А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

У меня от этих гимнов в горле пересохло.
Или от твоей бесконечной болтовни, подумал Фергюс.
Бальная зала была от пола до потолка отделана зеркалами. Повсюду сияли огромные венецианские канделябры: Жених с невестой стояли в окружении ближайших родственников, встречали гостей, принимали поздравления, поцелуи, улыбки.
– Дорогая Флисс, – произнесла Вероника, чмокая воздух в сантиметре от щеки невесты. – Ты выглядишь как принцесса. Я желаю тебе счастья. – Потом она повернулась, чтобы представить Фергюса. – Познакомься…
Широко улыбаясь, Флисс протянула руку.
– Нас не надо знакомить. Мы с Фергюсом знакомы.
– Разве? – Фергюс внимательно присмотрелся к яркой молодой женщине. – Вы уверены? Не мог же я забыть такую красавицу?
Флисс рассмеялась.
– Не волнуйтесь, вы не страдаете потерей памяти. Мне тогда было тринадцать. Я была прыщавым подростком с пластинкой для исправления прикуса. Мы учились с Дорой в одной школе, – объясняла она. – Когда был день открытых дверей, вы водили нас в кафе на чай.
– Не может быть! И вы это помните?
– Чай был очень вкусный, – продолжала Флисс. – И к тому же потом весь шестой класс наказали, потому что из-за вас они накрасили губы.
– Ужасно, детям из-за меня так попало, а я ничего не помню, – улыбнулся Фергюс.
Вероника не поверила, и ее бровь слегка приподнялась.
– Я на сегодня приглашала Дору, – сообщила Флисс, все еще смеясь. – Но у нее самой скоро свадьба.
– Да, она по уши увязла в предсвадебных приготовлениях, – подтвердил Фергюс. Но его облегчение было преждевременно.
– Она сказала: если получится, попозже приедет.
– Я ничего не знал об этом. – Он встретился взглядом с Вероникой. – Обычно мы с ней не сталкиваемся на светских мероприятиях.
– Так жалко, что я не смогу побывать на ее свадьбе, – пожаловалась Флисс.
– Я уверен, Дора поймет, что медовый месяц важнее, – посочувствовал Каванаг. – Зато там будет Вероника. Она будет вашим доверенным лицом.
Новоиспеченная леди Картерет снова засмеялась.
– Ронни никогда не была ничьим доверенным лицом, Фергюс. Она всегда сама по себе.
– Только не теперь. – Он прекрасно сознавал, что Аннет Грант стоит совсем недалеко от них. – Мы поделили главную роль на двоих.
Флисс засветилась от радости:
– Как это здорово!
– Мы тоже так думаем.
Они прошли вперед, он взял два бокала шампанского и протянул один Веронике.
– Весь шестой класс? – спросила она наконец. – Все эти губастенькие тринадцатилетние девушки… И вы думаете, я поверю, что вы не заметили?
– Поверьте, это так, – сказал он. – Но мне стоило большого труда не заметить, что нет более опасного сочетания, чем спортивные тапочки и губная помада. Директриса хотела получить от меня взнос на строительство нового корпуса и под благовидным предлогом утащила меня в свой кабинет на стаканчик шерри.
– Она получила деньги?
– Даже быстрее, чем предполагала. Мне не терпелось уехать. На следующий год вместо себя я отправил Поппи.
– Эх, вы… – Но ей не удалось поддразнить его, потому что их окружили друзья Вероники, которые несколько месяцев не виделись с ней и хотели узнать о ее жизни. И о ее новом знакомом.
Он пожимал руки, вежливо улыбался, с облегчением обнаружил, что мужчины больше интересовались его мнением по поводу рынка ценных бумаг, нежели тем, давно ли он знаком с Вероникой.
– Аннет сказала мне, что вы встретились во время дождя, – в момент затишья громко сказала одна старая вдова. – Искали убежище под деревом?
– Нет, тетя Мэй, мы познакомились в поезде, – поправила Вероника, наклоняясь к самому уху старушки.
Подошла Сьюзи и с многозначительной улыбкой спросила:
– Итак, расскажите мне о том дереве, под кроной которого вы встретились.
– Я уже говорила тебе, что мы познакомились в поезде.
– Если мне не изменяет память, за завтраком.
– Потом встретились опять, случайно, – подключился к разговору Фергюс и посмотрел на Веронику, предоставляя ей возможность уточнить детали.
– В музее, – выбрала она.
– В музее? Да брось ты, Ронни! Даже в Мелчестере можно найти занятие поинтереснее, чем таскаться по музеям.
