– Как он выглядел? Такой высокий лоб?
– Он выглядит ужасно! Он выглядит мертвецом! – Фил поднял глаза к телеэкранам позади Уизерса. – Его брови поднялись. – Эй, да вы что же, вызвали полицию?
Уизерс обернулся к мониторам и увидел на автостоянке полицейский автомобиль. Легкое касание кнопки переключило камеру, и на экране появилось лицо полисмена.
– Ньют? Это Ли Саймон. Ты там в порядке? Что происходит?
Уизерс взял второй микрофон.
– Я в порядке, Ли. Сейчас подниму дверь. Доезжай до конца туннеля и поднимайся по ступенькам в диспетчерскую.
– Ты задержал нарушителя?
Фил снова заколотил в стекло.
– Не впускайте их! Скажите им, чтобы будили город!
– Да, но пока никаких неприятностей. Он в вестибюле диспетчерской.
– Вооружен?
Уизерс посмотрел на Крамера, сжимавшего голову с боков, словно удерживая от взрыва.
– Нет, не думаю.
С этими словами Уизерс нажатием кнопки поднял дверь у начала подъездного туннеля, катящуюся на роликах по вертикальным направляющим.
– Вы совсем, видно, сошли с ума, – сказал Фил, бочком отходя в сторонку. – Мы все тут утонем...
– Послушайте, Крамер, полиция не собирается вас ни в чем обвинять. Болен просто хочет, чтобы вас попридержали, пока не доберется сюда. Оставайтесь спокойным, и все будет в порядке, идет? Окажите уж нам обоим любезность... И куда же, позвольте узнать, вы направляетесь? – Увидев, что Крамер бежит к ступенькам, ведущим на нижние уровни, Уизерс выругался, схватил микрофон и заорал в него: – Только дотроньтесь до генераторов – и проведете остаток жизни в тюрьме! Это я вам точно обещаю!
Глава 20
Автомобиль с заместителями шерифа из окружного управления прибыл на несколько минут позднее машины полиции. Уизерс сказал новоприбывшим, чтобы они разместились у входа в подъездной туннель на случай, если Крамер попытается сбежать в этом направлении, а потом повернулся к полисменам Колле и Саймону, стоявшим в вестибюле диспетчерской в ожидании дальнейших указаний.
– Он вернулся в смотровые галереи, – сказал Уизерс. – Видите эти ступеньки? Двумя пролетами ниже турбинный зал. В дальнем конце его стальная дверь. Я видел по монитору, как он вошел в нее.
– А он не вооружен? Ты уверен?
– Почти наверняка нет.
– Он может причинить какой-нибудь ущерб?
– Нет, если будете держать его подальше от генераторов. Может разбить кое-какую аппаратуру, дернуть некоторые провода. Но ничего слишком уж разрушительного.
– Мы постережем внизу, пока не подойдет кто-нибудь из твоих, кто знает эти туннели.
– Хорошо. – Внимание Уизерса привлек красный огонек, вспыхнувший на приборной панели слева. – Подождите-ка минутку... Господи, да он же в лифте!
Уизерс, хотя сам никогда там не бывал, знал, что внутри заборно-вентиляционного канала имеется лифт на одного. Ему следовало бы сообразить, что Крамер о нем знает. Красный огонек показал, что лифт в работе, а табло продемонстрировало, что его кабина находится на высоте двухсот метров и уверенно ползет к верхней площадке на отметке двести пятьдесят метров. С легкой улыбкой Уизерс перевел рычажок выключателя к надписи «Отключено». Стрелка на табло остановилась, а потом стала медленно отклоняться влево; чтобы кабина вернулась на дно шахты, требовалось примерно пять минут, когда она туда попадет, нарушителя встретят Уизерс и двое полисменов. Он открыл дверь диспетчерской и побежал к ступенькам.
– Пошли! – крикнул он, махая руками полицейским, чтобы они следовали за ним. – Он в ловушке, в лифте. Сейчас сцапаем!
Звуки прыжков троих мужчин, бегущих вниз по ступенькам, заглушили слабую пульсирующую вибрацию и жужжание генераторов. В диспетчерской загорелась серия огоньков, обозначающих усиление капели, потом они отключились, поскольку электрическую цепь замкнула влага. Затрезвонили два телефона.
Кабина лифта была просто открытой коробкой на платформе площадью в три десятых квадратного метра. Решетчатая изгородь высотой до талии отгораживала пассажира от бетонных стен канала. Одна из них была покрыта водоводными и вентиляционными трубами и пучками электропроводки. По другой стене, в вертикальной выемке квадратного сечения со стороной шестьдесят сантиметров, по всей высоте канала шли стальные скиты лестницы.
Фил прокрутил в памяти чертежи канала, которые изучал в мотеле. На верхней площадке лестничный пролет, ведущий к крышке люка. Открыв ее, он окажется снаружи, в шести метрах над поверхностью озера и примерно в шестидесяти метрах от берега.
