А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Иногда они привлекают формами и
красками, гармоничностью движений, потаенным смыслом...
В подарке для сэра Эку не было ни первого, ни второго, ни третьего.
Кубик исчез, и на его месте появилась лужайка - своеобразная арена,
окруженная деревянными скамьями, на которых сидели толпы аплодирующих
зрителей. Они были одеты в земные костюмы начала двадцатого века, и, если
прислушаться, можно было услышать их комментарии. По толпе туда и сюда
сновали торговцы, предлагавшие самые разнообразные угощения и напитки. Тут
и там проказничали компании маленьких оборванцев. Но все это было пустяком
по сравнению с маленьким странным предметом, который возник в центре.
Внезапно предмет вздрогнул и выплюнул облачко дыма. Последовало
отрывистое "Трах-тах-тах".
Стэн почувствовал, что манаби еще приблизился. Чувствительные усики
пощекотали его плечи, когда сэр Эку почти уселся на него, чтобы лучше
видеть происходящее.
Услышав первые звуки, подростки перестали безобразничать и помчались
к заборчику, окружавшему поле.
Еще одно "Трах-тах-тах", и все стало понятнее. Старинный летательный
аппарат готовился подняться в воздух. Спаренные крылья были соединены
стойками, короткими и толстыми. Прочный маленький пропеллер спереди.
Крошечный пилот сидел в открытой кабине. Такой же маленький механик в
комбинезоне крутанул руками пропеллер. Когда раздался очередной грохочущий
звук, механик отскочил в сторону. Пропеллер продолжал вращаться, а
двигатель вначале чихал и распространял запах касторового масла. Затем
звук мотора стал ровнее, механик выдернул из-под колес "башмаки", и
самолетик двинулся по полю.
Внезапно раздался рев, и аппарат рванулся вперед. Взлетной полосы
машине, чтобы покинуть стадион, явно не хватало. Стэн почувствовал
напряжение крылатого существа за его спиной. Пилот дернул штурвал на себя,
и самолет резко взмыл. Толпа облегченно вздохнула.
Стэну показалось, что нечто похожее он услышал и за своей спиной.
"Давай-давай, сэр Эку! - подумал Стэн. - Ты же еще ничего не видел.
Самое интересное впереди".
Пилот биплана начал свое бесстрашное действо с серии виражей, петель
и бочек.
- Это же невозможно на такой машине! - услышал Стэн шепот сэра Эку.
Он ничего не сказал в ответ.
Затем самолет вошел в длинное пике - прямо к самой земле. Толпа зевак
пронзительно завизжала от ужаса. Сэр Эку, которому о гравитации было
известно буквально все, помочь ничем не мог, но затрепетал крылышками. Он
подал свое тело еще на несколько сантиметров вперед. А биплан все падал и
падал. В последний момент, когда сэр Эку уже просто не мог безучастно
наблюдать, пилот вышел из пике, почти чиркнув крыльями аппарата по земле.
Толпа облегченно загудела, затем гул перешел в бурную овацию.
- Замечательно! - выдохнул манаби.
Пилот приветствовал своих поклонников очередной продолжительной
серией переворотов, петель и виражей. Затем полет стабилизировался, и звук
мотора изменился. Самолет прочертил по небу грациозную дугу. За ним
струился белый дым. Постепенно хвост дыма превратился в четкую картину.
Надпись на небе!
- Что он говорит? - Сэр Эку уже был эмоциональным пленником Стэна -
по крайней мере, в конце представления. Стэн опять промолчал.
В конце концов пилот сделал свое дело. Дымовые буквы висели над
полем, подобно высоко летящему стягу. И вот что было на нем начертано:
ЛЕТАТЬ МОЖЕТ КАЖДЫЙ В ВОЗДУШНОМ ЦИРКЕ
Стэн быстро шагнул вперед и сдавил бока дисплея; он снова стал черным
кубиком.
- Ну, что скажете?
- Они действительно это делали? - спросил сэр Эку. Ответа он не ждал.
- Вы знаете, я никогда раньше не задумывался - какой трагизм из-за ошибки
генов быть прикованным к земле!.. Боже, как отчаянно они хотели летать!
- Существа всегда готовы идти на большой риск, - сказал Стэн, - ради
глотка свободы.
