А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— Ты в порядке? — спросил он, помогая ей подняться на крыльцо; но тут Мэдди вдруг привалилась к нему всем телом, и Кей Эл схватил ее за плечи, пытаясь удержать от падения. «А вот это уже никуда не годится», — сказал он себе, чувствуя, как забилось его сердце, и произнес: — Я вызову доктора, Мэдди.Мэдди качнула головой, проведя подбородком по его груди и щекоча волосами его лицо. Ее кудри были такими мягкими, что Кей Эл забыл об осторожности и, обняв Мэдди, прижал к себе, оберегая ее и чувствуя, как в нем зарождается желание.— Я не знаю, что с тобой случилось, но мне невыносима сама мысль о том, что ты несчастна, — произнес он. — Чем я могу тебе помочь?Мэдди судорожно вздохнула.— Прекрати утешать меня, словно маленькую девочку, — сказала она. — Иначе я вымочу тебя слезами с ног до головы.— Ну и пусть, — отозвался Кей Эл, хотя терпеть не мог рыдающих женщин. Он с удовольствием позволил бы Мэдди превратить его рубашку в носовой платок, лишь бы не выпускать ее из объятий. — Поплачь, тебе сразу станет легче, — добавил он.Мэдди снова прильнула к нему, и Кей Эл еще крепче сжал ее.— Ты не забыл, что мы стоим во дворе моего дома на виду у всех? — спросила Мэдди почти нормальным голосом. Она подняла лицо, и Кей Эл увидел ее слабую улыбку, от которой затрепетало его сердце. — Твоей репутации будет нанесен непоправимый урон.— Ах, черт побери, — Кей Эл старался говорить весело и беззаботно. — До сих пор я пользовался таким почетом в городе!— Я уважаю тебя, — отозвалась Мэдди, и Кей Эл на мгновение перестал дышать. Воспользовавшись заминкой, Мэдди отступила от него, и он почувствовал в душе такую пустоту, какой не чувствовал никогда. — Спасибо, Кей Эл, — добавила Мэдди. — Мне так не хотелось оставаться одной.— Ты не одна. — Кей Эл подумал, не стоит ли схватить Мэдди, увезти на ферму и сделать так, чтобы она никогда не чувствовала себя несчастной. Но потом он вспомнил о Бренте, о ее ребенке и решил, что уже слишком поздно. — Береги себя, — сказал он вслед удаляющейся Мэдди. — Если тебе что-то потребуется, позови.Ее тихое «спасибо» все звучало в его ушах, пока Кей Эл шагал по дорожке, а когда он уселся в машину, Мэдди уже скрылась за дверью.Кей Эл сидел в автомобиле, наблюдая за тем, как гаснут огни в доме, и пытаясь чем-нибудь отвлечь свои мысли, но его разум и тело мучительно тосковали по Мэдди. «Пора отсюда уезжать», — сказал он себе.Завелся мотор, Кен Эл подумал, что завтра он непременно найдет Брента. Не может же этот сукин сын вечно прятаться от него. А потом он уедет, и плевать ему на то, что во Фрог-Пойнте не хватает бухгалтеров.
Утро пятницы наступило слишком рано. Мэдди повернулась в кровати и тут же пожалела об этом. Ее голова чуть не лопалась от боли, и даже сама мысль о том, чтобы открыть глаза, казалась невыносимой. Мэдди с трудом приподняла веки. Ее сразу ослепил солнечный свет, и лишь минуту спустя Мэдди сумела, прищурившись, разглядеть вторую половину кровати, на которой спал Брент. Постель была разворошена, значит, Брент пришел домой, когда она уже проглотила двойную дозу лекарства и погрузилась в сон. Мэдди слышала звук радиоприемника Эм, доносящийся с первого этажа, — следовательно, Брент, как и обещал, привез ее вчера вечером домой, возможно, крепко спящую. Но самого Брента не было.Что ж, по крайней мере она может рассчитывать на то, что Брент не станет докучать ей своим присутствием. Мэдди где-то читала, что жены и дети, подвергающиеся домашнему террору, способны вытерпеть самые страшные издевательства, если тиран применяет их последовательно. Беспорядочные издевательства вынести куда тяжелее. Брент был последователен. Если Мэдди останется с супругом, она может не сомневаться, что он будет ей изменять. Но он ни за что не бросит ее по собственной воле. Очень многие женщины легко мирятся с таким положением вещей.Перед мысленным взором Мэдди возникло ее будущее, полное злобы и невыносимой боли, — вечное одиночество, и никакой надежды на то, что кто-то согреет ее своим теплом. Она закрыла глаза и вспомнила Кей Эла, обнимавшего ее вчера вечером. «Мне невыносима сама мысль о том, что ты несчастна», — сказал он. Кей Эл казался ей почти незнакомым человеком, но он сумел утешить ее и подбодрить так, как не удавалось Бренту за все пять лет их супружества. А если она будет цепляться за мужа, то ей суждено оставаться безутешной до конца своей жизни.