А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


"Теперь ты себя чувствуешь лучше?" - осведомился позабавленный Векс.
- Ненамного. Где такой человек, вроде трактирщика, прячет свою
гордость, Векс? Он, черт возьми, не дает ей показываться.
Подобострастность - да, скупость - да, но самоуважение? Нет, я этого в нем
не видел.
"Гордость и самоуважение не обязательно синонимы, Род."
Кто-то потянул Рода за локоть.
Он резко повернул голову, напрягая мускулы.
Это был Большой Том, согнувший свои шесть футов и пять дюймов в
доблестной попытке понизить свою голову до одного уровня с Родом.
- Добрый вечер, господин.
На миг Род молча уставился на него.
- Добрый вечер, - произнес он, наконец нейтральным голосом. - Чем я
могу быть тебе полезен?
Большой Том согнул плечи и почесал в основании черепа.
- Эй, господин, - пожаловался он. - Вы недавно, малость, сделали из
меня дурака.
- Да, - признался Род. - Ты заметил?
- Да. И... Ну...
Он стащил с головы шляпу и закрутил ее в руках.
- Ведь кажется, похоже... ну, господин, вы кончили меня здесь, и это
верно, как евангелие.
Род почувствовал, как его спина подымается.
- Мне, значит, полагается возместить тебе это, не так ли? Оплатить
твои повреждения, я полагаю?
- Э, нет, господин! - отшатнулся Большой Том. - Дело не в этом,
совсем не в этом! Просто... ну... я решил, что я, если вам поможет... то
есть... я...
Он крутил шляпу, придавая ей такие вращения, которые поразили бы
тополога. Затем слова вышли одним духом:
- Я думал, не понадобится ли вам слуга, знаете - своего рода грум или
лакей и... - его голос оборвался.
Он искоса посмотрел на Рода, полный страха и надежды.
Миг-другой Род стоял замерев. Он нерешительно рыскал глазами по
открытому, почти обожающему лицу великана.
Он скрестил руки на груди и снова привалился к косяку.
- Это как же, Большой Том? Не прошло и получаса, как ты пытался
ограбить меня! А теперь мне предлагается доверять тебе как оруженосцу?
Большой Том, нахмурясь, зажал между зубов нижнюю губу.
- Я знаю, господин, это не кажется правильным, но... - он сделал
неопределенный жест руками. - Ну, факт тот, что вы единственный человек из
всех, на кого я подымал руку, который смог побить меня, и...
Голос его снова иссяк. Род медленно кивнул, не сводя глаз с Большого
Тома.
- И, следовательно, ты должен мне служить.
Большой Том обиженно оттопырил нижнюю губу.
- Не должен, господин, я хочу.
- Грабитель, - спокойно произнес Род. - Разбойник. А я должен тебе
доверять.
Шляпа Большого Тома снова завертелась.
- У тебя открытое лицо, - размышлял вслух Род. - Не такое, чтобы
прятать свои чувства.
Большой Том улыбнулся, кивая.
- Это, конечно, ничего не значит, - продолжал Род. - Я знал немало
кажущихся ангелами девушек, оказавшихся первоклассными суками.
Лицо Тома опало.
- Так что ты можешь быть честным - или можешь быть основательным
негодяем. Загадка - век сиди и думай.
Голос у него за ухом произнес:
"Предварительная интерпретация доступных данных указывает на
простоватую, в основном структуру личности. Вероятность того, что этот
индивидуум послужит надежным источником информации по местным социальным
переменам превосходит вероятность того, что индивидуум будет практиковать
серьезную двуличность".
Род медленно кивнул. Он удовольствовался бы и равными шансами. Выудив
из кошелька обрезок серебра - тот слегка пах чесноком - он хлопнул его в
ладонь великану.
Том уставился на серебро в своей руке, затем на Рода, затем снова на
металл.
Внезапно его рука сомкнулась в кулак и слегка задрожала. Его
пристальный взгляд снова встретился с глазами Рода.
- Ты принял мою монету, - пояснил Род. - Теперь ты мой человек.
Лицо Большого Тома раскололось в усмешке от уха до уха.
- Да, мастер! Благодарю вас, мастер! Навек благодарен вам, мастер!
Я...
- Я получил послание, - Роду было крайне неприятно видеть, как перед
ним пресмыкается взрослый человек. - Ты поступаешь на службу прямо сейчас.
Скажи мне, каковы шансы получить работу в армии королевы?
