А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Зачем брать грех на душу?
— Время, уважаемый Андрей Иванович. У нас нет времени.
— Хорошо, — «монстр» налил себе кофе и начал тщательно размешивать сахар. — Хорошо. Я, возможно, помогу вам. Если, — он поднял палец, заметив радостное выражение глаз Кардинала, — если то, что вы будете делать, придя к власти, соответствует интересам Баланса. Кроме того, как вы догадались ещё до нашего знакомства, шарх есть не что иное, как инструмент в руках неких личностей, которые, используя псиметоды, управляют им, а через него государством.
Именно их я рассматриваю как объект атаки. Вы нашли их?
— Пока только подбираемся, — неуверенно сказал Бардин. — Но смею вас заверить, что, если вы поможете нам сейчас получить власть, мы найдём их значительно быстрее. И уничтожим физически, — закончил он, почти машинально отметив пустоту в глазах Рублевского.
— Ну, допустим, я устраняю шарха. Что у вас имеется для прихода к власти?
Николай Иванович понял, что настал самый ответственный момент. Было ясно, что главная задача убедить «монстра» в возможности захвата власти Партией. Как она будет действовать потом, вопрос решаемый. В конце концов «монстр» сам может указать что делать,
— Нами подготовлено все для предвыборной кампании. Создан Фонд поддержки народного президента» который будет финансировать ортодоксальные выборные технологии, используемые с помощью СМИ. Сконцентрировано большое количество наличности на осуществление манёвров с активными участниками ситуации. Активные участники, сами того не подозревая, прошли психическое структурирование и готовы к приёму воздействия извне. Заготовлены несколько десятков миллионов листовок, составленных специалистами моей лаборатории, которые способны воздействовать на подсознательные параметры всех псимоделей. Сформированы в мегаполисах и в регионах группы а оперативного воздействия, которые будут ежечасно проводить мини-митинги, в ходе которых будут воздействовать на избирателей на всех трех психических уровнях. Кроме того, в нужный момент мы получим необходимую поддержку из Европы…
Рублевский внимательно слушал, время от времени кивая головой. Все, о чем говорил Кардинал, свидетельствовало о том, что Партия серьёзно, а главное, незаметно подготовилась к проведению «тихого» переворота.
— А как с электронными средствами подсчёта голосов? — внезапно спросил он.
— Что вы будете делать, чтобы не допустить фальсификацию выборов, как это было в 1996 году?
— Это один из самых сложных моментов, — с готовностью признал Бардин. Нами выявлены все люди, от которых будет зависеть фальсификация, и взяты под жёсткий контроль. К каждому приставлена бригада спецоператоров, как мы их называем. В момент подсчёта эти люди будут поставлены перед дилеммой потерять семью или не допустить фальсификацию. Наблюдение будет вестись очень тщательно с помощью нашей агентуры в структурах, контролирующих механизм подсчёта голосов. Высокооплачиваемой агентуры.
— Хорошо. Допустим, вы меня убедили. Хотя, должен признаться, ваши методы несколько не укладываются в рамки общепринятой морали.
— Но у вас ведь нет общепринятой морали, Андрей Иванович, — усмехнулся Бардин.
— Я сказал, общепринятой, уважаемый Николай Иванович, а не моей.
— И здесь вы не правы, любезный Андрей Иванович. Нынешняя общепринятая мораль вполне соответствует нашим действиям. Поэтому мы хотели бы её изменить.
В пустых глазах «монстра» появилось лёгкое беспокойство.
— Вы, надеюсь, не подумали, что я вас осуждаю.
— Боже упаси. Ваши людские дела меня абсолютно не касаются. Итак. Вы захватили власть. Как вы её употребите?
— Мы создадим эффективную психическую систему управления обществом в целом и отдельными людьми. Каждый, кто попытается сопротивляться этой системе или выйти за её рамки, будет уничтожаться либо системой, либо самим собой.
— Страх?
— Пока только страх.
— Мда-а, — протянул Рублевский. — Не очень приятное блюдо для биоэнергетического поля планеты, но, во всяком случае, безвредное. А как насчёт биогенераторов, подрывающих Баланс?
Сначала Бардин не понял, что под биогенераторами Рублевский подразумевал живых людей, но затем, сориентировавшись в проблеме, быстро ответил:
— Часть их будет ликвидирована физически. Остальные подвергнутся воздействию псисистемы.
