А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Водители роботов — они словно дети, — сказал Сума, его мягкий голос разорвал напряженную тишину, словно взорвавшийся воздушный шарик. — К ним нельзя относиться серьезно. Когда они переходят все границы, надо дать по рукам, а в остальное время приходится с ними мириться.
— Лейтенант Галлегос...
— Сержант, — поспешно поправил Сума. — Или просто Сума. Или Ричард, или просто — эй, ты! Патрон собирался произвести меня в офицеры, но я сказал ему, что хочу сохранить свое серое вещество. Ведь кто-то должен ставить на ноги эти жестянки и налаживать их оборудование, вы согласны?
— Кстати, — проговорил Арчи, — не обижайтесь на мой вопрос, но откуда взялось ваше прозвище Сума? Большинство позывных, принятых в Семнадцатом полку, я понимаю, но ваше прозвище ставит меня в тупик.
— Это сокращение от МЕХТЕХЗУМа, — пояснила Кэсси.
— Как же еще вам меня звать? — сказал Сума. — В конце концов это звучит почти как имя вождя ацтеков — Монтесума.
Сокращение общепринятой аббревиатуры для теха подобным образом действительно ассоциировалось с прозвищем вождя. Арчи рассмеялся.
— Ваши люди с легкостью играют словами, — заметил он.
Сума кивнул.
— Сейчас вы уж начали понимать нас, мистер Вестин. «Кабальерос» играют лихо, играют много, потому что не знают, когда им придется погибнуть.
Мариска Сэвидж незаметно отошла и начала снимать на пленку их дружеский разговор. Она держалась на заднем плане, так что никому с первого взгляда не пришла бы в голову мысль, что она трудолюбивая тень Арчи.
— Ну, хорошо, сержант, простите, Сума, — сказал Арчи, — а не сыграете ли вы мне какую-нибудь песенку на своей гитаре? Это покорит наших зрителей в Федеративном Содружестве, — я просто уверен. — Репортер коротко взглянул на ассистентку, та ободряюще кивнула, не отрывая взгляда от окуляра голокамеры.
— Ладно, я буду петь все время, пока вы снимаете. — Вождь ацтеков взял аккорд, откинул голову назад и торжественно продекламировал: «Посвящается капитану Карлосу Камачо!»
Он заиграл на гитаре и запел красивым, хоть немного гнусавым и прокуренным тенором. Балладу он исполнял на испанском языке, и Арчи не понял ни слова, кроме время от времени повторяющегося имени капитана Карлоса Камачо — явного героя этой песни.
Когда баллада закончилась, репортер искренне зааплодировал:
— Браво! Это просто потрясающе, хотя должен сознаться, что многого не уловил.
— Здесь повествуется о том, как Карлос Камачо воевал с бравое, пришедшими с севера.
— Это когда ваш полковник был юношей? Может быть, на службе Дома Марика? Сума и Кэсси захохотали.
— Этот капитан Камачо погиб сотни лет назад, — пояснил вождь ацтеков, — если он вообще когда-нибудь существовал. Бравое с севера — это дикие индейцы или северные мексиканцы — из Чихуахуа, Соноры, откуда родом большинство из нас.
— Нас тоже иногда называют бравое, — произнес у них за спиной женский голос с ярко выраженным ковбойским акцентом. Кэсси чуть заметно нахмурилась: если бы Арчи не наблюдал за девушкой так пристально, насколько ему позволяли хорошие манеры высшего общества Нортфилда, он не заметил бы этого. — Нас, диких парней и девушек, пришедших из пустыни и чепарели.
Арчи обернулся.
— Капитан Макдугал, — сказал он. — Рад видеть вас.
— Взаимно, Арчи и мисс Сэвидж. Привет, Кэсси.
— Привет, — почти сердито отозвалась Кэсси.
— Подходя, я слышала конец твоей песни, Сума, — сказала Кали. — Я пыталась выяснить, о ком она сложена, — о Карлосе Камачо, что летал на «Спитфайре» в войне с японцами, или о сражавшемся с вьетконговцами, или о том, что воевал в Первой войне за наследие.
— В любом веке есть свой Карлос Камачо, — заключил Сума, — и баллада сложена о каждом из них.
— Это очаровательное объяснение, — сказал Арчи. — А как насчет современного полковника Камачо? Существует ли песня лично о нем?
Сума покачал головой:
— Я написал о нем одну...
— Сума пишет очень хорошие песни, — перебила Кали. — Я вообще не уверена, что существует на свете что-то, чего он не умеет.
Сума довольно хихикнул.
