А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Последний раз его действие проявилось во времена Второй мировой войны, когда вражеская нога так и не ступила на землю Британии. Скорее всего это было дело рук сэра Джона, подумал Синклер, поскольку он был самым старшим Человеком в Черном, возможно, самым могущественным на территории Англии. От старика исходила невероятная сила. Адам с легким удивлением осознал, что встретил личность равную, если не превосходящую его самого. Однако с каждым шагом Синклер убеждался, что сэр Джон, представ перед гостями в своем истинном облике, выказывал им наивысшую степень уважения. Он признавал их ровней, своими соратниками на службе Свету и Истине. Такое признание невозможно завоевать двумя телефонными разговорами, в одном из которых Адама представляла холодная, всегда сдержанная Линдси. Кэтлин прямо сказала, что их «проверили». Сэр Джон был отставным офицером разведки, но в случае с Охотниками это еще ничего не значило. Следовательно, Джон Грэхэм обладал иными источниками информации, неподконтрольными самому Синклеру, так как это был единственный способ узнать, кем и чем являлись его гости.
— Выходит, ты и есть сын Филиппы, — с улыбкой произнес сэр Джон. — Рад, наконец, познакомиться с тобой. Проходи, добро пожаловать.
Глава 15
Упоминание имени матери произвело на Адама эффект холодного душа. Ни на кого не глядя, он склонил темноволосую голову в грациозном поклоне и, взойдя по каменным ступеням, остановился у входа в беседку. В этот момент его правая рука сделала неуловимый жест, устанавливающий защитный экран.
— Гость всегда чтит традиции хозяина дома, — спокойно проговорил Адам, не сводя глаз с лица сэра Джона.
Последовало крепкое рукопожатие, и старик жестом пригласил гостей войти.
— Сэр Джон, позвольте представить вам моего Второго, Ноэля Маклеода.
Такая откровенность учителя поразила Перегрина до глубины души.
— А это мистер Ловэт, — непринужденно продолжал Синклер, — художник редкого таланта, не говоря уж о прочих достоинствах.
Старик загадочно улыбнулся и, протянув руку, бесцеремонно втащил Перегрина на верхнюю ступеньку.
В глубине беседки смутно вырисовывались очертания ажурного кованого стола с тяжелой стеклянной крышкой. Его окружали четыре таких же кованых стула, на сиденьях которых лежали элегантные подушечки, обтянутые веселым ситцем в цветочек. Солнечные лучи пробивались сквозь розовые заросли, образуя на полу замысловатую мозаику из пятен света и тени. В беседке пребывала та же атмосфера защищенности, что и в лесу. Грохот динамо-машины, преследовавший Перегрина на протяжении всего путешествия через лабиринт, исчез, как только художник переступил порог.
— Охотники! Великолепная команда, — с улыбкой обронил сэр Джон. — Присаживайтесь, джентльмены.
Последнее замечание сэра Джона повергло Перегрина в состояние шока. Он покосился на старших товарищей, но Адам и Ноэль, казалось, отнеслись к словам старика совершенно спокойно. Сэр Джон широким жестом указал им на стулья и сел сам. Синклер выбрал место по правую руку хозяина и едва заметно кивнул Маклеоду на стул справа от себя. Перегрину осталось единственное свободное место по левую руку хозяина.
— Итак, — произнес сэр Джон, опираясь руками на трость, — каждый из нас хотя бы в общих чертах представляет, зачем мы собрались здесь. Не будем терять времени. — Старик ненадолго замолчал. — Адам, если мне позволено называть тебя по имени, — обратился он к Синклеру, — ты, вероятно, хочешь спросить, откуда я знаю твою мать?
— Признаюсь, меня удивило, что вы знакомы, — осторожно подбирая слова, ответил Синклер.
— Не беспокойся, мой мальчик, — грустно улыбнулся старик, — я не открою тебе ничего, что могло бы опорочить ее доброе имя. Достаточно сказать, что в годы Второй мировой Филиппа и я вместе участвовали в одном проекте, от успеха которого во многом зависел исход войны Ее отвага и другие качества, которые, я надеюсь, ты унаследовал в полной мере, восхищали меня до глубины души. Хотя она в те дни была еще совсем девочкой, моложе нашего мистера Ловэта, я думаю.
— Вы очень добры, — обескураженно пробормотал Синклер.
