А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— слезы сами собой навернулись Корделии на глаза. — Умереть, испытывая осознание собственной незначительности, что является совершеннейшей неправдой!— О, не жалей его, Корделия. Он осознавал свой успех в качестве мужа, отца и надежного члена сообщества. К старости он понял, что достижения в науке и бизнесе не так уж и важны. И это правильно.Грегори, шокированный этим заявлением, спросил:— Что? Как ты можешь говорить, что открытие новых знаний не имеет значения?— Только относительно, Грегори, только относительно. Для Дара имел значение только тот факт, который увеличивает сумму счастья людей, и в этом он добился поразительных успехов. А теперь хватит, дети. Пора спать. Завтра мы начнем решать загадку замка. Глава шестая Пошел дождь, ударил гром.Род проснулся, приподнялся на локте и посмотрел на потолок. Единственное освещение давал блуждающий огонек, который Гвен посадила на седло Фесса перед тем, как они улеглись. Дождь стучал по крыше палатки.— Сколько идет дождь, Фесс? — спросил Род.— Начался десять минут назад, Род.Вся палатка озарилась молнией: едва сияние погасло, раскатился гром. Род повернулся и посмотрел на своего младшего. Конечно, мальчик лежал, застыв, широко раскрыв глаза. Он смертельно боялся грома, но был слишком горд, чтобы показать это.— Ты ведь знаешь, бояться нечего, — небрежно заметил Род.— Да, папа, — Грегори чуть расслабился. — Молния нам не повредит, и дерево на нас не упадет: мы разместили палатку достаточно далеко от ближайшего.— И молния скорее ударит в высокий предмет, например, в дерево или замок. Наверняка, — но Род все равно протянул руку, и пальцы Грегори сжались, как маленькие тиски.— О! Как красиво! — выдохнула Корделия.Вся палатка снова озарилась сумрачным сиянием, и тут же на семью обрушился гром. Вспышка осветила Магнуса и Джефри на полпути к выходу. Снова стало темно, и Род услышал слова Джефри:— Как я люблю бурю!— Берегись дождя, — Гвен уселась рядом с Родом. — На тебя, Джефф, не каплет?— Нет, мама, мы же в палатке.Снова молния, сопровождаемая громом, и Род увидел своих мальчиков, которые, положив подбородки на кулаки, выглядывали наружу. Между ними втиснулась Корделия.— Гроза прямо над нами, — заметил Грегори. — Между молнией и громом никакого промежутка.Род улыбнулся: мальчик всегда остается наблюдательным! Ну, если он захочет разделить удовольствие с другими, какая тут беда?— Хочешь тоже выглянуть?Грегори посмотрел на него и улыбнулся.— Да! — он повернулся и пополз к двери. Род взял Гвен за руку и чуть заметно пожал. Она вернула пожатие и прошептала:— Почему только они должны смотреть, милорд?— Эй, семья должна держаться вместе, верно? — Род встал на четвереньки. — После тебя, моя дорогая.Гвен хихикнула. Они рука об руку присоединились к отпрыскам. В этот момент сверкнула молния и гром звуковым водопадом обрушился им на головы. И Род при свете молнии успел разглядеть силуэт верхней части башни и весь застыл.— Тише! — крикнул Джефри. Все замолчали, насторожив слух.— Это был не только гром, — пробормотал наконец Магнус.— Я слышала женский плач, — ответила Корделия.Род хотел было сказать, что слышал он, но прикусил язык и сощуренными глазами посмотрел в сторону невидимой башни. Гвен еще крепче сжала его руку.Грегори сказал за отца:— А я слышал мужской смех.— Да, и такого злобного и грязного смеха я никогда не слышал, — согласился Магнус.— Я тоже его слышала, милорд, — прошептала Гвен.— Он злорадствовал, — негромко подытожил Род. — Не знаю только над кем.— Над девушкой? — спросила Корделия. — Радовался ее слезам?— Мне этот замок не нравится, — сообщил наконец Магнус жестким голосом.Гром потряс камни, выбеленные молнией. Когда он стих, Грегори спросил:— Значит, утром мы отправимся домой?— Нет, — Магнус опередил отца. — Кто бы тут ни был, мы должны противостоять ему и изгнать его.Снова ударил гром, молния последовала за ним так быстро, что казалось, это одна вспышка с небольшим промежутком. Когда отпечаток молнии на сетчатке погас, в глазах Рода плясали огненные картины, подтверждая, что он видел. Когда стих гром, Корделия ахнула:— Это была девушка?— Может быть, — Джефри говорил тоже как-то хрипло. — Что-то с длинными волосами и в плаще.