А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Приглядевшись, она закричала и в ужасе прижалась к стене. На полу копошилось целое полчище мышей. Маленькой девушке они казались огромными, как крысы. Одна мышь ухватилась за юбку и начала карабкаться вверх. Злата завизжала и брезгливо стряхнула мышь на пол.
Девушка бросилась к выходу, но навстречу ей, преграждая путь, поднялась визгливая туча летучих мышей. Злата в ужасе закрыла лицо руками. Летучие мыши кружились над её головой, словно заставляли войти в Лисью Нору.
Злата не помнила, как очутилась в просторной нише. Визг, писк, шорох разом стихли, наступившая тишина оглушала. Девушка огляделась. В каменном своде зияла дыра, служившая оконцем. Сквозь неё в пещеру сеялся дневной свет. В снопе солнечных лучей мирно плавали пылинки.
Осмотревшись, Злата увидела грубо обтёсанный деревянный стол, заставленный банками и склянками с неведомыми снадобьями и порошками. По стенам, словно связки лука или чеснока, висели гроздья сушёных мышей и жаб. Злате стало не по себе. Она уже была не рада, что пришла сюда. Девушка с опаской поглядела в сторону узкого коридорчика, ведущего в обиталище колдуньи. Там, свешиваясь с потолка, висели закутанные, словно в плащи, в свои перепончатые крылья, стражи - летучие мыши. Пути назад не было.
"Где же Ведунья? А ну как она ушла надолго и не вернётся несколько дней?" При мысли, что ей придётся провести здесь ночь, у Златы по спине побежали мурашки.
- Экая ты пугливая, деточка, - услышала она чей-то голос.
Откуда ни возьмись, прямо перед ней появилась хитрая мордочка Ведуньи.
От неожиданности Злата вздрогнула. Она никак не могла привыкнуть к умению колдуньи внезапно появляться и исчезать. Между тем юркая старуха уже суетилась возле стола.
- Пришла-таки. А я знала, знала, знала, что придёшь, - потирая ладони, пританцовывала она. - Что ж ты жмёшься в сторонке?
- Вы сказали, что можете рассказать мне о моём прошлом, - пролепетала Злата, робко подходя к старухе.
- Тут и рассказывать нечего. Коли захочешь, сама вспомнишь. Для этого только обручок надо снять, - захихикала ведьма.
- Но он не снимается. Я уж сколько раз пробовала, - возразила Злата.
- Пробовать-то надо умеючи. Против колдовства силу только колдовство имеет. Коли хватит у тебя смелости, я тебя подучу, как память обрести, и цену потребую пустячную, - старуха хитро прищурилась.
- Что же вы хотите?
- Уголёк, милочка. Чёрненький, невзрачный уголёк. Тот самый, что у тебя в ободочке.
- Невзрачный уголёк?! Ты называешь чистейший алмаз невзрачным угольком, насмешливая старуха! - топнула ножкой гордая красавица, приняв поистине королевскую осанку. - Стану я мараться об уголёк! У меня всё самое лучшее!
- Ишь ты, гордячка какая! Будь по-твоему. Иди откуда пришла, - лисья мордочка старухи сморщилась, и Ведунья как сквозь землю провалилась.
Злате стало не по себе. И зачем она вступила в спор с колдуньей? От таких разговоров хорошего не жди.
- Госпожа Ведунья, простите меня. Я согласна отдать вам обруч вместе с... угольком, если сумею его снять, - кротко сказала Злата.
- Так-то оно лучше будет, - мгновенно появившись, кивнула Ведунья и расплылась в елейной улыбке. - Тогда слушай. Под вечер в полнолуние, когда самое время для колдовства и ворожбы, отправляйся в алмазную штольню. Там найдёшь обручальное колечко, что сделали коротышки для Королевы Дриад. В нём заключена магия любви. Надев его, ты вновь научишься любить и лишь тогда обретёшь утраченную память.
- Но я умею любить, - возразила Злата.
- Вот как? - ухмыльнулась старуха.
- Ну да. Я люблю яблочный пирог, солнечную погоду, красивые украшения... О, я очень много чего люблю! - с жаром воскликнула Злата.
- Что ж, тогда нам не о чем говорить. Только помни, завтра последнее полнолуние перед тем, как кольцо отдадут законной владелице.
- Я приду! - на минуту задумавшись, кивнула Злата.
- Вот и чудненько! А я тебя ужо там поджидать буду, - слащаво пропела старуха, а себе под нос пробормотала: - Уголёчек-то волшебненький тебе ни к чему, а мне в ворожбе уж как пригодится.