Манаби долго молчал. Взмах крыльев, и сэр Эку отправился в долгое,
медленное скольжение над водой. Стэн знал, что он всматривается в имена на
блестящем дне озера, имена навечно приземленных бхорами. Еще один взмах, и
дипломат пустился в обратный путь.
- Где вы это взяли? - спросил Манаби.
- Сделал, - ответил Стэн. - Это всего лишь кино. Но забавное.
- Когда?
- Прошлой ночью.
- То есть вы действительно сделали это для меня... - Это был не
вопрос, а констатация факта.
- Да.
Манаби помолчал.
- Ах... - проговорил он наконец. - Что ж, приступим. Отличное начало,
адмирал.
- Спасибо. И вы правы, приступим. Но прежде позвольте сделать
маленькую преамбулу. Честно говоря, я приготовил целую речь - в духе
лучших дипломатических традиций. А потом решил: к черту! Я должен говорить
только то, что думаю.
- Продолжайте.
- Между нами существует некая двусмысленность. Вот уже неделю я
пытаюсь сообразить, как бы иносказательно донести до вас свой план. А вы
пытаетесь сообразить, как найти наилучший способ отказать мне. Другими
словами, мы оба прикованы к земле и ни один не делает ни малейшего
движения вперед, не говоря уже о том, чтобы взлететь над стадионом.
- Совершенно точно.
- Но дело в том, - медленно произнес Стэн, - что вы более приземлены,
чем я.
Манаби сделал удивленный жест.
- Видите ли, с моей точки зрения, вам не дает покоя наша предыдущая
акция. Вы не можете избавиться от мысли о ней. Что если мы собираемся вас
шантажировать? Занесем, так сказать, дубинку, чтобы добиться вашего
согласия?
- А вы... собираетесь?
Стэн не спешил отвечать на вопрос сэра Эку.
- Нет, - сказал он наконец решительно.
- Вы говорите за всех?
- Да.
- Почему вы так... великодушны? Или это временно?
- Если мы проиграем, в дерьме будет каждый. Включая даже сторонников
Тайного Совета... Нет, решение не временное. Но главный мой довод - это
преданность. Однажды вы уже оставили свою нейтральную позицию, чтобы
поддержать Императора. Вот почему вы вообще не уклонились от встречи с
Махони, когда он к вам пришел. Из той же преданности. В самом деле, сейчас
для нас самое лучшее - это логика. Та самая логика, которая однажды уже
привела вас на сторону Императора. Понимание того, что любое будущее без
него невозможно, позволило вам поддаться на уговоры Яна. Разве не так?
- Согласен.
- Теперь вы увидели, что план Махони рухнул. Печально. Между тем по
всей Империи устраиваются облавы - для сканирования мозгов и последующей
бойни. Не удивительно, что вы боитесь иметь дело с нами. Я бы тоже боялся.
- Вы приводите гораздо лучшие аргументы в мою пользу, чем в вашу, -
заметил сэр Эку. - В моем понимании это означает: вам есть что сказать.
- Вы правильно поняли, - кивнул Стэн. - Начнем с того, что последние
события - это мое поражение. Мое, а не Махони. Да, он осуществлял общее
руководство, но именно я, как дурак, вовремя не отступил. Провалил план я,
а не маршал Ян Махони.
- Замечательно, что вы взваливаете вину на свои плечи, но это только
усиливает мои сомнения; похоже, и встреча с вами - большая ошибка. Есть ли
у вас - как это вы любите выражаться - туз в рукаве?
- Может быть. А может, и нет. Все, что у меня сейчас в
действительности есть, - это ваше внимание. Позвольте сказать вам, что
произойдет дальше, если вы будете продолжать сидеть за вашим забором. Мыто
обо всем забудем. А вот Тайный Совет? Сколько времени пройдет, пока их
параноидальная месть не доберется до манаби? Кроме того, ситуация с АМ-2
становится все хуже и хуже. Скоро они станут искать новые возможности.
Хондзо - это только начало, за ними последуют другие. Как много АМ-2
хранится на складах в вашей системе? Достаточно, чтобы соблазнить Совет?
Сэру Эку отвечать было необязательно. Они оба прекрасно знали, что
топлива у манаби более чем достаточно.
- Сумеете вы остановить их? Есть у вас для этого необходимые
средства, не говоря уже о духе? Подчеркиваю: я говорю не о смелости, а
именно о духе. Сможете ли вы уйти в подполье все до единого, зарыться в
землю, умирать за каждый квадратный сантиметр родной территории? Способны
ли вы на это? Готовы ли?
