А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Он сунул кольт за пояс и пошел прочь.
Быстро, но без спешки, пробрался он через обугленные руины к задней стенке. Ему не нужно было искать это место. Все было продумано заранее. Он заранее изучил каждый шаг своего отступления.
Но он не знал одной детали, которую предусмотрел Линч.
На крыше отеля был человек с винтовкой. Выстрел грянул, когда Паоло перелезал пролом, ведущий в переулок позади стены сгоревшего дома.
Пуля отколола кусок кирпича от стены и глубоко вошла в правое бедро Паоло. Сильный удар сбил его с ног. Он упал на груду мокрого пепла и битого щебня.
Винтовка выстрелила еще дважды. Пули пролетели над ним, ударили в мусорный бак и перевернули его.
Паоло рванулся под защиту переулка, волоча кровоточащую ногу. Сзади раздались приближающиеся шаги Джека и Чарли, пересекающих улицу. Он должен был выбраться из квартала прежде, чем его окружат и запрут, как в мышеловке. Цепляясь обеими руками за стену и рыча от острой боли, почти парализовавшей бедро, он попытался ступить на левую ногу, чтобы подняться с земли. Потом он ступил и на правую ногу, тяжело дыша сквозь стиснутые зубы.
Ноги действовали. Пуля задела кость, но не раздробила ее. Неуклюже хромая, спотыкаясь на каждом шагу, он продвигался по переулку, отмечая кровью свой путь.
Он добрался до металлической двери черного хода в жилом доме. Она была не заперта. Он открыл ее и вошел в темный вестибюль. Закрыв за собой дверь, заковылял по узкой лестнице. Он уже почти добрался до конца, но тут упал.
Сзади него кто-то ударил по закрытой двери. Цепляясь за ступеньки, Паоло поднялся. Пошатываясь, он вышел через центральный вход дома и похромал через улицу в другой темный переулок. Так шел он, все время держась в тени, сворачивая в узкие дворики и проходя через черные ходы других домов.
В одном из них он упал, с трудом встал.
Он знал, что пока он идет, его не поймают. В темноте они не увидят его кровавые следы, а пока они сообразят достать фонари, пройдет время.
Вся беда в том, что он не сможет больше идти. Он свалится от боли и потери крови раньше, чем доберется до своего района. И будет лежать, пока его не найдут.
Он должен найти себе место где-то поблизости. Место, где он может спрятаться. Паоло вышел через центральный вход очередного здания и продолжал идти, спотыкаясь на каждом шагу. Только через десять кварталов он снова подумал об укрытии. Квартире Руссо.
Глава 5
Доминик Руссо сел на перевернутую ванну и прикурил от плоской золотой зажигалки.
В темноте свалки маленький колеблющийся огонек заиграл на алмазе его перстня и скупо осветил мужественное лицо.
Руссо погасил зажигалку, и снова навалилась темнота, освещаемая мерцающим огоньком сигареты. Тогда Сальваторе Фиоре зажег керосиновую лампу, и они смогли видеть друг друга.
Сальваторе сел на подлокотник распоротого кресла. Фрэнк прислонился к ржавой печке. Джино уселся на картонную коробку из-под консервов. Марчело устроился своим тощим задом на цинковой крышке стола. Они смотрели на телохранителя Фондетты и ждали, когда он заговорит.
Руссо посасывал свою сигарету и изучал их. Было два часа утра, и только они пятеро находились на этой свалке, окруженной сараями и заборами.
Руссо выпустил сквозь зубы тонкую струйку дыма.
— Я охочусь за Паоло Регалбуто. Может, вы об этом слышали?
Сальваторе усмехнулся.
— Скорее это ты не слышал! Ты охотишься не там. Пару часов назад он был у «Триангла». Хотел кокнуть Линча.
Руссо немного помолчал.
— Ну и удачно?
— Нет. А вот они его зацепили, хотя и не поймали. Он ушел но крови потерял достаточно.
Руссо снова замолчал, чтобы обмозговать эту новость.
— Он попытается вернуться на свое старое место. Дайте мне знать, если услышите куда.
Руссо смотрел, как задумался Сальваторе Фиоре, и заметил его колебания. Старший из братьев Фиоре был крупный, громоздкий мужчина с широкими плечами и грубыми ладонями. У него было тяжелое лицо с маленькими хитрыми глазами и мягким ртом. Ни в лице, ни в голосе ничего не отразилось, когда он наконец сказал:
— Все зависит от того, что ты от него хочешь. Я разговаривал сегодня с Фондеттой, он мне сказал, что ты намерен убрать Паоло.
— Этого хочет Дон Карло, — осторожно поправил Руссо.
