А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— Майк! — завопил Эдд. — Что ты делаешь?— Один остался!— Оглянись!Майк обернулся и, ничего не увидев, повернулся обратно. Крошечная ручка сжала его перчатку. Летучая ящерица висела сзади на его ремне.— Ну, пошли, малыш. Хотя ты и не мерзнешь, но лучше нам выбраться отсюда.
— Это произошло не по моей вине!— Знаю, знаю, — сказал Лек. — Жаль только, что мы решили снимать.Это не самая хорошая реклама.Майк погладил теплые гладкие стены регенерационного контейнера. Тайла «отключилась» на несколько часов. Майк поднял голову и посмотрел на ее плавающее тело. Сегодня она выглядела хуже.— Ладно, — сказал Лек, — какие повреждения?— Краска сильно облупилась.— Это не важно. Наверное, было похоже на взорвавшуюся бомбу?Майк не ответил.— Кто-нибудь пострадал?— Нет. Хотя, впрочем, у оператора скафандр немного протекал. Так что, когда мы выбрались из шлюза в рубку управления, ему было нехорошо. Он даже набросился на одну из этих летучих ящериц. Но, знаешь, у них такие острые зубки...— Спасибо за предупреждение.Лек, казалось, был раздавлен. Майк снова попытался завести разговор об образах, которые клаат'ксы мысленно передали ему.— В другой раз об этой монете, ладно? Майк замолчал. Лек не был расположен выслушивать теории о диверсии.— Как там Тайла? — спросил Майк.— Черт возьми, Майк, у тебя же есть глаза. Она похожа на сто фунтов гамбургеров, ей стало хуже. Майк взглянул на контейнер и отвел глаза. Да.— Эти ожоги всегда выглядят хуже перед тем, как начинают заживать.— Спасибо за ваше профессиональное мнение, доктор Мюррей. Сколько я вам должен?Майк прислонился к контейнеру. Что тут сказать? У всех сегодня тяжелый день. Глава 8 Майк находился на корабле один, он откинулся в пилотском кресле и наблюдал, как распахиваются стальные двери шлюза. Генератор воздуха опять был отключен, но предполагалось, что к моменту окончания гонки его включат. Майк надеялся на это.Вдоль всей изогнутой линии пит-ринга распахивались другие двери одни из них разъезжались, другие разгибались, словно распускающиеся бутоны, третьи просто таяли, чтобы потом возникнуть вновь в результате какого-то таинственного процесса. Гоночный Комитет решил, что каждый может изощряться с этими чертовыми дверьми настолько, насколько позволяют финансы.Майк осмотрел поле. К старту готовились семнадцать гоночных кораблей, два из них прежде не участвовали в заездах. Это были гибриды класса А — одиночки с ограниченным запасом топлива, только для стажеров. Лететь предстояло по недавно подготовленной пятой трассе. Майк еще раз просмотрел список. Нет, Дувр Белл не участвует. Ну что ж.Возможно, это слишком мелкая гонка, чтобы из-за нее беспокоиться. Майк задраил отсек, получил подтверждение от Эндрю из рубки управления и направил корабль в сторону ленты, которая опоясывала Питфол по экватору.Контроль движения запросил у экипажей сигналы о готовности. Майк разрешил Эндрю подать сигнал и вывел корабль за пределы километровой зоны безопасности.Раздалась команда: «Пилоты, проверьте двигатели». Майк произвел выхлоп через главный реактивный двигатель, задействовав десять процентов мощности, и сбросил газ, погасив скорость маневровыми двигателями. Все, казалось, шло прекрасно, но вдруг на компьютере двигателя появились новые данные, в последнюю минуту потребовалась наладка.— Что, Дуайн?— Сейчас подрегулируем немного уровень поступления горючего. Не стоит беспокоиться.— Надеюсь, что не стоит.— Загорелся желтый свет, — поступило объявление Контроля Движения.— И без вас вижу, ребята, — пробормотал Майк. Он почему-то чудовищно волновался сегодня. С того злополучного испытания двигателя, окончившегося пожаром, он чувствовал себя так, словно его сглазили. Майк огляделся вокруг, увидел над головой клочки обгоревшей изоляции. Нет, не пожар довел его до такого состояния. Его мучила возможность новой диверсии — образ, отпечатанный в его мозгу усилиями клаат'ксов. Он завладел всеми его мыслями.Контроль Движения объявил: «Пилотам выдвинуться на девять километров».— Спасибо.Приближаясь к зоне выхода, он в последний раз провел автодиагностику систем. Как и в предыдущих заездах, все индикаторы горели зелеными огоньками. Майк нахмурился:— И зеленый свет не всегда спасает.