А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


OCR Денис
«Джеймс Патерсон. Медовый месяц»: АСТ, АСТ Москва, Транзиткнига, Харвест; Москва; 2006
ISBN 5-17-036996-4, 5-9713-2426-8, 5-9578-4123-4, 985-13-7647-7
Оригинал: James Patterson, “Honeymoon”
Аннотация
Смерть преследует всех мужчин, очарованных красотой Норы Синклер, а их миллионы оказываются на ее офшорных счетах.
Цепь невероятных совпадений?
Несколько лет Норе удавалось убеждать в этом всех, даже полицию.
Но теперь ею заинтересовалось ФБР, не верящее в такие совпадения.
Дело о загадочной гибели молодых состоятельных мужчин поручают опытному агенту Джону О'Харе.
Поначалу он предполагает, что перед ним классическая «черная вдова» — убийца богатых мужей и любовников.
Но чем дольше Джон размышляет над странными событиями в жизни Норы, тем яснее осознает: расследуя запутанное дело, он рискует очень многим. Не исключено, что даже собственной жизнью...
Джеймс Паттерсон, Говард Роуэн
Медовый месяц
Пролог
Что со мной?
«Вещи далеко не всегда являются такими, какими кажутся на первый взгляд».
Минуту назад я чувствовал себя абсолютно здоровым и вдруг скрючился в три погибели и в агонии схватился за живот, не понимая, что со мной происходит.
Я знаю только то, что ощущаю в данный момент, и не могу поверить в реальность происходящего. Такое чувство, будто внутреннюю часть живота выжигают страшным огнем. Я стону от боли, кричу от ужаса, а еще молюсь — молюсь, чтобы все это наконец-то закончилось.
Но боль не утихает.
Неистребимый огонь продолжает выжигать мою плоть изнутри, разрывает желчный пузырь, и капли желчи просачиваются, окропляя все внутренние органы... кап... кап... кап. Воздух мгновенно наполняется дурманящим запахом моего разлагающегося тела.
«Я умираю», — говорю я себе.
Впрочем, не умираю. Это хуже, чем смерть. Гораздо хуже. С меня просто сдирают кожу, сдирают изнутри, и это еще только начало.
Как всепоглощающий огонь, боль заполняет мое тело и медленно поднимается к горлу, где в конце концов взрывается и перекрывает доступ свежего воздуха. Я начинаю задыхаться и судорожно хватаю ртом воздух. Потом падаю на пол, не в силах выбросить вперед руки, и изо всей силы ударяюсь головой о грубый деревянный пол. От удара моя голова, кажется, раскалывается на части, а из открытой раны над правой бровью на пол начинают стекать тонкие струйки крови. Я несколько раз моргнул от боли, но это было все, на что я оказался сейчас способен. Да и что я мог сделать, если на такую рану надо накладывать швы?
А боль тем временем становилась сильнее. Порой мне казалось, что она выходит из меня через нос, через рот и даже через уши. Боль наполняет мои глаза, отчего они раздуваются, как маленькие шарики, готовые лопнуть в любую минуту.
Я попытался подняться на ноги, но так и не смог этого сделать. Ноги налились свинцом и подкашивались при каждом движении. Ванная комната была в десяти футах от меня, но сейчас мне казалось, что до нее десять миль, не меньше.
С огромным трудом мне удалось приподняться, и я на четвереньках пополз к ванной. Там я заперся изнутри и опять рухнул на пол, не в силах больше держаться на онемевших ногах. И снова ударился головой, но на этот раз удар о холодный каменный пол ванной был настолько сильным, что в голове что-то треснуло, а коренные зубы, казалось, раскололись на части.
Я видел, что раковина недалеко от меня, но она, как и все остальное, кружилась перед глазами, не давая возможности сосредоточиться на ней. Я с большим трудом протянул руку и попытался ухватиться за ее край, но не смог этого сделать. Все тело раскалывалось от боли, а любое движение порождало ощущение, что через него пропустили ток силой в тысячу вольт. Никаких шансов.
Но я собрался с силами и пополз к спасительной раковине. Невыносимая боль пронизала все тело, затронув даже кончики пальцев. В этот момент мне казалось, что даже ногти наполнены резкой болью, когда я цеплялся ими за края кафельной плитки. У самой раковины я из последних сил обхватил рукой ее основание и с трудом приподнял голову. Мне каким-то образом удалось открыть рот и вдохнуть глоток воздуха. Потом я стал медленно подниматься вверх, чувствуя, как разрываются в клочья грудные мышцы. Было такое ощущение, что какая-то неведомая сила терзает их, превращая в окровавленные куски плоти, которые затем швыряет на пол.
