А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Это будет наш свадебный ужин, — сообщил он, сгреб ее в свои объятия, поцеловал в шею.Ромили стиснула зубы, не отпрянула, и он принял это за согласие и влепил еще один поцелуй. Прямо в губы…— Завтра ты уже не будешь такой мрачной, моя юная леди. Эй, бабушка, она хорошо о тебе заботится? Если что, ты мне скажи, я ее поучу.Он взял свою ветхую, всю в заплатах накидку, оглядел, отбросил в сторону, потом снял с вешалки кожаный плащ Ромили, с трудом натянул его на плечи и уже с порога с изрядной долей надменности заявил:— Он тебе больше не понадобится. Тебе будет незачем ходить со двора, разве что в отхожее место. Скоро потеплеет, потом придет весна… так что обойдешься.Рори ушел. Ромили едва сумела сдержать гнев. Ишь ты как распоряжается! Натянул на плечи плащ ее брата — и хоть бы что! Ладно, негодяй! Пока я твою накидку припрячу — ничего, что старенькая, все еще теплая. Еще кошелек с монетами — пусть их не так много, — тоже хорошенько спрячем, без них нечего делать в Неварсине. К сожалению, сумма маленькая — Макаран был щедрый человек и покупал жене и дочерям все, что они желали, но вот с наличными… Зная, что деньги в повседневном обиходе им не нужны, он выдавал им только по одной серебряной монете, которые они могли потратить на ярмарке. Конечно, если Рори увидит их, эта сумма покажется ему настоящим богатством. Ромили улучила момент, когда старуха не могла проследить за ней, и, спрятавшись за развешанным бельем, завернула монеты в тряпочку и спрятала у себя на груди. В кошельке же оставила пару мелких медяшек. Девушка была уверена, что рано или поздно Рори спохватится и сообразит, что она не могла отправиться в дорогу без денег, и обязательно обыщет ее — вот почему следовало хоть чем-то утихомирить его жадность.К вечеру вся «семейка» собралась за дощатым, ничем не покрытым столом. Ромили поставила посредине котелок с супом, рядом — испеченный ею каравай. Рори недовольно заворчал — хлеб, мол, сыроват. Что она могла поделать? Не такая уж искусная стряпуха из нее получилась. Старуха была настроена более миролюбиво — ничего, успокоила она внука, девка молодая, еще научится. Хлеб печь вообще большое мастерство, не то что суп варить, а суп получился неплохой, есть можно… Когда пришло время ложиться спать, Рори тяжело глянул на нее и объявил, что сегодня она может спать на кровати вместе с бабушкой. Он подождет четыре дня. Не больше…Теперь стало ясно, за какой срок следовало успеть с подготовкой побега. Однако не тут-то было — Мхари, посопев, сказала:— Давай-ка залезай к стенке, дорогуша. Думаешь, я не видела, как у тебя глазки горят, как ты все норовишь дать деру. Ты сама, дура, не понимаешь, от какой жизни отказываешься. Когда вы с Рори поженитесь, ты уже не сможешь убежать.Как это? Ромили даже опешила, однако, чтобы ничем не выдать своего удивления, стиснула зубы. Ничего, решила она, когда-нибудь ты все же заснешь. Девушка залезла на постель, но, наработавшись за целый день, сразу заснула, как только голова коснулась подушки. Проснувшись ночью, она заметила, что старуха бодрствует — глаза ее так и горели во тьме. Что ей, старой, совсем спать не хочется?! Ага, так ведь она отсыпается днем… Вот карга хитрая!..Так прошло три дня. Ромили готовила, убирала за старой женщиной, меняла ей постель и одежду. Кое-как наскребла несколько минуток, чтобы простирнуть свое бельишко… К счастью, стирала она в дальнем углу, и Мхари не могла заметить, чем именно она занимается. Месячные прошли, белье чистое — следовало что-то предпринимать.Вот еще что мучило ее. Если она решила, что выдаст себя за парня, ей следует заранее в деталях продумать, как вести себя в такие дни. Много разговоров слышала насчет солдат женского пола, сестер из так называемого Ордена Меча, которые дают обет никогда не носить женскую одежду, не отпускать волосы. Она таких никогда не видела, но ходили слухи, что и с этой трудностью они справились. Оказывается, существуют особые целебные травы, которые останавливают кровотечение. Вот бы узнать их секрет! Ромили знала кое-что о травах, ведь ей приходилось лечить животных. Да, было одно средство, правда, наоборот: оно вызывало кровотечение у коров, сук и, если хотите, у женщин, но никак уж не подавляло это отправление, хотя была травка, с помощью которой можно на некоторое время остановить кровотечение. Эти, из Ордена Меча, используют что-то в этом роде? Может, попытаться? Однако она не собака, ведь у людей цикл проходит по-другому. Стоит ли в ее нынешнем положении задумываться о таких сложных вещах, тем более что у нее нет запаса трав.