— Сколько же генераторов вы намерены отключить?
— По нашим подсчётам, их минимальное количество составит семьдесят-восемьдесят тысяч. Ликвидированы будут разом. Нами уже спланирована операция, которую мы проведём через три месяца после прихода к власти. Надеюсь, технические детали вас не интересуют?
— Нисколько. Я помогу вам. Но потребуется некоторое время.
— Сколько?-напряжённо спросил Николай Иванович.
— Так, давайте посчитаем, — задумчиво ответил Рублевский. — Псиматрица шарха мной изготовлена. На это времени не требуется. Наносить энергетический удар означало бы большие затраты энергии, необходимые для подпитки поля планеты. Остаётся запись смертельной информации в его индивидуальное биополе. Для этого понадобится изготовить специальный биогенератор, работающий в том же диапазоне, что и шарх. На это уйдёт шестнадцать дней. Есть маленький недостаток. Когда генератор начнёт работать в диапазоне шарха и я запишу необходимую информацию в его биополе, эта информация убьёт не только шарха, но и биогенератор, если тот не успеет перестроиться на свой диапазон. На перестройку у него уйдёт шестнадцать недель минимум. Информацию можно записать разную. Эффект в зависимости от этого будет достигнут за период от нескольких часов до года. Если хотите сохранить биогенератор, то шарх не прекратит своё существование раньше чем через шестнадцать недель.
— Кто будет биогенератором? — тихо спросил Бардин, заранее зная ответ.
— Разумеется, один из ваших бывших ассистентов, — засмеялся Рублевский. — Итак, за какое время вы хотите уничтожить шарха?
— Минимум, за неделю, — бледнея от нахлынувших на него эмоций, сказал Николай Иванович.
— Разумно, — кивнул головой монстр. — Наука требует жертв.
— Я охотно выступил бы в роли генератора сам, — сухо сказал Бардин, — если бы мог возложить на кого-нибудь всю работу после прихода к власти. Но, увы, преемника у меня пока нет.
— Не переживайте, Николай Иванович. Смотрите на себя, как на командира в бою, который вынужден жертвовать не только техникой, но и живой силой для выполнения боевой задачи. Уверяю вас, маршал Жуков положил народу куда больше, и тем не менее он даже в постсоветские времена считается национальным героем. Итак. Кого из своих учеников вы готовы принести в жертву науке?
Основа магической формулы, или мантры, такова: коль скоро мы знаем главную тональность (ноту) какой-либо сущности, будь то стихия, явление, предмет или божество, мы можем, используя эту тональность, воздействовать в приказном порядке на эту сущность.
Карл Юнг, выдающийся психоаналитик
На лице Бардина отразилась целая буря чувств. Он сильно побледнел. На лбу появились бусинки пота. Пальцы правой руки начали выбивать на кулаке левой какой-то ритм. Рублевский внимательно и даже с каким-то любопытством смотрел на него. Наконец, лицо Бардина приобрело обычное выражение. Он посмотрел в глаза «монстру» и тихо произнёс:
— Никого. Я беру свою просьбу назад.
Рублевский добродушно рассмеялся.
— Вы никогда не переступите определённую грань в науке, Николай Иванович. Наша наука и эмоции вещи несовместимые.
— Да, — так же тихо отвечал Бардин, — я в отличие от вас остался человеком.
«Монстр» лениво кивнул, и лицо его вновь стало бесстрастным.
— Я был уверен в этом, Николай Иванович. Просто я хотел, чтобы вы отчётливо поняли те пределы, в рамках которых находитесь, и в будущем не лезли туда, где человеку быть не полагается. Но я вас должен обрадовать. Моя помощь вам не нужна. Шарх преподнесёт вам вскоре такой сюрприз, от которого вы ахнете. Да и не только вы. У него, знаете ли, случилось то, что называется временное просветление разума.
На обратном пути Бардин лихорадочно размышлял, стараясь просчитать как можно больше вариантов возможных событий. Наконец, он пришёл к окончательному выводу и повернул голову в сторону Кота, который за все то время не проронил ни слова, всем телом ощутив, что Кардинал только что вернулся из другого мира.