Послышался стук в дверь. Я испуганно повернул голову, с трудом удерживаясь на ногах. Стук становился все более громким и настойчивым. В какой-то момент он превратился в грохот.
Если бы это громыхание означало для меня спасение, если бы хоть кто-то пришел мне на помощь и избавил от невыносимой боли!
Но нет, тот, кто стучал в эту дверь, меня не спасет. Теперь я уже понимал, что происходит. Конечно, я не знал, что именно убивает меня сейчас, но зато очень хорошо знал, кто это делает.
Часть первая
Превосходная пара
Глава 1
Нора чувствовала, что Коннор внимательно наблюдает за ней.
Он всегда делал это, когда она собирала вещи, отправляясь в очередную поездку. В такие минуты Коннор облокачивался на дверь спальни всей массой огромного, более шести футов, тела и молча смотрел на нее, засунув руки в карманы брюк фирмы «Докерс». Он ненавидел даже саму мысль о расставании с ней, и это всегда отражалось на его угрюмом лице.
Обычно Коннор стоял молча, пил свою любимую минеральную воду «Эвиан» и недовольно глядел, как она торопливо пакует дорожную сумку. Однако в этот вечер он не сдержался.
— Не уезжай, — произнес Коннор глубоким голосом.
Нора повернулась к нему с приветливой улыбкой на губах.
— Ты же знаешь, что я не могу отказаться. Мне самой это осточертело, но ничего не поделаешь.
— Не уезжай, Нора. Просто скажи нет, и все. Пошли их ко всем чертям. Я ужасно соскучился по тебе.
С первого дня их знакомства Нора хорошо знала, каким уязвимым и беззащитным может быть Коннор в общении с ней, и это пробуждало в ней трогательные чувства. Тем более что такое поведение Коннора резко контрастировало с его положением крупного публичного деятеля, очень богатого человека и весьма преуспевающего менеджера, который владеет достаточно успешной компанией в Гринвиче и имеет офис в Лондоне. Даже по выражению глаз Коннора можно было без труда определить, что он обладает всеми качества льва — мощью, решительностью и гордостью.
И в самом деле, в свои относительно молодые годы, в возрасте сорока лет, Коннор выглядел царственной особой, самым настоящим королем на фоне окружающих его людей. А в лице Норы, которой было тридцать три года, он нашел свою королеву, нежная душа ее вполне соответствовала его царственному облику.
— Знаешь, я мог бы связать тебя по рукам и ногам и оставить в этой спальне, — шутливым тоном заметил Коннор.
— Очень остроумная шутка. — Она бросила на него игривый взгляд, после чего опять стала рыться в сумке, проверяя наличие каких-то важных для нее мелочей. — Ты бы лучше помог мне найти мой зеленый кардиган, — озабоченно проворчала Нора.
Коннор улыбнулся. Ему нравилось общаться с ней. Только эта женщина понимала его не совсем удачные шутки и всегда реагировала на них спокойно, без лишних эмоций.
— Ты имеешь в виду тот, что с перламутровыми пуговицами? Так он там, в шкафу.
Нора весело рассмеялась:
— Значит, ты снова повадился в мой платяной шкаф и оставляешь там свои вещи?
Она быстро пошла в гардеробную комнату и вскоре вернулась оттуда с зеленой кофтой в руках. В этот момент Коннор подошел к кровати и уставился на нее немигающим и очень хитрым взглядом.
— О-о! — простонала Нора. — Мне хорошо знаком этот взгляд.
— Какой взгляд? — изображая недоумение, спросил он.
— Тот самый, который выражает желание получить прощальный подарок. — На какое-то мгновение Нора остановилась в раздумье, а потом слегка покраснела от смущения, бросила зеленую кофту на кровать и приблизилась к нему. На ней в этот момент были только узкие трусики и соответствующий им ажурный бюстгальтер. — Подарок от меня, — едва слышно прошептала она ему на ухо.
Коннор не преминул воспользоваться этой секундой, обняв Нору за плечи и прижав к себе. Он нежно поцеловал ее в шею, потом в оба плеча, после чего опустился ниже и стал осыпать поцелуями выпуклые изгибы небольших, но упругих грудей. При этом он одной рукой продолжал удерживать ее, а другой лихорадочно возился с застежкой бюстгальтера на ее спине.
