А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— О, Господи!
Ей снова стало жарко.
Уилл стал медленно снимать с Тесс платье. Она почувствовала, как легкая ткань скользит по ее разгоряченной коже. Уилл стянул с нее платье через голову и отбросил в сторону. