А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Или считают, что знают. Будем надеяться, что они по-прежнему ищут парочку в темно-зеленом универсале с лодкой на прицепе и не обратят внимания на одинокую блондинку в негруженом белом седане.Я взглянул на внушительных размеров “шевроле”, который Марта взяла напрокат сегодня утром в Амарилло. Он не был таким мощным, как универсал, который мы временно оставили в мотеле, но ведь ему и не надо было столько тянуть. Вообще-то эта машина была выбрана сугубо из практических соображений: из-за отражающего солнечные лучи цвета, большого багажника и эффективной системы охлаждения, которая включала несколько вентиляционных жалюзи в крышке багажника. Последний помогал человеку, находящемуся внутри, выжить в жаркий солнечный день.Я попытался как следует размять затекшие мышцы спины и шеи. Хотя багажник был просто чудовищной вместительности, он все-таки не был предназначен для комфортабельного пребывания в нем джентльмена ростом в шесть футов четыре дюйма.Марта рассматривала свое отражение в автомобильном зеркале, поправляя завитки волос.— Хватит играть с ними, Золотой Локон, — улыбнулся я. — Все хорошо. Ты красивая.— Да? — она повернулась, и в ее глазах запрыгали озорные искры. — Вчера вечером вы вели себя не так, как полагается поступать с красивыми молодыми девушками. Вы легли и сразу захрапели.— Опомнись, — возмутился я. — Вчера вечером ты бесилась, думая, что я тебя зверски изнасилую. Сегодня утром ты бесишься оттого, что я этого не сделал.Марта подарила мне экспортную улыбку.— Я не бешусь. Но совсем не обязательно было спать так уж спокойно. Небольшая бессонница была бы более... ну, уместна... — Смутившись, она остановилась и отвела взгляд. — Ну что ж, раз вы в порядке, продолжим путь.Спустя бесконечно долгое время я понял, что мы съехали с автострады, связывающей штаты, на второстепенную дорогу: покрытие стало менее гладким, скорость уменьшилась. Время от времени следовали серии остановок и троганий с места, что говорило о том, что мы проезжаем через город. Один раз я даже получил несколько синяков, когда Марта слишком быстро миновала несколько ухабов, видимо, на железнодорожном переезде. Наконец мы проехали еще несколько миль по проселочной дороге и остановились. Багажник открылся.— Надеюсь, вы мужественно вынесли все это, — услышал я голос Марты.— Все, кроме этой проклятой железной дороги, которую ты проскочила на скорости девяносто миль в час, — ответил я, выползая из своего металлического лона. Я осмотрелся. Местность изменилась. Кругом лежали холмистые обработанные земли, через которые бежал ручей.— Нашла дом шерифа?— Возле дороги. Мы отъехали от него три и семь десятых мили. Я хотела было остановиться у холма, с которого вы сами могли все увидеть, если бы не поленились немного подняться в гору, но потом до меня дошло, что кому-то может прийти в голову та же идея.— Умница. — Я потянулся к заднему сиденью, где лежало пиво в дешевом пластмассовом леднике, мы захватили его в Амарилло вместе с адресом шерифа Томаса М. Раллингтона, который нам сообщила дружелюбная телефонистка. — Тебе пиво или кока-колу? О`кей, пойдем посидим на берегу реки, пока ты будешь рассказывать мне, как это выглядит.Марта засмеялась:— В этих зарослях мои нейлоновые колготки не выдержат и двух минут. Может быть, я смогу без потерь добраться вон до того бревна. — Она добралась до бревна, я открыл кока-колу и вручил ей. Марта поблагодарила и начала рассказ: — Это небольшая ферма с новым “кадиллаком” во дворе, совсем недалеко от города. Надо проехать через бедные пригороды, настоящие лачуги, на самом выезде стоит эта ферма с почтовым ящиком на фасаде, на котором написано: “Раллингтон, дорога № 3”. Дом — белый, деревянный, ему не помешал бы еще один слой краски. На переднем плане довольно унылого вида сад и запущенная лужайка с трехколесным велосипедом и качелями на ней. Сбоку, как я уже сказала, большой седан-“кадиллак”. Сзади сарай и загон для скота. Дальше — какие-то поля, на которых пасется стадо коров. Вот, пожалуй, и все, что я смогла увидеть. Ах, да! Еще на ограде загона сидел мужчина, который без особой любви смотрел на лошадей. А в пятидесяти ярдах ниже на дороге стоял пикап голубого цвета с курящим мужчиной внутри. У него был такой вид, словно он обкурился до такой степени, что ему противен вкус сигареты.