А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


"По крайней мере я облегчил ему страдания и ускорил неминуемую кончину", - окончательно убедил себя Тягач в правильности принятого решения.
Не говоря ни слова, они вернулись к машине и поехали в город. Недалеко от погребка "У Нила" Левша велел остановиться и, перед тем как выйти, сказал:
- А ты, Тягач, молодец! Хладнокровия не теряешь. Кулеш теперь может тебе полностью доверять. Ну бывай. Ствол пока побереги. Завтра, когда будешь ближе к вечеру возвращаться с грузом, я тебя встречу на шоссе, как и в прошлый раз, и заберу и посылку и ствол. Я знаю, как от него избавиться и кому подложить, чтобы от нас отвести подозрения. А тебе для нового дела другой выдадим. Что скажешь?
- Да ничего не скажу. Можно было и предупредить, что "мочить" того бизнесмена будем, а не только пугать.
- Пустяки, Тягач. Наш Кулеш потому так долго гуляет, что умен и хитер без меры. Привыкай.
- Хорошо, привыкну, - пообещал Тягач и тронул машину с места. Остановившись на соседней улице, он взглянул на часы: было только около трех часов дня. Надо было все продумать и принять решение. Отступать дальше он уже не мог.
"Совершенно ясно, что они меня подставили намеренно, с самого начала задумав убить бизнесмена и свалить вину на меня. Но почему они меня не кончили сразу? Да просто им понадобился курьер для ещё одной внеплановой ездки, а Хромов до сих пор в больнице. Значит, они будут меня "мочить" на обратном пути и скорее всего это сделает Левша при передаче посылки. А какие варианты у меня имеются? Конечно, можно опередить Левшу и первым "замочить" его. Но оставить при себе наркотик, не передав его Кулешу, - это значит поднять на ноги всю мафию от востока до запада: за такую крупную поставку искать будут повсюду и найдут. Меня не спасет, если после ликвидации Левши посылку все же доставлю по назначению: они уже вынесли свой приговор. Так что выход у меня, пожалуй, один: сегодня же смотаться отсюда и не связываться с этой несущей кровь и смерть посылкой".
Но до бегства из города надо было ещё решить несколько проблем, и прежде всего подставить группировку Кулеша под милицейский сокрушительный удар. Иначе вся эта затеянная им заваруха с участием в делах мафии теряла всякий смысл.
Для начала Тягач заехал домой и забрал все накопленные деньги и документы. Теперь его ничто не связывало с этим городом, кроме, пожалуй, Марии Михайловны, которую надо было повидать и предупредить о внезапном отъезде в командировку. Не мог же он вот так просто уехать, не повидав эту женщину, к которой незаметно для себя сильно привязался, искренне сожалея, что им придется расстаться. И Тягач решил заехать на автобазу и попрощаться с женой.
В бухгалтерии Марии не было. Гаврюшина Людмила - худосочная девица с узким вечно злым лицом, увидев его, произнесла с подковыркой:
- Твоя благоверная у главбуха Синельникова. Документы подписывать пошла. Она часто туда ходит бумаги подписывать. Я бы на твоем месте сходила, поторопила, а то они обычно долго это делают.
Явно издевательский тон, каким это было сказано, не оставляющий сомнений в грязноватом намеке, разъярил Тягача. И влекомый внезапно вспыхнувшим чувством ревности, Тягач молча развернулся и вышел из бухгалтерии. Быстро пройдя тесными узкими переходами старинного дома на третий этаж другого крыла здания, он вошел в приемную. Секретарши на месте не было, и он ринулся в кабинет к начальству. Тягач резко толкнул дверь, которая сразу открылась: то ли старый замок подвел, то ли в порыве страсти любовники забыли подстраховаться. От увиденной сцены кровь бросилась в голову Тягача и его кулаки непроизвольно сжались. Он сделал шаг вперед. Женщина взвизгнула от страха и, оттолкнув от себя партнера, поспешно соскочила со стола, на котором возлежала, и суетливо принялась натягивать трусики. А её партнер, путаясь в спущенных брюках, испуганно попытался спрятаться от Тягача за дубовый стол, словно этот солидный атрибут начальственного положения был способен защитить его от расправы оскорбленного мужа. Столь жалкий вид любовника Марии отрезвил Тягача, и он уже хотел, развернувшись, гордо уйти, но тут спасительная идея пришла ему в голову. И он, быстро настигнув старого донжуана, влепил ему две увесистые оплеухи, совсем даже не опасные для здоровья. А нужные больше для того, чтобы только юшка носом пошла, создавая у окружающих впечатление беспощадной расправы. Тягач, не обращая внимания на крики и вопли незадачливых любовников, вышел на лестницу и стремительно пробежал вниз мимо выскочивших из своих кабинетов испуганных ротозеев.