– Это была вечеринка, – уточнил Фергюс. – Мы в Мелчестере умеем развлекаться даже в музеях. – Выбрав ведущую роль, он имел возможность импровизировать. – Это было открытие фамильного зала Каванагов, Сьюзи. Там выставлены наиболее интересные экспонаты керамического боя. Вы должны обязательно увидеть это, когда приедете к Веронике в гости.
– Что значит «керамический бой»? – спросила Сьюзи.
– Осколки древнегреческих амфор, – объяснила Вероника, принимая эстафету. – Их откопала мама Фергюса. Помнишь, ты упомянула, что миссис Каванаг была археологом?
– Да. – Сьюзи почувствовала себя припертой к стенке.
– Потом мы увиделись еще раз, на концерте. – Фергюс осторожно направлял расследование вперед, чтобы Сьюзи не задавала вопросов, которые могли бы запутать Веронику.
– Натыкаться друг на друга вошло у вас в привычку?
– Мелчестер – город маленький. Оказалось, что наши вкусы совпадают. У нас обоих были куплены билеты на премьеру одного и того же спектакля… Как он назывался. Вероника? Что-то по Оскару Уайльду…
– «Идеальный муж», – быстро проговорила она.
– Ну, конечно, «Идеальный муж». Скоро он пойдет и в Лондоне. Стоит посмотреть. – Он взглянул на Веронику. Казалось, еще мгновение, и она потеряет контроль над собой. Он хотел бы посмотреть, как она хохочет над тем, что он говорит. Но она была сама серьезность.
– Да, вещь очень неплохая, – согласилась она.
– Ну так вот, когда это выяснилось, мы решили, что пора позаботиться об окружающей среде. – (Сьюзи выпучила глаза). – И пользоваться одной машиной на двоих, – объяснил он.
– Похвально. А знаете, какое логическое продолжение у данного решения? – (Они ждали, прекрасно понимая, что их вот-вот могли разоблачить). – Делить абсолютно все, – продолжала Сьюзи, – включая постель.
– Действительно? Я не подумал об этом. – С каменным лицом Фергюс повернулся к Веронике:
– А ты, дорогая?
– Я как-то упустила это из виду. Но стоит подумать.
– Конечно, – неуверенно сказала Сьюзи.
– Что ты говорила по поводу раннего ухода? – спросил Фергюс, когда они остались наедине. – Одурачить Дору будет значительно труднее. – (Глаза Вероники излучали веселье). – Это не смешно. В случае с моей маленькой сестренкой селедка тебе не поможет.
– А мне теперь селедка не понадобится. Если так и дальше пойдет, нас скоро начнут спрашивать, когда мы назначим день свадьбы.
– Какая жалость, что я не подумал о кольце. Если мы притворимся помолвленными, нас не потревожат годами.
– А не будет ли это решение выглядеть слишком поспешным?
– Я – Каванаг, а наши привязанности вспыхивают внезапно, – наставительно произнес Фергюс.
– Я слышала об этом… Мне стоит предупредить, что Сьюзи очень многое о вас известно.
– Я так и подумал. Она напоминает одну большую ходячую сплетню.
– Но придется сделать так, чтобы нас чаще видели вместе.
– Не считаю это такой уж неразрешимой проблемой.
– И я не считаю. – Вероника покраснела. – Но может, нам стоит держать этот план про запас, на будущее? – Значит, будущее все-таки есть? Ему хотелось уточнить это. Но она так смотрела на него из-под ресниц, что голова его пошла кругом. – Если мы объявим о помолвке сейчас, все захотят, чтоб мы назвали дату свадьбы…
– Дату свадьбы? – Леди Мэй, оказавшаяся в двух шагах от них и продолжавшая теребить слуховой аппарат, широко улыбнулась. – Аннет ничего не говорила мне о том, что ты выходишь замуж, Вероника. – Ее голос был звонким, как у бывалой актрисы. Гул разговоров замер. И уже в полной тишине она добавила:
– Мне никто ничего не рассказывает.
Глава 6
В наступившем безмолвии Аннет Грант и другие гости повернулись и смотрели на них. Звук гонга и торжественное объявление о необходимости занять места за столами раздались как раз вовремя.
Могло показаться, что мать Вероники как будто еще не была готова обсуждать случившееся.
Но на самом деле она набиралась сил, и Фергюс с Вероникой догадывались об этом.
– Так, – начал Фергюс, когда гул разговоров снова достиг наивысшей точки. – Вот вам и тема для обсуждения за обедом.
– Фергюс, мне так…
– Помните, Вероника, – сказал он серьезно, до того как она успела произнести свои извинения. – Никаких воздушных шаров.
– Шары? – Она удивленно посмотрела на него. – Это не смешно…
Но он все-таки улыбнулся.