— Мы не думаем, что это то, что нам надо, — тяжело промолвил Сал Фиоре. — Лучше бы Паоло достал Линча. Это положило бы конец всем нашим неприятностям.
Руссо посмотрел на остальных трех мужчин. Только двое из них были родными братьями Сальваторе. Третий был кузеном, но считался братом.
Братья Фрэнк и Джино были похожи на Сальваторе: та же мощь и грубый характер, но лишенный хитрости. У Фрэнка, среднего брата, через все лицо, захватывая угол рта, шел бледный шрам от ножа. Джино, младший из них, был единственным, кто отдавал дань элегантной одежде. Он всегда носил в петлице цветок, от него пахло дорогостоящей мужской парфюмерией. Фрэнк — презирал даже галстуки, а Сальваторе просто не знал, что это такое.
Марчело, кузен, был выше, тоньше и темнее, чем братья, с чем-то змеиным во взгляде.
Руссо не спрашивал Сальваторе о его праве говорить за трех остальных. Они составляли очень тесный клан. В пяти кварталах отсюда находилось местечко, известное как Угол Фиоре: два смежных здания, целиком занятых Фиоре и их домочадцами. Там и их штаб-квартира «Компания вторичного сырья Братьев Фиоре». Никто не оспаривал права Сальваторе руководить кланом.
Взгляд Руссо вернулся к нему.
— Этим дело может не кончиться. Останутся Галлахеры. Они заменят Линча. А это тоже не сахар.
— Верно, но, может быть, они будут поблагоразумнее. Не такими жадными. Может быть, мы с ними сумеем сработаться и будем делать свои дела, не мешая друг другу.
— Может быть, — сказал Руссо без всякой интонации. — Не попробуешь — не узнаешь.
— А может быть, — осторожно продолжал Сальваторе, — самое время Фондетте успокоиться и куда-нибудь исчезнуть. В том смысле, что пора ему менять кровь на грейпфрутовый сок, и это будет для него самое правильное!
Его маленькие глазки еще больше уменьшились в ожидании реакции Руссо.
Тот не отреагировал, а только спокойно спросил:
— Такой ты видишь выход?
Сал Фиоре кивнул.
— Я с тобой откровенен. Если сказанное между нами пойдет дальше, придется заняться тобой.
Угроза не изменила осторожного выражения Руссо.
— Могила.
Маленькие глазки Сала заблестели от удовольствия.
— Отлично! — он наклонился в сторону Руссо, и голос его стал мягче.
— Вот как мы это все представляем: Фондетта не в состоянии принести нам что-либо хорошее. Если он будет продолжать отдавать такие куски, то Линч приберет себе весь город за пару месяцев. А мы останемся на бобах. Согласен?
— Пожалуй, — спокойно согласился Руссо.
Сальваторе бросил на него пронзительный взгляд.
— Мне думается, что единственное полезное для нас достижение Фондетты — это Дойл. В этом проблема. Без помощи Дойла у нас связаны руки.
— Да, это проблема, — согласился Руссо. — Но, может быть, что-то можно придумать?
Тяжелое лицо Сальваторе расплылось в улыбке.
— У меня есть хороший кусок для тебя.
Двое остальных Фиоре молчали, разглядывая Руссо. Тот бросил окурок в грязь, раздавил его носком ботинка и встал.
— В настоящее время я все еще разыскиваю Паоло. Если услышите о нем, дайте мне знать.
— Конечно. Я думаю, мы поняли друг друга.
— Думаю, да, — сказал Руссо. Он махнул на прощание рукой и прогулочным шагом пошел со свалки.
* * *
Трехэтажный дом, в котором жил Руссо, был его собственностью. На первом этаже располагался магазин подержанных вещей, в котором заправлял его кузен Джек Волпе. На втором этаже находилась забегаловка, попасть в которую можно было с заднего переулка по черной лестнице. Забегаловкой заправляла сожительница Руссо, которая занимала вместе с ним верхний этаж.
Этот дом и черный «понтиак», на котором он вернулся сюда за два часа до рассвета, были единственными вещами, законно принадлежащими Руссо. Все остальное, включая и его влияние в городе, пришли к нему благодаря связям с Фондеттой. Он знал, что без Фондетты он был бы никто.
На это были свои причины. До недавнего времени он мог в случае чего рассчитывать только на двух сицилийцев: Джека Волпе и Лоя Алегра, работавшего в его забегаловке барменом. Это означало, что Руссо не мог бы удержаться в соперничестве с кланом Фиоре, и без Фондетты за его спиной они, конечно, избавились бы от Руссо, как только он перестанет быть им нужен.
