А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Мои документы.
Варбург внимательно изучил удостоверение личности. У него был наметанный глаз банкира на подделку, но это удостоверение было настоящим.
– Чем могу быть вам полезен? Фон Клюге кивнул на досье.
– Это должно говорить само за себя.
– Здесь служба по приему беженцев, полковник. Ваши бумаги имеют отношение к некоторым действиям, в которых принимали участие американец по имени Тол-бот и поставщики некоторых товаров в Германию. Я думаю, что вы обратились по неправильному адресу.
Фон Клюге сел на жесткий деревянный стул и закинул ногу за ногу.
– Вы знаете, что за последнюю неделю гестапо арестовало троих? – Он назвал Варбургу имена и был рад увидеть боль в глазах старого человека. – Их отправили в Бухенвальд. Я думаю, что они уже мертвы. И вы знаете почему, герр Варбург? Потому что они пытались украсть тот лист бумаги, что я принес вам.
Варбург почувствовал легкую головную боль.
– Я знаю, это то, что нужно вам и Монку Мак-Куину, – спокойно продолжал фон Клюге. – Вы видите, моя работа заключалась в том, чтобы ваши люди больше не пропадали из-за информации, которую они ищут. Теперь вы располагаете ею в полном объеме.
– Кто вы? – требовательно спросил Варбург.
– Реалист. Не очень отличающийся от вас. Нападение на Россию в прошлом году было роковой ошибкой. Теперь Германии потребуются более многочисленные поставки сырья, чем когда бы то ни было раньше. Если я предоставлю вам свидетельства того, что Стивен Тол-бот сотрудничает с рейхом, то вы сможете остановить его и тоже затянуть петлю на шее фюрера. Это то, чего вы хотите, не так ли, герр Варбург?
– А вы? Почему вы делаете это?
– У меня нет желания быть погребенным под обломками Германии, так что я предлагаю сделку: информацию о Толботе в обмен на безопасное перемещение в Америку и один миллион долларов.
– Это абсурд.
– Это дешево! – возразил фон Клюге. – Да, и одно маленькое уточнение. Я буду вести дела только с Мак-Куином, лицом к лицу, здесь, в Цюрихе.
Немец сделал короткую паузу.
– Мы будем обсуждать дальше, герр Варбург? Банкир медленно сел на свой стол, и фон Клюге получил его окончательный ответ.
Через три часа фон Клюге и Абрахам Варбург вышли из здания и направились через улицу в Швейцарский кредитный банк. Их провели в подвальный депозитарий и им предоставили сейф и два ключа. Материал, который вон Клюге принес с собой, они положили в сейф, и каждый повернул в замке свой ключ, когда они его запирали.
Фон Клюге протянул руку за ключом Варбурга.
– У меня будут оба, если вы не возражаете. До тех пор пока не приедет Мак-Куин.
После того как они покинули банк, они расстались, но фон Клюге быстро вернулся назад и высмотрел черную шляпу-котелок Варбурга в полуденной толпе. За банкиром было довольно легко следить и его путь было так же легко предугадать: он шел в американское посольство.
Фон Клюге проскользнул в будку телефона и попросил оператора соединить его с клиникой Хоффмана в Ярлсбурге. Первая часть плана прошла гладко. Стивен Тол-бот, без сомнения, должен был быть доволен.
Кассандра сразу же почувствовала перемену. Она и Монк завтракали на открытой террасе, увитой плющом, в окружении посадок герани и роз. Несмотря на это очарование, идиллия была нарушена возбуждением Монка.
– Что случилось? – спросила она, целуя его в щеку.
– Ночные новости. Похоже, Гитлер попытался откусить больше, чем он может проглотить, когда напал на Россию. Советы переходят в наступление.
Кассандра подняла голову, откинув назад выбившуюся прядь тонких светлых волос. Она знала, что Монк не лгал ей. Он был не способен на это. Он лишь не говорил ей всей правды.
– Были еще какие-нибудь сообщения? Кассандра видела, как он пытается подобрать правильные слова.
– Ничего существенного.
Кассандре хотелось оставить эту тему, оставить на время. Довольно скоро она сможет узнать обо всем.
Но начиная с того дня атмосфера в доме изменилась, и Монк полностью погрузился в свою тайну. Большую часть времени он теперь проводил в Вашингтоне. Когда он приезжал домой, то лишь для того, чтобы переодеться. Кассандра пыталась с помощью уговоров добиться какого-нибудь объяснения, но Монк всячески избегал этого.