– Вам виднее. Но, по-моему, это очень забавно. А могло, кстати, быть намного хуже.
– Хуже? – не сдержалась Вероника и по взглядам окружающих поняла, что слишком повысила голос. – Но как? – взяв себя в руки, тихо спросила она.
– На моем месте мог оказаться фальшивый итальянский граф. – (Она продолжала смотреть на него недоверчиво). – Или кто-нибудь типа Джерри.
– Фергюс, это не тема для шуток…
– Тогда почему вы смеетесь?
– Я не смеюсь, – запротестовала она. На самом деле ей стоило немалых усилий, чтобы сдерживать себя. Фергюс видел, как смеялись ее глаза и уголки губ.
– Пора платить по счетам. Наш столик номер, три, – сказал он. – «Мисс Вероника Грант со спутником». Скажите, – спросил Фергюс, стараясь отвлечь внимание Вероники от множества глаз, следивших за ними, – как бы вы поступили, если бы я не стал принимать участие в этой игре? Она с удовольствием согласилась сменить тему.
– Я придумала бы уважительную причину, из-за которой мой кавалер не смог прийти. Чем я и занималась в тот момент, когда увидела вас, бегущего по платформе, – призналась она.
– Причиной, несомненно, стала бы срочная деловая встреча?
– От результата которой напрямую зависела бы стабильность международного рынка.
– В Нью-Йорке?
– Слишком близко. Каких-нибудь три часа на «конкорде». Это неуважительная причина.
– Тогда в Гонконге?
– Уже лучше.
– Но неинтересно…
Интересного, по мнению Вероники, не было ничего. Наоборот, эта игра с каждой минутой становилась все опаснее.
– Во всяком случае, интереснее, чем Нью-Йорк, – заметила она.
Уже давно ничто так не интересовало его, как эта женщина.
– Во всяком случае, более убедительно. Вы не согласны?
– Да уж, с даром убеждения у вас все в порядке. Только что вы это удачно продемонстрировали на присутствующих.
– Включая Сьюзи?
– Ox уж эта Сьюзи! – И она наконец дала волю смеху, который долго сдерживала. Звонкий смех, как трель серебряных колокольчиков, заставил многих обернуться в их сторону, а сердце Фергюса забиться сильнее. – Сьюзи убеждена, что мы любовники. Ваш поцелуй заставил ее поверить в это.
– Но это же хорошо, не так ли?
Вероника думала, что это очень хорошо. Ведь два свободных человека, которые ни за что не хотят вступать в брак, имеют полное право как следует повеселиться.
– И тетя Мэй ответила на все вопросы, которые оставались у Сьюзи, – добавила Вероника.
– Кроме даты, – напомнил ей Фергюс. – Но мы оставим миссис Грант утрясти это за обедом. – Он прикоснулся к ее руке. – А мы тем временем можем передохнуть, пока леди Мэй снова не направила на нас свой слуховой аппарат.
Они сели за стол. Принесли закуски и прекрасное вино. Все тактично избегали расспросов.
Фергюс обратил внимание, что Аннет Грант смотрит на Веронику, нахмурив брови. Он почувствовал ее неуверенность. Все было для нее неожиданным и странным: ее одержимая карьерой дочь вдруг закрутила бурный роман. Ну что ж, им следует быть осмотрительнее, чтобы у нее не возникли подозрения. Он положил свою руку на спинку стула Вероники и придвинулся ближе.
– Где те претенденты, которых я должен отпугивать? – прошептал Фергюс, когда она к нему повернулась.
– Достаточно вашего присутствия, чтобы они не смели приближаться, а публичное объявление тети Мэй о нашей приближающейся свадьбе стало финальным аккордом. Может быть, мне стоит согласиться на ваше предложение о долгосрочной помолвке. – Она сказала это в шутку, и он это понимал. Но теперь они оба замолчали, задумавшись о возможных перспективах, которые это сулило.
И все это на фоне свадебных поздравлений. Затем поднялся отец невесты, и Вероника повернулась в его сторону. Фергюс не слышал ни его, ни жениха, ни других. Он получал удовольствие оттого, что смотрел на Веронику, любуясь ее точеным профилем, улыбкой, морщинками смеха в уголках глаз, ямочкой на щеке. Помолвка. А что, если…
Наконец молодожены вышли в центр зала. Аннет Грант тоже поднялась. Но не для того, чтобы танцевать. На протяжении всего обеда она жаждала ответов на свои вопросы, теперь она собиралась их получить. Еще не время, подумал Фергюс. Пока она шла по залу, ее постоянно останавливали друзья, которые хотели поздравить, а заодно и разузнать подробнее. Еще не время.