На четвертый день, проснувшись, Рори сказал:— Сегодня ты будешь спать со мной, в маленькой комнате. Вечером разделим пищу и огонь, пусть все будет по закону.Его слова не на шутку расстроили Ромили. В горах, как она слышала, закон в любом случае требует возвращения жены к мужу. Не имеет значения — по доброй ли воле пошла она замуж или нет. Женщина вообще имела мало прав, так что, если Ромили сбежит после того, как проведет с ним ночь, разыскивать ее будут не только родные, но и муж. Возьмут ли ее в обучение при таких обстоятельствах? Значит, либо сегодня, либо никогда!Весь день, присматривая за старухой, она гадала, как поступить. Может, стоит подождать, пока он возьмет ее… и вот когда захрапит… Она слышала, что все мужчины, насытившись, тут же засыпают. Но вот старуха! Помешать она не сможет, а вот шум поднять — это пожалуйста! Целыми днями твердит одно и то же: будто она, Ромили, сама не понимает, какая удача ей привалила. Это им удача привалила, а не ей. Жену покупать не надо, сама приехала. Вот вцепились!.. В любом случае тем или иным способом, но она вырвется отсюда. Впредь будет умнее…Может, действительно, отдаться ему?.. От этой мысли сразу же перехватило горло — что же она, жалкая жертва, которую может использовать всякий добряк? Как бы сделать так, чтобы он не смог преследовать ее? Когда они разденутся, может, улучить минутку и спрятать его одежду и обувь? Трудно, но что поделать! Однако этого мало, все старье тоже надо припрятать, всю обувь, одежду — он все равно бросится в погоню. Точно! Не забыть выпустить червинов из коровника.Нет, она не подчинится!Когда они разденутся, вырубить-то его она вырубит. Точный удар коленом, и он еще не скоро очухается. Только бить надо изо всех сил, стесняться тут нечего. Если она промахнется — конец!.. С другой стороны, он едва не придушил ее, когда бросился на нее в первый раз, и теперь ни на йоту не доверяет… Вот он, главный вопрос, который бессознательно будоражил ее все это время: готова ли она погибнуть, но не допустить, чтобы над ней было совершено насилие, или нет?Сердце замерло, точнее, заледенело, потому что следом неизбежно всплыла и другая ужасная загадка — сама-то она готова убить мужчину, если он попытается овладеть ею?Теперь требовалась ясная голова, нельзя было поддаться бремени этой мысли. Если сомнения придавят ее — пиши пропало, жизнь свою можно было считать конченой.Рори же первым накинулся на нее и, если бы она на самом деле оказалась парнем или если бы не порвалась рубашка, непременно бы задушил. За лошадь и кожаный плащ он был готов на все! Да, потом он к ней относился по-доброму, в общем-то не докучал, как ни горько звучит это слово. Теперь, после так называемой женитьбы, Ромили попала бы в рабство на всю жизнь. Готовь, стирай, ухаживай за старухой, ублажай его по ночам, и так день за днем, месяц за месяцем… До самой старости? До смерти? И в конце концов принять ее, как примет Мхари? Нет, такая жизнь ее не устраивает. Она, значит, ему кожаный плащ, коня, удовольствие, а он ей неподъемную работу за здорово живешь?В полдень Рори вошел в хижину — она в тот момент формовала каравай — и бросил на стол тушку рогатого кролика.— Я его освежевал и снял шкуру. Зажарь к обеду, чтобы только с корочкой. Чтоб хрустело на зубах. Я десять дней не ел мяса. Завтра засолишь остаток, а сегодня повесь в коровник, да смотри повыше, чтобы вермины Мелкие хищники, вроде крыс.