— Нам предстоят великие дела, Константин Павлович, — сказал он.
— Всегда готов, — ответил бывший пионер. Через несколько минут они уже сидели в кабинете Бардина, где их с нетерпением молодого любовника дожидался Романов. Впервые за время общения с председателем Партии Кот не увидел добро душно-насмешливого выражения лица, которое Романов сохранял даже в самых критических ситуациях. Тем не менее он не задал ни одного вопроса и только уставился на Кардинала, казалось, не замечая Сидоренко.
— Итак, — сказал Николай Иванович, также словно забыв о присутствии третьего лица, — ситуация а изменится в ближайшее время.
— Он намерен отменить чрезвычайное положение и провести выборы со своим участием? — живо спросил Романов.
Кардинал отрицательно покачал головой.
— Будет сохранять чрезвычайку долгое время? — продолжал допытываться Пётр Алексеевич.
— Нет, — задумчиво отвечал Николай Иванович. — Не пытайтесь угадать. Все равно не угадаете.
— Так скажите.
Бардин с нескрываемым любопытством посмотрел сначала на Сидоренко, затем на Романова и, тщательно выговаривая звуки, произнёс:
— Он в ближайшее время подаст в отставку. Установилась длительная пауза, в ходе которой и Романов, и Сидоренко лихорадочно пытались сообразить, сошёл ли Бардин с ума или просто шутит. в столь неподходящий момент.
— Но это невозможно, — не выдержал Кот. — Он скорее мать родную продаст.
— Это точно? — напряжённо размышляя о чем-то, спросил Романов.
Бардин кивнул, а затем подтвердил:
— На сто процентов.
На лице Романова отразилась целая буря переживаний. Было видно, что психологически он ещё не созрел к восприятию конечного этапа цели своей жизни. Бардин понимал, что в психике будущего президента России имеет место феномен, который он и его коллеги условно называли психической энерпией. Психика Романова была нацелена на четыре года кропотливой работы, а его поставили в положение типа «сейчас или никогда».
В Бардине заговорил учёный. Напрягая волю и все свои психические возможности, он пытался почувствовать, что в эти минуты творится в психике Петра Алексеевича. И Романов, в свою очередь, знал, что, если у Кардинала появятся хотя бы малейшие сомнения в намерениях главы Партии, он будет просто уничтожен. Может быть, даже сейчас с помощью преданного Бардину Сидоренко. Он взял себя в руки и спросил:
— Кто ещё знает об этом?
— Только тот, кто это мне сообщил.
— Я его знаю? — спросил Пётр Алексеевич, всегда полагавший, что Кардинал имеет контакты в высших сферах политических кругов.
— Нет, — отрицательно покачал головой Николай Иванович. — Его никто кроме меня не знает. Романов пожевал губами, а затем спросил:
— Каковы же будут наши действия в новых условиях?
— Участие в выборах, — спокойно отвечал Бардин. — Все по плану. Вы выставляете свою кандидатуру, и с помощью временных союзников внутренних и внешних мы берём власть.
— А потом?
— Как нам действовать потом, надо решить сейчас. Есть два варианта. Первый
— вы получаете диктаторские полномочия, и мы реализуем схему создания системы психического управления государством. Прошу вас подумать. Весь риск и вся ответственность в этом случае ложатся на вас. Вы станете либо героем, спасителем отечества, который будет рассматриваться историками в том же ракурсе, что и ваш полный тёзка Пётр Великий, а также Рузвельт, Аденауэр, Черчилль; либо одиозной исторической личностью, которую потомки поставят на одну доску со Сталиным, Самосой и прочими представителями исторического отребья; либо окажетесь смешной, жалкой политической фигурой, о которой все забудут после того, как насмеются вволю.
Говоря все это, Николай Иванович внимательно смотрел на человека, поставленного им в сложное положение, и с удовлетворением отметил, что на лице Романова, как обычно, появилось насмешливое выражение.
— Второй вариант? — насмешливо спросил Пётр Алексеевич.