— Это чистая правда, — вздохнул сэр Джон, слегка склонив седую голову. — В мои годы уже не хочется растрачивать силы на пустые комплименты. Если бы не самопожертвование Филиппы, история могла пойти совсем иначе. В следующий раз, когда тебе случится говорить с Филиппой, передай ей от меня самый горячий привет.
Сэр Джон не стал уточнять, отметил Перегрин, жива ли еще мать Адама. Вероятно, о многом старик осведомлен лучше, чем можно было ожидать даже от Магистра. Синклер молча кивнул.
— Хорошо, тогда к делу. Во время нашего разговора по телефону ты благоразумно скрыл истинную подоплеку своего интереса к находящемуся в моих руках артефакту. Теперь, когда мы убедились во взаимной честности, надеюсь, ты откроешься мне. Ведь в том, что наши пути в конце концов пересеклись, нет ничего удивительного. Я хотел бы помочь тебе.
— Думаю, никто из нас не может винить другого в излишней осторожности, — ответил Адам, не скрывая облегчения. — И я очень рад, что вы согласны помочь нам, сэр Джон. Все наши надежды связаны с вашим крестом, иначе нам придется устранять последствия уже свершившегося зла, а не принимать меры по его предотвращению.
В следующие несколько минут Адам коротко рассказал сэру Джону о похищении Печати царя Соломона и все, что Охотники знали на данный момент.
— Теперь я не сомневаюсь, что Печать является могущественным артефактом, — сказал он в завершение своего повествования. — Мой друг Натан Финнс был убежден, что неверное использование Печати может разбудить страшную силу. Но мы понятия не имеем, ни что это за сила, ни принцип действия Печати. Я даже подозреваю, что Соломон сам сотворил то, что ныне она охраняет.
Синклер пересказал содержание сна, который приснился ему в ночь после смерти Натана, и видение Перегрина, подтвердившее существование магического Венца, который таинственным образом был связан с Джоном Грэхэмом Клаверхаусом.
— Полагаю, Венец является вторым элементом цепи, связывающей неизвестное зло, — заключил Адам. — Видение Перегрина также подтверждает мое предположение, что тайна Печати и ее охрана была доверена Магистрам Ордена Храма. Во времена гонений, когда флот Ордена бежал из Франции, Печать попала в Шотландию. Преемственность в передаче тайны сохранялась на протяжении столетий, пока виконт Данди не унес ее с собой в могилу.
— Понятно, — сказал сэр Джон. — И ты надеешься посредством креста войти в контакт с духом Клаверхауса?
Адам согласно кивнул.
— У нас есть некоторый опыт в таких делах. Ноэль является первоклассным медиумом. Вся наша надежда на то, что Клаверхаус согласится помочь нам, и мы узнаем, чего именно следует опасаться и какие меры предпринять.
Задумчиво кивнув, старик обратил взор на Перегрина.
— Ты уверен, что локон волос настоящий?
— Да, сэр, — ответил художник. — Я уверен, что увиденное на могиле виконта не было ложным. Безусловно, нет никаких материальных доказательств того, что локон в кольце и локон, срезанный с головы Клаверхауса, идентичны, но, судя по моим видениям, это так.
— Тогда почему ты считаешь, что при работе с кольцом связь оказалась нарушенной? — спросил Адама сэр Джон.
— Я сам задаю себе этот вопрос, — ответил Синклер. — Возможно, кольцо резонирует сильнее, чем локон волос, который скрыт куском горного хрусталя. Если бы кольцо принадлежало мне, я бы снял камень, чтобы получить прямой доступ к локону. Но я рискую потерять доверие владельца кольца, если в результате этой операции с ним что-то случится.
— Понимаю, — ответил сэр Джон. — Могу я взглянуть на него?
Не говоря ни слова, Адам опустил руку в карман, извлек перстень Данди и положил его на стол перед Джоном Грэхэмом. Старик отставил в сторону трость, нацепил на нос очки в серебряной оправе и склонился над кольцом, осматривая его с разных сторон. Мгновение спустя он взял перстень в руки, покатал на ладони, пристально глядя на локон, плотно прижатый к металлу, затем накрыл перстень правой рукой и закрыл глаза.
— Интересно, — пробормотал отставной генерал, снимая очки и убирая их обратно в карман. — Посмотрим, что с ним можно сделать…
Сказав это, старик опустил руку в другой карман, достал плоскую черную коробочку длиной около четырех дюймов, поставил ее на стол перед Синклером и жестом предложил открыть ее. Адам взял коробочку в руки и откинул крышку. Внутри на подушечке из черного бархата лежал старинный золотой, покрытый алой эмалью крест. Верхний кончик креста был увенчан маленьким ушком для цепочки или шнурка.