— Ты что-то сказал? — донесся по связи голос Эндрю.— Прости, я просто говорил сам с собой.— Попытайся сосредоточиться, — сказал Лек.— Да, сэр.Черная зона выхода, окаймленная красными бакенами, заполнила экран. Контроль Движения Питфола запросил его импульсный повторитель, проверил код и разрешил вылет.Поступило объявление: «Скрученное кольцо открыто. На бельм свет входите в ринг».Лоб Майка покрылся капельками пота, которые отказывались скатываться вниз при нулевом g. Он поднял было руку, чтобы стереть их, но только наткнулся на стекло шлема.— А, черт, — пробормотал он.На панели засветился белый свет.Майк врубил главный двигатель, вошел в зону......и очутился в скрученном кольце четвертым в ряду. Это долго не продлится. На тренажере он был седьмым, поэтому знал, что другие корабли будут входить в скрученное кольцо впереди него. Иногда гонки начинаются мгновенно, и корабли отвоевывают позиции уже внутри скрученного кольца. Эта гонка была более цивилизованной: Контроль Движения привел поле в порядок.Майк глубоко вздохнул, еще раз проверил датчик топлива и тронул рычаг контроля позиции. Корабль плавно заколебался, все двигатели работали исправно. Спереди и сзади корабли покачивались и ныряли, это пилоты нервно проверяли двигатели.— Пока неплохо.— Не расслабляйся, Майк, — сказал Лек.— Прости.Он посмотрел в иллюминаторы — передний, задний, боковые задержав взгляд на Клипсисе. Скрученная трасса изгибалась вокруг Питфола, и там, где поле уходило внутрь, Майк мог видеть яркую желтую звезду, заполнявшую экран.Мощное искажающее поле Питфола было всего пятнышком рядом с Клипсисом, но отсюда, с расстояния в несколько километров, оно казалось таким же огромным. Матовая сферическая нижняя поверхность Питфола скрывалась за слоем водорода, который он отсасывал у Клипсиса каждый раз, выныривая из-под звезды, — здесь образовывался изогнутый, сужающийся отрезок трассы, знаменитый двойной изгиб, известный под названием Коготь Дракона.— Поле сформировано, — вышел на связь Контроль Движения. — Прошу объявить свой статус.Майк нажал кнопку " ГОТОВНОСТЬ " и получил подтверждающий сигнал. В большом иллюминаторе опознавательные огни кораблей один за другим мигали, загораясь зеленым. Майк ждал, пока двое копуш не заявят о себе. Один наконец загорелся зеленым, другой подался в сторону Питфола, его кодовые огни мигнули и погасли. Отказ двигателя.— Повезло, — пробормотал Майк, проверяя, отключен ли микрофон.Гонка еще не началась, а он уже оказался на шестой позиции.— Приготовьтесь к ускорению, — предупредил Контроль Движения.Майк был давно готов. Он смотрел в иллюминатор, туда, где трасса загибалась вверх, плавно преодолевая барьер скорости света. Лидер-корабль изменял параметры трассы. Невидимые стены этой трубообразной тропы начинали слабо светиться, их радиус увеличивался при возрастании скорости. В миллионный раз Майк проверил свою «упряжь», убедился, что охладительные трубки не протекают, затем стал следить за бегущими по экрану цифрами. Трансфактор два... два и три десятых... шесть десятых... девять десятых... трансфактор три...Питфол, Клипсис, сверкающий Коготь — все превратилось в радужный мазок. Трасса задрожала от энергии, вливаемой в нее лидер-кораблем. При трансфакторе три и пять десятых трасса разорвала свое кольцо, распрямляясь, вытянулась в расширяющуюся спираль и вонзилась в спидвей в пяти миллионах километров от центра Клипсиса.Быстро наступила стадия конечного ускорения, расширяющаяся трасса заискрилась мерцающими огоньками. Не успел Майк заметить, как это произошло, а они уже очутились на спидвее, вытянувшись в линию с интервалом в пятьдесят метров друг от друга, скатываясь в середину грува. Корабли пересекли стартовую черту. На его панели загорелся зеленый свет. Гонка началась.Майк тут же вошел в скоростной сдвиг, пытаясь обогнать парня впереди, Якобсена, которому, как оказалось, пришло в голову то же самое в ту же самую секунду. Некоторое время Майк держался вплотную к выхлопу Якобсена, потом метнулся в грув, причалил на секунду и рванул к противоположной стороне грува, вложив в этот бросок всю мощь двигателей. На панели вспыхнул красный свет, двигатели взвыли, словно злые духи. Майк, стиснув зубы, выжимал из машины все что можно, пока не увидел, что Якобсен сдался, скользнул в грув и отключил двигатели. Майк засигналил, еле сдерживая вибрирующий от ускорения корабль.