— Неплохо, — одобрил я. — Мы еще сделаем из тебя секретного агента.— Я очень надеюсь, что нет. — Тон Марты изменился. Спустя минуту она спросила: — Мэтт, что вы собираетесь делать?— Видишь ли, главный вопрос в том, что собирается делать Карл и что собирается делать шериф Раллингтон — или думает, что собирается это делать, — относительно действий Карла.— Вы уверены, что шериф — следующий в списке?— Получается так, — ответил я. — Ясное дело, никто не знает, чья пуля сразила Эмили Янссен во время стрельбы, но точно установлено, кто дал приказ стрелять. Однако как Карл собирается достать его?.. Погоди минутку! Ты сказала, что во дворе у Раллингтона были детские игрушки?— Да, а что?— Проклятье то, что Карл — профессионал. Он умеет просчитывать ходы противника. Первое убийство было несложным. Никто этого не ожидал. Второе, видимо, тоже — никто всерьез не думал, что будет продолжение. Но сейчас весь штат начеку, так как известно, что на свободе человек, систематически убивающий полицейских, и он более чем наверняка нанесет еще один удар. Карл не может не понимать, что у него нет шансов подобраться еще к одному полицейскому, не говоря уже о самом шерифе. Что он сделает? Черт, это же очевидно! Он заставит шерифа прийти к себе при условии, что у него в руках будет соответствующая приманка. Надо только узнать, сколько детей у Раллингтона и где они... — Я остановился, увидев, что она накануне одного из своих приступов праведности. — Заткнись, Борден! Оставь свои высокие моральные принципы при себе.— Но похищать детей...— Мы не знаем, как он это сделает. Во всяком случае, если Раллингтон может стрелять в детей, почему Карл не может их похищать?— Не может быть, чтобы вы говорили серьезно!— Я не о себе говорю. Я говорю о том, как мстит Карл. Чем больше я об этом думаю, тем больше убеждаюсь — именно так он и сделает. Поэтическая справедливость или что-то в этом роде... Ты упомянула, что есть естественный наблюдательный пункт, откуда мы могли бы изучить ферму шерифа, правда, при этом выразив опасение, что кто-то мог нас опередить. Предположим, что именно Карл держит ферму под наблюдением, изучая распорядок дня семьи Раллингтона. Я не уверен в успехе, но попробовать стоит. Поехали.У них в Оклахоме нет порядочных гор. По крайней мере, в этой части штата. У них нет даже того, что можно было бы назвать приличным холмом, особенно если привыкнуть к более пересеченной местности, где я вырос. Но через дорогу от фермы (либо от места, где, по сведениям моего разведчика, она находилась) было что-то вроде недоразвитой горки. Самой фермы я все еще не видел.— Видите изогнутый дубок рядом с тем голым холмиком? Я думаю, что дом прямо напротив, хотя с этой стороны трудно сказать определенно.Мы медленно ехали по узкой дороге, которая отходила от автострады в миле от Форт Адамса и терялась за нужной нам возвышенностью. Я сидел на заднем сиденье, готовый броситься на пол при появлении человека или машины. Если бы кто-то и увидел белый “шевроле” с техасскими номерами, я хотел бы, чтобы его запомнили с одним пассажиром женского пола.— Если есть какая-нибудь дорога, ведущая к группе деревьев слева, поезжай по ней, — сказал я.— Туда?..Как только мы подъехали к деревьям. Марта резко затормозила.— Там уже стоит машина. Что мне делать, Мэтт?— Сиди и не двигайся. Пойду посмотрю.Говоря это, я сполз с сиденья. Обогнув автомобиль сзади с револьвером на изготовку, я стал осторожно приближаться, перебегая от дерева к дереву. Машину загнали в кусты, чтобы скрыть от постороннего взгляда. Это был небольшой грузовичок “форд”, и притом не лучший образец.Выпущенный более десяти лет назад, он, видимо, прожил нелегкую жизнь. В тех местах, где первоначальная окраска облупилась, была небрежно нанесена черная краска... Видавший виды номерной знак штата Кентукки был прикручен ржавой проволокой. Однако фары были чистые и целые, а покрышки новые. Внутри никого не было.