А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Вот собирали со всей деревни… Это все, что у нас есть.
Крис кинул короткий взгляд на скромные пожитки бедняков. Карманные часы на стальной цепочке. Ожерелье из серебряных бляшек. Начищенный медный браслет, украшенный зелеными прозрачными камешками величиной с булавочную головку.
– Бывало, что мне хорошо платили, – сказал он задумчиво. – Но еще никогда мне не предлагали все.
Крестьяне переглянулись с воодушевлением:
– Думаете, этого хватит?
– Да нам бы только отвадить Кальверу от деревни, мы сразу вырвемся из бедности! – воскликнул круглолицый. – Знаете, мы-то сами еще можем и потерпеть, нам не привыкать. Но дети… Детей жалко. Они не понимают, что надо терпеть, и плачут от голода…
– Вы понимаете, на что идете? – Крис перестал улыбаться. – Ведь это война.
– Пусть война! Мы все будем биться!
Они вскочили, положив шляпы на кровать. Теперь, когда их руки освободились, ничто не мешало мексиканцам говорить так, как они привыкли, выразительно размахивая руками.
– Мы ударим в церковный колокол, когда появится Кальвера, и соберем весь народ!
– Кому достанется оружие, будет стрелять! Безоружные возьмут мачете, вилы, дубины, камни!
Злоба, охватившая мирных безобидных людей при воспоминании о Кальвере, неузнаваемо изменила их добрые, мягкие лица. Крису казалось, что это уже другие люди. «В них накопилось достаточно ненависти. Больше, чем осталось страха. И они хотят бороться».
Крис встал и прошелся вокруг гостей. Он уже принял решение. «Должна же быть хоть какая-то логика в твоих действиях, – сказал он себе. – Не можешь поступать разумно, так поступай хотя бы последовательно. Днем ты помог мертвому индейцу. Значит, вечером придется помогать живым мексиканцам. Их там целая деревня. Страшно подумать, что же ждет меня ночью?»
– Есть еще одна вещь, – сказал он. – Очень важная вещь. Когда человек начинает убивать, ему приходится убивать больше, чем он собирался вначале. И каждая смерть тянет за собой новую смерть, и это тянется до тех пор, пока кто-то из противников не исчезнет. Вы понимаете это?
– Да. Мы твердо решили.
– И вся ваша деревня так решила?
– Все как один.
Крис кивнул и отвернулся к окну. В наступившей тишине было слышно, как муха бьется о стекло, пытаясь вылететь из комнаты на свободу.
– Хорошо, – сказал он, наконец. – Посмотрим, чем вам можно помочь.
– Спасибо, сеньор! – мексиканцы снова вскочили, благодарно прижимая руки к груди. – Мы будем благодарны вам до конца наших дней, и наши дети навсегда вас запомнят!
– Постойте, постойте, не благодарите меня, – Крис покачал головой. – Ведь я ничего не сделал. Я не сказал, что поеду с вами. Но помочь вам можно. Надо только сообщить разным людям, что у вас есть для них работа.
– Здесь много таких людей, – сказал круглолицый. – Все ходят с оружием.
– С оружием-то много, – Крис скептически улыбнулся. – Да только не все они годятся для такого дела.
– Как же мы узнаем, кто годится, а кто нет? – забеспокоился худой и длинный.
– Узнаем, не волнуйтесь, – заверил их Крис.
КОНКУРС
Три мексиканца с важным и озабоченным видом сидели за потрескавшимся деревянным столом в большой просторной комнате без окон, вместо которых в стене было пробито зарешеченное отверстие. Так, более чем скромно, выглядела комната, где они остановились и которую Крис мысленно назвал «Центральный офис общества защиты мексиканцев». Именно сюда должны были явиться те, кого заинтересовал слух, распространенный Крисом сегодня с помощью буфетчика, пары пьяниц и местного брадобрея.
Мексиканцы сидели рядком, изображая из себя членов конкурсной комиссии. На их лицах Крис не мог прочесть ни усталости, ни уныния, ни нетерпения. На их лицах читалось только осознание важности своей роли. Они сидели молча уже третий час и переговаривались короткими вескими репликами. Как и полагалось членам конкурсной комиссии, независимо от того, видит их хоть один конкурсант или нет.
За весь день им пришлось встретиться только с двумя кандидатами, да и те были отсеяны.
Первым явился помощник шерифа Бак Чандертон. Он вошел без стука, сел на край стола без приглашения и начал разговор без предисловия.