"Для осуществления моего плана чем больше свидетелей, тем лучше", - с удовлетворением подумал Тягач и, выбежав на улицу, сел в автомашину. Он ехал к загородному шоссе и по пути чувствовал себя здорово уязвленным: "Ну Мария Михайловна! Что за хитрая бестия: заставляла меня смеяться над неудачливым ухажером. А оказывается, впору было надо мной смеяться. Интересно, давно она с ним? Должно быть, до меня уже снюхались. Впрочем, какое мне теперь дело? Странно, а ведь эта женщина была мне всегда безразлична. По крайней мере я так думал. А вот сейчас задет за живое и взбешен. Хотя ладно, злому разлучнику по соплям все-таки досталось. И теперь у меня появился прекрасный повод исчезнуть из города, избежав опасной поездки за посылкой с наркотиком".
На окраине города Тягач остановил машину и вышел возле телефонной будки. Ему надо было сделать два звонка.
Услышав в трубке знакомый голос Кулеша, Тягач сразу выпалил, имитируя страх и волнение:
- Это я, Тягач. У меня неприятности. Только что застукал свою благоверную с главбухом на базе. Ну и пощипал голубчиков немного. Мне сейчас надо срочно смотаться из города дня на три, а ты уладь с ментами мои дела. Я тебе через два дня перезвоню. - И быстро повесил трубку, не давая возможности Кулешу возразить.
"Ну что ж, по крайней мере ему я мозги запудрил и двое суток выиграл. Пусть ждет и надеется, что объявлюсь. Во всяком случае, он проверит мои слова, убедится, что скандал действительно имел место, и не станет отменять операцию по доставке наркотика в город, послав вместо меня Левшу. Это мне и надо".
Достав из кармана бумажку с записанным номером телефона сыщика Котова, Тягач набрал нужные цифры и стал ждать. Гудок следовал за гудком, и это томительное ожидание раздражало его. Наконец, словно услышав его мольбу, в трубке пророкотал раскатистый голос:
- Котов у телефона.
- Слушай, майор. Я тот, кого ты катал несколько дней назад на своей машине. Товар в соседний город уже прибыл. Поедут завтра. Запомни адрес: Садовая, двенадцать. Это рядом с вокзалом. Хозяйка там молодая, красивая, с родинкой над губой.
- Ты сам поедешь?
- Нет, кто-нибудь. Да какая тебе разница, если ты танцевать начнешь от нужного адреса, установив там наблюдение.
- И то верно. А когда и как мы с тобой свидимся?
Тягач хотел ответить что-нибудь хлесткое и задорное, но, передумав, положил трубку: "Пусть помучается неизвестностью, а мне надо выиграть время. Завтра менты сядут Левше и Кулешу на "хвост" и им будет не до розыска моей персоны. Как минимум у меня в запасе двое суток, а это немало".
Сев в машину, он погнал её по шоссе подальше от этого города. Часа через два, заметив в стороне крупную станцию, спрятал машину в густом лесочке и пошел к железной дороге пешком. Ему повезло: ближайший поезд дальнего следования прибывал через сорок минут, и Тягач отправился в кассу. "Сначала уеду отсюда в Санкт-Петербург, а уж потом рвану к месту основного назначения. Небось Туша с Ветерком и не подозревают, что я уже на пути к ним".
Коротая время, он зашел в привокзальный буфет, заказал салат и сто пятьдесят граммов коньяка. Ему захотелось чуть расслабиться.
"Еще один этап моей жизни завершен. И можно подвести итоги. Первую половину своего плана мщения я выполнил, осуществив побег и легализовавшись. Вот только в эти мафиозные разборки зря вмешался".
Непрошено в памяти всплыл образ девчушки, вслед за матерью повторившей уходившему навсегда отцу: "Мы будем тебя ждать". И внезапно перед мысленным взором Тягача появилось лицо Садко и явственно прозвучали его последние слова: "Ты хуже нас".