ГЛАВА 22. АЛМАЗНАЯ ШТОЛЬНЯ
Потянулись мучительные часы ожидания. Злата не находила себе места. То хотелось поскорее узнать тайну, скрытую от неё обручем забвения, то становилось страшно при мысли, что ведунья сказала правду, и она и впрямь окажется человеком.
На небосводе загорелись звёзды. В домиках гномов один за другим гасли огоньки. Городок погружался в сон. Над долиной повис мерный стрекот сверчков, вышедших на вечерний концерт. В воздухе стоял густой аромат душистого табака и ночных фиалок. Спокойствие окутало тихую долину.
Не зажигая свечи, Злата стояла у окна, в задумчивости глядя на пустынную улицу. Ей не давала покоя бирюза. Почему она побледнела у неё в руках? Кто знает, что произойдёт, войди она в алмазную штольню? Не лучше ли оставить всё, как есть?
Девушка легла в постель, но сон не шёл к ней. Неведомая сила манила и звала Злату в алмазную штольню. Близилась полночь. Не в силах бороться со страстным желанием узнать тайну, золотоволосая красавица поднялась и, поспешно одевшись, выбежала из дома.
Луна посеребрила крыши. Мирный городок казался сказочным, словно картинка из детской книжки, но Злата не замечала царящей вокруг красоты. Её маленькие ножки быстро несли её к заветному месту. Добежав до штольни, девушка перевела дух, но к своему огорчению увидела, что вход в шахту завален огромным валуном.
- Пришла, красоточка? - вдруг услышала она знакомый голосок.
Из темноты возникла Ведунья. Старуха с хитрым прищуром посмотрела
на Злату и, прочитав её мысли, усмехнулась.
- Что приуныла? К каждому замочку свой ключик имеется. Запоры нам
не помеха. Только помнишь ли про обещанный уголёк?
Злата молча кивнула, и колдунья завертелась возле пещеры в шаманском танце. Бормоча заклинания и размахивая руками, она приплясывала вокруг валуна. Шлейф юбки, словно лисий хвост, метался по земле. Все быстрее и быстрее крутилась ведьма, все проворнее болтался из стороны в сторону длинный хвост. В самый разгар танца колдунья сыпанула на камень горсть волшебного порошка, и тот с шипением растворился, будто растаял. Путь был открыт. В полумраке пещеры виднелась лебёдка, приводящая в движение подъёмник.
- А вот и вход, милочка, только выхода здесь нет. Так что помни, ты покидаешь долину гномов навсегда.
Злата не шелохнулась. Внутри у неё всё похолодело от леденящего страха.
- Что, испугалась? - ехидно спросила старуха.
- Вот ещё! Я ничего не боюсь, - гордая красавица вскинула голову и ступила на платформу подъёмника.
Колдунья крутанула лебёдку и исчезла. Шестеренки заскрежетали, и подъёмник медленно пополз вниз. Злата очутилась в кромешной тьме. При мысли, что она спускается все глубже под землю, у нее закружилась голова. Бедняжка была не рада, что послушалась Ведунью. Гордыня вновь сыграла с ней злую шутку. Злата с замиранием сердца прислушивалась к скрежету шестеренок лебёдки на верху шахты. Он становился все глуше и тише. Наконец подъёмник остановился. Девушка поняла, что приехала, но страх так сковал её, что она не могла сделать ни шагу.
- Темнотища-то какая, хоть глаз коли, - визгливый голос Ведуньи показался Злате милее пения соловья.
От сознания того, что она не одна, сердце девушки радостно подпрыгнуло. Подземелье озарилось живым светом факела, висящего на стене. Ведунья кивнула Злате и с юркостью ящерицы двинулась вперед, заметая следы шлейфом. Проходя мимо незажжённых факелов, колдунья то ли фыркала, то ли чихала, щёлкала пальцами, и пламя тотчас вспыхивало, освещая путь. Злата едва поспевала за проворной старухой. Она не заметила, как они очутились в просторном подземном зале.
Ошеломлённая и ослеплённая увиденным великолепием, Злата застыла у входа. Стены, пол и потолок зала были усыпаны драгоценными камнями. Бриллианты, изумруды, топазы, сапфиры мерцали, вспыхивали
многоцветными искрами, словно внутри них бушевало холодное пламя. Посреди зала стоял выточенный из глыбы горного хрусталя стол, на котором красовалась бархатная подушечка с кольцом тончайшей работы.
Постепенно самообладание вернулось к Злате. Она окинула Ведунью презрительным взглядом и холодно произнесла:
- Ты всё выдумала, подлая старуха? Я - не человек. Погляди, разве камни обращаются в пепел?
- Погоди горячиться, красоточка. Всему своё время, - потирая ладони хихикнула колдунья. - Не хочешь ли примерить обручальное колечко?