– Крис Беллоу, – сказал он, – я знаю, кто ты та кой, и слышал про многие твои дела. Меня не касается все, что случилось в других городах, тем более все, что случилось не в Техасе. Ты живешь здесь уже две недели, и до сих пор у меня не было повода с тобой говорить. И слава Богу. Но сегодня мне сказали, что тебе надоела спокойная жизнь. Это правда?
– Да, – сказал Крис. – Но не вся правда.
– Тогда добавь подробности, – сказал Бак Чандертон, – чтобы я знал всю правду. Ты знаешь, что шерифа нет в городе, и за него остался я. И мне решать, что делать с той правдой, которую ты мне скажешь. Так что говори все, как есть. Без утайки и полностью, до самого дна.
– Я уезжаю отсюда, – сказал Крис. – Уезжаю из Техаса. Вот и вся правда.
Бак Чандертон оглядел мексиканцев, невозмутимо сидевших за столом. Он хотел что-то спросить, но, посмотрев на их руки, передумал.
– Похоже, ты нанялся сторожем на кукурузные плантации, Крис?
– Можно сказать и так.
– Меня устраивает такой ответ, – сказал Бак Чандертон, слезая со стола. – Там, на улице, околачивается Койот Перкинс. Я буду тебе признателен, Крис, если ты возьмешь его на свои плантации. Возвращаться можешь без него.
Не прошло и часа после того, как за помощником шерифа захлопнулась дверь, перед очами Криса предстал Койот Перкинс.
Это был тщедушный бесцветный человечек лет пятидесяти, в длинном пыльном плаще и серой шляпе с опущенными книзу полями. Его колючие серые глаза внимательно сначала ощупали углы комнаты, затем потолок и пространство под столом и лавкой и лишь после этого остановились на Крисе.
На правом плече у него висел дробовик с укороченным стволом. Причем висел необычно, прикладом кверху, так что Койоту Перкинсу не надо было снимать его с плеча, чтобы выстрелить.
– Слышал я, джентльмены, что вы хотите сделать заказ, – прошелестел его тихий голос из-за неподвижной щели тонких губ.
– Пока об этом никто не говорил, – сказал Крис. – Говорили о недолгой прогулке за реку.
– Для меня это несущественно, – ответил Перкинс. – Можно и за реку прогуляться. Лишь бы платили. Условия мои такие: вы называете имя и сроки, я называю цену.
– Такие условия нам не подходят.
– Странно, – произнес Перкинс. – До сих пор жалоб на меня не было.
– Это не тот случай. Мы пока и сами не знаем ни имени, ни сроков. – Крис был немногословен.
– Что ж, джентльмены, это тоже несущественно, – сказал Перкинс, оглядывая мексиканцев. – Моя цена семьсот долларов. Я сам узнаю имя. И в удобное для вас время привезу вам голову. Тогда и рассчитаемся.
Мексиканцы переглянулись, однако на их лицах не отразилось никаких эмоций.
– Ладно, – Перкинс попятился к выходу, – когда наскребете семьсот долларов, тогда и поговорим.
Он, не поворачиваясь, нащупал рукой дверную ручку за спиной, открыл дверь и шагнул в коридор спиной вперед. Дверь бесшумно закрылась.
– Семьсот долларов… – потрясенно произнес тощий Хилларио. – Это, наверно, целая гора денег!
– Наверно, этот человек знает себе цену, – сказал Рохас. – Может быть, если бы мы назвали имя Кальверы, он взял бы с нас меньше?
– Может быть, – согласился Крис. – Но беднякам опасно иметь дело с киллером, если они хотят натравить его на того, кто богаче их. Киллера всегда могут перекупить. Поэтому я не спешил бы называть Койоту имя вашего врага.
Следующим был ковбой в высокой шляпе. Его было слышно издалека: звон мексиканских шпор наполнил коридор.
Ковбой гордо выпятил грудь и заложил большие пальцы за ремень, густо усеянный патронами 56-го калибра.
– Меня зовут Буффало Кинг Король Бизон.

, – произнес он хриплым низким голосом, свысока глядя на Криса. – Да, тот самый. Со мной дюжина головорезов. Если ты предлагаешь что-то серьезное, я готов подумать, чем тебе помочь. Мы только что вернулись с индейских территорий. Просто так, ничего не взяли. Там нечего было брать. Завалили там пару вождей и вернулись. У тебя, надеюсь, будет что-то посерьезнее?