Тягач поспешил отогнать от себя эти неприятные видения, залпом допив коньяк.
Издали донеслось объявление о начале посадки, и Тягач направился к выходу на перрон. Сев в вагон, он равнодушно наблюдал, как с началом движения поезда медленно стал уплывать назад и растворяться в начинающем темнеть воздухе вокзал, грязный, запыленный перрон, а затем замелькали приземистые пристанционные постройки, чахлые, запыленные кусты, и похожие как близнецы желтые коробки домов железнодорожников.
Постепенно мысли Тягача переключились на будущее, и он стал в уме проигрывать различные варианты первых своих действий по прибытии в родной город. Пожалуй, ещё стоит поработать над изменением собственной внешности, и отпущенные борода и усы сделают его ещё более трудно узнаваемым. Во всяком случае, шансы на успех у него были. И неплохие.
VI
Возмездие
Тягач вставил ключ в замочную скважину и с замиранием сердца повернул его. С облегчением услышал, как щелкнул ригель замка, и толкнул дверь, которая бесшумно открылась. Он знал, что сигнализацию Ветерок в своей квартире не ставил, надеясь на то, что одна его принадлежность к влиятельной преступной группировке исключает возможность проникновения посторонних в его жилище.
Тягач быстро закрыл дверь и прошел в комнаты. Убедившись, как и ожидал, что в квартире никого нет, Тягач стал осматриваться повнимательнее.
Его окружала совершенно незнакомая обстановка чужого жилища. Все в нем было новым, кричащим, ярким. И по замыслу хозяев, должно было радовать глаз. Наверное, когда приходили гости, то обилие блеска и красок действительно вызывало восхищение и зависть. Но жить постоянно среди всей этой мишуры, по мнению Тягача, было неуютно.
Да разве эти новоявленные богачи думают о таких мелочах? Тем более где взять хороший вкус Ветерку, ещё два года назад бывшему на побегушках у более авторитетных в преступном мире людей.
Когда Тягач узнал, что за то время, которое он находился в местах лишения свободы, Ветерок из рядовых уголовников вылез в бизнесмены средней руки, он был здорово удивлен. Конечно, он слышал, что сейчас стать богатым человеком не так уж и сложно. И для этого вовсе не нужно больших знаний и умений. Так случилось и с Ветерком. Он не думал, не гадал, что когда-нибудь пробьется в деловые круги. Ему улыбнулась фортуна. Братва организовала коммерческую фирму и решила для проформы назначить Ветерка. Неожиданно для всех дела фирмы пошли очень неплохо, во многом благодаря умному консультанту из ученых экономистов, оказавшихся без работы. В этот период внезапно начался ряд "разборок" и арестов. И к своему немалому удивлению, Ветерок, хоть и не выбился в крупные авторитеты, тем не менее вписался в деловые круги и стал своим человеком среди бизнесменов. Конечно, основная масса денег шла в "общак", но и Ветерку кое-что перепадало. Да и для поддержания имиджа преуспевающего бизнесмена ему выделяли необходимые средства.
Узнав, что Ветерок преуспел, Тягач даже обрадовался: одно дело было взять жизнь у рядового уголовника, и совсем иное - у человека, добившегося материального благосостояния. В планы Тягача не входило простое убийство подставивших его негодяев. Это было бы очень обыденно и неинтересно. И он бы не получил никакого удовлетворения от такого возмездия. Не для того он бежал из колонии, терпел голод и холод на зимовье, преодолевая свое отвращение, грабил подгулявших пьяных, чтобы банально проломить черепа своим обидчикам.
Он должен был сперва заставить этих негодяев пострадать, и не физически, а от осознания крушения всех их планов. И потому испытал некоторое разочарование, когда услышал, что Туша за это время успел спиться, был одинок и подрабатывал сторожем на стройке. Зато разбогатевший, имеющий семью Ветерок был отличной мишенью, и Тягач решил начать именно с него - ведь вечно пьяного Тушу он сможет ликвидировать в любой момент. Но основной целью, безусловно, оставался тот неизвестный ему пока человек, отдавший приказ подставить его под удар правосудия.
