А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Он встретил этот взгляд, не шелохнувшись. Напоминание о том, что произошло здесь между ними, рождало неловкость. Она повернулась и направилась к двери.Рори смотрел, как она уходила. Тело все еще ныло от нерастраченного желания. Ее лицо, когда она опадала в экстазе у него в объятиях, будет преследовать его все время, пока это чертово обручение не подойдет к концу.Он окликнул ее возле самой двери:– Зачем ты здесь на самом деле, Изабель? Почему ты согласилась на помолвку?Она заметно удивилась.– Так захотел отец.– А ты, что ты хотела?– Чтобы мой клан процветал. Любить мою семью.– И все? А полюбить мужчину. А воспитывать детей?– Ну конечно, но только ты ясно дал понять, что это не входит в твои планы. – Их глаза встретились. – Почему ты согласился на помолвку?– У меня не было выбора. Это было требование короля, – не задумываясь, ответил он. Он заметил, как что-то мелькнуло у нее в глазах. Боль? Обида? Удивление?– Обручившись со мной, ты исполнил долг перед королем, но ведь нигде не сказано, что нельзя от этого получать радость. – Она говорила тихо-тихо. – Я получила.Он промолчал, вспомнив неистовство, которое они только что испытали.– Это ничего не меняет. – Он не понял, что сказал это вслух, пока не увидел выражение ее лица. Она смотрела на него так, будто он ее ударил.Помолчав, она грустно улыбнулась.– Ты не прав. Это меняет все. Глава 14 Каждый день весь последний месяц Изабель просыпалась, уютно устроившись в объятиях Рори. Это утро не было исключением. Еще несколько минут она притворялась, что спит, наслаждаясь тем, как его стальные руки обхватывают ее, как мускулистая грудь согревает ей спину, наслаждаясь его острым мужским запахом и даже тем, как он легко дышит во сне. Она чувствовала себя под защитой. Согретой. Довольной. Она могла бы так лежать все время.И сегодня, как и в любой другой день, она испытала острое недовольство и пустоту, когда он выскользнул из постели, почувствовав, что возбуждается, прижимаясь к ней. Быстро одевшись, Рори исчез. Иногда ей казалось, что он колеблется, но благоразумие перевешивало, и неизменно она слышала, как за ним с характерным щелчком захлопывалась дверь.Изабель никогда не давала ему понять, что она уже проснулась. Как будто понимала, что их растущая тяга друг другу, будучи обозначенная словами, разлетится вдребезги. Связь упрочивалась в короткие ночные часы, когда она невзначай дотрагивалась до него в поисках теплого тела, теплой кожи, и тогда ничего не было важнее, чем чувствовать, как он прижимается к ней. А днем, когда в ожидании рождественских праздников время едва текло, Изабель начинала понимать, как она ценит эту его заботливость по отношению к ней.Она была права. Тот вечер в библиотеке изменил все. Его дар открыл для нее целый мир. Мир, без которого она теперь не представляла жизни. Невозможно было не думать о том, что он с ней делал. О том, что она чувствовала в его объятиях. О близости. Об экстазе и чуде. Хоть он имел полное право не доверять ей, это серьезно испортило впечатление от того упоительного вечера. Ей ничего не хотелось сильнее, чем доказать ему, что она достойна доверия. Но как это сделать, если он все равно не верит ей до конца?Негласное перемирие убаюкивало, но она понимала, что вечно оно продолжаться не может.Быстро одевшись, она наскоро перекусила тем, что принесла Дейдре, и отправилась в библиотеку, чтобы заняться своими делами.За месяц после возвращения Рори ее ежедневные обязанности превратились в приятную рутину. Алекс выздоравливал очень быстро, учитывая тяжесть раны. Они с Маргарет ухаживали за ним, чередуясь, до тех пор, пока в один прекрасный день, он, сытый по горло их «назойливым жужжанием», не выслал их прочь из своей комнаты, заявив, что с него достаточно унижений и он сам способен помыться и поесть. В его фразе уже присутствовали такие слова, как «задница», и этого было вполне достаточно, чтобы понять, что ему действительно стало намного лучше.