Однажды утром после почти бессонной ночи Кассандра проснулась неожиданно, как будто ее что-то разбудило. Это мог быть холодный утренний ветер или голоса, которые она четко различала. Обнаженная, Кассандра выскользнула из кровати и прислушалась. Голоса притихли, заглушаемые скрипом ножек стульев о камни террасы. Монк вернулся домой из Вашингтона и теперь завтракал. Кассандра плеснула водой на лицо, почистила зубы и надела старую удобную фланелевую ночную рубашку.
– Ну, уже почти время…
Ее губы сложились в точное подобие буквы «о», когда она, выйдя на террасу, в последнее мгновение увидела незнакомца. Он был выше ее ростом, почти шесть футов, и на несколько лет старше; на вид ему было около двадцати пяти. У него были густые волнистые каштановые волосы и зеленые глаза цвета моря после шторма. Он был красивым мужчиной, если не считать сломанный гребневый хрящ носа и тонкий диагональный шрам через всю щеку, выделявшийся молочной белизной на загорелой коже.
– Доброго утра и вам тоже, – его голос был наполнен удивлением и радостью. – Меня зовут Николас Локвуд.
– Кассандра Мак-Куин, – представилась она.
– Монк рассказывал мне много о вас.
– Я вижу, что вы двое уже познакомились друг с другом. – Монк осторожно вышел на террасу, неся поднос с кофе, печеньем и приправами. – Ты рано встала, солнышко.
– Я не могла уснуть, – пробормотала Кассандра, краснея от упоминания Монком ее домашнего имени и становясь еще более красной в тот момент, когда она заметила усмешку Локвуда.
Стоя на мысочках ног, чтобы поцеловать Монка, она прошептала:
– Кто он?
– Почему бы тебе не присоединиться к нам за кофе? – спросил Монк.
В ту минуту, когда Кассандра села за стол, она почувствовала, что ночная рубашка плотно обтягивает ее грудь, и вспомнила, что под ней ничего нет. Настолько осторожно, насколько возможно, она потянула рубашку вверх.
– Я встретил Николаса в Вашингтоне, – сказал Монк, наливая всем кофе. – Он из Государственного департамента.
Что, по существу, было правдой. Но Монк не сказал о том, что Локвуд работал на генерала Донована по прозвищу «Дикий Билл», который основал Бюро стратегических исследований. БСИ, как его называли, было едва оперившейся американской разведывательной службой и подразделением командос в одном лице. Локвуд был одним из первых его выпускников.
– По сути дела, Николас и я едем в Европу на следующей неделе.
– Куда? – нетерпеливо спросила Кассандра.
– В Цюрих, – ответил Локвуд. – Там существует организация под названием Международная служба размещения беженцев. Большое количество известных писателей и издателей, до которых очень хотели бы добраться нацисты, были вынуждены бежать в Швейцарию. Возникли бы большие сложности, если бы Государственный департамент попытался вывезти этих людей официально. Но если они приедут, потому что журналу «Кью» потребуются их писательские способности…
– Я думаю, что это здорово, – сказала Кассандра.
Локвуд был рад, что Кассандра восприняла откровенную ложь за чистую монету. Когда он был назначен сопровождать Мак-Куина в Европе, он получил раздражающе расплывчатые инструкции: «Сделайте так, чтобы Мак-Куин вернулся назад с тем, что он получит». Но что это? У Локвуда было впечатление, что даже его начальники не были в этом уверены. Чем бы «это» ни было, предмет был довольно важен, если Локвуд участвовал вторым в деле.
– Когда вы уезжаете? – спросила Кассандра.
– Через пять дней, – ответил Монк и взглянул на Локвуда. – Это значит, что мне и тебе надо лучше изучить детали.
Когда мужчины поднялись, Кассандра сказала:
– Было приятно познакомиться с вами, мистер Локвуд. Возможно, мы увидимся снова.
Его улыбка сияла в ответ.
– Я рассчитываю на это.
– Я буду требовать от вас соблюдения этого, – поддразнила она его.
– Я рассчитываю на это тоже.
Перелет из Нью-Йорка на Азорские острова на клиппере компании «Пан-Америкен», арендованном Монком Мак-Куином, но оплаченном Государственным департаментом, длился более семнадцати часов. Николас Локвуд собирался использовать это время, чтобы поговорить с Мак-Куином о деталях их миссии, но две вещи помешали этому: способность пожилого человека спать под рев двигателей и Кассандра.
