А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Ворф и Трой последовали за ним.
На полпути она остановилась как вкопанная, ослепленная не физическим шоком – следствием падения, но словно витавшим в воздухе призраком присутствия чего-то другого. Реальность заколебалась в ее сознании; на мостике внезапно сгустились сумерки.
"ШОКОВАЯ ВОЛНА", – осенило ее с неожиданно подступившей паникой. Она услышала приглушенное гудение и подняла глаза к пробитому куполу. Птицы щебетали, купаясь в теплом солнечном свете. Небо было ярким и спокойным. Она сделала глубокий вдох и содрогнулась всем телом освобождаясь от призраков и от страха. По какой-то непонятной причине она почувствовала сейчас то же, что и тогда, когда капитан рассказал ей о возможном варианте будущего, которое касалось ее: ощутила, что ей дается еще одна жизнь.
– Диана? – Билл шагнул к ней, на его лице была озабоченность. – С тобой все в порядке?
Ворф и Дэйта остановились и повернулись к ней.
Она посмотрела на них, заметив беспокойство в глазах Билла, и внезапно ее охватило чувство благодарности за то, что она жива и окружена дорогими ей людьми, ощущение драгоценности этого мига.
– Да, – ответила Трой мягко, когда, наконец, ей снова удалось обрести голос, и улыбнулась. – Да, Билл.., все просто отлично.

* * *

На пыльном плато Пикар вырыл могилы для Кирка и Сорана фазером, от которого они оба погибли. Он похоронил Сорана рядом со скалой, где ученый построил помост, который, как он планировал, должен был вернуть ему жену и детей.
Кирка он похоронил в тени древнего дерева, в том месте, откуда открывался вид на джунгли и на чистое небо. К тому времени, когда он установил последний камень на могиле капитана, небеса покраснели и наступили багровые сумерки. На горизонте над деревьями и горами Веридианское солнце опускалось все ниже и ниже, струи его лучей окрасили белые могильные камни лилово-оранжевым светом.
Долгая миссия была закончена, Пикар вытащил булавку – знак отличия капитана корабля – из своего кармана и прикрепил ее на вершине могилы. В первые минуты, когда он осознал, что Кирк умирает, Пикар испытал невыносимое чувство вины. Ведь это именно он заставил Кирка сменить вечное счастье в нексусе на смерть. Но он знал, поняв это из встречи с капитаном, что Кирк не смог бы поступить иначе.
И жертва Кирка, которую он принес так радостно, так легко, освободила Пикара от жгучего желания вернуться к Рене и Роберу, к его ненастоящей жене и детям. Он вспомнил гнев на лице Гуинан:
Я НЕ ХОТЕЛА УХОДИТЬ... ВСЕ, О ЧЕМ Я МОГЛА ДУМАТЬ, – ТАК ЭТО О ТОМ, ЧТОБЫ ВЕРНУТЬСЯ НАЗАД...
Но когда он стоял, подняв руку в салюте, над могилой Джеймса Кирка, и глядел на красочный Веридианский закат, то чувствовал лишь облегчение оттого, что ему удалось вернуться назад, в реальность.
Кирк понимал это. Существование в нексусе не имело ни смысла, ни цели. Вечно – да, но не реально. И хотя жизнь за пределами нексуса была временным, быстро проходящим феноменом, это только придавало каждому ее мигу больше ценности, больше остроты.
Воздух был прохладным; Пикар стоял так несколько минут, думая о том, что и он, и миллионы других были должниками Джеймса Кирка. И тут он взглянул вверх при звуке ревущего двигателя и заметил что-то бледное на фоне сумеречного неба.
Шаттл с "Энтерпрайза"! Он приземлился грациозно и мягко на площадке неподалеку от скалы, не подняв пыли. Пикар быстро пошел мимо деревьев, чтобы встретить прибывших, и появился в тот самый момент, когда крышка люка открылась и показались ля Форж и Ворф.
Ворф выпрыгнул первым, щуря глаза в сгустившихся сумерках, чтобы рассмотреть своего командира.
– Капитан, с вами все в порядке?
– Да, – устало сказал Пикар.
– А что с Сораном? – спросил Ля Форж, замявшись в дверном проеме.
Пикар заколебался, думая о двух оставшихся за спиной могилах, скрытых деревьями и кустарником. Без сомнения, в будущем он подробно доложит о том, что произошло с ним на плато и в нексусе, что случилось с Джеймсом Кирком и Сораном.., но сейчас он хотел всего лишь возвратиться на корабль и отдохнуть.
– Вам не нужно больше о нем беспокоиться. – Он двинулся к входу в шаттл.., и остановился, покосившись в тусклом свете на небольшую повязку, которой был обмотан лоб Джорди, на рваную форму Ворфа, на опаленные вмятины в боку шаттла.
– Были проблемы с клингонами?
Ля Форж переглянулся с Ворфом; несколько мгновений царило гробовое молчание: видимо, никто из них не хотел отвечать. Наконец, Джорди тяжело вздохнул:
– Можно и так сказать...

