А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Тикки воткнула нож в стол. Самец выдернул его и вернул в ножны.
– Сюда! – указал он.
Тикки кивнула в ответ.
Самец повел ее через небольшой зальчик мимо закрытых дверей. Здесь пахло самкой, как будто кто-то только что ощенился. Так вот в чем дело! Вот почему столько часовых снаружи, столько стражей в естественной форме – когда доминирующая самка щенится, вся стая занимает оборону. Вервольфы очень заботятся о своем молодняке. Тикки знает это по опыту.
Самец провел ее к двери в конце коридора, открыл, сделал знак Тикки, чтобы входила, и закрыл дверь за ее спиной.
Комната была маленькая и почти пустая. На столе у левой стены располагался стандартный телеком с объективом, видеодисплеем и обычной аппаратурой засекречивания. Рядом стояло устройство, которое обычный горожанин вряд ли когда-нибудь мог видеть.
Тикки посмотрела на него – в бронированном кейсе оно выглядело побольше, чем обычно. Крышка была откинута, открывая макропластовую лицевую панель с дисплейным экраном, небольшой клавиатурой, какими-то переключателями и графическими индикаторами. Оптоволоконная линия от телекома подсоединялась к порту рядом с клавиатурой. Другая линия, от соседнего порта, уходила в маленькую дырку в потолке, наверное, к спутниковой тарелке где-нибудь на крыше. Что там была за система – неизвестно, но Тикки знала, что связь в таком варианте отследить невозможно.
Она взяла с телекома аппарат засекречивания и пристроили на голове. Она услышала хриплый, грубый шепот Кастельяно, известного также под именем Стил. Это был один из самых опасных людей, к которому Тикки относилась с особым почтением. Он мог бы стать чрезвычайно опасным врагом и отлично знал свое дело.
– Проблема, – прошипел Кастельяно.
– Да? – ответила Тикки. Говори она с кем-нибудь другим, ей бы пришлось спросить: «Чья проблема – твоя или моя?» Но когда речь идет о Кастельяно, все не так просто – его проблема в два счета может стать и твоей.
– Ко мне явилась программистка.
– Куда?
– Залезла в мой компьютер.
Тикки вздохнула. Язык компьютерщиков невыносимо раздражал ее. Она предпочитала простые, недвусмысленные слова.
– И что же?
– Ей был нужен Потрошитель.
– Зачем?
– Неизвестно.
Некоторое время Кастельяно молчал, он вообще не красноречив – говорит медленно, и не говорит, а цедит.
– Сказала, что пришла по поручению Джонсона.
– Вот как!
– Большая работа. Большие деньги. Все – вранье.
Да, невесело. У Тикки хватало опыта, чтобы понимать, что существуют только две причины, по которым кто-то может ее искать: или нанять, или убить. Все ясно. Настоящий запрос на ее услуги не вызвал бы у Кастельяно подозрений.
Тикки ни секунды не сомневалась в его словах, у нее было множество причин для этого. Нет, он не врет. Он и сам не переносит лжи, даже когда ему врут на голубом глазу. Срабатывает инстинкт охотника и вервольфа.
Если он что-то говорит – значит, так оно и есть.
– Проследили линию, – снова заговорил Кастельяно, – обнаружили твою территорию. Тебе следует знать.
– Правильно.
Он добавил несколько слов, которые тоже были вполне понятны:
– Я расширяюсь, работа – на твоей территории. Ты свободна?
– Не сейчас.
– Позже.
– Нет проблем. – Она найдет возможность отплатить Кастельяно хотя бы за сегодняшнюю помощь. Сейчас ей есть чем заняться. И прежде всего надо повидаться с Адамой.
– Сообщи, когда будешь свободна.
– Скоро.
– Хорошо.
Вибрируя и гремя, музыка пульсировала и билась, как живая. Круглая танцевальная площадка в центре вспыхивала и мигала снопами лазерных огней – оранжевых, красных и желтых. Вдоль закругленных стен тянулись столы, окантованные неоновыми трубками. Между телами, гротескно корчащимися на площадке, и столами, горящими адскими огнями, шел проход, разбитый на сегменты четырьмя ведущими вниз пандусами. Это был верхний этаж клуба «Семь Кругов», в котором каждый уровень именовался так же, как соответствующий отдел местечка, известного под названием Ад. Тикки была знакома с концепцией Ада. У буддистов существует 136 названий для мест мучения и наказания мертвых, а с буддизмом Тикки время от времени сталкивалась.
По пандусу она направилась к самому нижнему уровню.