Но теперь в городе подросло новое поколение сицилийцев, достигших подходящего для работы возраста. А это меняло дело.
Руссо как раз и думал об этом, припарковывая машину и идя по переулку позади своего дома. Пока закусочная функционировала, двери в ней не закрывались. Он толкнул дверь и попал в полумрак забегаловки. Второй этаж у него был заставлен стульями и множеством столов.
В это позднее время клиентов было немного. Пожилой мужчина с молоденькой подружкой, нализавшиеся допьяна, в одной комнате, две парочки, приканчивающие по последнему коктейлю, в другой.
Руссо прошел в самую большую комнату, почти полностью занятую полукруглым баром. Там единственным клиентом остался Джек Волпе. Как всегда изящный, с холодным взглядом, прислонясь к бару и потягивая пиво. Лой Алегра, мускулистый и лысый стоял за стойкой и прибирал там перед закрытием. Странная напряженность овладела ими, когда вошел Руссо.
— Где Тори? — спросил он.
Алегра пальцем ткнул вверх.
— Там. У тебя в комнате.
— А в постели Паоло Регалбуто, — мягко добавил Волпе.
Руссо напрягся, затем без слов повернулся и вышел из забегаловки.
Слева от входа была запертая дверь. Руссо открыл ее и по лестнице поднялся в кухню своей квартиры. В столовой и хорошо обставленной гостиной было пусто. Через ванную Руссо прошел в спальню.
Посреди широкой кровати без сознания лежал Паоло, его большое обнаженное тело прикрывали простыни и одеяло. Голова утонула в мягкой подушке, лицо было очень бледным, но дыхание глубоким и ровным.
Любовница Руссо сидела в легком кресле, курила сигарету в мундштуке из черного дерева и с задумчивым выражение; смотрела на спящего мужчину. На ней была свободная пижама из темного шелка, голые ноги она положила на кровать. Она повернула голову и сказала:
— Тихо, дружок. Смотри, кто у нас.
У Виктории Хельстрем был низкий гортанный голос. Она была маленькая, худенькая, но в бедрах и груди у нее было все, что требуется женщине. И еще у нее было очень женственное лицо. Лицо в общем-то простое, но с умными темными глазами и чувственным изогнутым ротиком. Она была на четыре года старше Руссо, но он никогда не стремился к молоденьким.
— Как он сюда попал? — тихо спросил он.
— Шептать не обязательно. Он все время без сознания. Доктор Мозер, прежде чем выковырять из него пулю, сделал ему несколько уколов. Я нашла его на черной лестнице, вокруг все было залито кровью. Волпе и Алегра принесли его сюда.
— Они сказали тебе, кто это?
Она кивнула.
— Парень, потерявший жену и детей.
— Угу.
Тори снова взглянула на крупного молодого мужчину в постели. Глаза ее на миг затуманились. В шестнадцать лет она сделала подпольный аборт и лишилась возможности когда-либо стать матерью. Но инстинкт материнства остался.
— И Фондетта хочет, чтобы ты убил его? — медленно сказала она.
— Ты попала в точку!
Она подняла голову, изучающе глядя на него.
— А я послала за доктором, чтобы сохранить ему жизнь. Мне кажется, что твои желания не совсем совпадают с желаниями Фондетты. Забавная мысль, а. Дом? Или я ошибаюсь?
— Права, как обычно, — проворчал он.
Долгие минуты он рассматривал мужчину на кровати, думая о разговоре с братьями Фиоре. И о Паоло Регалбуто как о настоящем вожаке молодого поколения с сицилийской кровью, о котором он размышлял по дороге сюда.
— Мне нужно выпить, — сказал он и вышел в гостиную. Когда Тори вошла, он доставал из бара бутылку и стакан.
— Я бы тоже выпила. Предполагаю, что я не рождена сиделкой. Я потрясена. Бедный мальчик — ему разрушили всю жизнь.
Руссо достал второй стакан и наполнил оба до краев.
— Этот бедный мальчик жесток, как кузнечный молот. С ним будет все в порядке. Я позабочусь о нем. Да, но где, черт возьми, мы будем спать?
Она усмехнулась и показала на два диванчика в гостиной.
— Мы можем сложить все подушки на ковер, если ты помнишь былое. Не так уж давно мы занимались этим делом на полу.
— Только не сегодня, — проворчал он и протянул ей стакан. — Лучше выпей, крошка. Очень поздно, и я устал.
Не пригубив, она поставила стакан и обняла его.
— Ты дьявол, — промурлыкала она ему на ухо.
Но он не был им.
