А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Он сложил донесение и выключил экран.— Войдите.В дверях стоял другой посыльный, с выражением холодной отрешенности на лице.— Сир.— Что случилось?— Джамука обнаружен в своей каюте, сир.— И ?— Он перерезал себе горло. Он мертв, сир.— Я знаю.Во взгляде посыльного мелькнуло и тут же пропало недоумение, лицо его по-прежнему было бесстрастно.— Разворачивайте корабль. Пошлите всему основному флоту распоряжение немедленно отправиться к месту сбора в секторе Уджарка. Приказ во всех деталях будет готов через час. Свяжитесь также с императорским дворцом. Я желаю как можно скорее поговорить с дедом.Посыльный, не выразив и тени чувства, низко поклонился и вышел. ГЛАВА 5 — Начало автоматического отсчета перед прыжком — десять, девять, восемь…Ясон сидел в своем кабинете, глядя на экран с изображением звездного неба над «Таравой». Во время прохождения точки прыжка оно на мгновение расплылось и тут же появилось снова, но теперь это было уже другое небо — небо сектора Нивен! Он почувствовал укол в сердце — они вернулись туда, где он налетал не одну сотню часов. Спустя минуту на расстоянии меньше чем сто километров из подпространства вынырнул десантный транспортный корабль «Бангор», и оба корабля устремились к месту встречи.Четыре «Рапиры», охраняющие «Тараву» и курсирующие вокруг нее, очень слаженно и красиво сделали фигуру высшего пилотажа и, развернувшись, продолжили облет корабля.— Отлично летают, правда? — сказала Дженис, пересаживаясь поближе к Ясону, чтобы удобнее было следить за экраном.Ясон молча кивнул.— У тебя есть какие-нибудь предположения насчет того, что происходит?— Мои предположения ничуть не лучше твоих, — ответил Ясон. — Выглядит все, конечно, странно. Прошло всего двенадцать часов после начала сражения, оно еще не закончилось, и вдруг Первый батальон космической пехоты отзывают с поля боя и отправляют неизвестно куда, неизвестно зачем. И нас к нему в придачу. Хоть на картах гадай — все равно не поймешь, что это значит.— Как ты думаешь, О'Брайену известно; в чем дело?— Сомневаюсь. Если бы он знал, не волновался бы по поводу предстоящей встречи. Он ведет себя так, будто все происходящее — оскорбление его личного достоинства.— Гляньте-ка. — Думсдэй, во время их разговора хранивший молчание, кивнул на экран.Ясон увидел «Волкодава», близнеца давно погибшего «Тигриного когтя», флагманский корабль основных сил Конфедерации, на котором, как ему было известно, находился командующий адмирал Бэнбридж. Но это было далеко не все! Справа от «Волкодава» он увидел два своих прежних корабля — «Конкордию» и «Геттисберг». «Конкордия» выглядела изрядно потрепанной: среднюю часть корабля, похоже, совсем недавно заменили и она блистала свежей краской, в то время как остальная поверхность была опалена взрывами, из-под облупившейся краски там и сям проглядывала сталь. Корабль походил на старого, искалеченного боями боксера, с ног до головы покрытого шрамами.— Черт возьми, весь флот здесь! — воскликнула Дженис.И правда. Кроме перечисленных, они увидели «Трафальгар», авианосец того же класса, что и «Тарава», идущий за кормой флагмана. Четыре авианосца были окружены целым роем сторожевиков, разрушителей, крейсеров, транспортных кораблей снабжения, минных тральщиков и легких боевых фрегатов.— По-моему, тут не хватает только аэростатов, — откликнулся Думсдэй. — Такого на флоте уже лет шесть не было. Думаю, предстоит настоящее побоище.— И конечно, без такой важной персоны, как «Тарава», дело не обошлось.— Пора отправляться, ребята, — сказал Ясон.Они с завистью смотрели на него.— Передай привет всем, кто меня еще помнит, — сказал Думсдэй. — Сообщи им радостную весть: вопреки моим мрачным прогнозам, я все еще жив.Простившись с ними, Ясон: спустился на полетную палубу. Корабли, пострадавшие во время штурма By кар Таг, все еще ремонтировались. Чемберлен, измазанный сажей, лежал под своей «Рапирой», помогая механику. Ясону всегда были очень симпатичны такие ребята из числа пилотов, понимающие, что лучше механика истребитель не знает никто и поэтому у него есть чему поучиться. Остальные пилоты отсутствовали — одни отдыхали, другие воображали, что они и так уже все знают, третьи занимались на симуляторах истребителей или с помощью голографической съемки сражения подробно разбирали нанесенные удары, их достоинства и недостатки, и отрабатывали другие варианты.