Крис прошелся по комнате, заложив руки за спину. Обдумывая ответ, он посмотрел на членов конкурсной комиссии и встал рядом с ковбоем.
Они были примерно одного роста, если не считать, что ковбой, назвавшийся Буффало Кингом, стоял на высоких каблуках, к тому же шляпа его была вдвое выше, чем у Криса.
Мексиканцы хранили молчание, и Крис ответил за них:
– Твоя команда слишком велика для нас.
– Я уже и сам это вижу, – высокомерно отозвался Буффало Кинг и, пригнувшись, вышел из комнаты.
Мигель дождался, когда стихнет звон шпор:
– Наверно, он говорил неправду насчет вождей.
– Наверно, – согласился Крис.
– Но все-таки с ним его команда, – сказал Рохас. – Мы могли бы договориться. И уже сегодня отправились бы домой. Почему вы не взяли его, сеньор Крис?
– Из-за шляпы, – сказал Крис. – Завидная мишень для Кальверы. Этот парень слишком гордый для нашего дела.
– Если мы будем придираться к шляпам, мы так никого не найдем, – забеспокоился Хилларио.
– Тот, кто нужен, сам нас найдет, – уверенно произнес Крис.
Проходили часы, а нужные люди все не появлялись. Ненужные, впрочем, тоже. Видно, те, кто провалился на экзамене, успели рассказать соискателям о завышенных требованиях комиссии.
Крис, коротая время, потягивал пиво, когда в дверь постучали. Он бросил многозначительный взгляд на крестьян, которые приосанились и перестали моргать, и повернулся к входу.
– Открыто.
После секундной паузы дверь осторожно отворилась. На пороге появился уже знакомый Крису молодой человек вполне мексиканской наружности. Это он бежал за катафалком, едва не поплатившись своей жизнью. Одет он был так же, как и накануне: кожаная жилетка без пуговиц была накинута поверх серой рубашки, вокруг тонкой детской шеи болтался черный платок. Голову незнакомца украшала шляпа с серебряным шитьем на полях. Кожаные перчатки лоснились от старости, зато на широком поясе каждая полудюжина патронов отделялась от соседней изящной серебряной пластинкой. Из новой кобуры выглядывала гладкая, покрытая темным лаком без единой трещинки рукоятка кольта.
Вся эта крутая оснастка могла бы придать ему уверенности где-нибудь в другом месте, среди ровесников в родном городке, а не здесь. Он робко поднес руку к шляпе, что, по-видимому, означало приветствие.
– Меня зовут… Вообще-то мое имя Чарли Купер. Но все зовут меня Чико. Здесь прошел слух, что вам требуются люди для интересной работы.
– Правильно. Требуются люди, которые могут свободно управляться с тем, что у тебя вот здесь, – и Крис указал на кобуру, висевшую на поясе мальчишки.
– Уж я-то умею, можете не беспокоиться, – с облегчением кивнул парень.
– Допустим… Но достаточно ли быстро?
– Вы можете проверить, – усмехнулся Чико.
– Как раз это я и хочу проделать. Иди сюда.
Парень подошел ближе к Крису.
– Делай, как я показываю, – Крис поднял свои ладони до уровня груди и развел их на расстояние полуметра.
Чико, приняв расслабленную позу и чуть заметно, по-пижонски раскачиваясь, сделал, как тот сказал.
– А теперь быстро хлопни руками.
Чико недоверчиво глянул в глаза Крису, пытаясь понять, не шутит ли тот. Полсекунды поколебавшись, он ударил ладонью о ладонь.
– Еще быстрее.
Чико повторил хлопок быстрее.
– И еще разок, но только сделай это так быстро, как только сможешь.
Малыш с возрастающим недоверием посмотрел на Криса и, расставив ноги пошире, приготовился к хлопку.
Он ожидал, что через долю секунды услышит громкий хлопок, но вместо этого почувствовал, как в его живот упирается «смит-вессон» Криса.
В глазах Чико отразился страх. На своем коротком веку он не видал ничего подобного. Он всегда считал себя крутым, жестким парнем, слишком крутым для такого городишки. А теперь он стоял перед бритоголовым человеком в простой черной шляпе, который за полсекунды расставил все по своим местам и показал Чико, кто он есть на самом деле. Крис медленно вытащил револьвер из объятий малыша и, крутанув его на пальце, сунул обратно в кобуру.
– А сейчас попробуй ты, – сказал он и поднял руки перед собой.
