А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

А на самом деле все они могут быть уже мертвы.
Его отеческий гнев в сочетании с чувством беспомощности действовал на меня еще более убедительно, чем мой собственный. Я наклонилась к нему и пообещала:
– У нас еще будет свой шанс вернуть столы на старое место, сэр. Мы обязательно доберемся до этого.
– Мы должны это сделать, – прервал Сарда. – Перрен может вообще ничего не знать обо всем. Он наверняка бы не участвовал в таком деле, если бы его предупредили. Я отведу вас в лабораторию, Он поднялся. Та быстрота, с которой вулканец это сделал, резкость и угловатость его движений вызвали у меня мрачное предчувствие. Он торопился, но его мотивация уже изменилась. Скрытый импульс в его движениях подсказал мне, что его преследовало эхо, повторявшее одно и то же имя; "Перрен, Перрен, Перрен". Хватит ли логических приемов всей Галактики для того, чтобы воздействовать на Перрена? Сарда исчез в узком дверном пролете, но вопросы остались.
Я жестом направила Маккоя и Мэрит вслед за ним в качестве арьергарда.
Скеннер, проходя мимо меня, произнес:
– Не переживайте. Это лишь проявление поклонения кумиру.
Я ответила довольно резко:
– Думаю, что я не вправе рассчитывать на такое.
Наряду со страхом я ощутила и некоторую неловкость. Я приготовилась к жестокой схватке и повела свою пеструю группу внутрь лаборатории вслед за Сардой. Моя память продолжала удерживать лицо Кирка, его взгляд, обращенный к Споку, ответную реакцию на этот взгляд, состоявшийся обмен планами или, по крайне мере, мнениями. Вопросов много, но ответов на них пока нет. Я все еще могла рассчитывать только на собственные силы.
Предатели!
Действительно, наши дела складывались не слишком хорошо, если мне не удалось успокоить себя даже надеждой на то, что капитан Кирк знает все, и ответы на вопросы уже у него в кармане.
Сарда остановился в конце коридора. Из-за плохого освещения ему никак не удавалось вспомнить нужную дверь. Проход был довольно узким, стены сырыми, и выглядели они более старыми, чем в том здании, которое только что было нашей тюрьмой. Мы не могли точно определить, в течение какого времени эта ферма уже не использовалась по своему прямому назначению, но слабый специфический запах когда-то содержавшихся здесь животных еще не выветрился окончательно. Коридор заканчивался тупиком-с единственной дверью в конце.
– Сарда, – негромко позвала я. Он остановился, задерживая всю нашу команду, и мне пришлось протискиваться между ее членами.
– Я пойду первой, – набрав в легкие побольше воздуха, я заглянула в лабораторию. Здесь было почти пусто. Остались лишь несколько антресолей, компьютер и множество пустых металлических контейнеров. Отсутствовали даже стулья, если они вообще когда-нибудь стояли здесь. Я подала знак остальным войти в комнату. Скеннер прикрыл за собой дверь.
Освещение здесь оказалось ненамного лучше, чем в коридоре, но тип осветителей был другим. Очевидно, Кирку удалось серьезно расстроить систему энергообеспечения всех лабораторий. Но теперь для Морни это уже не имело существенного значения: лаборатория, видимо, была уже им не нужна, выполнив все свои задачи.
Сарда оказался рядом со мной.
– Где-то здесь должен быть блок внешней связи. Им незачем было забирать его с собой, – вулканец стал рыться среди брошенного оборудования и информационных контейнеров. – Вот он. Но частично демонтирован.
Мы подняли портативную консоль на ближайший стол. Она напоминала телефонный аппарат, соединенный с компьютером.
– Сможете восстановить блок связи? – спросила я, сочувственно рассматривая полуразрушенную панель.
– Похоже, что они размонтировали эту штуку не специально, предположил Сарда, – а всего лишь украли некоторые наиболее доступные для снятия детали. Думаю, что можно заменить недостающие платы и произвести достаточно мощный сигнал для запуска транспортационной системы корабля.
– Скеннер, а что вы думаете об этом? Он задумался, затем слегка поморщился.
– Не так уж плохо. Хотите, чтобы я попробовал?
Я промолчала, но ответ прозвучал в моем взгляде.
– Хорошо, я постараюсь, – ответил механик и принялся за работу.