— Здорово я запудрил всем мозги? — подмигнул он Арчи. — Как бы там ни было, но полковник запретил мне писать о нем.
Его лицо стало серьезней, и он продолжил:
— Полковник даже не позволил мне написать балладу о Пэтси. Хотя ее уже нет, но то, как она погибла, так и просится в песню.
Шутливая атмосфера заметно рассеялась, словно солнце зашло за тучу и позволило наступающей осени напомнить о себе холодным дуновением. После недолгого молчания Кали Макдугал спросила:
— Как ты думаешь, Сума, когда откроется ангар?
— Они обещали сегодня. Посмотрите, Кали, они перенесли сюда все оборудование для роботов. — Механик кивнул. — Они здесь устанавливают огневые контрольные системы. Удивительно, чего им удается добиться. И нам пообещали, что мы сможем всем этим воспользоваться, когда оборудование освободится.
— Замечательно. Я буду очень рада вновь увидеть свою «Черную Леди» в строю — это на ее руке сейчас восседает Сума. Не думаю, что мы должны меньше внимания уделять своей боевой готовности, а не зависимости от того, как далеко оказались от линии перемирия. Дядюшка Чэнди платит столько, словно он принц-архонт, а не Курита, а мы получаем почти столько же, сколько Гончие Келла. — Она покачала головой. — Не думаю, что он выкидывает большие деньги на ветер только для того, чтобы похвастаться любимой игрушкой — гайчинским полком перед приятелем. И я не намерена относиться ко всему этому, будто так и должно быть.
Арчи заметил, что Кэсси внимательно всматривается в лицо высокой блондинки, словно неохотно переоценивая ее.
— Я делаю вывод, Сума, что ваша роль не ограничивается одним администрированием, — заметил репортер. — В большинстве подразделений механики были обычными чернорабочими, которых чаще всего вербовали из местного населения.
— Да, конечно. У «Кабальерос» ацтеки в основном заведуют механической частью. Всю головную боль, нейрошлемы и прочую дребедень мы оставляем на долю Астро Зомби и его компании.
— Астро Зомби? — переспросил Арчи. — Честное слово, я уже похож на эхо, вам не кажется?
— Капитан Харрис, — пояснила Макдугал. — Наш главный тех.
— Когда вы с ним встретитесь, — добавила Кэсси, — то поймете его прозвище.
— Наша знахарка и костоправ Десять Медведей, вот она говорит, что Харрис — единственный психосоматический горбун во всей Внутренней Сфере, — с законной гордостью заявил Сума.
— Киберпсих, — заключила Кэсси, словно это слово объясняло все сразу.
— Разумеется, — произнес Арчи, которому показалось, что он кое-что понял.
С тех пор, как к их компании подошла Макдугал, Кэсси потихоньку и незаметно стала отходить в сторону.
— Сума, где-нибудь поблизости есть смотровая яма? Он утвердительно кивнул:
— Там, дальше за ангарами для роботов, где стоит огромный старый гараж. А я хочу обратиться в моторное отделение и посмотреть, не помогут ли мне там кое-что исправить. Эти Змеи хорошо разбираются в подобных вещах.
Кэсси кивнула в ответ.
— Позже увидимся, — сказала она всем и направилась прочь, и коса на спине хлопала ее по блузке. Арчи с грустью следил за ее уходом.
— Эта юная женщина всегда убегает от меня, — произнес он в отчаянии.
— Не от вас, — пояснила Кали, — а от меня. Эй, парни, купить вам содовой?
Гаражи ХТЭ были хорошо освещены и щеголевато чисты, что где-нибудь, кроме Империи Драконис, оказалось бы в принципе просто невозможным. Техов удивило, когда Кэсси обратилась к ним на беглом японском. Хотя она была женщиной, да к тому же и гайчинской женщиной, владение японским указывало на ее высокое положение. Большинство населения Маса мори могло считаться японцами лишь косвенно, и мало кто из них разговаривал на этом сложном языке. Владение официальным языком Дома Куриты означало высокое классовое положение в Империи Драконис, а Кэсси пользовалась выражениями, присущими классу чиновников. Это заставляло рабочих относиться к ней с должным уважением.
Хай, да, у них есть грязная яма, которая как раз сейчас свободна. Хай, она может занять ее. Они не спросили для чего, но вопрос несложно прочитать в их глазах.
Глаза рабочих еще больше расширились, когда она сбросила туфли, скользнула ужом вниз в яму и, стоя в грязи, которая доходила ей почти до щиколоток, приняла обычную стойку боевых искусств. Девушка начала работу с синусоидальных ката, иногда дополняя их неожиданными скользящими ножными ударами, ведя бой с тенью. Начала собираться толпа.