Шлюхи обоих полов в ремнях и сбруе минималистов выстроились вдоль спуска, демонстрируя массивные грудные мышцы или соответственно железы, готовые сыграть в любую игру, удовлетворить любую похоть – по таксе или так. Посетители клуба являлись сюда во всех мыслимых видах: то гримируясь под эльфов, то в костюмах кошек и акул, то одеваясь самураями или древними римлянами. Но большинство предпочитало минималистскую моду: ремни, сбруя, драные колготки, подвязки и цепи. Элита этой упадочной толпы облачалась в свободные платья и халаты, на которых вспыхивали проецируемые специальной аппаратурой цветные пятна и сексуальные картинки.
На четвертом уровне кто-то толкнул Тикки в спину, да еще и облаял. Сжав зубы, она в бешенстве выбросила правую руку назад, как копье. Перчатка с шипами усилила эффект удара. Отшатнувшийся мужчина упал, обливаясь кровью. В любом другом месте это вызвало бы переполох, но здесь это было просто частью клубного развлечения. «Семь Кругов» – не обычный ночной клуб. Здесь чиновники и служащие перемешиваются с лезущими в крутые, с чипоголовыми и прочими уродами, чтобы насладиться самыми извращенными удовольствиями на пределе допустимого!
Мужчина лежал, истекая кровью, а публика орала и аплодировала. Какая-то девица, вся усыпанная шипами, испустила вопль и двинулась на Тикки, как кошка, подняв руки с длинными ногтями. Тикки ударом ботинка сбила ее с ног, а твердый пол доделал остальное.
Жертва должна уважать охотника, иначе ее ждут далеко идущие последствия. Таков закон Природы. Радостный визг стал еще громче. Тикки продолжила свой путь вниз по пандусу. Бездна сияла огненным туманом. Улыбаясь и поигрывая тростью, за своим столом сидел облаченный в черный костюм Адама. Компанию ему составляли не менее семи дам, все семеро заигрывали с ним, смеялись, целовали, обнимали, что-то шептали ему на ухо. Любая из них вполне могла бы служить рекламой салона красоты. В кровавом освещении Бездны все они казались краснокожими. Когда Тикки приблизилась к веселящейся компании, Адама сделал короткий жест, и дамы, с воркованием облобызав его еще по разу, удалились.
– Долго не задерживайтесь, – напутствовал их Адама.
Все семеро вернулись и, уверив господина, что они ненадолго, улыбнулись, помахали ручками и отбыли. Тикки поразилась, как они вообще что-то расслышали в этом грохоте.
Адама улыбнулся Тикки. Жестом он предложил ей то, что было на столе, – коробку сигар «Даннеманн Лонджа» и бокал с чем-то, пахнущим сидром. Сигары Тикки не удивили – Адама снабжал ее этим добром в избытке с того дня, когда она выполнила его первое задание. А вот где он раздобыл сидр? Ее любимая выпивка – штука довольно редкая. Она положила сигары в карман и отпила сидра, потом поставила бокал на стол.
– Есть проблемы? – спросил Адама. Проблемы? Тикки покачала головой. Убийство
Томита Харусо и его приятелей-якудза в «Ардмор Резиденс» прошло в точном соответствии с планом. Без проблем.
– Хорошо. Очень хорошо, – улыбнулся Адама, потягивая выпивку. – Обсудим следующую задачу.
– Сейчас?
– Ладно…– Адама улыбнулся еще шире. – Позже. Сейчас у меня другие заботы, ты понимаешь.
– Конечно.
– Моя Леандра, – добавил он, продолжая улыбаться. Потом помахал рукой, отгоняя сигаретный дым. – У тебя что-то еще?
Тикки кивнула. Есть только одно, о чем стоит поговорить, учитывая важность дела.
– Что именно?
– Конкуренты.
– Действительно? – Адама улыбнулся, как будто даже с удовольствием. – Кто-то готовит контрдействия?
– Возможно.
– Ты имеешь в виду, что у меня стараются выбить из рук главное оружие?
Тикки кивнула. Под «оружием» конечно же подразумевалась она сама. Похоже, Адаму новость не удивила, и в этом нет ничего странного. Он и не должен был ни капельки удивиться – Тикки же не удивилась. Она ожидала чего-то в этом духе с самого первого задания, выполненного до заказу Адамы. Обычный профессиональный риск. Люди не в состоянии понять основной истины своего бытия – того, что в большинстве своем они жертвы, рожденные, чтобы продолжить род и умереть. Ну и кое-что еще. При этом даже самые слабосильные считают, что у них есть права и возможности охотника. А немногие настоящие хищники человеческой расы, такие, как якудза, вообще воображают себя непобедимыми. Впрочем, это может быть обращено против них самих.