Оба доктора и я помогали ему, собирая детали и платы, которые отвечали описаниям Скеннера и Сарды. Вскоре консоль стала все больше и больше приобретать свой первоначальный вид, и Скеннеру удалось выйти на связь с автопилотом, находящимся на борту "Короля".
– Он рядом. Я знаю, что он прямо над нами, – пробормотал механик.
– Сможете усилить сигнал еще больше? – спросила я.
– Не волнуйтесь, "Король" обязательно ответит нам.
Но я не могла не волноваться, все еще не слишком доверяя кораблю, который напоминал, скорее, не космический тягач, а остатки после аварии на пивзаводе. Всматриваясь в экран монитора, я пыталась понять смысл множества красных точек, бегущих по координатной сетке в поисках подходящей частоты волны.
– Может быть, вам не хватает мощности источников питания? Должно быть…
Я ощутила глухой удар в стену. Это были несколько бульдозеров. Мы услышали их рычание уже слишком поздно и ничего не успели предпринять.
Сильный удар в спину вывел меня из равновесия, я упала, но сознания не потеряла. Комната закружилась перед моими глазами в кошмарном водовороте боли и лиц. Мои ноги сделались ватными, и я на время лишилась способности двигаться. Чьи-то жесткие руки схватили меня за плечи и снова бросили на пирамиду из железных контейнеров; затем они опять подняли мое тело и схватили меня за горло. Я подумала о сопротивлении, ведь наемники тоже люди…
Но это была работа не наемников Морни. Я увидела новые лица, которые ненавидели нас сверх всяких обязанностей, связанных с суммой денежных чеков.
Я ощутила дуло дезинтегратора Клингонов на собственной щеке. В лицо пахнуло неприятным запахом чужого рта.
Склонив голову в злобной усмешке, – Гелт удовлетворенно произнес:
– Ну что, теперь будешь танцевать со мной?

***
С большим трудом мне удалось открыть глаза, и кошмар оказался явью: четыре Клингона в атакующей позе с дезинтеграторами, направленными в сторону Сарды и других.
– Где все? – потребовал Гелт. – Все эти научные штучки, которыми вы тут занимались?
– Но мы не ученые, – еле слышно прошептала я, насколько мне это позволяло сдавленное горло. Ради моих друзей я всеми силами пыталась отвечать спокойно. – Как вы можете видеть сами, они забрали все свое оборудование и покинули это место. Мы даже не знаем, чем конкретно они тут занимались.
Его лицо говорило о том, что он не верит ни одному моему слову.
– Сверхускоритель, – прошипел Гелт. – Где он?
Хорошо. Если он хочет слушать, пусть слушает.
– Уже примерно в тридцати пяти тысячах километров отсюда.
Его рука еще сильнее сжала мое горло. Я чувствовала, как пульсируют мои сонные артерии, и мне приходилось довольствоваться тем малым количеством воздуха, которое он мне оставил. К тому же вновь вернулась пульсирующая боль в спине.
– Держу пари, сверхускоритель прямо над нами, – произнес Гелт.
Его самодовольство вызвало у меня приступ ярости, как это уже однажды случилось. Я ударила кулаками в его твердую, как металл, грудную пластинку и прохрипела:
– Ты прав, глупая рожа, но ты бессилен против космического корабля.
Все- таки было что-то чертовски приятное в том, что тебя ненавидит Клингон. Может быть, даже не столько приятное, сколько приносящее своеобразное удовлетворение. Если, бы у меня так не пересохло во рту, я бы наверняка плюнула в его уродливую рожу. А в это время стоявшие рядом Маккой и Скеннер все еще пытались справиться с собственным изумлением.
Губы Гелта побелели от ярости, он вскинул вверх свою свободную руку и издал победный клич.
Этой же рукой Клингон расстегнул свой пояс и достал кинжал, при одном виде которого жертва должна была замереть от ужаса. А ведь он находился еще в ножнах! Гелт, однако, захотел посмотреть на сам клинок. Резким движением он сбросил ножны на пол, и прямо перед моим лицом заблестел холод металла.
– Считай, что твои друзья уже трупы, – зарычал он. – А ты сама… ты будешь… это на нашем языке называется "мясо для обряда мести", – он еще крепче сжал мое горло, скрипя зубами и шевеля губами.
Лезвие кинжала оказалось с зазубринами в форме когтей. Без сомнения, Клингонам всегда неплохо удавались драматические роли.