«Черта с два», — сказала себе Мэдди и вскочила с кровати, готовясь к предстоящему сражению. Глава 5 Мэдди стояла в залитой солнцем кухне и глотала утреннюю дозу лекарств. Тело ее болело не только из-за последствий аварии. Глянув на часы, она увидела, что уже двадцать два часа находится в состоянии непрерывного напряжения — с тех самых пор, когда обнаружила в машине мужа чужое белье. Двадцать два часа терзаний в ожидании неизбежного. Наконец это неизбежное наступило, и теперь осталось лишь собраться с духом и искать адвоката по бракоразводным делам.Но только не во Фрог-Пойнте. Мэдди никогда не допустит, чтобы ее считали глупой как пробка. Главная трудность заключалась в том, чтобы найти нужного человека в Лиме. Мэдди могла вспомнить многих людей, которые состояли в разводе, но не знала, как они этого добились. К тому же Мэдди годился не всякий адвокат. Ей нужен зубастый законник, настоящий бульдог, который сделает все необходимое, чтобы Эм осталась на ее попечении, а сама она не осталась в дураках. Кто из ее знакомых выиграл дело о разводе? Никто. От развода никто не выигрывает. Мэдди вспомнила об Эм и закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться.Мать говорила, что Шейле Бэнкхед удалось обобрать Кей Эла до нитки. Но когда Кей Эл появился на ее крыльце, он отнюдь не выглядел нищим; наоборот, он казался вполне преуспевающим человеком. Впрочем, они с Шейлой развелись много лет назад — у него было время восполнить потери.Мэдди разыскала справочник городских номеров Фрог-Пойнта, открыла его на букве Б и принялась листать страницы. «Ну хватит!» — сказала она своим дрожащим пальцам и, отыскав телефон Шейлы, набрала ее номер. Дожидаясь ответа, она несколько раз глубоко вздохнула.Наконец на другом конце взяли трубку, и Мэдди сказала:— Шейла? Это Мэдди Фарадей. — Шейла молчала, и Мэдди спросила: — Вы меня слышите?— Прошу прощения, — послышался осторожный голос Шейлы. — Мэдди Фарадей?— Мы вместе учились в средней школе, — ответила Мэдди. — Я…— Я помню вас, — перебила ее Шейла. — Просто я… немножко не понимаю.Мэдди вытянула кресло из-под кухонного стола и уселась в него. Разговаривать стоя означало попусту растрачивать силы, а они были ей сейчас так необходимы.— Извините меня, я не стала бы беспокоить, но мне потребовался ваш совет.— Мой совет? — удивилась Шейла, повышая голос. — Вам нужен мой совет?Мэдди решила забыть о приличиях, которые только затрудняли дело.— Мне нужен хороший специалист по бракоразводным процессам, — сказала она. — У вас нет такого на примете?— Вы что, разводитесь? — Изумлению Шейлы не было границ.— Ну что вы, — сказала Мэдди. — Я просто хотела помочь соседке.— Глории Мейер? Ага, понятно. А мне казалось, она уже наняла Уилбура Картера.— Моя мать считает это верхом глупости, — сообщила Мэдди, испытывая облегчение оттого, что наконец-то может сказать правду.— И она права, — подхватила Шейла. — Посоветуйте Глории обратиться к Джейн Хенрис. В свое время она защищала мои интересы. От бедного Кей Эла только перья полетели. Джейн работает в Лиме. Подождите минутку, кажется, у меня до сих пор сохранился ее телефон.Спустя двадцать минут Мэдди обзавелась адвокатом, что, к ее удивлению, оказалось совсем не так уж сложно.— Мэдди Фарадей? — спросила Джейн. — Ваш муж владеет строительной компанией во Фрог-Пойнте.— В сущности, ему принадлежит только часть пая… — начала было Мэдди.— В ваших краях живут мои родственники. Мой племянник посещает ваши курсы прикладных искусств. И вы собираетесь разводиться.— Да. — Мэдди никак не улавливала связи между прикладными искусствами и бракоразводным процессом, но она слишком далеко зашла, чтобы идти на попятный. — Вы поможете мне, миссис Хенрис?— Еще бы, черт возьми. — В трубке раздался смешок. — Зовите меня просто Джейн. Сегодня я занята, но если вы подъедете в понедельник…— Что ж, понедельник меня устраивает…— …а тем временем соберите все сведения о вашем семейном бюджете, какие только сумеете найти. Я должна четко представлять, чего мы намерены добиваться…— Я лишь хотела, чтобы мне оставили дочь, — сказала Мэдди.