— Второй вариант более безопасен. И при его осуществлении возможны манёвры. Вы разыгрываете игру, которую когда-то сыграл самый образованный и умный российский монарх Александр Павлович, либерал, демократ, воспитанник республиканца Лагарпа на троне, а возле трона мерзкий диктатор, «всей России притеснитель, губернаторов мучитель» Алексей Андреевич Аракчеев, который зажмёт всю страну в железный кулак. В случае провала все шишки обрушатся на этого бедолагу, а вы станете обычным номинальным главой государства, каким был Брежнев, Елицин и многие другие.
— Кто же может сыграть роль Аракчеева? — спросил Романов.
— Да кто угодно. Вот хотя бы Константин Павлович. Чем не Аракчеев? Так же умен, так же твёрд да ещё и хорошими манерами обладает в отличие от исторического образца. Да что там! — Кардинал обвёл собеседников грустным взором и махнул рукой, — аракчеевых в России пруд пруди. Проблема другая: где взять в придачу .к нему Сперанского и Чарторыйского. С этой публикой у нас после 17-го года хронический дефицит. Так что, Пётр Алексеевич, на каком варианте остановимся?
Романов думал, опустив голову так низко, что ни Кот, ни Бардин не видели его лица. Наконец он поднялся со своего кресла и, твёрдо глядя в глаза Бардину, ответил:
— На первом.

ЭПИЛОГ
(От лица Владимира Ивановича Дубкова)
События, последовавшие вскоре после моего возвращения из Питера, напоминали то бешеную гонку с препятствиями, где в качестве бегунов выступали ведущие политики и чиновники России, превращённой в дурдом («пожар в бардаке во время наводнения», — мрачно констатировал Саня), то какой-то странный футбольный матч, в котором непонятно, кто за кого играет и по каким воротам бьёт. С введением чрезвычайного положения в жизни столицы не изменилось ничего. Так же действовал транспорт, так же бурлили улицы, время от времени наполнявшиеся мини-демонстрациями с лозунгами от затасканных откровенно большевистских до странных, призывающих неизвестно к чему. Милиция действовала вяло, видимо, в связи с тем, что мэр Москвы был явно в оппозиции нововведению Кремля.
Попытка ввести в город войска, как в 91-м, провалилась. И не потому, что москвичи своими телами перекрыли путь танкам, а, как стало известно позже, по той простой причине, что кому-то наверху в голову пришла единственная здравая мысль, что в данной ситуации будет трудно спрогнозировать, на чьей стороне они выступят, войдя в город. Затем внезапно СМИ сообщили о загадочной смерти полевого командира Хаттаба, руководившего вторжением боевиков на территорию России, после чего, как по команде, чеченцы отошли через границу обратно в Чечню. Трудно сказать, как дальше развивались бы события (ведь чрезвычайное положение по всей логике нужно было отменять), если бы все средства массовой информации не сообщили о том, что Президент Российской Федерации подал в отставку. Никогда не забуду растерянного лица диктора, объявлявшего в прямом эфире о том, что в соответствии с Конституцией действующий премьер принимает исполнение функций главы государства на себя и назначает дату выборов президента. Поскольку Коммунистической партии Советского Союза и её ленинского ЦК на момент политической смерти президента в стране не оказалось, то не оказалось и тех, вокруг кого можно было ещё теснее сплачиваться, в результате чего «пожар в бардаке» разгорелся с новой силой.
Политическая обстановка стала напоминать партизанские действия в тылу противника, где противоборствующие стороны забыли определить, кто против кого, а кто держит нейтралитет. Кандидатов в президенты набралось около десятка, но поскольку это были «ба, знакомые все лица», то спрогнозировать результаты выборов из серьёзных аналитиков не брался никто, так как эти лица не только успели надоесть и правым и левым, но и настолько добросовестно облить друг друга помоями, что зловоние, казалось, исходило с экранов телевизоров и со страниц газет и журналов. Внезапно о себе заявила организация под названием «Фонд в поддержку народного президента», сокращённо ФПНП. К электронным СМИ их допускали скупо, но количество листовок, которые распространялись по всей стране, говорило о том, что организация это не только не бедная, но и довольно многочисленная. Аналитики начали отмечать, что воздействие «дапзыбао» на население превосходит по своей эффективности средства массовой информации. Один обозреватель даже достал где-то материалы о кампании «дацзыбао» в Китае, когда «отец реформ» Дэн Сяопин отстранял от власти преемника Мао Цзедуна Хуа Гофэна, и проводил интересные аналогии.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34