Злата передёрнула плечами и, подойдя к столу, взяла кольцо в руки. Безделушка и впрямь была на редкость хороша. Злата продела в колечко
изящный пальчик, и вдруг откуда-то из глубин её памяти всплыл образ прекрасного музыканта, а потом на неё обрушился шквал воспоминаний. В тот самый миг, когда Злата осознала, что она - человек, обруч спал с её головы. Прекрасный алмаз ослепительно вспыхнул и превратился в кусочек чёрного угля. Ведунья подхватила его и тотчас исчезла, на этот раз навсегда.
Подземелье потряс страшный грохот. Пещера содрогнулась. Пламя языками рвалось из выложенных самоцветами стен. Изумруды обращались в пепел и угли. Стихия бушевала и бесновалась. Злате казалось, что земля уходит у неё из-под ног. Бедняжка металась из стороны в сторону, но из заколдованной штольни не было выхода. Девушка упала ничком, попыталась встать, но силы оставили её. Гарь, копоть, тьма окутали Злату. Сознание её угасло.
ГЛАВА 23. ДРИАДЫ - ДУШИ ДЕРЕВЬЕВ
Злата очнулась. Бледный лик луны выглянул из-за туч и уставился на неё немигающим оком. По небу неслись рваные серые клочья облаков. Скалы исчезли. Злата не знала, какая колдовская сила вынесла её из подземелья и забросила в неведомый далёкий мир. В долине гномов царило вечное лето, здесь же было холодно и промозгло. Вокруг печальными группками высились застывшие деревья. Весна ещё не вдохнула в них жизнь, и они с мольбой тянули ввысь беззащитные голые ветви.
Лес казался фантастической игрой воображения. Злата села, прислонившись спиной к ближайшему дереву. Внезапно её обожгло мертвенным холодом. Повинуясь безотчётному чувству страха, она вскочила и бросилась прочь, но пробежав несколько шагов, остановилась. Ей показалось, что деревья вокруг неё растворяются, словно отражение в озере, когда набежавший ветерок поднимает рябь на его зеркальной поверхности. Девушка зажмурилась и снова открыла глаза. Там, где только что вилась тропинка, непроходимой стеной толпились деревья. Злата, не разбирая дороги, кинулась к просвету в чащобе. Но это был всего лишь мираж.
Чем дальше она углублялась в лес, тем сильнее страх охватывал её.
Неведомая враждебная сила, казалось, поджидала на каждом шагу. Злата повернула назад, но наваждение повторилось. Очертания деревьев
расплылись, как размытая акварель, а когда контуры лесных великанов проступили вновь, Злата не узнала этого места. Она не верила, что деревья могут ходить, и все-таки готова была поклясться, что так оно и было. Пепельные призраки тянули к ней руки-ветви. Они все теснее окружали её, словно подталкивая и направляя к какой-то, лишь им ведомой цели. Вдруг тишину леса нарушил далёкий шелест листвы. Листвы, которой НЕ БЫЛО!
Зачарованный лес играл с крошечной путницей в жестокую колдовскую игру. Отовсюду тянуло холодом. Золотоволосая красавица казалась солнечным лучиком, невесть как очутившемся в зимней ночи. Злата пошла туда, куда вели её колдуны-деревья. Шелест призрачной листвы становился всё громче. Теперь он походил на шёпот, и скоро Злата стала различать слова.
- Отдаш-ш-шь, вориш-ш-шка! Отдаш-ш-шь! - шептали деревья, протягивая к ней щупальца ветвей.
Вдруг всё разом смолкло. Лес расступился, и Злата вышла на поляну, где росло одинокое дерево. Лишь оно было покрыто пышной зелёной кроной, словно холода и смена времен года не касались его. Казалось, природа собрала в этом гиганте все существующие на земле деревья. Кругляшки осиновых листочков соседствовали с резными листьями клёна, хвоя - с перьями пальм. Ни одно дерево, в каком бы краю оно ни росло, не было забыто в этом невероятном букете.
Неожиданно по стволу дерева пробежала дрожь, оно потянулось, словно разминая затёкшие после сна суставы, и превратилось в женщину.
Стан её был плотно обтянут парчой, а волосы пышным зелёным ореолом
обрамляли красивое лицо. На голове у неё блистала корона.
"Да ведь это Королева Дриад", - догадалась Злата.
- Повелеваю всем выйти! - скомандовала королева, и тотчас каждый ствол обернулся феей.
Бестелесные и полупрозрачные, души деревьев были одеты в длинные облегающие платья, под которыми не угадывалось ног. Движения дриад были неуловимы, они скользили, ни на миг не отрываясь от земли, ибо прервать эту связь даже на мгновение значило для них погибнуть.