— Но почему она головой вперед полетела на землю? — спросил Грегори.— Потому что ее вытолкнули, брат, — ответил Джефри.— А может, она бросилась сама? — спросила Корделия.— Как бы то ни было, сие плоды зла, — подвел итог Магнус.Род услышал гнев в голосе первенца и быстро проговорил:— Было, Магнус. Помни — это «было». Что бы тут ни случилось, каким бы жестоким и злым оно ни было, это произошло не сегодня, а двести лет назад.— Но какое зло должно было здесь свершиться, — воскликнула Корделия, — чтобы дух переживал его снова и снова, и снова целых двести лет!— Значит, пора с этим покончить, — голос Магнуса звучал мрачно, с решимостью, какой Род у него прежде не слышал. — Что бы ни пряталось в этой груде каменных развалин, это зло, грязное и низкое, и мы должны положить ему конец.Род задумчиво смотрел на своего сына. Магнус прав, конечно, но откуда у него эта внезапная решимость? До сегодняшнего дня старший из детей Гэллоугласа ничего не слышал о замке Фокскорт, кроме названия. Род думал об этом, пока семья снова ложилась спать, хотел даже поговорить с Гвен, но решил, что еще не настало время. * * * — Почему сейчас замок не кажется таким мрачным? — Корделия смотрела на крепостные стены, расцвеченные золотом в свете утреннего солнца.— Потому что сейчас рассвет, дорогая, а в утреннем свете все кажется свежим и красивым.— И дождь чисто его вымыл, — объяснила Гвен, — как и все остальное. Небо над головой ясное, и сердце мое поет, когда я смотрю на него.— Но нам все равно придется идти в замок, — Род мрачно оглядел подъемный мост. — Правда, существует небольшая проблема: как опустить эту деревянную плиту.— Надо повернуть лебедку, — просто сказал Магнус. — Сделать, папа?Род повернулся к сыну.— Что? Ты сможешь повернуть лебедку, даже не видя ее?— О да, а в следующий раз ты, превзойдя пророка Магомета, велишь горе идти к тебе, — усмехнулся Джефри.— Могу, поскольку я знаю, что она там должна быть.— Ты ведь не сможешь, Магнус! — воскликнула Корделия.Грегори ничего не сказал; он широко раскрытыми глазами смотрел на Магнуса. Ведь Большой Брат сказал, что сделает...— Может, и сделает, — заметила Гвен. — А если и не сможет, для него это будет хорошей практикой.— Да, нужно тянуться, если хочешь расти, — медленно ответил Род. — Хорошо, давай. Это сбережет нам немало времени.Магнус сосредоточенно посмотрел на подъемный мост, затем взгляд его утратил фокусировку. Гвен внимательно наблюдала за сыном.Род перевел взгляд с сына на замок. Он почти ожидал, что древние доски со скрипом начнут опускаться. Из простой предосторожности Верховный Чародей знаком велел остальным детям отступить. Они послушались, но неохотно.Магнус расслабился и раздраженно покачал головой:— Бесполезно, никакого отклика.Грегори выглядел разочарованным. Глаза Джефри озорно загорелись, и он начал что-то говорить одновременно с Корделией, но Род строго посмотрел на них, и они мгновенно замолчали с раскрытыми ртами.— Ну, попытка была неплоха, — Гвен рассматривала замок. — Но странно, однако.— Значит, испробуем обычный способ, — подвел черту Род.— Я сделаю!— Нет, я!— Моя очередь...— Нет! — рявкнул Род.Дети замолчали, сердито — но и с опаской — глядя на отца. Он увидел это и заставил себя улыбнуться.— Я ценю вашу готовность, дети, но заниматься силовыми упражнениями тут, вероятно, опасно. Знаете, прогнившие балки и ослабленные камни. Я считаю, что должны действовать старшие — мы с Магнусом.— А почему Магнус пойдет?— Магнус, ты мошенничаешь!— Почему не мама?— Потому что кто-то должен присматривать за вами троими, — ответил Род.— Фесс может присмотреть за нами!— Фесс не может помешать вам идти за нами, — возразила Гвен. — Вы обещаете оставаться на месте?— Нет!— Прошу тебя, — Гвен солнечно улыбнулась Роду, — иди быстрее, муж мой.— Без всякой задержки. Пошли, сын, — Род посмотрел на замок, но на этот раз его не видел. Внимание его было устремлено на невидимый внутренний мир. Он представил себе, как отталкивается от земли — и медленно приподнялся до уровня бойницы над воротами.— Ты обещал без задержки, — напомнил ему Магнус, тоже повисший в воздухе, опираясь на узкое оконце.