А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Помню, как она сказала маме, что никогда ничего не желала, кроме бижутерии.
— Ты знаешь больше, чем я, — вздохнула Мэги.
— Кроме мелких денег, убийца больше ничем не смог поживиться. Хотя бы это радует, — грустно заметил Лайам, но потом улыбнулся, рассеивая мрачную атмосферу. — А теперь расскажи мне про свою жизнь в Ньюпорте, надеюсь, он начинает тебя обвораживать? О нет, позволь лучше продолжить историю моей жизни.
Он рассказал ей, как в детстве считал недели, живя в интернате, ждал лета, чтобы вернуться в Ньюпорт, о своем решении стать биржевым маклером, как отец, о том, как ушел от Рандольфа и Маршала и открыл свою собственную инвестиционную компанию.
— Чертовски приятно, когда к тебе за помощью обращается какой-нибудь позолоченный клиент, — сказал он. — Начинать свое дело всегда немного страшно, но их доверие заставляет меня думать, что я сделал правильный выбор. Так оно и есть.
Когда подали крем-брюле, Мэги полностью расслабилась.
— Сегодня я узнала о тебе больше, чем за все наши прежние совместные обеды, — сказала она.
— Может, на своей территории я немного другой. И возможно, мне просто хочется, чтобы ты заметила, какой я потрясающий парень. — Он изогнул бровь. — Еще мне хочется, чтобы ты увидела, что я человек основательный. Имей в виду, в этих краях меня считают завидным женихом.
— Прекрати этот разговор немедленно! — Мэги старалась говорить серьезно, но не смогла сдержать улыбку.
— О'кей. Теперь твоя очередь. Расскажи мне о себе.
Мэги не хотелось вдаваться в подробности, разрушать почти праздничную атмосферу вечера. Рассказывать о событиях недели и обойти молчанием Грету Шипли было невозможно, но она старалась вспоминать, с каким удовольствием общалась с ней и как приятна ей зарождающаяся дружба с Летицией Бейнбридж.
— Я знал миссис Шипли, она была совершенно особенной леди, — сказал Лайам. — А миссис Бейнбридж просто великолепна. Настоящая легенда этих мест. Она посвятила тебя во все события времен расцвета Ньюпорта?
— Немного.
— Постарайся, чтобы она рассказала тебе про Мэми Фиш. Она отлично знала, как встряхнуть старую команду. Есть потрясающая история про то, как однажды у нее на званом обеде один из гостей спросил разрешения привести с собой принца дель Драго с Корсики. Мэми, конечно, была рада, и представь себе ее ужас, когда «принцем» оказалась обезьяна в полном вечернем наряде.
Они рассмеялись.
— Миссис Бейнбридж, наверное, одна из немногих, чьи родители посещали знаменитые балы девяностых годов прошлого века, — сказал Лайам.
— Хорошо, что у миссис Бейнбридж много заботливых родственников, — заметила Мэги. — Как раз вчера, после известия о смерти миссис Шипли, дочь отвезла ее на осмотр к врачу, потому что знала, что она будет сильно расстроена.
— Дочь зовут Сара, — сказал Лайам и улыбнулся. — Миссис Бейнбридж рассказала тебе про фокус, который выкинул мой ненормальный кузен Эрл и чуть не запустил бедняжку Сару на околоземную орбиту?
— Нет.
— Это восхитительно. Эрл читает лекции о похоронных обычаях. Ты знаешь об этом, верно? Клянусь, парень спятил. Когда все играют в гольф пли занимаются яхт-спортом, он часами бродит по кладбищам, срисовывая надписи с памятников.
— На кладбищах! — воскликнула Мэги.
— Да, но это мелочи. Я о том, как он читал лекцию о похоронах в «Латам Мейнор». Тогда миссис Бейнбридж чувствовала себя неважно, и Сара была с ней на этой лекции.
Эрл тогда рассказал историю про викторианские колокольчики. Якобы зажиточные внкторианцы так боялись быть похороненными заживо, что в гробу у них просверливали отверстие, через которое можно было дышать, а к пальцу похороненного привязывалась веревочка, на конце которой висел колокольчик на могиле. Нанимали даже специального человека, чтобы он следил, не зазвонит ли колокольчик, если вдруг покойник очнется.
— Господи, — прошептала Мэги.
— А теперь самое интересное про Эрла. Хочешь верь, хочешь нет, но он создал нечто вроде музея рядом с похоронной конторой, где собраны разные ритуальные принадлежности. У него даже есть дюжина настоящих викторианских колокольчиков, которые он использует для наглядности в своих лекциях. Без всякой подготовки этот псих раздал колокольчики дамам, а всем им за шестьдесят, семьдесят, восемьдесят, и привязал к их пальцам веревочки. Потом велел, держа колокольчик в другой руке, пошевелить пальчиками, воображая, что они в гробу и хотят пообщаться с внешним миром.