Нора напряглась всем телом, с трудом сдерживая дрожь. «Умный, веселый и необыкновенно хорош в постели, — подумала она. — О чем еще может мечтать любящая его женщина?»
Коннор опустился на колени и поцеловал ее слегка выпуклый, но все еще упругий живот. Погладив пупок, он несколько раз провел по нему языком, а потом стал опускаться ниже, попутно сворачивая в трубочку ее тонкие трусики.
— О... — прошептала Нора, закрыв глаза. — Как это... приятно.
Через минуту настал ее черед. Когда Коннор выпрямился перед ней во весь свой огромный рост, она стала раздевать его. Движения Норы были быстрыми, ловкими, но вместе с тем чувственными и нежными.
Какое-то время они стояли совершенно обнаженными и любовались друг другом, словно пытаясь запомнить каждую деталь, каждый изгиб тела.
И вдруг Нора игриво толкнула Коннора на кровать и весело рассмеялась, когда он плюхнулся на спину, широко расставив ноги. От этого его возбужденная плоть стала еще более впечатляющей. Нора с восхищением смотрела на coвершенное мужское тело, а потом сунула руку в сумку, вынула оттуда ремень фирмы «Феррагамо» из черной эластичной кожи и намотала его на руку.
— Ну, так кто тут хотел связать меня по рукам и ногам? — шутливо спросила она, помахивая ремнем.
Глава 2
Через тридцать минут, завернувшись в домашний халат розового цвета, Нора спустилась на первый этаж роскошного трехэтажного особняка Коннора, выстроенного в неоклассическом колониальном стиле и занимавшего площадь более одиннадцати тысяч квадратных футов. Этот великолепный дом производил впечатление даже на фоне высоких стандартов района Брайерклиф-Мэнор и других аристократических поселков округа Уэстчестер.
Кроме того, каждая комната в доме была обставлена прекрасной мебелью, соответствующей самому изысканному вкусу, и содержала в себе немало любопытного — все из лучших антикварных салонов Нью-Йорка: «Элиеш — Ван Бримс», «Нью-кэнан антик», «Силк перс» и так далее. Воображение гостей поражали оригинальные полотна Моне и представителей художественной школы Хадсон Ривер, включая самого Томаса Коула. А в библиотеке стоял уникальный секретер британского короля Георга III, который когда-то принадлежал знаменитому семейству Морганов. На этом секретере всегда покоилась коробка для хранения сигар, которую бывший президент США Ричард Никсон подарил кубинскому лидеру Кастро вместе с подтверждающими документами. И в заключение следует упомянуть огромный винный погреб, в котором хранилось почти четыре тысячи бутылок превосходного вина.
По правде говоря, для оформления интерьера своего дворца Коннору пришлось нанять целую армию нью-йоркских дизайнеров, и среди них он в конце концов выбрал самого лучшего специалиста в этой области. Дизайнер произвела на него такое впечатление, что он вскоре пригласил ее на свидание, а еще через полгода она оказалась в его постели. Надо сказать, что эта встреча пришлась по душе им обоим. Ей было удивительно хорошо от общения с интересным и сильным человеком, а он просто сходил с ума от ее умения вдохнуть в него наполненную новым смыслом жизнь. Никогда еще он не испытывал такого счастья, как с этой женщиной.
За пять лет до этого Коннор встретил свою первую любовь, обожал ее, боготворил, но его невеста Мойра внезапно умерла от рака, и он даже представить не мог, что когда-нибудь снова сможет полюбить. И тут в его жизни неожиданно появилась Нора Синклер...
Спустившись на первый этаж, Нора пересекла мраморный холл, миновала столовую и вошла в кухню, свое любимое место. Она так проголодалась после любовных игр с Коннором, что решила немного перекусить перед дальней дорогой. До поступления в Нью-йоркскую школу дизайна Нора мечтала получить образование в кулинарном училище и стать первоклассным шеф-поваром — даже ходила с этой целью на курсы школы «Ле кордон блю» в Париже, но жизнь распорядилась иначе. С тех пор ей приходилось украшать интерьеры зданий, а не обеденные столы, но она ни на минуту не забывала о прежней страсти и использовала любую возможность, чтобы поколдовать на кухне. Это занятие и без того приносило ей огромное удовольствие, а в доме Коннора, горячо любимого Норой человека, она готова была совершить настоящие кулинарные чудеса. Впрочем, даже приготовление самого обыкновенного двойного чизбургера с луком и черной икрой доставляло им обоим несказанную радость.