- О, самые блестящие, мастер! - ухмыльнулся Большой Том. - Они всегда
нуждаются в новых солдатах.
"Дурной знак", - решил Род.
- О'кей, - сказал он вслух. - Дуй обратно в трактир, выясни, какая
комната отведена нам, и удостоверься, что там в шкафу нет какого-нибудь
головореза.
- Да, мастер! Сейчас же! - Большой Том заторопился обратно в трактир.
Род улыбнулся, закрыл глаза и привалился затылком к косяку. Он
помотал головой из стороны в сторону, молча смеясь. Он никогда не
перестанет изумляться психологии грубиянов. Как мог этот человек меньше
чем за десять минут перейти от презрения к покорности, ему этого никогда
не понять.
Ночной воздух прорезал низкий вибрирующий вой, переходящий в
пронзительный визг. Глаза Рода резко распахнулись. Сирена? В этой
культуре?
Звук доносился слева, он поднял взгляд и увидел там замок на вершине
холма.
И там, у основания башни, что-то пылало и пронзительно визжало,
словно "черный ворон", оплакивающий смерть нескольких патрульных машин.
Посетители в беспорядке выбежали из трактира и столпились во дворе,
глазея и тыча пальцами.
- То баньши!
- Снова!
- Нет, все будет хорошо. Разве он не появится уже трижды? А королева
все жива!
- Векс! - осторожно позвал Род.
"Да, Род."
- Векс, там баньши. На стене замка. Баньши, Векс.
Ответа не было.
Затем над ухом Рода зарычало хриплое гудение, нараставшее до тех пор,
пока не стало угрожать разорвать ему голову, и тут оно оборвалось.
Род помотал головой, постучал себя по макушке ладонью.
- Придется мне сделать этому парню капитальный ремонт, - пробурчал
он, - у него и раньше бывали приступы, но те были тихими.

Для Рода было не весьма мудро было идти на конюшню и включать Векса,
пока во дворе было полно зевак: он сильно бросался в глаза.
Поэтому он поднялся в свою комнату полежать, пока все малость не
поутихнет. И, конечно, к тому времени, когда двор опустел, Род уже слишком
удобно устроился, чтобы брать на себя труд спускаться в конюшню. В любом
случае нет никакой причины включать робота, ночь будет тихой.
В комнате было темно, за исключением длинной полосы света самой
большой луны, падающей из окна. Из пивного зала доносились приглушенные
бормотания и клацанья - загулявшиеся клиенты-полуночники пили допоздна. В
комнате Рода было тихо и мирно. Разве что Большой Том, свернувшийся на
тюфяке в ногах постели, храпел, как бульдозер на холостом ходу, издавая
больше шума во сне, чем учинил бодрствуя.
Вот тут была загадка - Большой Том. Род никогда не участвовал в
драке, где его не ударяли бы хоть раз. Большой же Том подставлял себя под
удар всякий раз. Разумеется, он был рослым, но он не должен был быть
настолько неуклюжим. Рослые люди тоже бывают быстрыми...
Но зачем тогда этот Большой Том затеял драку?
Чтобы наняться к Роду слугой?
И что насчет Эдама и одноухого? Их разговор указывал на то, что они
были на накачке у верфи, что означало в свою очередь, их принадлежность к
пролетарской партии. Как там ее называл этот юный подстрекатель черни? Да,
Дом Хлодвига.
Но если Эдам и Одноухий были представительным образчиком, Дом
Хлодвига был домом, разделившимся в себе самом. Там, кажется, существует
две фракции: одна поддерживает Логайра, юного оратора? - а другая,
возглавляемая Пересмешником, кто бы он там не был. Две обычные фракции,
ненасильственная и насильственная, язык и меч.
Интересно, почему это вдруг Большому Тому захотелось получить
должность дворецкого? Может быть, он хочет подняться по социальной
лестнице? Нет, он не подхалим. Лучшее жалование? Но он, кажется, неплохо
преуспевал как районный тяжеловес.
Чтобы не спускать глаз с Рода?
Род перекатился на бок. Том мог быть вполне немаловажным членом Дома
Хлодвига. Но зачем Дому держать его под колпаком? Они же не могли ничего
подозревать, не так ли?
Если догадка Векса была верна, и Дом поддерживала инопланетная сила,
они определенно могли что-то заподозрить - неважно как.
Но не позволял ли Род снова разгуляться своей паранойе? У него
начисто пропал сон. Все мускулы напряглись. Он вздохнул и скатился с
постели: теперь он не мог уснуть. Лучше включить Векса и поговорить. Род
нуждался в электронной объективности робота, ибо собственной у него было
очень мало.