Этот штурм дал его пилотам гораздо больше, чем он предполагал. Они потеряли всего одного стрелка и одного второго пилота, плюс двое раненых — совсем немного для такого сражения. Это говорило о том, что он не зря потратил столько времени и сил на тренировку и что его пилоты уже существенно выше среднего уровня, хотя он никогда не говорил им об этом.Он прошел вдоль выстроившихся в ряд истребителей, ненадолго задерживаясь около каждого, словно желая почувствовать, все ли с ними в порядке, ив конце концов добрался до «Сэйбра», на котором ему предстояло лететь сейчас. О'Брайен уже ждал его.— Вы опоздали на три минуты, мистер.Ясон, которому уже с трудом удавалось сдерживать все возрастающую неприязнь к командиру корабля, сделал вид, что проверяет часы, и сухо извинился.— Мы не можем заставлять адмирала ждать, мистер.— Прошу вас, сэр.О'Брайен поднялся по трапу, вскарабкался в кабину и уселся на переднее сиденье.— Простите, сэр, но это место пилота, — тихо сказал Ясон.О'Брайен смерил его взглядом, выбрался наружу и залез на заднее сиденье. Ясон сел на свое место и пристегнулся. Оглянувшись, он увидел, что О'Брайен неумело вертит в руках ремни.— Вам помочь, сэр?О'Брайен затравленно, исподлобья взглянул на него, и Ясон внезапно ощутил вспышку сочувствия к этому человеку. Он был совершенно чужим в их мире, и не только здесь, в кабине истребителя, но даже и на своем капитанском мостике. Ясон смотрел на него почти с дружеской улыбкой, ему и вправду хотелось бы помочь О'Брайену, и не только научить, как нужно пристегиваться, а еще многому другому. Черт, если бы только этот человек хотя бы ненадолго спустился с того пьедестала, на который вознес сам себя, признал свои недостатки и попытался научиться хоть чему-то у тех, кто лучше него знает свое дело! Всегда внимательно прислушиваться к мнению более опытных людей, независимо от их звания и положения, — этот урок Ясон усвоил раз и навсегда, еще в первые месяцы своей службы.— Обойдусь без вашей помощи, мистер, ~ пробурчал О'Брайен.— Сэр, если все останется закреплено так, как вы это сделали, и произойдет аварийное катапультирование, вас просто разорвет пополам — ноги окажутся снаружи, а сами вы останетесь здесь.— Думаете, я этого не знаю?— Если честно, сэр, — Ясон снова заставил себя по-дружески улыбнуться, — я думаю, что вы этого не знаете, но ничего страшного тут нет.— Если мне понадобится ваш совет, я обращусь к вам.— Как хотите, сэр, — ответил Ясон с чувством неловкости.Как ни странно, ему и в самом деле было жаль этого человека!— Хотя простите, сэр, но есть кое-что, что я обязан вам объяснить. В случае аварийной ситуации — а это не такая уж редкость, со мной лично это случалось трижды — все, что вам нужно сделать, это быстро протянуть вниз руку, ухватиться вот за это кольцо и дернуть. О'Брайен испуганно взглянул на него:— С какой стати что-то должно произойти?— Никто не говорит, что это непременно произойдет, просто я обязан объяснить вам это. Таковы правила.О'Брайен как будто успокоился, однако просунул вниз руку и дотронулся до кольца.— И еще — наденьте гермошлем, мы взлетаем.Не обращая больше на О'Брайена внимания, Ясон натянул гермошлем, проверил показания приборов и, глянув вниз, сделал знак палубному служащему, что все в порядке.Это был не боевой взлет, поэтому он просто включил зажигание, дал газ, и истребитель медленно заскользил к взлетному пандусу, плавно прошел через шлюзовую камеру и взлетел с «Таравы». И тут словно сам черт шепнул ему что-то на ушко — оказавшись в космосе, он не смог устоять перед искушением.— Держитесь, сэр!Он включил ускорители на полную мощность.— Черт возьми, Ясон!— Сэр, вы сами сказали, что мы на три минуты опаздываем. Я просто нагоняю упущенное.Он знал, что поступает жестоко, но ничего не мог поделать с собой. Взмыв вверх, он сделал «мертвую петлю», сразу же за ней еще одну, сильно накренившись, заскользил к «Конкордии» и запросил разрешение на посадку. Весь полет продолжался меньше трех минут. Когда они сели и он снял шлем, то почувствовал в кабине неприятный кислый запах. Щадя достоинство коммодора, он не стал оглядываться.