И опять ответа не требовалось. Манаби были дипломатами, а не воинами.
- Что же вы предлагаете? - спросил сэр Эку.
Это не означало, что он уже готов на все, он просто хотел выслушать
Стэна. Но теперь, когда Стэн видел, как манаби потянулся за приманкой, он
решил немного подразнить его, не торопиться снимать с крючка крупную рыбу.
- Я хочу, чтобы вы только наблюдали и ждали. Мне надо кое-что
сделать. Потом я смогу доказать вам, что у нас есть и средства, и дух. А
взамен...
- Ну, говорите!
Клюет! Сэр Эку попался.
- А взамен я хочу, чтобы вы нашли возможность встретиться со мной еще
раз. Или с Махони. Возможно, я буду занят. Тогда вместо меня придет Ян.
Если вы не против. Хотя бы на это вы согласны?
Ну как мог сэр Эку отказать? Не мог.
Вместо этого он попросил еще раз включить голодисплей. Ему не
терпелось посетить воздушный цирк, где летать мог каждый.

Все получилось в точности так, как предсказывал Стэн. Не успел сэр
Эку возвратиться домой, как нашел там просьбу встретиться с членом Тайного
Совета. В действительности даже не просьбу, а ультиматум.
Члены Тайного Совета пространно обсуждали, как им договориться с
манаби. Они до сих пор ни в чем их не подозревали. Но идущие чистки и
затянувшееся вторжение на суверенную территорию хондзо произвели шум по
всей Империи. Совету позарез нужно было привести все в порядок, успокоить
общественность, по крайней мере хоть на время. А чтобы сделать это, им
нужна была поддержка Манаби. Очень нужна.
Разгорелся небольшой спор, кого послать на встречу. Сперва
оптимальной казалась кандидатура Мэлприн, поскольку у нее были
удивительные дипломатические способности - по крайней мере, удивительные
для промышленника. Но даже она видела здесь большие трудности. Если сэр
Эку почувствует хоть малейшую их слабость, дело пропало, сказала Мэлприн.
Выступать необходимо с позиции силы. Тут им пригодится мастер подводить
итоги.
И они послали Ловетта.
Ловетт преднамеренно избрал для встречи маленький запущенный парк.
Здесь было мало места для маневров грациозного манаби, и дипломат с трудом
преодолел забор; тут же частицы пыли и грязи стали оседать на его
чувствительных, усиках.
Ловетт выжидал, пока сэру Эку действительно станет не по себе.
Здоровый черный блеск тела манаби стал серым, приятный красноватый оттенок
перешел в болезненно-оранжевый. Только тогда Ловетт обратился к нему.
- Мы хотим получить от вас заявление, - начал он. - У меня с собой
копия того, о чем идет речь. Подпишите документы прямо сейчас. Прочитать
можете их позже, на досуге.
- Очень заботливо с вашей стороны, - сказал сэр Эку. - Но хотелось бы
знать, что именно мы должны одобрить.
- Дело касается убийства и заговора. Сами понимаете. Вы должны
осудить это. Ну и так далее.
- Это мы действительно осуждаем, - согласился сэр Эку. - Тревожит как
раз "и так далее".
- О, там сущая ерунда. Список виновных. Призыв к их осуждению. Вот
так. Да, и еще... Хондзо. Мы надеемся, что все здравомыслящие существа
поддержат наши усилия по захвату АМ-2. И не позволят дикарям иметь такие
запасы топлива, чтобы делать с ними что угодно и когда угодно. Я считаю,
что наши действия вполне законны. Нам принадлежат права на АМ-2. Поэтому
мы имеем право следить, чтобы запасы его использовались правильно.
- Понимаю, - сказал манаби. Конечно, он и в самом деле все понял.
- Теперь все ясно? Вопросы будут? - Тон Ловетта был угрожающим,
намеренно. Он безошибочно давал понять, что произойдет, если сэр Эку
откажется. - Мои друзья по Тайному Совету должны точно знать, кто на чьей
стороне находится. Времена сейчас крутые. И действия тоже потребуются
крутые. Вы либо с нами, либо с хондзо. Договорились?
Сэр Эку не считал, что они договорились. Однако было бы достаточно
глупо признаться в этом. Поэтому он предпочел объяснить. К сожалению,
торопясь на встречу, он позабыл захватить с собой официальную санкцию его
собственного правительства. Это ужасная промашка с его стороны. Но такая
формальность необходима. Он ведь пока не может официально говорить от
имени всех манаби. А разве не этого хочет Ловетт?