Большой Том зашевелился и проснулся, когда Род поднял ржавый дверной
засов.
- Мастер? Камо грядеши?
- Просто немного тревожусь за своего коня, Том. Думаю, пробегусь до
конюшни, удостоверюсь, что конюх с ним правильно обращается. Спи.
Секунду Большой Том только пялил глаза.
- Воистину, - произнес он. - Ты очень заботлив, мастер.
Он перевернулся на другой бок и зарылся с головой в складки плаща,
используемого в качестве подушки.
- Чтобы так сильно беспокоиться за коня, - сонно пробормотал он и
снова захрапел.
Род усмехнулся и выбрался из комнаты.
Он наел лестницу в нескольких шагах - темную и старую, но ближе к
конюшне, чем главная дверь.
У подножья лестницы находилась дверь, та, что не часто использовалась
- она застонала, словно лягушка-бык в течке, когда он открыл ее.
Двор был залит мягким золотистым светом трех лун. Самая большая была
лишь немногим меньше земной, но располагалась немного ближе. Она заполнила
собой целых тридцать градусов неба - вечное полнолуние перед
равноденствием.
- Отличная планета для влюбленных, - задумчиво произнес Род.
И из-за того, что его глаза приклеились к луне, он не заметил серой
полоски шнура, натянутого чуть выше порога.
Он споткнулся. Его руки метнулись вперед, шлепнув по земле, чтобы
смягчить падение. В этот момент что-то твердое ударило его по затылку, и
мир растворился в снопе искр.

Вокруг него было красноватое свечение, а в голове пульсировала боль.
Что-то холодное и мокрое прошлось по его лицу. Он содрогнулся и полностью
пришел в сознание.
Он лежал на спине. Над ним был сводчатый потолок из известняка,
мерцавшего блестками отраженного света. С потолка до зеленого ковра
тянулись тощие известковые колонны - соединившиеся сталактиты и
сталагмиты. Зеленый ковер простирался во всех направлениях, по меньшей
мере на милю. Он находился в огромной пещере. Свет, казалось, исходил ото
всюду, пляшущий, колеблющийся свет, зажигавший на потолке искры в
запутанном танце.
Зеленый ковер расстилался и под ним, он почувствовал его, холодный,
пружинящий и влажный под своей спиной: мох толщиной в три дюйма. Он
попытался вытянуть руку и коснуться мха, но обнаружил, что не может
пошевелить ни рукой, ни ногой. Подняв голову, он попытался увидеть
связывающие его веревки, но тут не было и нити.
Он помотал головой, пытаясь вытряхнуть из нее боль, чтобы мыслить
ясно.
- Векс, - прошептал он. - Где я?
Ответа не последовало.
Род закусил губу.
- Брось, железный конь! Ты спишь включенный!
Включенный...
У Векса же был приступ, Род отправился снова включать его.
Теперь он был предоставлен самому себе.
Он вздохнул и улегся на зеленый ковер мха.
Справа от него что-то начал лепетать глухой голос. Род повернул
голову.
В голом каменном круге мерцал огонь. Над ним возвышалась тренога,
державшая котел - котел с крышкой, весело бурлящий, с выходящей из крышки
трубкой. С потолка капали капли воды, ударяя по трубке, а под
противоположным концом трубки стояла чаша, собиравшая капли.
Примитивный перегонный куб. И самогонщик, наверное, восемнадцати
дюймов ростом, очень широкоплечий и вообще коренастый, одетый в камзол и
шаровары. У него было округлое, веселое лицо, блестящие зеленые глаза,
курносый нос и очень широкий рот, изогнутый в озорной улыбке. И, венец
всего - на нем была робингудовская шляпа с ярко-красным пером.
Зеленые глаза посмотрели и поймали взгляд Рода.
- Ха! - произнес человек гудящим баритоном. - Ты пришел в чувство,
чародей!
- Чародей? - нахмурился Род. - Но я не чародей!
- Разумеется, - согласился человек. - Ты не чародей. Ты являешься на
падающей звезде и имеешь коня, сделанного из холодного железа...
- Минуточку, - перебил его Род. - Откуда тебе известно, что мой конь
сделан из железа?
- Мы - крошечный народ, - невозмутимо ответил человек. - Мы живем
Дубом, Ясенем и Терном, Лесом, Воздухом и Дерном. А те, кто живет холодным
железом, жаждут покончить с нашими лесами. Холодное железо - это знак
всего того, что не может нас терпеть, и потому мы узнаем его, независимо
от его формы и обличья.