Тикки знает, что ей делать. Сначала она послужит телохранителем Адамы, чтобы он смог насладиться нынешней ночью, а потом отправится на охоту. По следам этой глупой добычи, посмевшей оскалиться на нее. И сделает то, что должно быть сделано. Это не слишком трудно.
– Что ты думаешь делать? – спросил Адама. Тикки с удивлением посмотрела на него.
– Может быть, устрою себе каникулы, – сказала она.
Адама усмехнулся, а потом рассмеялся в голос. Громко.
26
Через восемнадцать часов он вернулся к себе на чердак и обнаружил Ось и Дану, сидящих там без всякого дела. Черная девчонка, так называемый программист, неподвижно лежала на диване. Этого было вполне достаточно, чтобы испортить ему настроение. Молоток прикурил «Миллениум Рэд», глубоко затянулся и отправился на кухню за бутылкой. Если он сам или Собачий Укус с Микки ничего не найдут в ближайшее время – все они пролетели.
– Ну?
– Мы не очень-то понимаем, что произошло, Молоток, – спокойно сказала Дана, – но ее сломали. Я поняла это часа два назад.
Что имеется в виду? Что эту программную телку отоварили и выбросили из «Матрикса?» Молоток не слишком этому удивился. Вот что значит пожадничать, вот что значит нанимать неизвестные молодые дарования. Вот что бывает, когда он лично не контролирует работу. Он откупорил бутылку и, облокотившись о газовый счетчик, обратился к своим подручным:
– Она мертва?
– Нет, – ответила Дана, отбрасывая назад длинные черные волосы. – Думаю, просто оглушена. Без сознания.
– Она чего-нибудь добилась?
Дана посмотрела на Ось, который сидел, держа компьютер Неоны на коленях. Ось поморщился – что может механик понимать в компьютерах? И вообще, кто и в чем может что-то понимать!
– Я думаю, она напала на след, – сказал Ось. – Кое-что я подсмотрел на экране, но немного.
Молоток снова сделал затяжку:
– И что же?
– Ну, – Ось уставился на компьютер, перебирая клавиши, – вроде бы Потрошитель проходила под именем Фаллон Зонтаг. Не знаю, где Ангел нашла эти данные, но об этом было несколько упоминаний.
Очевидно, Потрошитель использовала имя Зонтаг, выезжая в Лос-Анджелес и Чикаго, возможно, в качестве репортера.
Молоток отхлебнул пива. Знать псевдоним Потрошителя по документам – это полезно. Надо будет нанять программиста, которому он сможет доверять, чтобы прочесть городские базы данных. Конечно, у такого профессионала, как Потрошитель, не один псевдоним, но все же это хоть какой-то след. То, что нарыли они с Микки и Укусом, было из области «может – да, а может – нет». Потрошителя в городе видели на обоих берегах Делавэра, ее встречали всюду – от сборищ якудза до подземных гаражей и самых распоследних притонов. Говорят, совершенно бешеная. Но в то же время – умная. Привычки посещать какой-то один клуб или бар нет. Все время в движении. Неуловима и очень опасна.
Убивает не колеблясь – хоть людей, хоть кого. По слухам, пришила какого-то орка и угнала его мотоцикл. Надо иметь в виду и это. Молоток попробовал использовать свои контакты с андерграундом орков, но те не смогли сообщить ничего полезного.
Предстоит адская работа.
– Я так и не знаю, понял ли кто-нибудь из вас, что нашу подружку-программистку выследили.
– Выследили? – выдохнула Дана. – Ее выследили?
Ось уставился в потолок.
Молоток допил пиво и швырнул бутылку в кучу мусора.
– Именно так. Давайте-ка мотать отсюда.
– Что? – всполошилась Дана, – Отсюда?!
– Компьютер берем? – спросил Ось.
– Подожди, – заволновалась Дана, – а как же с Ангелом?
Молоток промолчал, давя каблуком окурок.
– Компьютер берем, телку бросаем.
– Молоток, неужели мы ее вот так просто оставим?
Молоток тяжело посмотрел на нее и отправился в свою комнату. Дана превращается в проблему. И когда это она стала такой чувствительной? Она не хочет никого убивать, она не хочет никому причинять вреда – а что дальше? Дальше от нее вообще не будет никакой пользы. Маг она или нет, раз стала работать хуже, чем раньше, – пошла вон! Молотку стоило немалых трудов сколотить группу, вытащить их всех из дерьма. Какого черта теперь возиться с ненужным балластом!