Николаса не покидал образ Кассандры. У него были до этого встречи с красивыми женщинами, но ни у одной из них не было очарования наследницы Мак-Куина. Больше чем ее физической привлекательностью, которую Николас нашел очевидной несмотря на мешковатую ночную рубашку, он был пленен ее открытостью и живостью. У нее не было того пресыщенного безразличия, характерного для богатых женщин Вашингтона и Нью-Йорка. Ее участие и забота о Монке, о том, что он делает, и причастность к трагедии, постигшей мир, были искренни и неподдельны. Николас подумал, что это было тем более замечательным, что Кассандра пострадала от попытки похищения, в результате которой ее мать лишилась жизни. Зная об этом по собственному опыту, Николас мог сказать, сколько характера и внутренней силы требовалось, чтобы пройти через это.
Во время дозаправки топливом на Азорских островах Николас и Монк завтракали в буфете аэропорта. Это был шанс, которого так ждал человек из БСИ.
– Вы собираетесь контактировать с вашими людьми в Цюрихе до того, как мы попадем туда, мистер Мак-Куин?
Монк откусил от своего апельсина. Николас вновь забросил удочку, Мак-Куин не мог винить его в этом, но он не отваживался сказать Локвуду правду. Даже секретарь по военным делам, который возглавлял эту экспедицию, не знал всей правды. Все, что Монк сказал ему, это то, что он нашел способ лишить Третий рейх сырьевых ресурсов, необходимых для ведения военных действий. Он не сказал ничего, что могло бы угрожать семье Джефферсонов. «Что я буду делать с Розой?»
Если информация, переданная немецким офицером фон Клюге, имела бы половину того взрывного эффекта, которого ждал от нее Варбург, то последствия для Розы и «Глобал» были бы катастрофическими. Монку было интересно, учитывал ли Стивен Толбот возможность оказаться однажды лицом к лицу с командой возмездия.
«Не забегай вперед, – предупредил он себя. – Шаг за шагом».
Монк обратился к Николасу.
– Прежде всего давай отбросим формальности. Зови меня Монк. Так как дело касается Цюриха, то нас уже все ждут. Нам лишь надо взять это и отвезти домой.
«Тогда почему нужен я? И что «это»? Хотя он предугадал ход мыслей молодого человека, Монк добавил:
– Я понимаю, что эта секретность тревожит тебя. Но все должно быть именно так.
– Мистер Мак-Куин, – Монк, – сказал Николас, – со всем моим к вам уважением БСИ создавалась не как почтово-сопроводительная служба. Если возникнут какие-то трудности, я должен быть к ним готов.
Монк улыбнулся. Он встречался с большим количеством офицеров БСИ при подготовке этой миссии и из всех выбрал Николаса. Они оба сразу же нашли общий язык. В процессе их встреч в Вашингтоне выработалось взаимное доверие и уважение. Монк почувствовал, что, несмотря на всю его независимость и изобретательность, Николас был чувствительным человеком, который очень высоко ценил службу.
– Цюрих, вероятно, самый безопасный город в мире, – сказал Монк Николасу. – Когда мы получим то, зачем приехали, я приоткрою для тебя завесу секретности.
Николас знал, что лучше знать что-то, чем ничего. Он обладал редкой чертой характера для людей своего возраста: у него было терпение.
На самолете компании «Пан-Америкен» они прилетели в Лиссабон. Используя свои удостоверения Красного Креста, двое мужчин пересекли испанскую границу и прибыли в город Виши во Франции, где два дня спустя они Пересели на другой поезд, который в запечатанном виде ехал через оккупированную Европу в Швейцарию. Несмотря на скучное утомительное путешествие, Монк настаивал на том, чтобы они прямо с вокзала поехали в представительство Международной службы размещения беженцев.
– Было бы лучше, если бы я встретился с руководителями один, – сказал Монк, когда они вошли в здание.
До того как Николас начал протестовать, в приемную пробился Абрахам Варбург. После знакомства он отвел Локвуда к пустому столу.
– Один из наших людей заболел, – объяснил он. – Пожалуйста, устраивайтесь поудобнее. Я уверен, что это не займет много времени.
Монк последовал за банкиром в его кабинет и впервые столкнулся лицом к лицу с человеком, который мог бы уничтожить одну из самых могущественных семей Америки.
– Герр Мак-Куин, – сказал немец, вставая и протягивая руку. – Рад видеть вас. Ваша репутация говорит сама за себя.