Когда Изабель и Маргарет были свободны от дел хозяйственных, они читали или играли в шахматы в библиотеке возле камина, где уютно потрескивал огонь. Они больше не вспоминали про ту ужасную охоту. Правда, и та, и другая возобновили упражнения с луком, но только под защитой замковых стен. Маргарет поразительно быстро овладевала этим искусством. Она была способной ученицей, и Изабель не сомневалась, что очень скоро ее мастерство перерастет мастерство наставницы.Бесси быстро превратилась в близкую подругу Дейдре. Да и все слуги Маклаудов приняли ее в свой кружок. Пока Алекс поправлялся, она кудахтала и носилась с ним, как наседка. И хотя он твердил, что ему противно, когда с ним обращаются, как с грудничком, Изабель знала, что он все больше и больше привязывается к Бесси, впрочем, как и Маргарет. Привратник Роберт по-прежнему находил какие-нибудь дела, чтобы оказаться в башне, когда там работала Бесси.Рори большую часть своего времени проводил во дворе, готовя своих воинов к неизбежному столкновению с Маккензи из-за смерти Мердока – сына предводителя. Вопрос не стоял о если. Вопрос стоял о том, когда оно случится. Поэтому Рори должен был как следует подготовиться. Он отказывался выслушивать просьбу Изабель выехать за ворота замка. А она все еще так переживала из-за того случая, что не особенно и настаивала.Изабель бросила перо на стол и откинулась на спинку стула, раздумывая над ситуацией. Она понимала: пора что-то предпринять. Дядя ждет от нее доклада о том, что сделано. Ее удивляло, что Слит так долго ее не беспокоит. Всего неделя осталась до Рождества. Время уходило, а ее двусмысленное положение все сильнее давило на нее. Она понимала, что это будет опасно. Да. Но больше всего ее страшили препятствия морального порядка. Разве можно предать Маргарет и Алекса, которые так радушно встретили ее и отнеслись к ней добрее, чем в ее собственной семье? Как можно предать Рори, мужчину, которым она восхищалась больше всех мужчин на свете? Он спас ее от насильника, а потом избавил от страшных воспоминаний, разбудив в ней страсть.Она не могла решиться на предательство. Душа ее едва ли не в буквальном смысле слова раздваивалась.Как же тогда выполнить свой долг перед кланом? Конечно, Рори не облегчит ей эту задачу. У него стальная воля, он умеет руководить своими чувствами, контролировать их. Он хотел ее, но честь и благородство помогали ему не идти на поводу у своих желаний. Она подумывала объявить своей родне, что не в силах обнаружить знамя Фей и тайный ход, но слишком многое стояло на кону. Признаться семье в таком сокрушительном поражении она пока не могла, потому что понимала, какими тяжелыми последствиями это обернется для клана.Изабель все еще надеялась, что обстоятельства изменятся, или что отец придумает какой-нибудь другой способ отбить атаки Маккензи на Строум. Она нахмурилась. Ее очень беспокоило, что отец не отвечает на ее письма, одно из них было написано сразу после нападения на нее. В то же время молчание отца оправдывала ее нежелание обыскивать замок и неудачу с совращением Рори.Она посмотрела на стопку пергаментов перед собой и вернулась к работе. Большая часть утра ушла на совещание по поводу ежемесячной платы за аренду. Она как раз заносила соответствующие цифры новых поступлений в бухгалтерскую книгу, когда, возбужденно смеясь, в библиотеку ворвалась Маргарет. Она явно побывала на воздухе, потому что золотые кудри были растрепаны ветром, на лбу блестела испарина, а щеки ярко розовели.Глянув вниз, Изабель увидел следы грязи по краю подола и на туфлях. Она поняла, что Маргарет скорее всего побывала на тайном свидании.– Над чем можно так смеяться в холодный и унылый день? – За окном с превеликим трудом можно было увидеть залив. Туман окутал замок почти непроницаемой завесой. Несмотря на то что в комнате было тепло, Изабель накинула на плечи плед.– Никогда не угадаешь, – захихикала Маргарет, пододвинув стул ближе к ней.Изабель остро глянула на нее, словно пытаясь предсказать ответ.– Дай подумать. Ты решила вытащить из нищеты этого своего воздыхателя, похожего на пирата, и выйти за него замуж.Маргарет вспыхнула.– Нет. Твои шутки, Изабель, такие же грубые, как и у Алекса. Ты же знаешь, что Колин просто внимателен ко мне. Его интерес совсем не то, о чем ты думаешь. Ну, попытайся еще раз.Изабель скептически приподняла бровь. Маргарет весьма заблуждалась насчет того, в чем заключался интерес Колина.