Прибыв с месяц назад в город, Тягач снял комнату и купил подержанный автомобиль, обоснованно полагая, что для ведения разведки и осуществления своего замысла ему надо обладать необходимой мобильностью. На выяснения первых, довольно общих подробностей у него ушла всего неделя. Новостей было не очень-то много. Сыщик Круглов все ещё работал, хотя, по слухам, готовился уйти на пенсию. Туша провинился перед авторитетами, прикарманив часть выручки от рэкета, и был с позором изгнан из рядов сообщества. Спившись, теперь он сутками сторожил строительные материалы, а в свободное время беспробудно пьянствовал. Ветерок не стал богачом и авторитетом, но жил вполне прилично, фиктивно возглавляя фирму. Вот с него и следовало начать.
Тягач задумал первый удар нанести по семье Ветерка и взялся собирать сведения о его близких. Ему удалось узнать, что сын Ветерка, десятилетний парень, учится в престижной школе, и, понаблюдав за ним, он убедился, что тот вполне благополучен и, похоже, не собирается идти по стопам отца.
Планы один за другим замелькали в мозгу Тягача. И когда он остановился на варианте втягивания пацана в потребление наркотиков и уже договорился о покупке нужного количества доз, то вдруг ясно осознал, что никогда не сможет этого сделать. Конечно, удар для преуспевающего Ветерка, теряющего единственного сына, должен быть ошеломляющим. Но пацан-то не виноват, что у него отец подлец. Да и негоже, калеча жизнь ребенку, мстить родителям. И Тягач решительно прекратил наблюдение за младшим Ветерком.
Оставался другой вариант: уязвить Ветерка через его жену. Разумеется, калечить женщину Тягач не собирался. Но соблазнить так, чтобы Ветерок об этом узнал, вполне было можно. Но когда он начал продумывать детали, то сразу понял, что этот план сложен и опасен. Если бы он лично попытался соблазнить жену Ветерка, то вполне реально, что мог "засветиться", и Ветерок, опознав Тягача, принял бы срочные меры к его ликвидации.
И потому, не имея пока конкретного плана, Тягач занялся негласной слежкой за женой Ветерка. Разбогатев, тот, как всякий уважающий себя бизнесмен, снял жену с работы. Вначале ей это понравилось, но потом она заскучала. Круг её времяпрепровождения был весьма ограничен. Помимо забот о сыне и встреч с подругами, такими же женами бизнесменов, она ничем не занималась. Но Тягач сразу выделил место, которое она и её подруги посещали довольно часто. Это был модный косметический салон, где они делали прически, маникюр, педикюр и массаж. Для этих женщин салон был чем-то наподобие клуба.
Поняв это, Тягач решил сосредоточить усилия и разведку на этом косметическом салоне. И уже через несколько дней добился успеха, начав встречаться с маникюршей, работающей в этом салоне. В отличие от Марии Михайловны Антонина была раскованна и сразу дала понять, что как женщина, временно оставшаяся одна, не прочь ринуться с головой в очередной круговорот любовных отношений со свободным и ещё не старым мужчиной. Впрочем, она и не скрывала, что не стремится к замужеству, по крайней мере с таким не очень-то обеспеченным человеком, разъезжающим на стареньком "Москвиче". Признаться, такое положение Тягача вполне устраивало.
Дальше его продвижение к цели пошло с нарастающей скоростью. Прежде всего словоохотливая Антонина, казалось никогда не замолкающая, снабжала его бесценными сведениями. Жены бизнесменов частенько рассказывали друг другу о своих мужьях. И очень многое поверяли маникюрше, стремясь скоротать время, пока идет довольно скучная и нудная процедура обработки их ногтей.
Спустя некоторое время Тягач на правах близкого знакомого Антонины стал почти ежедневно бывать у неё на работе. Никто особенно и не обращал внимания на сожителя маникюрши, дожидающегося её в конце рабочего дня, чтобы увезти домой. В одно из таких посещений он, улучив минуту, когда сумочка жены Ветерка осталась без присмотра, снял отпечатки со связки ключей от её квартиры. Это был важный момент, поскольку его план отмщения требовал перед убийством Ветерка серьезного разговора и объяснения, почему тот заслуживает смерти. А для этого квартира обидчика подходила как нельзя лучше. Заказав и получив у неразборчивого в средствах слесаря ключи, сделанные по слепкам, Тягач значительно продвинулся к решению стоящей перед ним задачи.
Скоро он получил через Антонину новую заинтересовавшую его информацию. Жена Ветерка часто жаловалась на увлечения своего мужа женщинами. Раньше, когда у него денег было меньше, он вел себя гораздо скромнее.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16