- Да. Я хочу, чтобы все было законно. Чтоб не осталось ни одной
лазейки, которой могли бы потом воспользоваться подлые законники! Хорошо.
Доставайте все бумаги, которые вам необходимы, делайте все, как положено.
Только быстро. Я ясно выражаюсь?
Сэр Эку ответил, что Ловетт формулирует свои мысли совершенно
недвусмысленно.

Ультиматум Тайного Совета поставил Махони в положение, как выразился
Килгур, "дрозда на ветке". Если Ян еще смутно догадывался, что такое
"дрозд", то уж не имел совершенно никакого представления, на каких ветках
любит сидеть эта птичка. Впрочем, кое-что стало ясно, когда на встрече с
манаби обошлось без недельных предварительных преамбул.
Сэр Эку прибыл точно в назначенное место. Без предисловий он заявил,
что требования Ловетта зажали народ манаби между скалой и твердой
поверхностью. Оба выбора были неприемлемы.
Ян не сказал: "Мы вас предупреждали". Не стал он и занимать время
сэра Эку соответствующими утешениями. Вместо этого он был так же прям, как
и манаби. И сразу обрисовал в общих чертах главный план Стэна.
Молодой адмирал задумал суд над убийцами. Суд этот надлежало провести
независимому трибуналу, состоящему из наиболее уважаемых существ в
Империи. Благонадежность в прошлом каждого из представителей должна быть
вне всяких сомнений. Для того, чтобы гарантировать правомочность всех
действий суда, Стэн предложил сэру Эку выступить в роли независимого
эксперта. Ему одному позволялось профессионально оценивать, что улики и
свидетельские показания безупречны. Во время работы суда Стэн и Махони
приложат все усилия, чтобы обеспечить безопасность каждого из членов
трибунала.
- Насколько возможно это сделать? - спросил сэр Эку.
- Полной безопасности гарантировать нельзя. Поэтому я и сказал:
приложим все усилия. Не более того.
- Что ж, понятно, - сказал сэр Эку. - И справедливо.
Махони не удивился ответу. Он предлагал намного более надежные
гарантии, чем та, что дана Тайным Советом.
Затем Махони сказал, что они со Стэном позаботятся о том, чтобы все
детали процесса освещались настолько широко, как это только возможно.
Именно Стэн предложил, чтобы каждый - неважно, далеко или близко он
находится - имел бы возможность ознакомиться с беспристрастными
подробностями судебного разбирательства. Ну и, разумеется. Тайный Совет
также сделает все возможное, чтобы воспрепятствовать такой открытости.
- Вы дадите им возможность защищаться? - спросил сэр Эку.
- Да, конечно.
- А если они откажутся?
- Что с того?
Сэр Эку на мгновение задумался.
- Да, действительно.
Разумеется, что если трибунал объявит обвинительный вердикт, это еще
не будет означать, что члены Тайного Совета смиренно отдадутся в руки
своих тюремщиков. Здесь Стэн стремился добиться морального перевеса.
Корректно проведенное решение суда пробьет так много дыр во власти Тайного
Совета, что все союзники от них отвернутся. Что им мог предложить Совет,
кроме АМ-2? Да и это добыть ему оказалось не по силу.
- А кто будет выбирать членов суда? - спросил затем сэр Эку.
Махони ответил, что только манаби обладают достаточным авторитетом.
То же самое касается и механики встреч с потенциальными членами суда. Сэр
Эку должен попытаться тайно облететь одну систему за другой и при этом не
оставить никаких следов. Ему предоставляется полная свобода действий, не
только из соображений справедливости и секретности, но еще и по чисто
практическим причинам. Кто еще, в отсутствие Вечного Императора, обладает
опытом в делах подобного рода?
У сэра Эку были свои соображения по поводу Вечного Императора, но он
не стал делиться ими с Махони. Как бы он был удивлен, если б узнал, что и
Махони думает о том же.
Когда манаби был склонен согласиться, Махони мысленно прошелся по
второй части плана Стэна. Он не стал объяснять, почему на встрече
отсутствует Стэн. И хранил молчание не из-за недоверия, а руководствуясь
старинным непререкаемым правилом корпуса "Меркурий":
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40