— Теперь мы не опоздаем, — только и сказал он.Он вылез из «Сэйбра» и огляделся. У него возникло чувство, что он вернулся домой. После нескольких недель, проведенных на борту «Таравы», было чертовски приятно оказаться снова на полетной палубе, которая полностью соответствовала своему назначению. Просторная — сколько угодно места для взлета и посадки, хороший ангар, комната управления полетами, комната подготовки пилотов, — все размещено умело, разумно, атмосфера спокойная и деловая.О'Брайен на подгибающихся коленях спустился на палубу и посмотрел на Ясона:— Вы нарочно сделали это?— Нет, сэр, что вы! Мне необходимо было проверить двигатель и систему управления на ходу. Тот пилот, который постоянно летает на этом «Сэйбре», жаловался, что рычаг управления разболтался. Я действовал согласно инструкции, уверяю вас!— Ох!— Мне кажется, вам не мешает немного освежиться, сэр. Пройдите вон туда, за дальнюю переборку на носу; встретимся в зале, где будет происходить инструктаж.Радуясь возможности отделаться от благоухающего блевотой О'Брайена, Ясон пошел в зал для инструктажа. Он настолько хорошо знал корабль, что мог бы проделать весь путь с завязанными глазами. То и дело попадались знакомые лица, каждое приветствие вызывало в душе легкую ностальгию. Он не так уж хорошо знал, что такое настоящий домашний . уют, — отец воевал, мать работала, и они с братом в основном сами заботились о себе. Он ушел на фронт, когда ему еще не исполнилось шестнадцати, и за восемь лет проделал путь от второго помощника палубного офицера до командира всего крыла истребителей большого —авианосца — и это был нелегкий путь. И почти все это время прошло на борту «Геттисберга» и «Конкордии». Вот почему, оказавшись здесь, он чувствовал себя как ребенок, вернувшийся домой.Дойдя до зала, где должен был проводиться инструктаж, он на мгновение заколебался, почувствовав свою незначительность при виде такого количества капитанских звездочек и золотых шевронов коммодоров и контр-адмиралов. Он глубоко вздохнул и вошел внутрь.— Ясон!— Адмирал Толвин!Он вытянулся по стойке «смирно», но адмирал с улыбкой сделал жест рукой, показывая, что эти церемонии сейчас ни к чему.— Ты — одна из важных персон на этом собрании, поэтому расслабься, сынок.— Спасибо, сэр.— Как тебе нравится командовать?— Это нелегко, сэр.— Я был уверен, что ты справишься. Экипаж «Таравы» совсем молодой, они впервые попали в эту мясорубку. Я подумал, что им будет легче освоиться, если во главе их встанет человек почти того же возраста, что и они сами. То, что мне стало известно, доказывает, что я не ошибся. Что ты думаешь о «Тараве»?— Неплохой корабль, сэр.Толвин улыбнулся.— Послушай, сынок. Когда человек впервые начинает командовать людьми, это нередко перерастает во что-то, очень похожее на первую любовь. Я говорю не о влюбленности, которая с легкостью вспыхивает при виде любой прекрасной девушки, а имею в виду настоящую любовь, любовь всей жизни. Вначале ты можешь даже не понимать, что другие находят в ней — ничем особенным она не отличается, вроде бы такая же, как другие, но в один прекрасный день ты сражен наповал… Ты понимаешь? Внезапно весь мир становится другим, и всю свою оставшуюся жизнь ты не можешь забыть ее. Мне кажется, придет время, и ты почувствуешь что-то в этом роде по отношению к «Тараве». — Он заколебался, точно ему показалось, что неожиданно для самого себя он сказал слишком много. — Мы поговорим с тобой позднее, сынок. Адмирал Бэнбридж идет.— Бэнбридж?Все в зале встали по стойке «смирно». Ясон тоже застыл, немного удивленный тем, что и адмирал Толвин вытянулся, как остальные.Бэнбридж был стар, почти лыс, а оставшиеся волосы белели как снег. Но держался он подтянуто, прямо, двигался энергично. Дойдя до подиума, он поднялся на него, повернулся —к собравшимся и улыбнулся:— Рад приветствовать вас. Вольно, прошу садиться.В его хорошо поставленном, звучном голосе отчетливо ощущался южно-американский акцент. Подойдя к голографическому экрану, он включил изображение.