Чико вытер потные ладони о рубашку и попытался сосредоточиться. Испепеляющим взглядом он смотрел на пальцы Криса. Рука нервно теребила кобуру. Он так и не понял, откуда раздался хлопок, ладони Криса остались там же, где и были мгновенье назад. Только сильное движение воздуха в районе живота заставило Чико признать тот факт, что хлопок ему не привиделся, а действительно прозвучал.
Крис хлопнул еще раз. Чико дернулся, но было уже поздно. Нечего было и думать о том, чтобы успеть вытащить револьвер. Его охватило отчаяние. Он гневным, почти ненавидящим взглядом посмотрел на Криса. Не вымолвив ни слова, Чико бросился к выходу и, быстро закрыв за собой дверь, убежал.
Крис насмешливо посмотрел ему вслед и вернулся к еще не начатому стакану с пивом.
– Слишком молодой и слишком гордый, – сделал вывод председатель конкурсной комиссии Рохас.
– Такие долго не живут, – подтвердил Крис и глотнул из стакана.
– Жалко, – сказал Мигель. – Неплохой парень, простой, уважительный. И шляпа у него не слишком высокая. Чем он вам не понравился, сеньор Крис?
– Разве я сказал, что он мне не понравился?
Раздался быстрый и отрывистый стук. Крис поставил стакан на стол и направился к двери. Встав справа от входа, он кивнул Рохасу.
– Входите, – пригласил тот.
Дверь со скрипом отворилась. Крису не виден был человек, стоящий на пороге. Он посмотрел на мексиканцев; те молча переглянулись. Крис, стараясь не производить лишнего шума, вышел из-за укрытия и встал напротив входа. Никого не было видно. Соблюдая осторожность и держа наготове оружие, Крис ступил за порог.
– Спокойно, Крис, я сдаюсь! – улыбнулся ему человек, прислонившийся к стене коридора.
Крис посмотрел в эти радостные, жизнелюбивые голубые глаза и тоже широко улыбнулся. Перед ним стоял Гарри Флетчер, неугомонный искатель сокровищ. Неугомонный и невезучий: как он ни старался обнаружить остатки индейского золота и пиратских кладов, все было напрасно. Ни в почтовых поездах, ни в скромных городских банках, ни в карманах владельцев игорных домов ему не удалось найти ни одного испанского золотого дублона, ни одной культовой фигурки ацтеков. Все только доллары, доллары. Впрочем, выцветшая от частых стирок рубашка ясно свидетельствовала, что в последнее время неугомонному Гарри не везло даже на такую презренную добычу.
– Так это ты, Гарри! – Крис обнял старого приятеля. – Каким ветром?
– Южным, Крис, южным. Говорят, ты что-то затеял на другом берегу?
– Простая прогулка в горы, тебе это будет неинтересно, – ответил Крис.
– Если по дороге можно найти хоть пару долларов, я готов прогуляться с тобой, – усмехнулся Гарри.
– Я же говорю, это просто прогулка, там не заработаешь. Нищие крестьяне, – Крис мотнул головой в сторону мексиканцев, – просят, чтоб их защитили от бродяг. Никакой оплаты не предвидится. Хватило бы на еду.
– Крис, я все понял. Я согласен работать за еду, – Гарри лукаво улыбался. – Можешь не договаривать, я все читаю между строк.
– Дружище, я не шучу… – Крис покачал головой.
Но приятель не дал ему договорить. Он плотно прикрыл дверь в комнату и, оставшись с Крисом наедине в темном коридоре, спросил:
– Так, я слушаю. Что будем брать?
– Там нечего брать, Гарри. Там уже взяли все.
– Значит, надо застолбить место? Золото? – не унимался Гарри. – Серебро? Руда?
– Деревня. Нищая ограбленная деревня.
– Все понятно, – кивнул Гарри. – Нищая деревня.
– Гарри, это не то, что ты думаешь, – Крис попытался образумить приятеля, но того не так-то легко было остановить.
– О'кей, занеси меня в свой список! – Гарри улыбнулся своей обезоруживающей улыбкой и похлопал Криса по плечу. – Я тебя понял, ты меня понял, будем работать вместе, как тогда, в Додже.
– Это совсем другая история, – в последний раз запротестовал Крис.
– Ну и хитрец, – восхищенно проговорил Гарри.

КОМАНДА ВЫРОСЛА ВДВОЕ

Крис отпустил членов конкурсной комиссии. С появлением Гарри Флетчера не было смысла продолжать конкурс. Теперь всех остальных участников команды подберет Гарри.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27