— Ручаюсь, что в момент смерти на шее Данди был именно этот крест, — сказал сэр Джон. — Мой прапрадед получил его от французского священника по имени Дом Кальме, которому, в свою очередь, его доверил брат Клаверхауса. Прапрадед был представителем младшей ветви семьи. Ни сам Данди, ни его брат Дэвид не оставили наследников. Семейное предание гласит, что в 1745 году Великий Магистр Ордена Храма надел этот крест, принимая в Орден Чарльза Эдварда Стюарта в монастыре Святого Креста. Зная историческую ценность артефакта, перед тем как отправиться в очередной военный поход, Великий Магистр передал его на хранение сэру Малькому Грэхэму. — Старик замолчал. — Впрочем, я готов ответить на любые твои вопросы.
— Благодарю вас, — учтиво произнес Синклер. Повертев коробочку в пальцах, он протянул ее Перегрину. — Твое мнение?
Художник пристально посмотрел на крест, однако в руки не взял.
— Внешне не отличается от того, что я видел, — констатировал он, передавая коробочку Маклеоду.
— Ноэль? — Синклер перевел взгляд на Второго. Инспектор поправил очки и поднес коробочку ближе к глазам, но к кресту также не прикоснулся.
— Похоже, старый, — уклончиво ответил Маклеод. — Но я предпочту воздержаться от непосредственного контакта с ним до того, как мы приступим к работе. Ведь вы позволите нам, сэр? — обратился Маклеод к генералу, ставя коробочку обратно на стол.
— Конечно, — утвердительно ответил сэр Джон. — Мое единственное условие, что крест не должен покидать пределы Оквуда.
— Можете в этом не сомневаться, — заверил его Синклер.
— Естественно, я предоставлю вам место и все необходимое для работы, — продолжил старик. — Кроме того, если вы не будете возражать, я бы хотел присутствовать при контакте, хотя бы как сторонний наблюдатель.
Адам, без того потрясенный силой защитного поля, установленного вокруг беседки, теперь отбросил последние сомнения на счет Джона Грэхэма. Он смотрел на темную величественную фигуру человека, сидевшего по левую руку от него, и понимал, что глубоко симпатизирует и, более того, доверяет этому седовласому старцу, когда-то работавшему вместе с его матерью. Сэр Джон принадлежал к тому же узкому кругу людей, посвятивших всю свою жизнь служению Свету, хотя традиции их школ могли сильно различаться в методах.
— Я буду рад, если вы примете участие в нашей работе, — искренне сказал Синклер. — Безусловно, Ноэль является медиумом высшего класса и великолепно владеет техникой. До сих пор нам приходилось работать с существами, открытыми для контакта и готовыми вести диалог, а этот процесс не представляет больших трудностей. Сейчас нам предстоит общение с особенной душой, которая может не пожелать говорить с нами. Кроме того, не исключено, что душа Клаверхауса ныне переживает очередное воплощение.
Задумчивый взгляд сэра Джона скользнул по открытой коробочке. Когда старик поднял голову, его карие глаза лучились теплом и симпатией.
— Филиппа должна гордиться тобой, мой мальчик, — с нежной улыбкой произнес сэр Джон.
Холодная сдержанность, с которой встретил их Джон Грэхэм, вдруг уступила место трогательной заботливости, словно сквозь хмурую пелену облаков пробился к земле ласковый лучик солнца.
— Я сочту за честь помочь тебе, Адам. И предложил бы отложить контакт на более поздний час. Не будучи уверенными, что дух Клаверхауса не связан телесными узами, мы имеем больше шансов достигнуть успеха в то время, когда его тело, кем бы оно ни являлось в настоящем, будет пребывать во сне. При условии, что современное воплощение обитает в этой части света и в близком часовом поясе, — добавил он, неловко улыбнувшись, — иначе нам придется отложить беседу до более подходящего времени.
Синклер согласно кивнул, вспоминая недавний печальный опыт.
— Полностью согласен с вами. Как-то раз мне и моим коллегам довелось видеть, что происходит с душой, которую принудительно держат вдали от тела. К счастью, в результате нам удалось освободить ее и залечить нанесенные раны. Добавлю, что изначально мы не имели отношения к этому варварскому вызову.