* * *
Рэй Линч приобрел новое свидетельство своего преуспевания. Он любил породистых лошадей и элегантных женщин. И вот недавно он купил за городом ферму, где мечтал выращивать первых и тащить в постель вторых.
Для Линча и ферма, и лошади, и любовница экстракласса были символом успеха. Поэтому последующие три дня он намеревался наслаждаться всеми вместе. И не таким курятником, как здесь в отеле. Он этого не любил. Но еще меньше ему нравилась мысль о том, что этот безумный подонок предпримет очередную попытку напасть на него.
Он сидел на диване в гостиной и в упор смотрел на Тима Дойла. Перед ним стоял кофейный столик с тремя пустыми стаканами для виски и тремя пустыми бутылками. Его циничные серые глаза гневно блестели.
— Что ты должен сделать? — напрямик сказал он Дойлу. — Ты должен приказать всем полицейским своего округа, чтобы они начали искать этого подонка Регалбуто. И приказ — стрелять, как только увидят. Усек?
Дойл сильно смутился.
— Фондетте это не понравится. Он поймет, что я работаю на тебя.
— Рано или поздно он это и так узнает. Пусть будет раньше. Он ни черта не сможет сделать, Тим.
Вошла девушка с полным стаканом виски и бутылкой пива. Она была очень молода и очень хороша, с фантастически чувственным телом. На ней были только тонкая шелковая сорочка и туфли на высоком каблуке. Сквозь сорочку бьющий в окно яркий солнечный свет обрисовывал все ее прелести, видны были даже волосы внизу живота. Католик и женатый человек. Дойл старался не смотреть на нее. Она поставила виски и пиво рядом с пустой посудой и неуверенно посмотрела на Линча.
— Может, я могу одеться и уйти?
Линч бросил на нее хмурый взгляд.
— Может, ты заткнешься, вернешься в постель и подождешь? — он подчеркнул это сочным шлепком по выпуклой попке. Шлепок был игривым, но увесистым. Когда она удрала в спальню, сквозь шелк сорочки явно проступала красная отметина на ягодице.
Линч покачал головой и пригладил пальцами свои рыжие волосы.
— Я исчезаю, поэтому не могу взять с собой глупых проституток. А это уже удар по мне.
Он сделал большой глоток виски и запил пивом из бутылки.
— Это еще одна причина, по которой я хочу поскорей избавиться от этого Регалбуто. Поэтому дай задание своей полиции.
Дойл сидел, откинувшись на спинку дивана, сжимая колени.
— Сделаю все, что ты сказал, Рэй, но Фондетта действительно рассердится на меня.
Дойл пытался говорить внушительно, но получалось виновато. Линч посмотрел на него так, что, казалось, пригвоздил к спинке дивана.
— А если не сделаешь, Тим, то на тебя рассержусь я. А я плачу больше Фондетты. И собираюсь платить долго. А Фондетта нет. В этом городе он вчерашний день. И только он один об этом не знает.
— Может быть, но у него пока есть крепкие ребята.
— Нету. Все они давно навострили от него лыжи. Думаешь, братья Фиоре позволят ему уступить мне их территорию? В любой момент они пошлют его к черту и начнут отвоевывать ее назад.
Лицо Дойла помрачнело.
— Тогда впереди ничего хорошего нет, Рэй. Фиоре — самая злобная банда из всех, что я видел, а видел я немало. Если вы вступите в драку друг с другом, то потечет кровь. И ее будет много.
Линч рыгнул, улыбнулся и сделал второй глоток, запив его пивом. Потом вытер рот тыльной стороной ладони.
— По мне так пусть этот город хоть потонет в крови, — сказал он жутко мягким тоном. — Пока он со мной — он мой. Если нет, пусть катится к черту. Тот, кто встанет на моем пути, будет сметен с лица земли или войдет в нее.
Когда он произносил эти слова, глаза его неотступно следили за Дойлом.
Тот заторопился.
— О'кей, Рэй. Я позабочусь об этом.
— Думаю, что ты справишься, — сказал Линч.
Глава 6
Почти в то же самое время, когда Дойл поспешил выполнять указания Линча, у Руссо состоялся еще один разговор с Сальваторе Фиоре. Предметом его явилось пиво и крепкие напитки.
— Я говорю, — пояснил Руссо, — о настоящих напитках. Не помои, не самогон. И я говорю о том, что нам надо торговать на треть дешевле, чем у всех, как в своих забегаловках, так и в других в подконтрольном районе. Заведения Линча зашевелятся. Ради того, чтобы захватить рынок сбыта у Линча, эту треть ты сможешь себе позволить. Все начнут покупать у тебя. Заманчиво?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15