Самые мудрые мастера боевых искусств тренировали учеников в аллеях, среди деревьев, на рисовых плантациях, где угодно, только не на аккуратно застеленных татами полах. В конце концов, нападения редко происходят посреди открытой, хорошо освещенной комнаты. Гуру Джоханн требовал от Кэсси, чтобы она тренировалась на самых плохих покрытиях, которые только можно себе представить: посреди перевернутой мебели и на разбитых бутылках, по колено в грязи, на облицованных мрамором тротуарах, на лужах масла. Большинство бойцов привыкли к хорошим полам, как наркоман к отраве, учил ее гуру.
— Привычки и предпочтения врагов — самое сильное твое оружие. Воспользуйся им.
«Хорошо бы снять одежду, — подумала Кэсси, выполняя упражнения ползающих тигриных стоек пен-чак-силат. — Но если я зайду чересчур далеко, это только осложнит жизнь дону Карлосу».
Девушка изогнулась в талии, словно орел с распростертыми крыльями, широко расставив руки и ноги, ее плоский живот находился в сантиметре от машинного масла и грязи. Зрители охали и ахали, но для Кэсси окружающий мир перестал существовать. Биение ее сердца и дыхание становились реже и спокойнее, и она вновь, хоть на одно мгновение, находилась в мире сама с собой.
XII
Масамори, Хашиман
Район Галедона, Империя Драконис
2 сентября 3056 г.
— Чего вы хотите от нас, молодая леди? — спросил подполковник Гордон Баярд. Хотя он родился на ранчо Галистео, но вырос в Джонсон-Сити. Поэтому разговаривал на сленге городских ковбоев, мало отличавшемся от выговора гринго Лиги Свободных Миров, но его голос приобретал особенно противные, язвительные интонации, когда он пытался показать, что дело яйца выеденного не стоит.
Сейчас этот тон предназначался для Кэсси.
— Мне нужно ваше разрешение, чтобы выполнить свою работу, подполковник, — ровным голосом произнесла девушка.
— Вашу работу. — Он обвел взглядом командиров батальонов и подразделений Семнадцатого полка, собравшихся в комнате для совещаний в самом центре цитадели. — Ваша работа, насколько я понимаю, заключается в том, чтобы вести разведку на незнакомой территории и докладывать о том, что обнаружено. А сейчас поправьте меня, если я ошибаюсь, не находимся ли мы в самом центре огромного города? Я не вижу ни зарослей, ни трясины, где вы могли бы провести разведку.
— Значит, вы совершенно не представляете мои обязанности, — возразила она.
Баярд окаменел в негодовании.
«Ладно, постараюсь сдерживаться столько, сколько смогу», — решила Кэсси.
Дон Карлос сидел во главе стола, свесив подбородок на грудь. Казалось, что он ничего не слышал, но Кэсси была уверена, что это не так. Возможно, потому, что больше ей ничего не оставалось.
— Мои обязанности заключаются в изучении окрестностей расположения полка, какими бы они ни оказались. То, что мы находимся среди людей, мостовых и небоскребов и вокруг нет деревьев, цветов и не щебечут птицы, еще не означает, что мы в полном вакууме. Далеко не так.
— Так в чем же дело? — спросила капитан Анжела Торрес. Она командовала пограничной ротой и носила прозвище Зазнайка. — Ты хочешь выяснить ситуацию? Мы окружены Змеями.
— Индейская страна, — протяжно произнес Ли Моралес, офицер, командующий ротой «Мертвый глаз». Бобби Волк бросил на него резкий взгляд. Командир соединения Питер Пони-с-Белым-Носом и Сантильянес по прозвищу Жилистый, два других присутствующих на совещании индейца просто усмехнулись.
— Мы окружены миллионами врагов, Кэсси, — продолжила Анжела Торрес. — Что нам еще надо знать?
— Еще надо знать, как выжить, а не только то, как ты выглядишь в зеркале, капитан Торрес, — не повышая голоса, спокойно продолжила Кали Макдугал.
Торрес перевела взгляд на нее.
— Извини? — недоуменно спросила она.
— Я тебя извиняю. Мы не можем ограничиться простым заключением, что каждый человек здесь — наш враг. Или вы забыли, как войска Империи Драконис проливали кровь рядом с нами на Джеронимо?
Дон Карлос перекрестился, но промолчал.