– Хм. Тогда, значит, Катриона решила бросить вызов обществу и уйти в монахини. – Теперь, после того, как Маргарет заверила ее, что у Рори с этой женщиной все давно покончено, Изабель могла себе позволить пошутить над ней.Маргарет оглушительно захохотала. Даже не верилось, что такая хрупкая девушка способна так громко смеяться.– Какая ты злая, Изабель! Только подумай, разве может такая бесстыдница бросить то, что доставляет ей самое большое удовольствие. Я знаю многих жен, которые были бы вне себя от радости, когда узнали бы, что эта разлучница, эта легкомысленная особа больше не представляет угрозы. Ладно, лучше сказать самой. Умру, пока ты догадаешься. Я вызвала Алекса на состязание по стрельбе из лука. И выиграла!Изабель всплеснула руками, а потом обняла ее.– Как здорово! Я же говорила, что из тебя выйдет толк. – Она озорно усмехнулась. – Уверена, Алекс высоко оценит твою победу. Он так подшучивал над тем, как ты старательно тренируешься. Так ему и надо! – Изабель отчетливо представила его шок от замешательства. – Я помню, как у моих братьев отвисла челюсть, когда я взяла верх над ними. Ведь их гордость пострадала: как же, их обошла какая-то девчонка. – Последнее слово она выделила снисходительной гримасой. – А ты, такая проворная кроха, совсем не похожа на соперника гордого, доблестного воина Маклауда.Маргарет зарделась от удовольствия, а не прикрытый повязкой ясный синий глаз засиял.– О, Изабель, нужно было видеть Алекса. У него было такое выражение лица! Когда я точно попала в центр мишени, я думала, у него глаза вылезут на лоб. А ты бы слышала, что говорили собравшиеся вокруг доблестные воины! Их там немало собралось. Не сомневаюсь, он еще долго будет слышать о себе их острые шуточки.– Ты молодец, Маргарет. И заслужила свою победу. Может, это научит Алекса придерживать язык. – Они посмотрели друг на друга, помолчали и вновь дружно рассмеялись. Алекс был врожденным насмешником и острословом. Это была составная часть его обаяния. Им очень нравилась его беззаботность, которая теперь проявлялась не так часто. Изабель подумала, что, несмотря на деланное негодование, Алекс все равно очень гордился успехами своей сестры. Она быстро прогрессировала. Изменения, которые происходили с ней, бросались в глаза. Вновь обретенную гордость и уверенность в себе нельзя было не заметить. Алекс не стал бы завидовать ее победе, пусть даже ему пришлось выслушивать едкие шутки своих сородичей.Рори стоял в дверях и наблюдал, как искренне хохочут обе женщины. У него потеплело на сердце, когда он увидел веселое настроение сестры. Он давно уже не видел ее такой. Рори понимал, что Изабель имеет прямое отношение к тому, что радость жизни вернулась к сестре. Как это могло произойти за такое короткое время? Казалось, за одну ночь Маргарет избавилась от робости и застенчивости, за которыми, словно за черным плащом, она укрылась два года назад, и теперь веселилась, как язычница на празднике, обретя новую веру. Даже в середине промозглой, темной зимы Данвеган, казалось, сиял теплым весенним светом от их смеха и улыбок. Только теперь Рори понял, как скучал по счастливому смеху женщин.Он глянул на Изабель. Она тоже изменилась, может, не так явно, как Маргарет, но все равно заметно. От одиночества и беззащитности, которые как будто следовали за ней по пятам, когда она приехала сюда, не осталось и следа. Теперь она занимала все больше места в его семье. От мысли, что ее пребывание в Данвегане скоро подойдет к концу, ему стало грустно. По правде говоря, необходимость отменить обручение все больше тяготила его.Ему доставляло большое удовольствие глядеть на нее. Она была особенной – легко двигалась, легко смеялась. Каждый раз, когда он смотрел на нее, ему казалось, новые краски появились в ее облике. Ее красота не тускнела, как это бывает с другими женщинами, когда их узнаешь ближе. Нет, совсем наоборот. Она становилась еще более красивой. С каждой встречей она становилась более живой, словно отдельные свойства ее характера проступали сквозь маску уже хорошо знакомых черт.