— …чтобы нам ничего не упустить. Как я понимаю, у вас с мужем возникли непреодолимые противоречия?— Еще какие, — отозвалась Мэдди. — Я готова его убить.На этот раз Джейн Хенрис откровенно рассмеялась.— В этом я вряд ли смогу вам помочь, — сказала она, — но если вы представите мне подробный финансовый отчет, я позабочусь о том, чтобы разорить вашего мужа. Порой банкротство бывает хуже смерти.— Нет, я вовсе не хочу, чтобы он разорился.— Еще как хотите. Вы только не знаете об этом. У вас ребенок, скоро ему поступать в колледж, потребуются деньги… В каком положении окажется ваша дочь, когда ваш бывший муж заведет новую семью?— Это вряд ли… — начала было Мэдди.— Заведет, не сомневайтесь. Короче говоря, мне нужен ваш семейный бюджет.«Брент никогда не перестанет заботиться об Эм, — подумала Мэдди. — Ни за что. А вдруг?..»— Как скажете, — ответила она.— Так-то лучше, — заявила Джейн. — Продолжайте в том же духе.Когда четверть часа спустя Эм сбежала вниз по лестнице, Мэдди наливала в стакан молоко, следя за тем, чтобы его уровень не превысил полутора дюймов от края — девочка должна получить необходимую дозу кальция и не забрызгать при этом весь стол. Кроме размышлений о бюджете, адвокатах и разводах, кроме рассуждений о том, как она расплатится за обучение Эм в колледже, если Брент заведет новую семью с женщиной в черных шелковых трусиках, у Мэдди были и другие, более насущные заботы, и она решила сосредоточить на них все свое внимание.Эм плюхнулась в кресло и бросила на Мэдди настороженный взгляд поверх очков.— Как у тебя дела? — спросила она.— Отлично, — стараясь ничем не выдать себя, отозвалась Мэдди. Завтрак — не лучшее время, чтобы сообщать ребенку о том, что его родители вот-вот разведутся. — Я чувствую себя просто прекрасно.— А голова все еще болит?— Нет, — сказала Мэдди. — Я приняла пилюли. Они позаботятся о моей голове.Эм облегченно перевела дух и откинулась на спинку кресла.— Вот и хорошо, а то я проголодалась.Мэдди поставила перед ней стакан с молоком.— Как прошел вчерашний вечер? — спросила она.— Мы смотрели кино. — Эм придвинула кресло к столу. — И мы поняли, что миссис Мейер — вампирша.Мэдди вскинула брови. Глория — вампир?— Быть того не может, — сказала она. — Как тебе приготовить яйца?— Сделай болтушку с сыром.Мэдди повернулась к микроволновой печи, но сразу остановилась.— Печь испортилась, а я и забыла, — сказала она. — Сегодня мы купим новую. Придумай что-нибудь другое.— Ну, тогда омлет. — Глаза Эм сузились. — Дело не только в ее зубах. Главное — это ее ногти. И глаза. Они похожи на виноградины. Миссис Мейер такая бледная оттого, что редко выходит на улицу днем. Только по ночам.Мэдди вынула из холодильника два яйца и достала из буфета голубую миску, любуясь тем, как славно она смотрится на фоне желтой стойки. Голубой куда лучше черного. Она разбила яйца в миску и принялась взбивать их вилкой, думая при этом о Глории. На ее взгляд, из всех живущих на свете людей Глория менее всего подходила на роль вампирши в игре Мэл и Эм. С другой стороны, та же Глория внезапно оказалась для всего города ледяным айсбергом, девять десятых которого скрыто под водой.Итак, высасывание крови исключалось. А если вспомнить, что Мэдди услышала о ней вчера, понятия «Глория» и «сосать» казались и вовсе несовместимыми.— Не могу представить, Эм, — призналась Мэдди. Взяв пакет с молоком, она плеснула его в чашку и продолжала взбивать яйца.Эм потянулась за своим стаканом.— Готова спорить, у нее в доме нет зеркал. Она выходит на улицу только по ночам, и я знаю, кого она подкарауливает. Нашего папу.Мэдди прекратила размешивать омлет.— Что?Эм кивнула, не спуская с матери глаз.— Нашего папу. Глория выходит ночью из дома и ждет, когда он появится во дворе. Тогда она зовет его по имени. Иногда папа останавливается, но чувствует себя очень плохо. Он знает, что миссис Мейер вампирша. — Эм сунула палец в молоко и принялась водить им по столешнице, оставляя голубовато-белые круги, но ее взгляд по-прежнему был прикован к лицу Мэдди. — Не бойся, мама. Я знаю, как с ней справиться. Чеснок, святая вода и осиновый кол в сердце.