Я убедился в этом и, нахмурившись, стал разглядывать внутренности кабины. Покрытие переднего сиденья износилось, и хозяин приспособил туда сложенное одеяло. На заднем сиденье было еще несколько одеял, котелки и сковородки. Очевидно, хозяин спал в машине и сам готовил еду. Двери были закрыты, и я не стал их вскрывать. Вместо этого я открыл капот и осмотрел довольно большой и новый восьмицилиндровый движок. По всей вероятности, двигатель, установленный первоначально, был шестицилиндровым и значительно менее мощным.Я постоял, размышляя. Возможно, мой расчет оказался верным. Автомобильный реликт с новыми шинами, хорошими фарами и мощным, специально установленным двигателем вполне мог отвечать представлениям Карла о маскировке. Машина с такими номерами, конечно, не могла принадлежать местному охотнику на белок, даже если сезон охоты на белок в Оклахоме, в чем я сильно сомневался, уже открылся. Я помахал Марте, чтобы она подъехала.— Что это? — спросила она через открытое окно. — Я хочу сказать — чье это? Карла?— Может быть, — ответил я. — По крайней мере, я на это надеюсь. Это сберегло бы нам много времени и сил при условии, что он не застрелит меня прежде, чем я подберусь к нему там, на холме. Оставайся здесь. Если кто-нибудь подъедет, особенно в форме, ты глубоко спишь. Когда разбудят, скажешь, что устала в дороге и свернула, чтобы найти спокойное местечко и поспать. Насчет грузовика ничего не знаешь. Когда ты подъехала, он уже здесь был. Ты подумала, что это просто брошенная развалина. Пока будешь отдыхать, придумай правдоподобную историю, объясняющую, почему ты взяла напрокат машину в Техасе и приехала в Оклахому. Счастливо.Я повернулся, но услышал за спиной тихий оклик:— Мэтт!— Да, — ответил я через плечо.— Нет, подойдите сюда на минутку, это важно. Я сделал шаг назад:— Выкладывай, но, пожалуйста, побыстрее. Марта смотрела на меня из окна автомобиля с очень серьезным выражением лица. Густые темные брови резко контрастировали с длинными блестящими волосами, но почему-то это не казалось невероятным.— Я вам помогла, не так ли? Для вас я согласилась на этот маскарад и вела машину. Разве нет?— Ты здорово помогла.— Тогда вы должны кое-что мне сказать.— Что?Она облизала губы.— Вы должны пообещать мне остановить его. Вы не дадите ему убивать. Иначе... Иначе мне придется пойти вниз к нему и предупредить.Смысл этого беспорядочного высказывания был достаточно ясен. Я посмотрел на нее долгим взглядом:— Послушай, почему ты так любишь полицейских, а, Борден?— Я люблю не полицейских, а просто людей!— Только людей типа шерифа, а не людей типа Карла.— Совершенно верно! Ваш друг Карл больше не человек. Он — машина, безжалостная машина мести. Вы должны пообещать, что остановите его.Я глубоко вздохнул.— Конечно, я сделаю все, что в моих силах. Черт возьми, да ведь именно за этим я сюда и приехал.Я отвернулся, в душе желая, чтобы у меня за спиной остался хороший, надежный агент вроде Лорны, если уж мне пришлось работать не в одиночку. В этих обстоятельствах было бы лучше действовать одному, не принимая в расчет ничей темперамент. Может быть, в следующий раз мне удастся уговорить Мака послать меня на задание одного. Если, конечно, следующий раз будет.Кустарник был довольно густой, а земля достаточно мягкая. Можно было совершенно без проблем передвигаться тихо и незаметно. Выбирая самый легкий и тихий маршрут, я все время обнаруживал перед собой на земле следы сильно изношенных рабочих ботинок. Что ж, Карл умел позаботиться о мелочах. Такой характер следов подходил к грузовику. Я вспомнил, что он родом из деревни и неплохо ориентируется на открытой местности.Эта мысль заставила меня быть внимательнее. Я вспомнил ультиматум, который выставил Карл, что, если Мак пошлет кого-нибудь за ним, гонец не вернется. Это было в стиле Карла. Вообще-то в тот момент он говорил не с Маком, но не знал этого. Однако он знал меня. И если его настроение не изменилось, то он попытается вышибить мне мозги. Разумеется, если только я не приму меры, чтобы это предотвратить.Последние сто ярдов я полз на животе дюйм за дюймом и наконец увидел его. По крайней мере, кто-то лежал в кустах слева от меня. Я мог различить неясный силуэт мужчины. У глаз он держал бинокль. Именно легкое движение, которое он сделал, устанавливая фокус, и привлекло мое внимание. Рядом с ним была какая-то винтовка, тип которой я не мог ясно рассмотреть.