не достали.— Как скажешь, Рори.Втайне она обрадовалась. Замороженное мясо очень даже пригодится ей в дороге. Остаток тушки она подвесила рядом с седлом.Скоро в комнате вкусно запахло жареным мясом. Ромили была отчаянно голодна, однако после того, как накормила старуху, уложила ее на взбитые подушки, отерла ей подбородок, почувствовала, что не может проглотить ни куска.Только этого не хватало. Не дай Бог выдать раньше срока свои намерения!«Я должна быть готова! Сегодня или никогда».Она сидела за столом и нервно, мелкими глотками пила чай, когда Рори вошел в комнату, приблизился, обнял ее сзади.— Я развел огонь в очаге в маленькой комнате, так что нам не будет холодно, Калинда. Пойдем.Конечно, это старуха сказала ему, как ее якобы зовут. Она-то ничего не говорила. И он ни разу не спросил, а теперь, значит, Калинда… Какой ласковый!.. Она почувствовала неодолимую слабость в коленях — даже сомнение взяло: хватит ли у нее смелости осуществить задуманное.Ромили позволила Рори взять себя за руку; покорная, влекомая мужчиной, пошла за ним к двери. Спокойно наблюдала, как он закрыл дверь, накинул крючок. Это плохо. Если ей удастся осуществить задуманное, то путь к отступлению должен быть полностью свободен.— Стоит ли дверь закрывать? — небрежно спросила она. — Бабушка вряд ли войдет в нашу комнату. Она ходить-то не может.— Я думал, так будет уютнее. — Он глупо ухмыльнулся.— А если бабушка позовет меня ночью, тут в темноте ничего не разберешь. И придется с дверью возиться.— Я смотрю, ты поумнела. — Рори совсем расслабился — Это хорошо, что у тебя душа добрая, мы с тобой уживемся…Он откинул крючок и чуть приоткрыл дверь, затем грузно опустился на край кровати. Дерево затрещало… Рори начал снимать ботинки.— Дай-ка я помогу тебе. — Она бросилась к парню. Помогла ему снять обувь и тут же наморщила носик. — Фу, как они воняют! Ты что, в навозную кучу наступил? Дай-ка мне их, я утром почищу. Давай-ка и свои кожаные штаны, от них тоже дух идет… — Она на мгновение замерла — не слишком ли далеко зашла? Однако Рори не заметил подвоха.— Тогда и рубашку возьми, — предложил он, — постирай… Я утром подожду, пока она высохнет. Поставь ботинки возле параши. Нечего смердеть им здесь, в комнате для новобрачных.«Лучше, уже лучше! Однако не спеши, он еще может догадаться…» Ромили помедлила, пододвинула поближе кувшин, в который сливали воду после умывания, — тоже пригодится… Постояла, пока не услышала его голос:— Калинда! Я жду. Иди сюда…— Иду, — откликнулась девушка и осторожно двинулась к постели.Сейчас или никогда!Она села на край кровати, стянула свои сапоги, потом носки, потом верхнюю рубашку. Наконец, бриджи…Рори шевельнулся под одеялом, сел рядом. Руки его начали шарить по ее груди, что, по мнению парня, означало ласку.Потом завалил ее на кровать, принялся целовать.Ромили невольно оттолкнула его.— Значит, любишь сопротивляться? Если так, девчонка, то я люблю вот так! — Он покрыл ее, тело его было обнажено, изо рта пахло чем-то прокисшим.Ромили едва не вырвало. Ей страстно захотелось глотнуть свежего воздуха. Хоть капельку, хоть чуть-чуть… Тем более выбраться из-под верзилы. Иначе как ударить, когда он стиснул ее намертво? Но вот Рори приподнялся на локте, начал копаться у нее между ног, и Ромили, улучив момент, изо всех сил ударила его коленкой. Попала точно — Рори взвыл и скатился с кровати. Руки он зажал между ног.— А-а, сука! Кошка чертова! Ну, сука!.. А-а…Что-то встревоженно закричала в большой комнате Мхари — спрашивала, что случилось, наверное… Ромили тут же скатилась с кровати, бросилась к старухе, забила ей в глотку кусок оторванной от ее нижней рубашки материи, а самое рубашку завернула на голову. Потом бросилась в кухонный угол, схватила оставшиеся полкаравая и остатки жареного кролика, обувку и штаны Рори, кое-как скрутила все в один узел, подхватила свою одежду и бросилась в коровник.Уф!..В доме продолжал завывать Рори — жалко, страшно, совсем как перепутанный зверь. Тут же завизжала старуха — видно, удалось выдернуть кляп изо рта…Ромили справилась с дыханием — на мгновение ей стало жалко этих несчастных людишек, не по своей воле одичавших, но выбора не было. Кто кого!Наконец она добралась до коровника, кинжалом разрезала затянутый Рори узел и, нахлестывая червинов по хребту, погнала их к выходу. Когда те, удивленно ревя, выбрались во двор, бросилась к своей лошади. Между тем крики Рори перешли в стон. Ромили вновь с жалостью подумала о бедном парне. Это все из-за ларана, мелькнуло в голове. Это из-за него она вдруг на мгновение почувствовала боль, которую испытывал крестьянин.Следом в душе вскипела злость.