Он опустился в грув так близко к Якобсену, что получил предупреждающий сигнал. Некоторое время они скользили по инерции, нос к хвосту, пока Майк не плюнул на неумолкающий сигнал, выругал несговорчивого пилота, который отказывался уступить дорогу, и опять ушел в сдвиг.Секунд пять он проталкивал корабль против течения при двигателе, работающем на трех четвертях максимальной мощности, затем прыгнул обратно в грув, обогнав соперника метров на восемьдесят. И только теперь перевел дыхание.Он был на пятой позиции.— Это не похоже на тебя, Майк, — донесся голос Лека. — Ты продвинулся всего на одно место, а чего это тебе стоило? Почти трети всего горючего.— Знаю, — сказал Майк. — Прости.Вообще-то тактикой гонок в команде должен был заниматься Эндрю, но Лек решил дать Майку возможность показать себя. Маленький эксперимент на проверку тактического мастерства.— Попробуй еще раз, — предложил Лек.Майк включил маневровые двигатели и скользнул к объездной дорожке. Чем больше он удалялся от грува, тем меньше становилась его скорость, и за несколько секунд корабль Якобсена без труда восстановил свою позицию. Майк увидел приближающийся красный гравитационный бакен и попытался, оттолкнувшись от него, соскользнуть по наклонному спуску в туннель. Но он притерся к бакену слишком близко и его чуть не засосало в гравитационный колодец, а потом пришлось слишком долго ждать, чтобы попасть в туннель, теряя при этом скорость. Ему даже пришлось уменьшить тягу, и все равно он пропустил вход в трубу.Лек ничего не сказал. Слова были излишни.Майк еще сбросил газ, чтобы сэкономить топливо, и теперь обреченно смотрел, как половина заезда пролетает мимо, беспрепятственно скользя по центру грува.Через тридцать секунд, приблизившись к следующему входу в туннель, Майк врубил двигатель на максимум.— Майк, там...— Я знаю!Он увидел этот дурацкий бакен, который, вращаясь, приближался к нему, сверкая ярко горящей мишенью. Это был действительно крупный бакен, такой мог придать дополнительное ускорение.Но сейчас Майк слишком нервничал, чтобы попытаться просочиться по узкому спуску, огибавшему бакен. Он просто с ходу рванул по прямой старый грубый прием.На этот раз он попал в туннель без промаха, и корабль заскользил как по маслу, набирая скорость. Майк вырубил главный двигатель и включил маневровые, протискивая «Девяносто Девятый» через извилистый сужающийся туннель искривленного пространства.Майк отчаянно боролся с рулями, пока корабль дергало и бросало в завихрениях, которые делали скоростной сдвиг таким гладким и гостеприимным. При этом он не сводил глаз с экрана. Его корабль взбирался вверх, медленно обходя ребят в груве. Но время работало против него. На этой трассе петли длились всего три с половиной минуты, и корабли уже приближались к плоскости эклиптики, где горела отметка старт-финиш. Конец первого витка.— Что ты собираешь делать теперь? — спросил Лек.Туннель скоро должен был выплюнуть его на трассу. Таковы были правила. Майк проверил датчик топлива и с упавшим сердцем понял, что баки практически пусты. Ему уже не удастся еще раз прыгнуть в трубу без дозаправки.Майк включил передатчик, готовясь ответить Леку, но туннель внезапно расширился. Он быстро проскочил через светящиеся полосы — белая, черная, белая, черная, белая, черная — и корабль снова очутился на трассе. Как раз на подходе к десятому гравитационному бакену.Майк вскрикнул и начал неуклюже маневрировать, теряя скорость быстрее, чем можно было позволить в подобной ситуации, пока наконец не включил главный двигатель, выводя корабль в грув. Майк перевел дыхание и взглянул на экран. Теперь он был четвертым.Еще одно место отвоевано — и не осталось ни капли топлива. Майк заскользил вдоль внутренней стороны петли, не пытаясь улучшить позицию, даже не виляя из стороны в сторону, чтобы затруднить обгон идущему сзади. Все было бесполезно.