* * *

Бортовой журнал капитана. Дата по звездному летоисчислению 48650.1.
"Звездный корабль "Фарагут" прибыл на орбиту и начал телепортировать выживших с "Энтерпрайза" на борт, чтобы переправить назад на Землю.
Наши потери были малозначительными.., но, к несчастью, сам "Энтерпрайз" не может быть восстановлен".

* * *

Пикар сделал паузу, занося записи в бортовой журнал, и посмотрел через открытый дверной проем на нескончаемый поток персонала в коридоре... Кто-то из членов команды нес личные вещи, которые им удалось спасти из своих кают, некоторые тащили уцелевшее оборудование, другие несли раненых на носилках. Освещенный лишь аварийными огнями, коридор вел в направлении открытого люка, за которым простиралась зеленая равнина и залитое светом солнца небо Веридиан-Три.
– Компьютер, – сказал Пикар, поворачиваясь в своем кресле к окну, в котором виднелись вершины далеких гор, – закончить записи. Мне бы хотелось чашечку чая "Эрл Грэй". Горячего. – Он оперся локтями о полированную поверхность стола в конференц-зале. Его собственная каюта была превращена в обломки, и у него до сих пор не было времени покопаться в них. Вместо этого он был занят работой здесь, в одном из немногих мест, где функционировала связь и компьютеры корабля.
– Этот сорт в настоящее время недоступен, – прогудел компьютер. – Выбор сортов чая ограничен: банчу, ежевичный или Тиреллианский мятный.
Пикар вздохнул:
– Ладно, не надо.
Неожиданная тень упала на стол. Он поднял глаза и увидел Гуинан: она улыбалась, стоя в дверях.
– Рада видеть тебя снова. – Казалось, она оставалась прежней даже в этом хаосе и ужасные события совсем не затронули ее.
– Я тоже рад тебя видеть, – он ответил ей улыбкой. – Я хотел спросить...
– Я знаю... – выражение ее лица стало загадочным. – И я хотела извиниться за то, что недооценивала тебя, Жан-Люк. За то, что боялась, что ты не вернешься.
– У меня были причины. Веридиан-Четыре. Эта команда.., и ты, Гуинан. – Он заколебался. – Почему ты мне все тогда не рассказала? – Он развел руки, обводя поврежденную комнату и то, что было за открытой дверью.
Она ответила не сразу, а прислушалась к резким, серебряным голосам птиц снаружи. Гуинан повернулась к окну и сказала:
– Некоторым вещам суждено случиться. Так, тебе было суждено спасти Веридианскую звезду. И это... – она обвела взглядом окружающую картину. – Это тоже должно было произойти.
– Но несколько членов команды погибли, – сказал тяжелым голосом Пикар. – Мы потеряли семнадцать...
– Да... – Гуинан грустно кивнула, в ее глазах отразилось понимание. – И именно так все должно было произойти. Смерть не всегда поражение, Жан-Люк. Это – часть рождения, это путь, которым идет Вселенная. – Она сделала паузу. – Я была в местах, где жители плакали при рождении и праздновали смерть. Наверное, это не такая уж плохая идея – воспринимать все в развитии.
– Так значит, мне было суждено спасти Веридиан-Четыре и большую часть команды, – сказал Пикар, – но не этих семнадцать?.. – Он еле заметно покачал головой:
– Если бы ты только мне сказала...
Она перебила его:
– ..ты вернулся бы в еще более далекое прошлое, чтобы спасти их в любом случае. Я знаю. Именно поэтому я не сказала тебе. – Она печально, устало вздохнула. – Иногда это не легко – знать о каких-то вещах. – Она подняла глаза и огляделась по сторонам. – Я буду скучать по этому кораблю...
Пикар кивнул. Чувство глубокого облегчения от того, что он спас население Веридиан-Четыре и свою команду, было омрачено потерей этих семнадцати и потерей корабля. Он горевал по нему.., не так сильно, конечно, как по Роберу и Рене, но все же чувствовал скорбь.
Однако он не ощущал злобы и гнева от потери, как тогда, когда услышал о смерти своего брата и племянника. Опыт, приобретенный им в нексусе, и встреча с капитаном Кирком изменили его, помогли оценить то, что было временным, то, что мелькало и уходило в небытие.., как раз из-за его непостоянности.
– Я хочу поблагодарить тебя, – сказал он Гуинан, – за то, что ты помогла мне в нексусе. За то, что познакомила меня с Кирком. – Голос его смягчился, и он сказал ей то, что еще не открыл никому:
– Он вернулся сюда, на планету, со мной и погиб, помогая остановить Сорана.
– Я знаю, – сказала Гуинан очень тихо; на этот раз в ее взгляде не было веселья. – Это тоже должно было произойти. Иногда Вселенная может быть очень справедливой. Он умер так, как всегда хотел, – изменяя ход событий.
При этих словах Пикар резко поднял голову, вспоминая последний вопрос, который задал ему Кирк; затем его губы расплылись в еле заметной улыбке:
– Я надеюсь, что когда придет мое время, Вселенная будет так же добра ко мне.
Она потянулась через стол и положила свою теплую руку на его.
– Я думаю, что так и будет, Жан-Люк, – сказала она и улыбнулась. – Так и будет...