— Ну, хорошо, я медлительный старик, — проворчал Род. — Только потому, что мне не повезло вырасти, постоянно используя пси-способности, как ты, сынок. Пошли внутрь, — он повернулся боком и забрался в бойницу.Протискиваться пришлось с трудом.— Ты едва прошел, — бросил Магнус, проскальзывая за ним без особых усилий. Род шлепнул себя по поясу.— Это мышцы, парень, а не жир, — он огляделся и тут же нахмурился. — Неплохо...Действительно. Одна плита в крыше обвалилась, утренний свет проходил сквозь образовавшуюся щель и узкие бойницы, бросая тени поперек всего круглого помещения со стенами из старинного рыхлого камня. В углах бахромой свисала старая паутина, у одной стены стояли сломанный стол и не-струганая скамья. Если не считать этой пародии на мебель, помещение было пусто, и только на полу валялись черепки от посуды.— Не так уж плохо, как... В чем дело?Взгляд Магнуса утратил сосредоточенность. Магнус медленно поворачивался, лицо его застыло.— Я слышу голоса, папа.— Голоса? — Род напрягся. — Что они говорят?— Ничего... они слишком далеко... только ощущение громких разговоров и солдатских ругательств...— Что ж, это караульная; тут постоянно находились солдаты, голоса можно приписать им, — Род старательно игнорировал холодок, пробежавший по спине. — Вероятно, это всего лишь игра ветра или какой-то акустический эффект, сын, как шепот в галерее.— Ты правда так считаешь?Род так не считал, но сказал:— Меня больше беспокоит то, чего я не вижу... и не слышу.Это признание подействовало на Магнуса.— Что же это?— Птицы, — Род указал на балки крыши. — Там десятки удобных мест для гнезда, но ни одно не использовано. Даже следов старых гнезд нет.Магнус осмотрелся и медленно кивнул.— Пошли, поищем лебедку. — Род повернулся к выходу. — Пора твоим братьям и сестре появиться здесь.И Гвен. Особенно Гвен.Комната привратника тоже оказалась пуста, если не считать обломков мебели. Столбы солнечного света из ряда бойниц в одной стене прорезали темноту.— Вот поэтому ты и не смог повернуть лебедку, — заметил Род, оглядываясь. — Никакого следа подъемного механизма.— Действительно... Я пытался заставить сработать устройство, которого не существует... — но вид у Магнуса снова был сосредоточенный. — Но как они поднимали или опускали мост?— Противовесом, вероятно. Пойдем отыщем ворота, — Род пересек помещение, вышел в коридор и осмотрелся. Свет сюда шел из арочного выхода во двор. — Вот! — он прошел к большим воротам, перекрытым сейчас поднятым мостом, и показал на массивный железный шар на цепи, которая уходила в темноту. — А ведь должны быть средства для управления им.— Вон там, — показал Магнус.Род посмотрел, куда он показывал, и увидел огромный ворот с обрывком веревки. Под воротом зияло отверстие в стене.— В помещение привратника... — Род кивнул. — Имеет смысл. Пошли.Он вернулся в комнату, из которой они вышли, и посмотрел на переднюю стену. И в самом деле, через отверстие в стене проходила веревка, оборачивавшаяся вокруг другого ворота, такого же, как у входа. Но сейчас от веревки остался обрывок всего фута в четыре, а на полу под воротом росло множество поганок.— Значит, поднимать теперь нечем. Но как... — Род замолчал, и наморщил лоб, — Минутку. Мост поднимается выше ворота...— Да. Это для решетки, — Магнус вышел в коридор и показал.Под центральным воротом виднелись концы прутьев стальной решетки. Род проследил взглядом цепь, прикрепленную к углу решетки и отходящую к массивному металлическому шару, лежащему на земле.— К счастью, застряла открытой. Но как тогда они поднимали мост?— Вон там, — Магнус снова указал в темноту.Прищурившись, Род едва рассмотрел звенья толстой ржавой цепи, намотанной на изрядно проржавевшее зубчатое колесо у задней стены.— У тебя острое зрение, сын, — кивнул Род. — Прекрасная наблюдательность.— Нет.— Что? — Род уставился на него. — Но это не стандартный подъемный мост. Откуда ты знал, что искать?— Я не смотрел. Я слышал их.— Их? Кого их?— Гул многих голосов, и среди них пробивался один. Он объяснял, как пользоваться этим приспособлением.Род еще несколько мгновений смотрел на старшего сына. Потом объединил свое сознание с сознанием сына. Все вокруг потемнело.— Ты слышишь?Род покачал головой.— Только гул, как от далекой толпы.