— Это планета килратхов под названием By кар Таг, — начал Бэнбридж. — Три дня назад девять подразделений космических пехотинцев при поддержке двух новых авианосцев штурмовали планету и захватили ее. В этом состоял первый этап операции под названием «Ответный удар».Итак, Ясон не ошибся — затевалось нечто гораздо большее. Оглянувшись, он увидел Большого Дюка, командующего частями космических пехотинцев, рядом с ним Светлану и полковника Джима Меррита, возглавлявшего Первый батальон космической пехоты. Значит, Большой Дюк оставил незавершенную операцию на планете и прибыл сюда на «Бангоре». Это означало одно — его ожидало здесь нечто крайне важное.Ясон откинулся в кресле, слушая, как Бэнб-ридж производит беглый анализ штурма. Адмирал отметил среди прочего хорошее качество воздушной поддержки, обеспеченной «Тара-вой», что вызвало у Ясона прилив вполне понятной гордости, которую он тем не менее постарался скрыть. Краем глаза он заметил, что Толвин смотрит на него, одобрительно кивая головой.— Теперь я должен внести ясность в то, зачем мы вас собрали здесь. На самом деле нам совершенно не нужна эта планета как таковая. Точка прыжка, расположенная рядом с ней, хотя и позволяет проникнуть в Империю килратхов, не имеет стратегического значения и не может вывести к областям Империи, представляющим для нас интерес. Мы никогда не стали бы начинать военную кампанию отсюда, хотя бы потому, что это потребовало бы огромных затрат, которых у нас просто нет. Наша главная цель заключается в другом.Он повернулся к экрану, на котором появилось объемное изображение дворца.— Восемь месяцев назад наша разведка установила, что когда— то здесь жила мать императора, вдовствующая императрица Гракнала. Наши специалисты, изучающие психологию килратхов и общественные связи в Империи, установили, что постройки такого типа считаются священными и обычно выносятся за пределы военной зоны. Килратхи воюют уже много веков, но ни разу еще ни один из таких древних, имеющих символическое значение дворцов не был осквернен. Мы нарушили традицию.На экране родовой замок килратхов исчез в огненной вспышке.— Мы сознательно позволили одному из центров связи килратхов оставаться дееспособным во время всего штурма, и теперь мы уверены, что точно такое же изображение уже видел сам император. Мы знали, что за некоторое время до этого императрицу вывезли в императорский дворец на Килрахе, но килратхи не знают, что мы об этом осведомлены. Они думают, что мы пришли туда специально для того, чтобы осквернить и разрушить их святыню, а императрицу взять в плен или убить.Он сделал паузу.— Нет нужды объяснять вам, что мы можем быть уверены: в данный момент император пребывает в бешеной ярости. В этом и состояла наша цель, а еще мы хотели добиться, чтобы императорская семья «потеряла лицо», и, без сомнения, нам это удалось. Уважение к императору, допустившему осквернение одного из священных мест, не может не пошатнуться. Так объяснили нам наши специалисты, они же заверили нас, что император непременно постарается как можно быстрее исправить положение. Он соберет в единый кулак весь свой флот и постарается нанести нам сокрушительный удар — выбить нас с Вукар Таг и утопить в крови всех, кто осмелился ступить на священную землю. Еще до проведения операции мы тщательно проанализировали ее возможные последствия. Все специалисты как один утверждают, что наиболее вероятная реакция — это немедленное возмездие; поступить иначе — значило бы проявить слабость, а это, по понятиям килратхов, не менее позорно, чем смириться с оскорблением национальной гордости. Наши связисты уже отметили тройное возрастание плотности передач килратхов по каналам космической связи. Нет никакого сомнения в том, что в самое ближайшее время флот килратхов устремится прямо сюда. — Он кивнул на экран, где снова возникло изображение Вукар Таг. — А мы подготовимся к встрече с ними.В зале задвигались, заскрипели кресла, пробежал неразборчивый шепоток.— Мы потратили полгода кропотливого труда, продумывая эту операцию, буквально каждый наш шаг. Сюда, где мы сейчас находимся, в течение ближайших десяти дней прибудет большая часть наших сил, в том числе четыре главных авианосца и около семидесяти других кораблей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30