Мэдди разогрела сковороду на плите и вылила туда омлет. Дождавшись, когда полупрозрачная масса приобрела желто-кремовый оттенок, она сообщила:— По-моему, из всех этих средств у нас есть только чесночный порошок.— Можно растворить его в святой воде, — отозвалась Эм, пораскинув мозгами.— Но у нас нет святой воды. — Как только омлет прожарился, Мэдди сбросила его на тарелку. Нежный желтый цвет рядом с голубым. Красота. Если ее соперница — Глория, Мэдди отравит ей газон. — Какую кассету вы смотрели вчера? — спросила она.— «Пропащие сорванцы». Надеюсь, миссис Мейер взорвется, когда я обрызгаю ее святой водой.Мэдди поставила перед Эм тарелку.— Поливать соседей водой неприлично. Кстати, я забыла поджарить хлеб. Это тебе наказание за то, что отвлекла меня от дела.— Я сама! — Эм вскочила с места, отхватила от буханки два ломтя и сунула их в тостер.Неужели Глория?.. Нет, это невозможно. Сама мысль о том, что Глория надела бы черные шелковые трусики с дыркой, казалась нелепой и смехотворной. Из аппарата выскочили поджаренные тосты и напомнили Мэдди, что ей тоже не мешает подкрепиться. Она отрезала два куска для себя.Эм уселась за стол и намазала хлеб маслом, а сверху добавила джема. В тостах содержится не меньше трех тысяч калорий, но Эм сожжет эту энергию, разок взбежав вверх по лестнице. Наконец поспели тосты Мэдди, и она намазала их тонким слоем джема. Если она собирается разводиться, придется забыть о чревоугодии. Самое время садиться на диету. Диета Одинокой Женщины: ни жира, ни соли, ни денег, ни секса. Жуть!Тем временем мысли Эм приняли иное направление.— Ты на самом деле хорошо себя чувствуешь? — спросила она.— Да, — сказала Мэдди. — Хватит беспокоиться.— В таком случае можно мне переночевать у Мэл? — Эм надкусила хлеб. — Помнишь, вчера я должна была ночевать у нее, но вернулась домой, чтобы ты не оставалась одна. Сегодня ты выглядишь неплохо. Если ты и вправду хорошо себя чувствуешь, то можно я переночую у нее? — Эм запнулась и добавила озабоченным тоном: — А если нет, я останусь с тобой.— Э-ээ… — Мэдди сглотнула. — Я говорила тебе когда-нибудь, что ты идеальный ребенок?— Спасибо, мамочка. Так я могу остаться у Мэл?— Ты спросила разрешения у тети Тревы? — Мэдди откусила хлеб и осторожно захрустела, ожидая нового приступа головной боли. Но нет, пока все шло нормально.Эм покачала головой.— Мэл собиралась спросить. Думаешь, я должна сделать это сама?— Позвони и узнай.Эм со скрипом отодвинула кресло.— После завтрака, — спохватилась Мэдди.Эм склонилась над столом и, плюхнув омлет на свои вымазанные маслом и джемом тосты, соорудила некое подобие сандвича.— Я позавтракаю у телефона! — крикнула она и бросилась в гостиную, рассыпая по полу кусочки масла. — Спасибо, мамочка!Мэдди взяла тряпку и вытерла масло. Несмотря на то что она так неосторожно наклонилась, хлеб по-прежнему мирно пребывал в ее желудке. Это придало Мэдди уверенности. «Похоже, я возвращаюсь к нормальному существованию», — подумала она. Жизнь вновь поворачивалась к ней светлой стороной.Из гостиной послышался голос Эм:— Тетя Трева просит тебя к телефону!Мэдди взяла параллельную трубку.— Как ты? — осторожно осведомилась Трева.— Эм, ты положила свою трубку? — крикнула Мэдди.— Да, положила, я сама слышала, — сказала Трева. — Как у тебя дела? Ты говорила с ним?— Нет.— Господи, Мэдди…— Не спеши ругаться, — прервала ее Мэдди. — Брент не возвращался домой до тех пор, пока я не заснула, но я уже наняла адвоката. Меня записали на понедельник. Я решилась, Трева. Я не намерена поднимать шум, и тем не менее я позвонила адвокату. Дело сделано.— Уфф… — Трева выдохнула в трубку. — Отлично! Замечательно! Теперь у тебя все будет хорошо.Мэдди прислонилась к стене.— Ну, не знаю. По-моему, это будет настоящий кошмар. Она велела привезти отчет по семейному бюджету.— Она? Кто «она»?— Адвокат. Джейн Хенрис из Лимы.— О-о-о! Уж эта знает свое дело! — Казалось, от радости Трева впала в истерику. — Я слышала, Джейн Хенрис обдирает мужиков до исподнего. А где ты возьмешь документы?— Они хранятся у меня. Каждый год я заполняю налоговые декларации, и все бумаги лежат в моем секретере. Остается пойти и взять.— А как же его кабинет?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44