— Да, но он здесь.— Да, он здесь, ты прав. Другое дело, откуда исходит, — Род отвернулся. — Пошли, попытаемся опустить мост. Я думаю, здесь пригодится наша мама.Магнус провел отца через арку выхода во двор.После помещения привратника и коридора двор показался изысканно просторным, но Род знал, что он всего каких-нибудь футов сто в поперечнике. Крепостная башня уступом нависала над ним. Естественно, двор был покрыт опавшими листьями и ветками, в углах виднелись груды перегноя, густо поросшие сорняками.И ни одной птицы. Даже бабочек нет, как заметил Род.Сдержав дрожь, он заставил себя вернуться к действительности.— Где противовес?— Мы переступили через него, — Магнус указал за спину.Род оглянулся и увидел утопленную в камень металлическую плиту, которую по простоте душевной принял за порог арки. Но теперь, приглядевшись, он увидел, что это не камень, а ржавый металл, а в центре плиты укреплены кольца, от которых отходят звенья толстой цепи. Цепь же проходила через барабан большого ворота и исчезала в камне над аркой.Род снова содрогнулся.Магнус показал вверх.— Так хорошо уравновешено, что требовалось только сильно потянуть, и мост опускался.— Да, но плита при этом поднималась, и все, кто заходил или хотел выйти, должны были пройти под нею.— Верно, — Магнус задумчиво нахмурился. — Почему же тогда граф не использовал противовес решетки, а оставил ворота открытыми?— Хороший вопрос, — у Рода был ответ, но не очень приятный. Конечно, он не собирался обнародовать его. И решил, что Магнус никогда не коснется этой плиты.Звонкий крик прозвучал над ними.Род посмотрел вверх.На перекладине ворот сидели двое его младших сыновей, а жена и дочь описывали ленивые спирали на своих метлах. Род отметил, что у Корделии теперь большая метла, а не простой веник, каким подметают у очага; летательный аппарат дочери размером не уступал метле матери.Гвен остановилась возле Рода и соскочила.— Вы так долго не возвращались, что мы потеряли терпение, — но он видел озабоченность во взгляде супруги. — Что вас задержало?— Мы пытались разобраться в подъемной системе моста, — Род заметил, что двое мальчиков спускаются, как опавшие осенние листья. Он вздрогнул, надеясь, что сравнение не оправдается.— Она такая необычная? — спросила Гвен.— По крайней мере, странная, — ответил Магнус.Гвен повернулась к первенцу, глаза ее расширились.— Как ты, сын мой?— Нормально...— Правда? — Гвен прислонила метлу к стене и коснулась ладонью лба Магнуса. Несколько секунд смотрела на него, потом велела: — Подойди к стене и дотронься до камня.Меж бровями Магнуса появилась складка, но он послушался. Род «вслушался» в сознание Гвен, иногда он позволял себе подслушивать мысли подслушивающей.Магнус коснулся камня.Слух его заполнило множество взволнованных голосов: гадали, будет ли сражение, говорили, какие страшные наступили времена и какая вокруг царит напряженность. Военные командиры выкрикивали приказы, и за всем этим галдежом явственно прослушивался, то затихая, то усиливаясь, тот зловещий смех, который они услышали во время грозы.— Отойди, — приказала Гвен, и Магнус медленно отнял руку от стены и встревоженно повернулся к матери.— Ты слышала?— Да. Это крестьяне, они пришли в замок из-за страха перед нападением. Все это произошло сотни лет назад.— Он умеет читать прошлое! — глаза Грегори стали просто огромными.— Магнус все делает первым! — проворчал Джефри.— Это нечестно! — пожаловалась Корделия.— Это не радость, а тяжелая ноша, — попыталась разубедить их Гвен. Потом она снова повернулась к Магнусу. — У тебя удивительная разновидность ясновидения, сын мой. Я слышала об этом, но никогда сама не встречала такого феномена. Ты можешь читать мысли, впитавшиеся в камень, дерево или металл, испытывая при этом радость и боль тех, кому принадлежали эти мысли.— Психометрист! — Род широко распахнул глаза. Магнус повернулся к Гвен, посмотрел ей в лицо.— Но почему я не замечал этого раньше?— Потому что всегда был окружен множеством людей; мысли живых забивали те, что прилипли к камням.— Может, просто мальчик взрослеет? — спросил Род.— Мама говорит о сильных мыслях и чувствах, — заметил Грегори.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30