Поднимаясь, кабина дребезжала, стукаясь о стальные направляющие. Фил покрепче прижался к перилам и смотрел вверх. Стальные затворы водозаборных труб, через которые вода из водохранилища поступала в канал, отстояли один от другого на двадцать пять метров, и каждый был отмечен огоньком. Он изо всех сил отжимал книзу рукоятку управления, силясь заставить кабину двигаться быстрее ее мучительно низкой предельной скорости. Был уверен, что достаточно опередил преследователей, чтобы доплыть до берега, отыскать телефон и протрубить тревогу до того, как Уизерс и эти полисмены выяснят, куда он делся.
Он не сводил глаз с последнего огонька, который находился в сорока пяти метрах над ним и медленно приближался. Вдруг кабина, слегка накренившись, остановилась.
– И что же теперь? – громко спросил он, дергая рукоятку. Первой мыслью было, что вода поднялась настолько высоко, что
вырубила генераторы... Но нет, ведь огоньки все еще горели. Может
быть, отключение только временное?
– Ну давай же, ты, ублюдок! – заорал он, ударив ногой по решетчатой загородке, дергая рукоятку взад и вперед.
Когда кабина начала опускаться. Фил сообразил, что Уизерс обнаружил, где он, и воспользовался устройством для экстренного возвращения лифта вниз. Он взобрался на ограждение, уцепился за одну из скоб лестницы, шагнул в сторону от проезжавшей мимо кабины и прижался всем телом к лестнице. Когда верхняя рама проехала вниз, начал карабкаться вверх. Скобы были мокрыми от струившейся по стенам воды, и он с трудом удерживал на них ноги, а сталь была очень холодной, и Фил боялся, что руки примерзнут к скобам, если он остановится. Он не сводил глаз с огонька над ним и старался не думать, что произойдет, если он не удержится и сорвется.
После нескольких минут упорного продвижения на руках он наконец добрался до верхней площадки. Сошел с лестницы и протиснулся в прямоугольное отверстие в бетонной стене. Лязганье и скрип шкивов и тросов прекратились: кабина достигла дна. Снизу долетели слабые звуки взволнованных голосов. Делегация, собиравшаяся его приветствовать, явно была огорчена.
Фил взбежал по ступенькам, распахнул крышку люка и выкарабкался наружу. С чувством глубокого облегчения, ибо спасся из смертельной ловушки, опустился на колени, чтобы перевести дух и оглядеться. Он находился на краю сооружения, напоминавшего, когда он впервые увидел его со смотровой площадки, бетонный бублик, плавающий в водохранилище. Луна красовалась на западной стороне неба и скоро должна была зайти, но пока еще купала в свете долину и проложила след на воде. Небо полно звезд, воздух недвижен, не слышно ни звука. Плотина, тянущаяся низкой стеной насколько видел глаз, казалась естественной частью пейзажа.
Это была картина такого спокойствия, что Фил начал сомневаться, а не сыграл с ним его разум какой-либо шутки? Уж не вообразил ли он просто-напросто всего того, через что минуту назад прошел? В течение часа с лишним он пытался спастись от некоего сюрреалистического кошмара, кровь полна адреналина, а у губ затаился вопль. Но под звездным куполом ночного неба в тишине окрестных лесов не было ничего, кроме абсолютного покоя. Пережитые ужас, паника и надвигающееся несчастье показались почти абсурдными. Возможно, растрескавшаяся рушащаяся дамба существовала только в его сознании. Возможно, Уизерс, этот кем-то изготовленный апатичный робот, был прав, не обратив внимания на его неистовую истерику.
Если я сумасшедший, подумал он, поднимаясь на ноги, они могут запереть меня на замок. А если нет, мне лучше бы двигаться. Вода, которую я видел бьющей фонтаном в нижних галереях, не была галлюцинацией. И я не вообразил себе это мертвое тело: я все еще чувствую его холодные мокрые руки вокруг своей шеи. Я должен добраться до какого-нибудь телефона... Легавые, возможно, уже в пути, чтобы задержать меня.
Фил положил ключ зажигания от своей машины между щекой и десной справа, а слева – две десятицентовые монетки, которые обнаружил в кармане. Они должны быть под рукой, если единственный телефон, который сможет отыскать, окажется общественным автоматом. Он снял туфли, носки, рубашку и брюки, сложил все аккуратной стопкой.
– Если все обойдется, – сказал он своей одежде, – я за тобой вернусь.
Он повернулся и соскользнул с края бетона, одной рукой прикрыв мошонку, а другой защемив нос. Шок от прикосновения холодной воды возбудил прилив энергии, и он поплыл к берегу ловкими, сильными гребками.
Глава 21
Герман Болен лежал на боку в постели, хмуро глядя на телефонный аппарат. Связь была плохой, и, чтобы расслышать слова, приходилось напрягаться.
– Он сказал, что видел труп?
– Да, сэр, – донесся голос Уизерса. – Это, должно быть, Джефферс. Когда я ходил с полицейскими к лифту, видел его автомобиль за последней турбиной.