— Какой ужас! — воскликнула Мэгн.
— Одна из старух потеряла сознание. Дочь миссис Бейнбридж собрала его колокольчики и так рассердилась, что почти выкинула Эрла с его наглядными пособиями из помещения. — Лайам помолчал и добавил более мрачным тоном:
— Тревожит то, что Эрл, как мне кажется, сам с удовольствием рассказывает эту историю.
49
Нейл пытался дозвониться до Мэги несколько раз сперва из раздевалки клуба, потом из дома. «Либо ее нет целый день, либо она то приходит, то уходит или не отвечает на звонки, — подумал он. — Но в любом случае она должна была заметить мою записку».
Нейл проводил родителей к соседям на коктейль и позвонил Мэги еще раз в семь часов. Потом отправился на обед на своей машине. Он сумеет с ней связаться, постарается заехать.
На обеде в «Кэнфилд Хаузе» за столом было шесть человек. Но, несмотря на то что лобстер по-ньюбургски был великолепен, а его соседкой по столу была Вики, дочь друзей его родителей, прехорошенькая управляющая банком из Бостона, Нейл сидел как на иголках.
Отказаться от послеобеденного вина в баре было неприлично, и Нейл буквально извелся во время беседы, пока в половине одиннадцатого все не встали, чтобы разойтись. Нейл вежливо отказался от приглашения Вики провести воскресное утро с ее друзьями на теннисном корте и, наконец облегченно вздохнув, сел в свою машину.
Нейл взглянул на часы, было без четверти одиннадцать. Если Мэги дома и легла спать, он не хотел ее беспокоить. Он решил подъехать к ее дому, чтобы убедиться, что ее машина на месте и, значит, она все еще в Ньюпорте.
Первая радость при виде ее машины у порога дома сразу прошла, когда он заметил рядом «ягуар» с массачусетскнмн номерами. Нейл тихонько подъехал ближе и был вознагражден, увидев, что входная дверь открыта. Он заметил высокого мужчину рядом с Мэги, резко прибавил скорость и свернул за угол на Оушн-драйв. Направляясь в Портсмут, он ощутил, как от обиды и ревности у него скрутило желудок.

5 октября, суббота
50
В церкви Снятой Троицы на отпевании Греты Шипли было много народу. Слушая знакомые молитвы, Мэги поняла, что присутствовали все приглашенные на обед к Нуале.
Доктор Лейн и его жена Одиль сидели с группой гостей из пансионата, включая всех, кто обедал за столом миссис Шипли в среду. Нe было только миссис Бейнбридж.
Присутсвовали и Малком Нортон с женой Дженис. «Вид у него как у висельника», — подумала Мэги. Проходя мимо, он остановился и сказал, что пытался с ней связаться и очень хотел бы поговорить после похорон.
Но перед службой к ней подошел Эрл Бейтман.
— После всего этого, боюсь, в воспоминаниях о Ньюпорте у вас останутся одни похороны и кладбища, — сказал он, глядя на нее широко раскрытыми глазами из-под слегка тонированных круглых солнечных очков. Не дождавшись ответа, он прошел дальше, на свободное место в первом ряду.
Лайам приехал посреди мессы и сел рядом с Мэги.
— Извини, — шепнул он ей на ухо. — Сигнализация никак не отключалась. — Он взял ее за руку, но она быстро ее убрала. Мэги знала, что многие тайком за ней наблюдают, и не хотела давать повода сплетням о себе и Лайаме, но вынуждена была признать, что когда его крепкое плечо коснулось ее, чувство одиночества сразу прошло.
Проходя мимо гроба в похоронной конторе, Мэги всмотрелась в спокойное, милое лицо женщины, которую знала так недолго, но полюбила так сильно. В голову пршпла мысль, что Грета Шипли, Нуала и все остальные их добрые подруги, наверное, радостно воссоединились.
Эта мысль напомнила ей про викторианские колокольчики.
Проходя мимо трех человек, представленных как кузены миссис Шипли, она обратила внимание, что в их вроде бы скорбных лицах не было той искренней боли, которая таилась в глазах близких друзей миссис Шипли, деливших с ней общий кров в «Латам Мейнор».
«Я должна выяснить причины смерти всех тех, чьи могилы посетила, и узнать, у кого из них есть близкие родственники», — подумала Мэги. Эта мысль показалась ей важной после визита к миссис Бейнбридж.