Он повернулся обратно к своему котелку, приподнял крышку и проверил
- И потом, ты можешь также слышать сказанное в полумиле от тебя, а
твой конь может мчаться столь же безумно, как и ветер и быстрей, чем
сокол, когда у него есть причины. Но ты не чародей, да?
Род покачал головой.
- Нет. Я пользуюсь наукой, а не магией.
- Разумеется, - поддакнул человечек. - А разве под любым названием...
Нет, ты - чародей и как таковой известен уже всюду, вдоль и поперек, по
всему Грамарию.
- Грамарий? Что это такое?
Человечек в удивлении уставился на него.
- Да это же этот самый мир, чародей! Мир, в котором мы живем, земля
между четырьмя морями, царство королевы Катарины!
- О, она правит всем миром?
- Истинно так, - подтвердил эльф, бросив на Рода косой взгляд.
- А как называется ее замок? И город вокруг него.
- Раннимид. Воистину, ты самый необразованный чародей!
- Именно это я и пытаюсь тебе втолковать, - вздохнул Род.
Человечек отвернулся, качая головой и что-то бурча под нос. Он открыл
кранчик на сборной чаше и нацедил немного дистиллированной жидкости в
кружку размером с мензурку.
Род вдруг понял, что его мучит жажда.
- Э, слушай, что ты там варишь? Ведь это не бренди, не так ли?
Эльф покачал головой.
- Джин? Ром? Аква вита?
- Нет, то спиртное другого вида, - он подскочил к Роду и поднес
миниатюрную кружку к губам человека.
- Спасибо. - Род пригубил и возвел глаза к потолку, причмокнув
губами. - На вкус, словно мед.
- Там, где сосут дикие пчелы, сосу и я, - человечек заскакал обратно
к огню.
- Совсем неплохо. Ты не мог бы поделиться рецептом?
- Ну, разумеется, - улыбнулся эльф. - Мы сделаем для гостя все, что в
наших силах.
- Гостя, - фыркнул Род. - Мне крайне неприятно оспаривать ваше
гостеприимство, но вынуждать меня быть неподвижным таким образом, имеет
мало общего с распростертыми объятиями.
- О, это мы вскоре исправим, - человечек снял крышку с котла и
помешал сусло.
Что-то щелкнуло в голове Рода. Волосы у основания его черепа начали
становиться дыбом.
- Э, скажи-ка... по-моему, нам не представили друг другу, но... тебя
ведь зовут Робин Славный Малый, не так ли? Он же Пак?
- Ты говоришь истину, - эльф с клацанием задвинул крышку. - Я тот
самый веселый ночной бродяга.
Род повалился на мшистый ковер. Это будет великолепная история для
рассказа его внукам. Никто другой ей не поверит.
- Скажи, Пак - ты не против, если я буду называть тебя Паком?
- О, нет.
- Спасибо, э... а я Род Гэллоуглас.
- Мы знаем это.
- Ну, я просто подумал, что мне следовало бы сделать это официально.
Теперь ты, кажется, не питаешь ко мне никаких злых чувств, поэтому, э...
могу я спросить... э... почему я парализован?
- Ах, это, - ответил Пак. - Мы должны выяснить, белый ты чародей или
черный.
- О, - Род пожевал щеку изнутри. - А если я белый маг, вы... гм...
отпустите меня?
Пак кивнул.
- А что случится, если вы решите, что я - черный маг?
- Тогда, Род Гэллоуглас, ты будешь спать до трубы Судного дня.
У Рода появилось ощущение, словно к его челюсти приложили электрод со
слабым током.
- Великолепно. Козырь Судного дня. А я всегда был не очень-то силен в
бридже...
Пак нахмурился.
- Как это?
- Замнем. "Спать до трубы Судного дня". Очень изящное выражение.
Почему бы вам не подойти прямо и сказать, что убьете меня?
- Нет, - произнес Пак, оттопырив нижнюю челюсть и покачав головой. -
Мы не убьем тебя, Род Гэллоуглас. Просто ты будешь вечно спать, видя
приятные сны.
- Понимаю. Длительный анабиоз.
Пак нахмурил лоб.
- Я не знаю этого слова. И все же успокойся, тебя не подвесят.
Крошечный народ не питает любви к повешению.
- Ну, я полагаю, это некоторое утешение. Так как же мне доказать, что
я - белый маг?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38