Он был не единственным, кто наблюдал за ней. Рори замечал восхищенные взгляды своих людей ей вслед, когда они думали, что он не видит их. Его это немного сердило, но он не считал такое поведение неуважением к себе. Они же не были какими-нибудь евнухами. Рори не мог осуждать их за то, что для себя считал вполне допустимым. Даже просто сидя за столом, заваленным пергаментами, она ошеломляла блестящим золотом своих волос, распущенных по плечам, гладкой кожей, перепачканной чернилами, пухлыми губами с озорной усмешкой, вызывающе высокой грудью. Ее красота притягивала – редкий дар, достойный поклонения.Рори мыслями вернулся в сегодняшнее утро, когда он проснулся и увидел ее, устроившуюся в его объятиях. Ему стало тепло от одного воспоминания. Этот месяц стал настоящей мукой. Он рассчитывал, что станет легче, если они будут делить постель, но с каждым днем он хотел ее все больше. Их тела обрели друг друга и не хотели расставаться. Воздержание сводило его с ума. Рори не знал, сколько он еще так выдержит.Она оставалась девушкой, но если будет провоцировать его снова, он не сможет за себя поручиться.За этот месяц его недоверие к Изабель пошло на убыль, однако Рори не забывал, что она из Макдоналдов и племянница его врага. Он внимательно следил за ней несколько последних недель и не заметил, чтобы она вновь бродила и что-то искала в темных коридорах. Не пыталась она больше и давить на него. Хотя спать рядом с ней каждую ночь становилось невиданным искушением.Рори стоял и смотрел на двух женщин, которым было хорошо вместе, как подружкам, которые знали друг друга с пеленок.Он не очень удивился, застав сообщниц у себя в библиотеке. По куче бухгалтерских книг, наваленных перед Изабель, и по ее вымазанным чернилами пальцам Рори понял, что она снова копалась в его счетах. Сначала его комната, потом – сестра, теперь вот – счета. Изабель все глубже проникала в жизнь замка и в его жизнь. Чего доброго, скоро она займет его место. Он представил себе эту картинку и улыбнулся.– Над чем смеетесь, озорницы?Изабель повернулась, удивившись появлению Рори в дверях. Он не часто заходил сюда после того, как они с Маргарет облюбовали это местечко для себя. Еще более странным было его появление в полдень, в то время, когда он обычно занимался выучкой своей дружины во дворе. Наверняка он только что оттуда, если уже успел смыть с себя следы воинских трудов.Сердце екнуло, как всегда бывало, когда она вспоминала напор, с которым он сражался. И стало тепло на душе, стоило ей подумать о том, что такой неумолимый воин способен бережно обнимать.Ее влечение к нему не стало слабее после более тесного знакомства. Она все так же отводила глаза, чтобы не видеть этого сурового и красивого лица, смуглого от загара, даже несмотря на то, что за последние месяцы выпадало так мало солнца. Не могла она привыкнуть и к его присутствию, когда он целиком заполнял собой пространство комнаты. Не потому, что он был широкоплеч, а его тело – огромным и мускулистым. Потому, что от него веяло теплом. Нет, потому, что от него лучился жар.Маргарет стояла молча, не желая сознаваться, что они смеялись над Алексом, поэтому Изабель решила объяснить все сама:– Маргарет одолела Алекса в состязании лучников.Он повернулся и пристально посмотрел на Маргарет. Неуверенные в том, как Рори воспримет новость – все-таки он был мужчиной, – они стояли и терпеливо ждали, что он скажет. Губы у него сложились в кривую усмешку, а на щеках обозначились ямочки.– Итак, Маргарет поймала этого заносчивого нахала в его же ловушку. Я слышал, как он беспрестанно бахвалился, что девчонка не возьмет над ним верх, пусть тренируется сколько угодно. Может, урок пойдет ему на пользу: нужно быть готовым к любой неожиданности. Это весьма распространенная ошибка – недооценивать противника. Одна из тех, что ведут к гибели. – Поверх головы Маргарет его выразительные глаза нашли Изабель. – Я никогда не преуменьшаю боевое искусство моих противников. Стараюсь быть готовой и к их хитрым уловкам.Она покраснела, почувствовав себя виноватой. Почему он заговорил об этом сейчас?Рори, казалось, не обратил внимания на ее реакцию.– Отлично, Маргарет! Я тобой горжусь. Наш хвастун надолго запомнит, как ты его осадила. – Смеясь, Рори крепко обхватил сестру, приподнял и ласково прижал к себе.Маргарет ответила лучезарной улыбкой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35