"Дриады - добрые феи, и не причинят мне зла", - пыталась успокоить себя Злата, но дух враждебности так пропитывал всё кругом, что казался
почти осязаемым.
На красивом лице королевы застыла гримаса неприязни, а в глазах повелительницы деревьев зияла такая бездна холода и презрения, что Злата невольно отшатнулась. Девушка с надеждой обвела взглядом лица
других фей, но не нашла в них и тени сочувствия.
- Мы разгневаны. Как ты смела взять наше кольцо? - ледяным тоном промолвила королева.
- Вориш-ш-ка, вориш-ш-ка, - зашелестели лесные феи.
- Я не воришка и никогда не была ею, - Злата гордо вскинула голову.
- Ты взяла то, что тебе не принадлежит, а, значит, мы вправе так тебя называть, - процедила королева.
- Я не собиралась присваивать кольцо, я только примерила его, объяснила Злата.
- А знаешь ли ты, что из-за твоего проступка снега не растают вовремя, деревья зацветут позже, весна опоздает, и прилетевшим птицам будет неуютно в холодном мире? - продекламировала повелительница дриад, воздев руки к небу. Она вытянулась ввысь, став ещё более величественной, словно хотела подчеркнуть ничтожество стоящей перед ней девушки.
- Я сделала это не нарочно и готова вернуть ваше кольцо, - сказала Злата, снимая перстенёк. Тотчас, повинуясь неведомой магии, кольцо оказалось на руке у волшебницы.
- Я вижу, ты ни о чём не сожалеешь, - покачала головой фея. - А знаешь ли ты, что дурные поступки смывает только искреннее раскаяние? Проси прощения и, может быть, природа снизойдёт к твоим мольбам, весна наступит в срок, и мы простим тебя.
Злата не чувствовала за собой прямой вины. Её переполняла обида. Гордыня вновь шевельнулась в ней.
"Вот еще, буду я просить прощения за то, чего и в мыслях не было, подумала золотоволосая красавица. - Если весна не наступит в срок, в этом нет моего злого умысла".
- Коли вы ещё не поняли, что я невиновна, то мне вашего прощения не надо! - вслух сказала гордячка.
- Одумайся, гордыня не доведёт тебя до добра, - покачала головой Королева Дриад.
- Нехорош-ш-шо! Нехорош-ш-шо! - прошелестели её подданные.
- Может быть, гордыня и не доведёт меня до добра, зато вы ко мне слишком добренькие, - насмешливо произнесла Злата. - А ещё говорят, встреча с дриадами сулит удачу. Будь я феей, я бы всем дарила счастье, а не обвиняла бы напрасно в несуществующих грехах.
На мгновение над поляной воцарилось молчание, а потом Королева Дриад торжественно произнесла:
- Будь по-твоему, гордячка! С этого дня ты будешь всем дарить счастье.
Злата хотела ещё что-то сказать, но видение исчезло.
ГЛАВА 24. ШАРМАНЩИК
Гигантские деревья стояли молчаливые и безжизненные. Кое-где грязными клоками лежал спрессованный снег. От выстывшей за зиму земли тянуло холодом. Продрогшая Злата бежала по тропинке в надежде поскорее выбраться из заколдованного места. Ей надоело скитаться среди гномов, фей и колдунов. Она всей душой желала вернуться к людям. Что с того, что она мала ростом и взрослому человеку лишь по пояс? Мало ли на свете невысоких людей!
Вдруг Злата услышала странный звук. Девушка насторожилась. Совсем недалеко от неё кто-то рычал. Если в лесу водятся дикие звери, ей несдобровать. Злата огляделась в поисках хоть какоо-нибудь убежища. С монотонной размеренностью рык повторялся снова и снова. Злата вся обратилась в слух. Нет, разъярённый зверь так не рычит. Кто бы это мог быть? Гонимая любопытством, маленькая красавица осторожно пошла на звук. Вскоре в просвете между деревьями она увидела большущий расписной ящик с блестящей ручкой.
"Да ведь это огромная шарманка!" - осенило Злату.
Рядом с шарманкой, укутавшись в выцветшее шерстяное одеяло, храпел великан. Подле него тлели угли погасшего костра. Великан зашевелился и, причмокивая губами, повернулся на другой бок. Сучковатая коряга, лежащая возле, больно впилась ему под рёбра. Не успела Злата спрятаться, как великан проснулся, открыл заспанные глаза и увидел крошечную золотоволосую куколку. Сон с него как рукой сняло.
- Чур меня! - вскакивая, перекрестился он.
Ни жива ни мертва от страха, Злата бросилась прочь, но, споткнувшись о корень дерева, растянулась на земле.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11