Следующие два часа у нее было такое чувство, будто она действует на дистанционном управлении — наблюдает, фиксирует информацию, но ничего не ощущает. «Я кинокамера», — устало думала Мэги, когда вместе с Лайамом уходила от могилы Греты Шипли после погребения.
Она почувствовала, как кто-то прикоснулся к руке. Ее остановила интересная женщина с серебряными волосами и очень прямой осанкой.
— Мисс Холлоувей, — сказала она. — Я Сара Бейнбридж Кушинг. Хочу поблагодарить вас за то, что навестили мою маму вчера. Она так рада.
Сара. Та самая, которая сцепилась с Эрлом на лекции о викторианских колокольчиках. Мэги захотелось поговорить с ней с глазу па глаз.
Сара Кушинг сама предоставила ей такую возможность.
— Не знаю, как долго вы будете в Ньюпорте, но завтра утром мы с мамой приглашаем вас на ленч и бу-дем очень рады, если вы сможете к нам присоединиться.
Мэги oxотно согласилась.
— Бы живете в доме Нуалы, не так ли? Я заеду за вами в одиннадцать часов, если позволите. — Кивнув, Сара Кушинг повернулась и присоединилась к своей группе.
— Давай вместе где-нибудь перекусим, — предложил Лайам. — Уверен, что тебя больше не тянет на поминки.
— Нет, ни за что. Но мне очень хочется домой. Надо разобрать вещи Нуалы.
— Тогда пообедаем сегодня вечером? Мэги покачала головой.
— Спасибо, но буду разбираться, пока не свалюсь.
— Ладно, но перед отъездом в Бостон завтра вечером хочу все же с тобой увидеться, — настаивал Лайам. Мэги знала, что он не позволит ей сказать нет.
— О'кей, позвони мне, — согласилась она. — Что-нибудь придумаем.
Проводив ее до машины, он ушел. Она уже собиралась завести мотор, когда услышала стук в окно и вздрогнула. Это был Малком Нортон.
— Надо поговорить, — беспокойно сказал он. Мэги решила действовать напрямик и не тратить зря ни его, ни свое время.
— Мистер Нортон, если вы о продаже дома Нуалы, могу только сказать вам, что не собираюсь продавать его теперь, и, кроме того, недавно я получила более выгодное предложение.
Пробормотав извинение, она тронулась с места. Было больно видеть ужас в его глазах.
51
Нейл Стефенс и его отец начали играть в семь и к полудню уже вернулись в клуб. На этот раз трубка была взята уже после второго звонки. Узнав голос Мэги, он облегченно вздохнул.
Он начал сбивчиво рассказывать, как звонил ей в пятницу, когда она уже уехала, как ходил к Джимми Нери, чтобы узнать имя Нуалы, как услышал о ее смерти и очень расстроился...
— Мэги, я должен тебя сегодня увидеть, — закончил он.
Нейл почувствовал, что она колеблется, потом выслушал ее объяснения о необходимости разобрать вещи мачехи.
— Как бы занята ты ни была, тебе надо есть, — взмолился он. — Мэги, если ты не разрешишь мне сводить тебя куда-нибудь поесть, то я приеду к тебе домой с обедом на подносе. — Но тут он вспомнил про хозяина «ягуара». — Если, конечно, тебя кто-то уже не пригласил, — добавил он.
Услышав ее ответ, он просиял.
— В семь? Отлично. Я знаю, где роскошно готовят омаров.
— Я понял, что ты нашел свою Мэги, — сухо сказал Роберт Стефенс, когда Нейл присоединился к нему у дверей клуба.
— Да, нашел. Мы сегодня вместе обедаем.
— Ну тогда булем рады, если ты привезешь ее к нам. Не забыл, что сегодня вечером в клубе мы отмечаем день рождения твоей мамы?
— Ее день рождения завтрa, — удивился Нейл.
— Спасибо, что напомнил! Ты сам просил отметить его сегодня. Говорил, что завтра в полдень собираешься к себе домой.
Нейл замер на месте, прижав к губам ладонь, словно задумался. Потом молча покачал головой. Роберт Стефенс улыбнулся.
— Многим наше с мамой общество очень нравится.
— Ваше общество действительно приятно, — слабо оправдывался Нейл. — Уверен, Мэги вам тоже понравится.
— Конечно понравится. А теперь пошли домой. В два часа ко мне придет еще одна клиентка, Лаура Арлингтон. Хочу, чтобы ты взглянул на остатки ее акции и решил, можно ли хоть как-то повысить ее доход.
Нейл решил не рисковать и не говорить Мэги об изменении планов. Она может отказаться. «Просто появлюсь у нее и поставлю перед фактом».