Минут через пятнадцать она громко позвала Коннора:
— Дорогой, у меня все готово, а у тебя?
Он быстро спустился вниз в тех же брюках и майке, почти вбежал в кухню и обнял Нору, которая еще не отошла от плиты.
— Нет на земле другого такого места...
— Где мне хотелось бы остановиться, — продемонстрировав эрудицию, закончила она знаменитую фразу. Это было их любимое занятие. Один начинал какую-то фразу, а другой должен был завершить ее. Они называли это разделенной мантрой и постоянно проверяли друг друга на психологическое соответствие, когда находились вместе. К счастью, такие взаимные экзамены они выдерживали легко. Несмотря на разное социальное происхождение и образование, они прекрасно дополняли друг друга и понимали практически с полуслова.
Коннор заглянул через ее плечо и посмотрел, как она режет на тоненькие колечки лук.
— Неужели ты никогда не плачешь от лука?
— Никогда, — смеясь, ответила Нора. — Он на меня не действует.
Коннор на всякий случай отошел в сторону и сел на стул.
— Когда за тобой приедет машина?
— Меньше чем через час.
Он молча кивнул и заерзал на стуле, устраиваясь поудобнее.
— А где находится этот твой клиент, который вынуждает тебя работать по воскресеньям?
— В Бостоне. Это недавно вышедший на пенсию человек, который только что купил и отремонтировал огромное предприятие в Бэк-Бэй.
Нора порезала лук, заправила им два огромных чизбургера, а потом налила Коннору пива, а себе — эвианской воды.
— Да, это вкуснее, чем чизбургеры от «Смита и Воленски», — заключил Коннор, прожевав первый кусок. — А если к этому добавить совершенно очаровательного шеф-повара, то вообще говорить не о чем.
Нора радостно улыбнулась:
— Ты еще не пробовал мое мороженое с клубникой. Я специально приготовила его для тебя. — Она сама обожала это мороженое и по особым случаям всегда подавала его к столу. А рецепт блюда она привезла из Цинциннати.
Нора сделала глоток из стакана и молча наблюдала, как Коннор с ужасающей быстротой поглощает ее чизбургер. Впрочем, он всегда ел быстро, как будто боялся опоздать на поезд. У него был отменный аппетит, и это всегда радовало ее.
— Боже мой! — воскликнул он, вытирая губы. — Как я люблю тебя!
— И я тебя тоже. — Она поставила на стол стакан с водой и посмотрела в его голубые глаза. — Я действительно очень люблю тебя. И не просто люблю, а восхищаюсь тобой.
Коннор поднял вверх обе руки, словно соглашаясь с ней:
— В таком случае чего же мы медлим?
— Что ты хочешь этим сказать? — насторожилась Нора. — Я хочу сказать, что на тебе сейчас больше одежды, чем на мне.
Нора растерянно заморгала:
— Ну и что ты предлагаешь?
— Нет-нет, ничего особенного, — замахал руками Коннор. — Просто высказал вслух некую мысль, не более того. — С этими словами он сунул руку в карман и вынул оттуда небольшую коробочку голубого цвета с лейблом «Тиффани». Не успела Нора и слова сказать, как он опустился перед ней на колено и протянул ей коробку. — Нора Синклер! — торжественно объявил Коннор. — Ты сделала меня невероятно счастливым человеком. Я просто поверить не могу, что мне выпала такая потрясающая удача — встретить тебя. Ты выйдешь за меня замуж?
Нора оторопело смотрела на него, потом перевела взгляд на коробочку, медленно открыла ее и увидела сверкающий всеми цветами радуги огромный бриллиант. На глазах у нее появились слезы.
— Да, да, — прошептала она, а потом громко закричала: — Да! Я выйду за тебя, Коннор Браун! Я безумно люблю тебя!
Послышался звук откупориваемого шампанского. Коннор приподнял вверх бутылку заранее приготовленного вина «Дом Периньон» урожая 1985 года и налил два полных бокала. Кроме того, он приготовил виски «Джек Дэниел» на тот случай, если Нора откажется от шампанского.
— За наше бесконечное счастье! — торжественно произнес он, высоко поднимая бокал.
— За наше бесконечное счастье! — эхом повторила она, сияя от переполнявшего ее чувства. — За нас и за нашу любовь!
Бокалы зазвенели, после чего оба выпили шампанское и взялись за руки. Последовали горячие объятия и страстные поцелуи.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29