На середине третьей петли все пилоты, у которых еще сохранились остатки топлива, внезапно принялись неистово обгонять друг друга, ныряя в туннели. Расположение кораблей менялось раз двадцать, одно оставалось неизменным: всякий, кому приходило в голову обогнать Майка, мог сделать это, не пошевелив и пальцем. Когда у юс нет топлива, вы беспомощны, как трудной младенец, и это известно всем.В конце концов даже лидеры истощили свои запасы и нырнули к питам. Майк тоже ушел с трассы, теряя последние капли топлива. К тому времени, как его корабль добрался до зоны выхода у северного полюса Питфола, Майк не был уверен, хватит ли ему топлива преодолеть оставшиеся шесть или семь километров до пит-ринга, где мигал гоночный бакен Крувена — красный; желтый; белый; белый.Майк остановил корабль рядом с заправочной линией, но слишком далеко — длины шланга не хватало. Он выругался, дергая рычаг вперед и назад. Никакого эффекта. Баки пересохли.Майк огляделся с диким видом и тут услышал голос Эндрю:— Отлично, Майк. Сейчас мы подцепим тебя и подтащим поближе.Майк застонал и перевел двигатели на режим микровыхлопа, чтобы использовать последний килограмм реактивного топлива. Корабль дернулся, подался вперед и тяжело врезался в буфер.Майк мгновенно включил сканирующий экран, просматривая повреждения. Все обошлось.Не обошлось.Пластины причального буфера застряли между ребрами радиатора корабля, и теперь раскаленные ребра, изогнувшись, перекрыли отток горячих газов. Температура двигателя угрожающе подскочила.— О, нет...Майк смотрел на убегающий вверх столбик данных. Температура достигла предельного значения, трубы топливного насоса лопнули, и корабль жалобно зазвенел. На панели вспыхнули аварийные индикаторы, запели сигналы тревоги.— Только не это, — стонал Майк. — Боже, прошу тебя!— Ну что ж, ты его доконал, — спокойно сказал Лек. — Я вижу пар даже отсюда.Майк включил задний обзор. Туман из кристалликов замерзшего топлива искрился над щитом верхнего вентилятора.Из дока выдвинулись манипуляторы захвата, перевернули корабль вместе с Майком и втащили его внутрь.Гонка для него окончилась.Краем глаза Майк заметил какое-то движение за иллюминатором. Это подлетела камера шерифа гонок, чтобы заснять корабль. Гоночный Комитет следил за ним. На него смотрел весь Питфол.— Послушай, Майк, — сказал Лек равнодушным тоном, — когда освободишься, я бы хотел потолковать с тобой. Майк выругался — про себя. Впрочем, его уже никто не слушал.Когда оттягивать разговор было уже невозможно, Майк вышел из ванной. Лек ждал его в комнате.— Я уж думал, тебя смыло в канализацию, — сказал он, улыбаясь.Майк покачал головой, но не улыбнулся. Ему хотелось поскорее покончить со всем этим.— Корабль будет готов через два-три дня, — сказал Лек. — К счастью, мы не пропустим ни одной гонки — за исключением сегодняшней, разумеется. Майк кивнул.— Нам придется арендовать другого робота для испытаний, продолжал Лек. — Наш все еще не остыл после последнего осмотра. Майк еще раз кивнул и подумал, почему Лек не орет на него. От страха у него похолодело внутри.Лек произнеси — Ты, конечно, понимаешь, что натворил?— Да, сэр.— Сжечь все горючее до капли было чудовищной глупостью.Майк кивнул. Лек слегка улыбнулся.— Но я думаю, такое может случиться с каждым. Я хочу сказать, со мной такого не случалось, но пару раз я был близок к этому. Майк решил, что в данной ситуации безопаснее будет улыбнуться.— Но, — улыбка Лека превратилась в ужасную гримасу, — включить главный двигатель в зоне безопасности? Более безответственного и опасного поступка я в жизни не видел. У тебя следовало бы отобрать лицензию. Мы оштрафованы Гоночным Комитетом. Если бы это сделал я, я бы... Если бы любой пилот сделал подобное, он бы уже паковал чемоданы — при условии, что ему дали бы на это время. Его бы просто вышвырнули из гонок. Навсегда! Майк заморгал.Из гонок навсегда. От этой мысли он содрогнулся.— Я не хотел.— Что, черт возьми, с тобой происходит, Майк? Ты никогда не делал подобных ошибок.— Я не знаю. Я просто... не в себе.Он посмотрел на Эддингтона, который сидел в дальнем углу контрольной рубки, притворяясь, что не слушает. Лек понизил голос.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18