Болен рухнул на спину и уставился в потолок. Джефферс! Мертвый! Мертв потому, что я отправил его в эту дыру посреди ночи... но он ли это?
– Это Джефферс или нет? – спросил он с внезапным раздражением, отбросив одеяло и усевшись на край кровати. – Есть там тело или его там нет? Вы не спускались вниз, чтобы удостовериться?
– Дела заварились такие, что у меня не было ни единой возможности.
– Так пошлите тогда кого-нибудь другого! Вызвали Купера и Риггса?
– Они прискакали только что. Помогают снаружи полицейским...
– К черту все, Уизерс! Хочу, чтобы кто-нибудь спустился вниз немедленно! – Болен прикрыл ладонью микрофон и повернулся к жене, стоявшей по другую сторону постели, натягивая халат. – Тупость этого парня совершенно невероятна. – Он снова взялся за телефон и спросил Уизерса, что еще говорил Крамер.
– Он сказал, что вода, мол, отовсюду бьет струями и разносит дамбу. Он достал пальцем какую-то грязь из кармана своей рубахи и провел ею полосу поперек стекла, будто это должно было что-то доказать.
– О Господи!
– Я не позволил себе растревожиться из-за всего этого. Вы же предупредили, что он собирается сказать, будто дамба рушится. Мои датчики показывают, два насоса вышли из строя, поэтому я и так знал, что там накапливается вода. Когда он увидел труп или подумал, что его увидел, он, как я смекаю, впал в истерику. Вам надо бы посмотреть, как он вопит и размахивает руками. Определенно ненормальный. Я не думаю, что его версия может реально соотноситься с тем, как в действительности обстоят дела.
– Ради всего святого, Уизерс! Надеюсь, у него просто были галлюцинации. А какова ваша версия насчет того, как в действительности обстоят дела?
– Похоже, что все три насоса в нижней галерее вышли из строя. Я не получаю никаких новых данных по колодцам-накопителям. Дистанционные датчики в галерее тоже отключились. Предполагаю, галерея залита водой.
– Великолепно, – сказал Болен с едким сарказмом. – Ну просто великолепно. А что же Крамер? Вы говорите, полиция загнала его в угол?
– Они видели, как он бежал через дорогу у левой смотровой площадки и на нем не было ничего, кроме трусов. Прячется в одном из зданий на строительном дворе. Они думают, что через несколько минут его поймают.
– Что еще за строительный двор?
– Братья Митчеллы заключили контракт с округом на расширение дороги.
– Свяжитесь с Леонардом Митчеллом и дайте задание откачать воду из нижних туннелей. Мы должны привести эти три насоса в действие, и немедленно! Бог мой, к нам же к полудню приедет парень из безопасности плотин! Скажите Куперу и Риггсу, чтобы они оставили Крамера полицейским. Мне от них нужен отчет о том, что происходит там, внизу. Я собираюсь выехать из Беверли-Хиллз прямо сейчас. – Стоявшие у кровати часы показывали 5.30 утра. – Думаю, смогу быть у вас через три часа. До восьми утра никаких коммерческих рейсов, а в Саттертоне нет аэродрома для самолета нашей компании «Лиэр», так что полечу на собственном самолете. Сяду прямо на плотину. – Болен повесил трубку и начал торопливо одеваться, сказав жене: – Постараюсь вернуться сегодня в конце дня. Когда Теодор проснется, скажи ему, что мне пришлось отправиться в ущелье Сьерра из-за ситуации с Крамером. Позвоню оттуда, как только смогу. Ты можешь позвонить Стелле? Посмотри, не удастся ли уговорить ее не выдвигать обвинения.
В гостевой спальне внизу Рошек осторожно опустил отводную телефонную трубку. Он перетащил себя из постели в кресло и уставился в темноту. Его челюсти напряглись, а губы сжались в тонкую линию.
Поднявшись по скалистому склону от водохранилища к дороге, дрожащий от холода Фил остановился, соображая, в какую сторону повернуть. До Саттертона минимум полтора километра вниз по холму направо. Смотровая площадка ближе, вверх по дороге влево, но он не приметил там телефона-автомата. По другую сторону дороги высились топливные и водяные цистерны. Похоже, это асфальтовая фабрика с несколькими строениями из гофрированного металла. На фоне неба виднелись провода, веером тянущиеся к этим строениям от столба неподалеку. Один из проводов мог быть телефонной линией. Фил рысцой потрусил через дорогу, чертыхаясь сквозь напряженное дыхание, когда в голые ступни врезалась галька.
Он почти добрался до тени на другой стороне дороги, но тут из-за ее изгиба вынырнула какая-то машина, и на мгновение Фил оказался в лучах фар. Он кинулся между двумя припаркованными гусеничными тракторами, надеясь, что его не заметили, и подергал ближайшую дверь. Она оказалась крепко запертой. Он побежал к задней стороне строения, почти прижатой к крутому утесу, увидел там ряд широких окон с верхним креплением на петлях, разбил одно из них камнем.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31