Спустя два часа Нейл сидел напротив миссис Арлингтон в кабинете отца. «Дела у нее плохи», — подумал он. Имея выгодные акции, приносившие хорошие дивиденды, она продала их, чтобы совершить сомнительную сделку. Десять дней назад миссис Арлингтон уговорили купить по пять долларов сто тысяч акций, явное барахло. На следующее утро акции выросли до пяти с половиной, но к сегодняшнему полудню начали резко падать. Теперь их цена была меньше доллара.
«Таким образом, пятьсот тысяч долларов сократились до восьмидесяти тысяч, если вообще на них найдется покупатель, — подумал Нейл, с сожалением глядя на бледную как мел женщину, чьи сцепленные пальцы и опущенные плечи выдавали сильное волнение. — Она маминого возраста, шестьдесят шесть, но теперь выглядит на двадцать лет старше».
— Это ужасно, не так ли? — спросила миссис Арлингтон.
— Боюсь, что так, — ответил Нейл.
— Видите ли, эти деньги предназначались для уплаты за номер в «Латам Мейнор». Но мне всегда было стыдно потратить такую большую сумму столь эгоистично. У меня трое детей, а Дуглас Хансен был таким убедительным, и миссис Даунинг рассказывала мне, как много денег она заработала с его помощью всего за неделю, и я подумала, что если удвою эту сумму, то смогу оставить наследство детям и еще хватит на «Латам Мейнор».
Она старалась проглотить слезы.
— А вышло, что я потеряла деньги как раз в тот момент, когда освободился большой номер Нуалы Моор, который должна была занять я.
— Нуалы Моор? — быстро произнес Нейл.
— Да, женщины, которую убили на прошлой неделе. — Миссис Арлингтон утерла платком слезы, не в силах больше их сдержать. — Теперь у меня нет жилья, детям ничего не оставила, и может, кому-то из них придется взять меня к себе жить.
Она покачала головой.
— Я это предчувствовала, но, увидев письменное подтверждение покупки акции сегодня утром, чуть не умерла, — плакала она. — О Господи!
Лаура Арлингтон встала и попыталась улыбнуться.
— Вы такой милый молодой человек, ваш отец не перестает нам об этом рассказывать. Значит, вы советуете мне распрощаться со своими акциями?
— К сожалению, — сказал Нейл. — Очень жаль, что так случилось, миссис Арлингтон.
— Что ж, остается только вспомнить о тех, у кого нет полумиллиона долларов, чтобы запросто их «профукать», как выражается мои внук. — У нее расширились глаза. — Не верю, чтобы я такое произнесла! Простите. — Она слабо улыбнулась. — А знаете что? Сказав это, я почувствовала себя лучше. Ваши папа и мама хотели, чтобы я у вас погостила, но мне пора идти. Поблагодарите их за меня.
Когда она ушла, Нейл вернулся в дом. Его родители были в солярии.
— Где Лаура? — быстро спросила мама.
— Я знал, что она не останется у нас, — сказал Роберт Стефенс, — Ей надо осознать все, что с ней случилось.
— Она настоящая леди, — с чувством произнес Нейл. — Готов задушить негодяя Дугласа Хансена. Клянусь, что в понедельник первым делом докопаюсь до каждой его грязной аферы и если смогу собрать на него хоть какой-то компромат для Совета экономической безопасности, то обязательно придавлю его.
— Отлично! — с энтузиазмом воскликнул Роберт Стефенс.
— С каждым днем ты все больше походишь на своего отца, — сухо заметила Долорес Стефенс.
Позже, досматривая игру между «Янки» и «Рэд Фокс», Нейл не мог отделаться от мысли, что упустил что-то в деле Лауры Арлингтон. В версии ошибочного инвестирования была какая-то неувязка. Но какая? Это не давало ему покоя.
52
Детектив Джим Хаггерти знал и любил Грету Шипли всю свою жизнь. С того времени, когда маленьким мальчиком он разносил газеты, Хаггерти не помнил, чтобы она была неприветлива или недобра с ним. Она всегда платила сразу и хорошо давала на чай, когда он заходил воскресным утром.
Она не была похожа на некоторых скупердяев из других домов, которые расплачивались чеками cpaзy за шесть недель, а сверху накидывали не больше десяти центов. Особенно памятен был один зимний день, когда миссис Шипли настояла, чтобы он зашел в дом и согрелся. И даже высушила на радиаторе его перчатки и вязаную шапочку, пока он пил какао, которое она приготовила специально для него.
Рано утром во время службы в церкви Святой Троицы он был уверен, что большинство присутствующих думали точно так же, как он.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27