Глава 16

Диана Трой стояла посреди руин грузового отсека, сканируя их своим трикодером в поисках признаков жизни.
Как никто другой, она осознавала, насколько близко они все на этот раз подошли к порогу смерти. Созданная воображением картина того, что могло произойти, как и видения, посетившие ее на мостике вскоре после катастрофы, все еще не отпускали Диану, возникая в ее сознании с ужасающей реалистичностью.
В то же время она чувствовала себя освобожденной, помолодевшей после того мимолетного прикосновения смерти. Это помогло ей вспомнить, что было самым важным, и избавиться от тревоги за Ворфа и Билла и не волноваться о том, что скрывало будущее.
Она разговаривала с ними обоими и поняла, что они чувствовали то же, что и она: были просто благодарны судьбе за то, что остались живы, и хотели, чтобы любые отношения развивались естественно, своим путем.
С момента катастрофы она успела поговорить со многими членами команды, пытаясь помочь им справиться с эмоциями. Удивительно, но создавалось впечатление, что капитан словно родился заново. Трой ожидала, что потеря "Энтерпрайза" ударит по нему с удвоенной силой, но Пикар воспринял это нормально и, казалось, справился со своей скорбью по поводу смерти племянника и брата.
В гораздо большей степени она была озабочена состоянием Дэйты. В этот момент Диана стояла рядом с ним, глядя на обломки разрушенных перегородок и оголенные, перепутанные цепи.
Выражение лица андроида было несколько встревоженным, но он держал себя в руках, направляя трикодер на груду обломков.
– Я хотел бы поблагодарить вас, советник, за то, что вы помогаете мне в поисках. Это очень благородно с вашей стороны.
– Нет проблем, Дэйта. – Она подняла глаза от своего трикодера и улыбнулась ему. – Я уже выяснила все, что только было можно. Боюсь, что больше мне ничего не сделать.
– Вы справляетесь со своими потерями очень достойно. Гораздо лучше, чем я... – Он грустно вздохнул, переходя в другую зону разрушения, и снова начал сканировать.
– Это другое, Дэйта. Я потеряла всего лишь вещи... Но меня чрезвычайно впечатляет то, как ты справляешься с этим.
Андроид кивнул и сказал с легким оттенком искренней гордости:
– Это было сложно, но я уверен, что держу ситуацию под контролем.
– Так ты решил не снимать эмоциональный чип?
– Теперь нет, – сказал Дэйта, глядя на руины. – Сначала я был не готов к непредсказуемой природе эмоций.., но после того, как испытал двести шестьдесят одно эмоциональное состояние, я уверен, что научился контролировать свои чувства. – Он расправил плечи с такой трогательной и наивной решимостью, что Диана еле сдержала улыбку. – Они больше не смогут управлять мной.
– Что ж, Дэйта, – одобрительно ответила Трой, – надеюсь, что... – она остановилась как вкопанная, так как ее трикодер засигналил, и посмотрела на показатели. – Здесь! – Она возбужденно махнула андроиду:
– Мне кажется, я что-то нашла!
Дэйта поспешил к ней, его глаза были расширены от ожидания и надежды.
Трой повернула свой трикодер так, чтобы он юг посмотреть на показатели.