Я напряглась, ожидая своей, участи. Неужели меня ждет смерть от ножа Клингона, который он вот-вот воткнет мне между ребрами?
Вдруг комната превратилась в арену горячей схватки. Из укрытия заработал фазер. Сначала один Клингон, а за ним второй оказались обездвиженными и лежащими на полу. Не понимая до конца, что же происходит, я тоже решила действовать и ткнула пальцем в правый глаз Гелта. Клингон взвыл и ослабил давление на мое горло.
Еще двое его соотечественников пытались открыть огонь из дезинтеграторов, получая в ответ фазерные залпы. Сарда, спрятавшись под столом, дожидался удобного момента, затем внезапно вскочил и ударил одного из Клингонов ногой по голове. Тот начал оседать вниз, но вскоре, пошатываясь, снова встал в боевую позу, и его добил только фазерный выстрел. Он упал прямо под ноги Гелту, и оба Клингона оказались на полу.
Теперь я была уже свободна и попыталась встать на ноги. Гелт тоже старался подняться из неудобного положения: ему мешал его коллега, находившейся уже в бессознательном состоянии. Я поняла, что у меня в запасе не так уж много времени. Подпрыгнув вверх, я достала довольно внушительный кусок решетки от кондиционера, который лежал в разломе стены, напряглась и двумя руками ударила им Гелта по голове, сложив воедино в своем ударе тяжелый металл и собственную злость. Гелт несколько раз вздрогнул, но затем затих.
Прислонившись к стене, я переводила дух, пытаясь разобраться в том, что происходит с последним из Клингонов. В моих ушах звенело.
Я поняла, что медленно соскальзываю вниз, только тогда, когда услышала голос Маккоя и ощутила, как он пытается удержать меня от падения.
– С вами все в порядке?
Скеннер тоже выглядел обеспокоенным.
– Он не задел вас ножом, Пайпер?
Я покачала головой и, жмурясь, перевела свой взгляд в сторону дезинтегратора, который все еще крепко сжимал Клингон.
– Ну что ж, неплохо, – прохрипела я. – Оказывается, только мы следовали аргелийским запретам на ношение оружия.
У Скеннера вырвался вздох облегчения. Он сначала посмотрел на Гелта, потом на меня. Механик покачал головой, удивленный моей зоологической ненавистью к Клингонам.
– Наверное, у вас должен быть какой-то пунктик, – заметил он.
Ко мне постепенно возвращалось мое обычное восприятие мира. Я откашлялась, пытаясь понять, не буду ли выглядеть дурой, отвечая им. Я довольно резко встала и выпрямилась.
– Скеннер, возвращайтесь к своей работе.
– С вами все в порядке?
– Вполне… Занимайтесь своим делом.
Я легонько подтолкнула его в сторону панели устройства связи. Но мои слова не очень-то убедили механика, поскольку меня до сих пор удерживал на ногах доктор Маккой. Я удивилась немалой физической силе, обитавшей в не очень внушительных формах доктора.
Что же все-таки произошло? Неужели капитан Кирк и мистер Спок поднимались вверх с помощью транспортационного луча только в моем воображении? Или на самом деле они были здесь?
Я заморгала и несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь стряхнуть пелену с собственных глаз.
Однако в нише, в которую упиралась комната, где все мы сейчас находились, не было ни Кирка, ни Спока.
Оттуда медленно, почти торжественно вышел Перрен. Он все еще держал фазер в своей руке, разглядывая последнего клингона, превратившегося сейчас в кусок лежащей на полу бесформенной плоти. В левой руке Перрен сжимал металлический кейс. Он посмотрел на нас и поочередно встретился взглядом сначала с Сардой, потом – со мной. Крепко прижимая к себе этот таинственный чемоданчик, вулканец вышел из своего укрытия, продолжая держать правой рукой свой фазер наперевес.
Я с трудом шагнула в сторону, лишаясь – такой необходимой поддержки Маккоя: после удара Гелта продолжала болеть спина. Вскоре за мной выстроилась вся моя команда.
Сарда тоже встал в их ряд, и я знала, что ничто не может заставить его изменить свое решение.
– Спасибо, – поблагодарила я.
Перрен коротко кивнул.
– Добро пожаловать.
Перед нами вихрем пронеслись воспоминания о нашем недавнем заточении: мы подумали о том, что, возможно, снова стали пленниками. Впятером против одного вулканца с фазером наготове… совершенно неравные силы.