«Он хотел убить меня. Хотел изнасиловать — я ни в чем не виновата перед ним. Я защищалась!..»Ромили подняла свою обувку, бриджи, быстро натянула их, потом схватила мужские ботинки — тут на мгновение задумалась… Наконец, решившись, швырнула их к туалету, подбежала к нему, распахнула дверь, сунула ботинки в очко, запихнула туда же и брюки. Он их будет долго искать, а когда найдет, будет еще столько же отмывать, и только потом отправится на поиски. Так, теперь оседлать лошадь, собрать провизию, упаковать все ненадежнее — и вот уже, вскочив на коня, проверив, все ли на месте, Ромили ударила его каблуками, и тот, заржав, мелкой рысцой затрусил в сторону леса. На развилке она повернула на дорогу, которая вела под уклон, отпустила поводья, давая лошади возможность самой одолеть крутой спуск. На ум пришли слова старой Мхари: «Тебе бы следовало взять влево от развилки и добираться до подножия горы».Сердце гулко билось у нее в груди — будущее, скрытое пеленой, теперь не казалось столь очевидным, как представлялось в ночь, когда она покинула родной кров. Тогда мечталось: доберусь до Неварсина, узнаю о Руйвене; в конце концов разыщу его, и все устроится. Нет, не устроится — она еще до Неварсина не успела добраться, как уже попала в переплет. Слава Богу, удалось вырваться, вновь стать свободной. Надолго ли?И все равно — она свободна! Как там ни крути, Рори вряд ли будет преследовать ее — ему нельзя надолго бросать старуху. И кого он будет искать? Калинду? Нет больше никакой Калинды! Есть Румал. Пусть вокруг темная ночь, пусть хлещет дождь… Плевать, что провизии в общем-то с гулькин нос. И деньжат маловато. Все-таки она теперь вольная птица. Она вырвалась из ужасной западни.«Итак, теперь я свободна. Осталось только решить, что же мне делать со свободой. Может, вернуться в „Соколиную лужайку“?» Но это будет полным поражением, проявлением малодушия и трусостью. Ромили заботило, как она будет выглядеть в глазах отца. Но как-то странно выходило — она столько сил потратила на то, чтобы вырваться на свободу, теперь, значит, добровольно отправится в тюрьму?«Нет, буду действовать, как решила. Доберусь до Башни и начну тренировать ларан». Ромили напомнила себе, что во всех сказках и легендах герой начинал с того, что преодолевал трудности. Множество трудностей!.. Совершал подвиги… «Ну, до подвигов мне далеко; если считать побег от Рори героическим деянием, то конечно… Но в любом случае, я теперь героиня удивительной повести, которая называется жизнью, и в ней, по-видимому, открывается новая глава.Ужас какой!..»Девушка даже вздрогнула от мысли, что впереди во мраке ее ждала не свобода, а новые испытания. 2 Ночь была мглистая, темная… Дорога покрылась коркой льда. Деревья стояли как истуканы, легкий ветерок не шевелил их обмерзшие ветви. Скоро взошла луна, однако Ромили не прибавила ходу, с ней случилось то, чего она больше всего боялась. Девушка заблудилась. Места, открывшиеся при сумеречно подрагивающем свете луны, были ей совершенно незнакомы. У подножия горы она вместо того, чтобы повернуть налево, как советовала Мхари, взяла вправо. Пусть даже этот путь уводил в сторону от Неварсина… Слишком простенькую задачку она предложила бы Рори, вздумай тот отправиться в погоню. Вот на что рассчитывала — чем ближе к монастырю, тем больше поселений, спросит у кого-нибудь путь. Тем не менее она упорно держалась выбранного направления. Так и ехала весь следующий день, по то появляющемуся, то исчезающему проселку. Раз дорога есть, значит, куда-нибудь она приведет?К вечеру девушка окончательно заблудилась — ни единого огонька не посверкивало в округе. Делать нечего, следовало готовиться к ночлегу. Ромили подъехала к редкому колку — деревья в роще все были старые, зябнувшие под ледяной коркой… Вот как бывает в горах — зарядит метель, потом осыплет дождем и следом внезапно ударит морозом. Случалось, от холода птицы замерзали на лету, а деревья превращались в жутких невиданных чудищ. Слава Богу, что теперь мороз ослаб. Ветерок пахнул теплом, прелью… Это была верная примета, что к утру начнется оттепель.Девушка выбрала дерево, самое могучее, подвела к нему коня, расседлала, привязала к стволу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58