– Как и ваша, – сухо ответил Мак-Куин.
– Я полагаю, вы принесли необходимые бумаги?
Не говоря ни слова, Монк протянул фон Клюге конверт. Внутри было письмо от секретаря по военным вопросам, гарантирующее беспрепятственный проезд в Соединенные Штаты и заверенный чек на один миллион долларов, находящийся на личном счету Монка.
– Отлично, – прошептал фон Клюге.
– Ваша очередь, – сказал ему Монк.
Немец церемонно открыл свой портфель и вручил документ Мак-Куину.
– Описание самых последних поставок, как я и обещал.
Монк тихо ругался, когда читал контракты. У него всегда были свои сомнения насчет фон Клюге, человек казался слишком хорош для того, чтобы быть правдой, а так как Монк хотел получить компрометирующие материалы на Стивена, он не мог позволить дать ему уйти. Теперь он видел, что Стивен на самом деле поставил свою подпись под документами, которые могли похоронить его.
– Я вижу, что вы удовлетворены, герр Мак-Куин. Монк кивнул головой.
– В этом случае у меня есть сюрприз для вас. Немец показал ключ от банковского депозитария.
– Так как я знаю, что никогда больше не вернусь в Германию, я принес с собой несколько вещей, которые могут заинтересовать вас. Они находятся на безопасном хранении в банке на другой стороне улицы. Если вы не возражаете, я сейчас принесу их.
– Конечно, герр фон Клюге. Нам интересно все, что вы можете предоставить нам.
Фон Клюге исполнил четкий военный поворот кругом и вышел. Когда он пробирался через столы в приемной, он не заметил молодого человека, наполовину прикрывшего лицо журналом, который внимательно следил за ним.
– Ну, теперь он в твоих руках, – сказал Варбург. Он ожидал почувствовать ликование в этот победный момент. Но его сердце было пусто. Абрахам Варбург понял, что для его друга испытания только начинаются.
– То, что сделал Стивен, замечательно, – сказал Монк. – Если бы не было фон Клюге, он мог бы удрать с этим. – Он помедлил. – У вас есть какие-нибудь идеи насчет того, что еще он принесет нам?
Варбург отрицательно покачал головой.
– Что бы это ни было, я уверен, Вашингтон будет очень заинтересован.
Фон Клюге направился прямо в Швейцарский кредитный банк через улицу от Службы беженцев. Но он не пошел к стойке, за которой находился служащий, ответственный за депозитное хранение. Вместо этого он прошел к окошку кассы и встал позади человека, у ноги которого стоял чемодан. Клиент закончил свои дела и вышел. Без чемодана. Фон Клюге немного поболтал с кассиром об открытии счета и затем тоже вышел.
С чемоданом.
Через несколько минут фон Клюге был снова в Службе беженцев и шел по направлению к кабинету Варбурга. И снова он не обратил особого внимания на молодого человека, изучающего его. Когда их взгляды встретились, Николас Локвуд вежливо улыбнулся и отвел свой взгляд. Этих нескольких секунд немцу оказалось вполне достаточно для того, чтобы засунуть чемодан за большую кадку с кактусом у двери кабинета Варбурга.
«Но куда он идет теперь? – спросил самого себя Локвуд, когда увидел, что фон Клюге возвращается тем же путем, каким и пришел. – Может быть, он забыл что-то».
Или, может быть, что-то не так, подсказывал инстинкт Локвуду. Он подметил капли пота, блестевшие у фон Клюге на лбу, а также измерил его быстрые шаги. Человек был на грани бега. Николас поднялся со своего стула, направляясь за немцем, но фон Клюге вошел в лифт и закрыл за собой решетку.
Локвуд вернулся бегом в кабинет Варбурга.
– Парень, который был здесь – чего он хотел?
И Монк и Абрахам Варбург посмотрели на него с изумлением.
– О чем ты говоришь? – спросил Монк. – Он ушел и еще не возвращался.
– Черта с два! Он был здесь минуту назад. Прошел рядом со мной, неся чемодан.
– Мистер Локвуд, – рассудительно сказал Варбург. – Я заверяю вас, что джентльмена, о котором идет речь, нет здесь. Он вышел…
Николас выбежал из кабинета Варбурга, глядя по сторонам вокруг скопления столов.
«Думай! Представь себя на его месте! Он проходит мимо тебя. Он несет чемодан… Но он не входил в кабинет.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87