— В любом случае нельзя благодушно успокаиваться на этом. По крайней мере, большинству из нас. — Последние слова высокая блондинка адресовала Баярду. — Наш наниматель пошел на многие уступки, чтобы иметь полк под рукой. Если все на этой милой планете так тихо и спокойно, тогда почему он это сделал?
— Из-за кланов, — угрюмо произнес Бобби Бигэй. — Нельзя доверять этим ублюдкам. Рано или поздно, но они нарушат перемирие.
Кали перевела глаза с него на Кэсси, поймала ее взгляд и пожала плечами. Прослужив много лет в полку, Кэсси знала, что Волк Навахо, также известный как Праздный Гуляка, был родом из Клана Волка, поэтому остальные навахо избегали его. И это прозвище было дано ему не просто так.
— Возможно, и так, — тихо произнес Бар-Кохба. — Но что дало дядюшке Чэнди повод подумать, что мы и Змеи сможем на этот раз воевать с ними лучше, чем в прошлый?
В наступившей неловкой тишине Кали сказала:
— Возможно, лейтенант Садорн объяснит нам, почему ей так необходимо уйти в подполье.
Все взгляды обратились на Кэсси, стоявшую в конце стола.
— За последние несколько дней я изучала окружающие фабричную территорию здания вместе с людьми мирзы. Мне показали установленные ими сенсорные датчики и мины-ловушки, и я дала им несколько полезных советов.
— Уверена, что они просто закачались от восторга, — вставила Анжела Торрес. Кэсси крепко сжала губы.
— Продолжай, Кассиопея, — произнес дон Карлос, впервые с начала совещания подав признаки жизни. Он был единственным человеком в полку, кто осмеливался называть ее полным именем.
— У меня возникло... ощущение, — сказала Кэсси. — Я не могу более точно объяснить, что это. Я почувствовала что-то в поведении людей, в том, как они на нас смотрят, что говорят друг другу, когда думают, что я их не понимаю: здесь готовится что-то очень серьезное, и это что-то касается ХТЭ. А значит, и нас с вами.
Офицеры переглянулись. Баярд усмехнулся, но промолчал. «Кабальерос», какого бы цвета кожи они ни были, обычно доверяли своей интуиции. По собственному опыту они знали, что предчувствия Кэсси обычно ее не подводят.
— А что мы теряем? — спросила Кали. — Можно подумать, что в полку полно такой работы, которую может выполнить только лейтенант Садорн.
— Она права, — поддержал Питер Пони-с-Белым-Носом, командир третьего батальона.
Бар-Кохба кивнул в ответ. Этот ковбойский ребби и Певец Навахо, чье второе занятие, давшее ему еще одно прозвище, было таким же, как у Бар-Кохбы, давно дружили. Их голоса опытных водителей роботов и командиров значили на совещании намного больше, чем звания. Эти два человека мыслили в одном направлении, зачастую объединялись вместе против более молодого и гораздо более импульсивного командира первого батальона.
Кэсси впилась взглядом в Габби Камачо. Иногда он, казалось, из кожи вон лез, чтобы заслужить благосклонность Кэсси. Иногда проявлял открытую ненависть к ней. Габби устроился в своем кресле, угрюмое выражение исказило красивые черты загорелого лица. Или он согласится с мнением старейших батальонных командиров, или не промолчит и будет унижен в глазах отца. Взвесив это, Габби резко кивнул и, что было ему несвойственно, придержал язык.
— А чем Кэсси станет заниматься? — спросил дон Койот, командир роты «Авангард». Он был таким же худощавым, как Габби, и красивым «ранчеро» с ухоженными усиками, баками, спускающимися по щекам, и зловещей усмешкой. Несмотря на свое подлинное имя О`Рурк и черный цвет кожи, он происходил из очень знатной семьи нортеньо, с планеты Серильос.
«Неудивительно, что бедняга Арчи просто за голову хватается», — неожиданно подумала Кэсси, сама удивившись тому, что у нее возникла эта мысль, так как она на совещаниях редко вспоминала о посторонних вещах. Еще больше она удивилась, обнаружив, что думает о репортере, скорее, с удовольствием, чем с презрением и осторожностью, хотя девушка до боли ясно понимала, чем он занимается на самом деле.
«Надо будет держаться от него подальше», — решила она про себя.
— Что? — презрительно усмехнулся Бобби Волк. — Поездить по соседям? Мы что, намереваемся сюда устроиться в прислуги, когда наскучит служба на фабрике?
Глаза Питера сузились на обветренном лице. На это чуть заметное движение, возможно, обратила внимание лишь Кэсси; она никогда не позволяла себе упускать ни одной детали и хорошо изучила выражения лиц командиров полка.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48