Очень осторожно я пробрался вверх, откуда виднелись черная лента автострады, унылые городские постройки слева и ферма прямо напротив — так, как описала ее Марта. Однако за прошедшее время к “кадиллаку” во дворе добавились голубой “фольксваген” и белый официальный седан с радиоантенной. Приземистый тяжелый человек выходил из радиофицированной машины. На нем была белая шляпа и кобура с револьвером. Пока он вылезал, стройная высокая женщина в джинсах и белой блузке с короткими рукавами что-то ему говорила.Я не досмотрел, что было дальше. Мужчина внизу на пригорке вновь привлек мое внимание. Он оторвался от бинокля, давая отдохнуть глазам. Это был не Карл.Я внимательно рассматривал его — пожилого человека лет шестидесяти с худощавым крестьянским лицом и щетинистой седой бородой. Волосы тоже были седыми и довольно тонкими. Это я обнаружил, когда налетел на него сзади, сбив рукой старую фетровую шляпу. Он оказался сильнее, чем я ожидал, — весь из сухожилий и мышц. И слава богу, что я не промахнулся, иначе, несмотря на разницу в возрасте, старик доставил бы мне немало неприятностей. Ему все же удалось лягнуть меня по голени каблуком тяжелого ботинка, прежде чем я смог надежно отключить его.Уложив незнакомца, я потер голень и произвел инвентаризацию. Прежде всего я убедился, что короткая вспышка активности на холме не привлекла внимания обитателей дома в полумиле отсюда. Потом еще раз промассировал голень и посмотрел на человека, который меня так пнул. Помимо высоких шнурованных ботинок и слетевшей шляпы, он был одет в рабочие брюки, серую рубашку и темный пиджак от старого костюма, протершийся на манжетах и локтях.Винтовка, лежавшая рядом с ним, оказалась “саваж” модели 99, калибра 0, 300. Это, наверное, лучшая из всех старых моделей, хотя слава и досталась винчестеру. Образец был таким старым, что воронение с металлических частей стерлось и они серебристо блестели, а на прикладе не осталось отделки. Но канал ствола был чистый и в хорошем состоянии. Оптика состояла из старинного полевого прицела времен войны генералов Роберта Ли и Улисса Гранта.В карманах я нашел какие-то ключи, очки без оправы в твердом футляре, маленькую пластмассовую коробочку неизвестных таблеток, голубой носовой платок, немного мелочи и складной нож с двумя лезвиями и потертой ручкой. Кроме того, я обнаружил бумажник с правами, выписанный на имя Харви Баскомба Хол-линсхэда, 72 лет, из Баскомба, штат Кентукки. Я вздохнул, глядя на худощавое упрямое лицо. Определяя его возраст, я дал маху на добрый десяток лет. Потом еще раз потер голень. Для семидесятилетнего старика он здорово лягался.Я связал его запястья и лодыжки, воспользовался носовым платком в качестве кляпа и взвалил его на спину. Не могу сказать, что это была легкая ноша, Несмотря на всю свою хрупкость, он был тяжелый и неудобный, а я был немного не в форме. Плаванье и рыбалка в компании привлекательной блондинки — не лучший способ подготовки к переноске тяжестей.Сделав несколько шагов, я подумал, что скорее окажусь в больничной палате, чем мне удастся дотащить его через кустарник до группы деревьев, где ждала Марта. Я и не стал тащить его до самой машины. Оставить его наедине с девушкой? Ее гуманные порывы могли заставить привести его в чувство и развязать. А я, хорошо потрудившись над этим телом, не собирался терять его. Поэтому я спрятал старика в канаве и снова поднялся на холм за винтовкой, биноклем и шляпой.С исполнительностью у Марты было не очень. Услышав мои шаги, она, вместо того чтобы притвориться спящей, выскочила из машины и подбежала ко мне.— Мэтт, что вы делали все это время? Я чуть с ума не сошла от беспокойства... Что это?— Трофеи, — сказал я, проходя мимо нее и бросая вещи на капот.— Так, значит, вы взяли его. — Ее голос вдруг стал ровным. — Вам пришлось... вам пришлось причинить ему вред?Я устремил на нее острый взгляд, но Марта была абсолютно искренна и совершенно не вспомнила о том, что человека, о здоровье которого она сейчас беспокоилась, она недавно обвиняла в бесчеловечности.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24