– Вероника, вы готовы танцевать? – спросил Фергюс.
– А вы умеете?
– Ну, не знаю, составлю ли конкуренцию итальянскому графу, но покружить вас по залу, не наступая на ноги, смогу. Один тур вальса, и быстро уходим. Вы, кажется, так хотели?
Вероника засмеялась, он на это и рассчитывал.
– После объявления тети Мэй, чем скорее, тем лучше. Но только после танца. Дадим им возможность, как следует разглядеть вас.
– О, да…
Вероника потянулась к шпильке, но он опередил ее.
– Позвольте мне. – Фергюс наклонился, вынул шпильку и снял шляпу. – Вы никогда не должны прятать свои волосы, – заметил он, поправляя выбившуюся золотистую прядь. Это был жест собственника, и он спиной почувствовал замешательство Аннет Грант, которой все еще не удавалось к ним пробиться.
Скоро им придется расстаться, но сейчас, на глазах у всех, Вероника принадлежала только ему, и он не собирался упускать этот момент. Он повел Веронику на середину зала. Нежно заключив ее в объятия, он стал медленно с нею двигаться под музыку.
Фергюс почувствовал, как его восприятие обострилось. Совсем близко, как белое золото, блестели ее волосы, а ее легкий аромат обволакивал его. Где-то вычитав, что танец – это вертикальное воплощение любовного акта между мужчиной и женщиной, он теперь вспомнил этот образ. Именно такие эмоции вызывали в нем изгибы ее тела под шелковым платьем, нежная кожа ее руки, которую он сжимал в своей. В этот момент он страстно желал, чтобы Вероника принадлежала ему.
А когда она подняла голову и улыбнулась, Фергюс вспомнил сладкий вкус ее теплых, податливых губ, суливших неожиданное наслаждение. Теперь он понимал, как рождается внезапная страсть, жертвами которой стали Поппи и Дора, когда встретили своих суженых… Почему Дора ради Джона была готова на все…
Его сестры полюбили мужчин, которые им ответили тем же. Ему казалось, что Вероника вряд ли сочтет разумным поддаться чему-то столь нелогичному, как любовь с первого взгляда. Ведь она не привыкла доверять эмоциям.
– Поговорите со мной, – попросил он внезапно осипшим голосом.
– Что? – переспросила Вероника, подняв на него глаза.
– Ничего. Просто захотелось услышать ваш голос.
– Фергюс…
Вероника вдруг остановилась, он посмотрел и понял почему.
– Это правда? – спросила Аннет Грант, не отпуская Джерри от себя. Она улыбалась, но ее тихий голос дрожал от злобы.
Времени на раздумья не осталось; надо было действовать, и Фергюс не медлил. Одной рукой обняв за плечи Веронику, а другой – ее мать, он повлек их в зимний сад. Джерри поспешно удалился.
– Почему бы нам не выпить чего-нибудь? – предложил Фергюс.
– Мама, – вкрадчиво начала Вероника, когда они вышли из зала. – Я все объясню.
Но ее мать была настроена воинственно.
– Ты хотя бы представляешь, как я себя чувствую на протяжении последних двух часов? Вопросы, поздравления… Вопросы, на которые, прошу заметить, ответов у меня нет.
– Думаю, бутылочка болли будет как нельзя кстати, – сказал Фергюс, прежде чем Вероника успела что-либо сообразить. Она испуганно смотрела на него, пока ее мать усаживалась на скамью около водопада.
– Вероника, посмотри, пожалуйста, не пришла ли Дора? – Испуг сменился удивлением. Дора? Она никогда не встречалась с Дорой, не знала, как та выглядит. – Было бы здорово, если бы она присоединилась к нам.
И тут Вероника поняла, что Фергюс дает ей возможность на некоторое время ретироваться, чтобы не оставаться наедине с матерью, пока он будет заказывать шампанское.
– Конечно, посмотрю, прекрасная идея. Мама, я на секунду отойду. – И она быстрым шагом направилась в зал.
– Молодой человек! – Глухая вдова перехватила Фергюса у бара.
– Я к вашим услугам, леди Мэй.
– Дорогуша, закажите мне, пожалуйста, выпить. Только не эту шипучку, а что-нибудь стоящее.
– Что вы предпочитаете?
– Двойной виски без соды и льда. Он кивнул бармену.
– И бутылку «Боллинджер», пожалуйста.
– Да, сэр. Я сейчас все принесу.
– Мне, будьте добры, сюда. – Старушка взгромоздилась на высокий стул. – Терпеть не могу свадеб, а вы? – продолжала она. – Какая-то толпа сплетниц в широкополых шляпах, бестолковые мужчины, и кругом шампанское.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12