Перрен, видимо, почувствовал это и ответил соответствующим образом.
– Я не собираюсь бросать вам вызов, – произнес он, не сумев, однако, смягчить предостережение в своем голосе. Вулканец раскачивался взад-вперед, зелень его формы хорошо смотрелась на фоне серого камня.
– Мне очень жаль, что наши цели нельзя объединить.
– Так же, как ваши с целями профессора Морни, – ответила я, тоже медленно двигаясь в сторону двери и надеясь, что он не ощутил угрозы в моих словах. – Морни собирается использовать "Энтерпрайз" в качестве корабля-лаборатории для испытания сверхускорителя. Ее не волнуют системы безопасности или жизни членов экипажа.
– Вся команда будет высажена, когда мы доберемся до пункта нашего назначения, – ответил Перрен. – Они останутся живы.
– Возможно, их уже сейчас нет в живых, – вмешался Маккой. В его голосе звучала убежденность, которую давали ему его профессиональные знания и опыт. – Морни или лжет, или обманывает сама себя, считая, что она так легко сможет воспользоваться антидотом. С наркотическими газами шутки плохи, а для нее даже это может служить предметом игры, – он стрелял словами в Перрена, словно пулями: это была неотразимая правда.
– Ее больше не волнует безопасность, Перрен, – продолжила я. – Если сверхускоритель не выдержит испытаний, то ей вместе с пятьюстами членами команды придется отправиться в путешествие между системами измерений, откуда нет возврата. А если испытания пройдут успешно, все равно команда "Энтерпрайза" стала жертвой предательства. Она дурачит вас. Не позволяйте ей делать этого.
Его утонченные черты вулканца затуманились сомнением, но так было лишь мгновение, после которого все снова прояснилось.
– Урсула планирует все возможные варианты. Снотворный газ не является смертельным ядом.
– Да, но она всего лишь теоретик, – неожиданно сурово прервала его Мэрит. – Она не является специалистом в области медицины. Никто не может всего за один вечер научиться управлять веществами, обладающими гипногенным действием. Только для подбора правильных доз нужны месяцы. Вы верите ей или доктору Маккою?
Перрен любовно обхватил свой металлический чемоданчик, меня поразило его сходство с мальчишкой, схватившим под мышку любимого плюшевого медведя. В нем, без сомнения, шла напряженная внутренняя борьба: его брови соединились в одну ниточку. Рядом со мной аналогичные эмоции испытывал другой вулканец, для которого все это было понятным, – Сарда. Он находился под воздействием их духовного единения, в котором невмешательство в сугубо личные проблемы всегда находится под угрозой.
Та неожиданная, невероятная победа над кораблем точно такого же класса, как наш, снова ожила в моем мозгу в малейших деталях, и капитан Кирк в этих воспоминаниях вновь учил меня своей излюбленной тактике:
"Дергай и толкай, толкай и дергай, а результат не заставит себя ждать…"
– Вас просто используют в собственных корыстных интересах, настаивала я. – Она заигрывает с вами. А результатом могут стать сотни погубленных жизней.
– Пайпер права, – произнес Сарда. – Я умоляю вас, верьте ей.
Он не сказал: "Она знает всю правду", а только лишь: "Она права".
Тонкая разница, больше относящаяся к области морали.
Перрен перешагнул через одного из лежавших без сознания клингонов и направился к двери, затем вдруг заколебался. Похоже, ему не хотелось покидать нас до того, как он сам сможет сделать необходимые выводы и представить их нам. Все это говорило о его неуверенности. А его потребность в том, чтобы быть понятым, доказала мне, что мы уже близки к тому, чтобы пробить неприступную стену.
– Я должен принимать взвешенные решения, – наконец произнес он, и не без неуверенности. – Мне нужно находиться там, где находятся мои компьютеры и проходят мои расчеты. Я собираюсь поступить так ради собственных целей. А это… – он повел фазером в сторону поверженных клингонов. – Эти ребята пытались сделать то, что им неположено, и я постарался помешать этому, – на полу лежало неплохое подтверждение его словам. – Урсула недооценивает вулканцев. Это может стать для меня своего рода прикрытием.
Сарда сделал шаг в его сторону.
– Нет никакой логики в том, чтобы подвергать риску жизнь целой команды космического корабля, – произнес он, прибегая к доводам простейшей дидактики.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30