Не так уж много у него в комнате ценного. Большая часть снаряжения – внизу, в фургоне. Он собрал в рюкзак то, чего никак нельзя было оставлять, и перекинул его через плечо.
Опасность состояла в том, что эта чертова дура, Ангел, могла навлечь на них гнев крупнейших корпораций – владельцев баз данных. Все они – межнациональные гиганты, у многих есть в Филли дочерние компании или филиалы, а у иных если не собственные службы безопасности, так кто-нибудь по контракту. А в обязанности охраны входит и слежка за хакерами, которые залезают без спросу в информационные банки компании. Иногда это занимает пару часов, иногда – пару дней. Трудность в том, что некоторые службы, вроде «Красных Самураев» или наемников «Первой Силы», отличаются манерой вести разведку боем – сначала стреляют, потом задают вопросы, если, конечно, остается кто-нибудь, чтобы ответить. Молоток не собирался отираться здесь и вскоре услышать грохот пушек с вертолетов «Нортроп» или, что еще хуже, шум высаживающейся на крышу группы захвата.
Когда Молоток вернулся в холл, Ось кинулся в свою спальню и стал собирать вещи. Молоток прошел в гостиную – там, склонившись над Ангелом, сидела Дана. Из рук волшебницы исходило зеленоватое сияние, а Ангел постанывала.
– Две минуты, – произнес он.
– Молоток, ну пожалуйста!– крикнула Дана, бросив через плечо отчаянный взгляд. – Я не могу с этим спешить!
Первая помощь – не самая сильная сторона Даны, об этом Молоток был хорошо осведомлен. Когда они с Даной встретились, ее вообще мало волновали беды других людей. Не говоря уж об оказании им первой помощи. Все, что ее занимало, – это искусство Аркана, сила манипуляций, основа мастерства, узнавание секретов. Потом она только мешала работать и стонала. Наверное, потеряла хватку или остроту восприятия. Может быть, не соответствует собственным амбициям. Кто знает? В конце концов, это и не важно. Ее пора менять.
– Две минуты.
Дана тихо охала, пациентка ей вторила. Молоток пересек холл и вошел в грузовой лифт. Ось выскочил из спальни с двумя чемоданами, забежал в гостиную и остановился перед плачущей Даной. Молоток сжал зубы и грохнул кулаком по пульту лифта. Дверь закрылась, кабина пошла вниз. Что Молотку в этом доме не нравилось, так это лифт. Ужасно медленный, черт его подери!
Фургон ждал у грузового входа. Молоток открыл боковую дверь, забрался внутрь, положил свой рюкзак и пролез; за руль.
Чуть больше, чем через две минуты, дверь снова отворилась и появились Дана и Ось. У каждого в руках было по чемодану, которые собрал Ось, а между ними моталась программистка. Ангел. Вид у нее был совершенно бессмысленный. Она споткнулась, и вся троица чуть не загремела с грузового помоста вниз. Молоток выругался. Еще секунд тридцать у них ушло на то, чтобы забраться в фургон и захлопнуть дверь. Молоток завел мотор и вырулил в переулочек, ведущий к улице.
Прямо посреди дороги топала то ли девица с вечеринки, то ли шлюха. Раньше Молоток ее здесь не примечал.
Одна деталь привлекла его внимание – у этой телки или шлюхи, кто она там, была потрясная масса курчавых черных волос. Молотку такое нравилось. Она была в черных очках, черной куртке с бахромой и золотой отделкой и тонкой черной же блузе, прикрывающей грудь. Точнее, некоторую ее часть. Юбка тоже едва прикрывала промежность. Передвигалась телка на десятиэтажных каблуках. В целом – ничего себе.
Переулочек был узкий, а выбор простой – то ли давить телку, то ли останавливаться. Молоток колебался, но тут девица махнула ему рукой, как старому приятелю, и подошла к фургону со стороны водителя.
В приоткрытое стекло Молоток просунул ствол «ингрэма».
– О, малыш, – низким голосом сказала девица, улыбаясь и весьма небрежно тыча пальцем в ствол пистолета. – Прибереги эту штуку для себя. Слушай, ты знаешь тут кого-нибудь по имени Молоток?
Молоток нахмурился:
– Чего?
– Молоток, – повторила телка. – Он тут где-то мотается.
– Ну и что, если мотается?
Девица помедлила с ответом и посмотрела на него, как будто уже знала, что это он и есть.
– Есть кое-что на продажу. Сведения, очень важные.
Надо думать.
– О чем бы это?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32