– Есть признак жизни, очень слабый. – Андроид передал ей свой трикодер и наклонился к источнику излучения – упавшей перегородке, которую он тут же отбросил в сторону рывком нечеловеческой силы. Под ней лежали куски металла и разбросанное содержимое контейнерных хранилищ: скомканная форма, ботинки, какая-то еда, медицинские принадлежности; все это Дэйта начал раскапывать с поразительной быстротой, пока, наконец, не добрался до куска пластиковой панели.
Он отодвинул ее прочь, и под ней оказалась Пятно, безопасно укрывшаяся под обломками. Она посмотрела на андроида и издала горловой заунывный звук.
– Пятно! – Дэйта нагнулся и, схватив кошку, уткнулся лицом в ее рыжую шерсть. Она тут же начала мяукать – так громко и с таким удовольствием, что Диана тут же восторженно засмеялась.
– Я очень, очень счастлив, что нашел тебя, Пятно, – пробормотал Дэйта, прижимая животное к груди.
– Еще одна семья соединилась! – Трой не смогла сдержать улыбки. Она прошла среди груд мусора и встала рядом с согнувшимся андроидом, наклоняясь, чтобы погладить Пятно.
Дэйта повернулся, показывая золотистые глаза, полные слез; улыбка Трой моментально погасла.
– Дэйта, – спросила она спокойно, одновременно удивленная и тронутая чувствами андроида, – с тобой все в порядке?
Он неловко пожал плечами, отчего капля упала с его щеки:
– Не уверен, советник. Я счастлив видеть Пятно.., а почему-то плачу. Чип, наверное, сломался. – Трой мягко положила руку ему на плечо:
– Нет, Дэйта. Я думаю, что чип работает отлично.
Он посмотрел на нее и улыбнулся сквозь слезы.

* * *

Пикар стоял, склонившись над тем, что осталось от его каюты, перебирая в руках остатки прошлого.
Он понял из общения с Сораном, что глупо держаться за то, чего уже нет и что нельзя вернуть, ведь все это было преходящим.
Здесь было много из того, что ему принадлежало, а теперь казалось уничтоженным, – вещи, которые он ценил, по которым будет скучать. Сейчас, однако, они казались ему незначительными в свете того опыта, который он приобрел, пройдя рядом с нами и напоминает, что нужно дорожить каждым мгновением жизни.., потому что оно больше не повторится. Мы ведь, в конечном счете, смертны.
Какое-то мгновение Райкер молчал; затем знакомый шаловливый огонек зажегся в его глазах:
– Говорите за себя, сэр! Я собираюсь жить вечно.
Капитан улыбнулся ему, когда они шагнули от руин его каюты на разрушенный мостик. Тень упала на лицо Райкера, когда он посмотрел на капитанское кресло.
– Я всегда думал, что в один прекрасный день займу это кресло...
– У вас все еще остается шанс, – сказал Пикар. – Что-то я сомневаюсь, что это последний корабль с именем "Энтерпрайз". – Он заколебался на мгновение, в последний раз обводя взглядом мостик, чтобы запечатлеть его в памяти навсегда, затем коснулся своей комброши.
– Пикар – "Фарагуту". Двоих на борт.
Капитан выпрямился, услышав мягкое жужжание транспортатора, и стоял, не шевелясь, наблюдая за тем, как прошлое исчезало у него на глазах.




1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23