— Я и не сомневаюсь, — с усмешкой ответил сэр Джон. — Впрочем, вернемся к проблемам насущным. Давайте обсудим, в какой форме проводить контакт. Смею предположить, что вам будет удобнее работать в привычной традиции. Что касается меня, сложностей возникнуть не должно. За годы практики я перепробовал множество методов различных школ.
— Так же, как и я, — вставил Адам.
— Что ж, если не возражаете, я займусь формулированием начальной установки, которая будет согласовываться с обеими традициями. В Оквуде мы обычно работаем здесь, — старик широким жестом обвел пространство беседки, — если, конечно, позволяет погода. Вы, должно быть, уже заметили, что атмосфера в беседке отличается от обычной. Это особое место, защищенное высшими силами, здесь нам не будут мешать.
— Вы читаете мои мысли, — улыбнулся в ответ Синклер. — Я не решался даже просить вас о том, что вы так великодушно предлагаете. Находясь под сенью этого дома, я отдаю себя и свою команду под ваше мудрое руководство.
— Спасибо, Адам, — сказал сэр Джон, закрывая коробочку и опуская ее обратно в карман. — А сейчас нам пора возвращаться. Кэтлин будет очень сердиться, если я лишу ее вашего общества. Детали обсудим за чаем. Потом я покажу вам комнаты, где вы сможете отдохнуть и набраться сил для грядущей работы.
Глава 16
Сэр Джон вывел их из лабиринта. Старик шел быстро, хотя и опирался на трость. Присутствие силы не так явно ощущалось на обратном пути — возможно, потому, что хозяин сам сопровождал своих гостей. Как только компания ступила на лужайку возле дома, сэр Джон и Адам сразу же пошли рядом, беседуя о пустяках, словно два старинных друга. Перегрин, едва выйдя из лабиринта, потряс головой — его переполняли впечатления. Придя в себя, он стал намного яснее осознавать детали недавно увиденного.
— Ноэль, что ты о нем думаешь? — шепнул молодой человек инспектору, указывая глазами на сэра Джона.
Глаза инспектора саркастически блеснули из-под очков.
— Разве ты не можешь воспользоваться своим чудесным Зрением?
— Здесь я вижу слишком много, образы наплывают один на другой, и мне так просто не разобраться. Я бы кое-что зарисовал, но, честно говоря, не смею, а спрашивать разрешения — не решаюсь…
— Я бы тоже не посмел, — признался Маклеод. — Он ведь старший Адепт, Перегрин, и даже поважнее Адама, хотя старик принадлежит к другой школе. Однако они, похоже, отлично понимают друг друга. Если сегодня удача будет на нашей стороне, всех нас ждет интересная ночь…
Наконец компания вошла через французские двери в библиотеку. Маклеод и Перегрин по-прежнему шли сзади, соблюдая субординацию. В библиотеке они обнаружили Кэтлин Джордан, калачиком свернувшуюся в кресле с книгой в руках. Заметив вошедших, девушка отложила чтение и поднялась им навстречу. Поприветствовав сэра Джона легким поцелуем в щеку, она доброжелательно улыбнулась Адаму.
— Ну что ж, я вижу, вам не составило большого труда пройти наш лабиринт. Он вам понравился?
— У него свой характер, — отвечал Адам с задумчивой полуулыбкой. — Хотя, возможно, он, как и весь дом, лишь отражает характер хозяев.
— Это комплимент? — лукаво сверкнула глазами девушка.
— Конечно. — Адам отвесил ей галантный полупоклон. — Вы и ваш дом достойны восхищения.
Глаза их встретились, и Адам понял — Кэтлин знает, что он говорит не только об архитектуре.
— Что ж, спасибо. — Она взяла прадедушку под руку. — Ваша приязнь вполне взаимна. Тех, кому здешняя атмосфера не по нутру, лабиринт обычно пугает.
Сэр Джон хмыкнул, привлекая к себе внимание:
— Этим гостям наш дом вполне подходит, дорогая моя. Но окончательно мы убедимся в этом сегодня ночью. — Старик загадочно улыбнулся.
— Ах вот как…
— Я надеюсь, Адам, что вы погостите у нас до завтра, — продолжал сэр Джон. — Думаю, закончим мы достаточно поздно.
— Это очень любезно с вашей стороны, — учтиво отозвался Адам. — Если вы уверены, что мы не стесним вас… В противном случае нас ничуть не затруднит провести ночь в отеле.
— Итак, решено, вы остаетесь. Кэтлин, не могла бы ты переговорить с Линтоном?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29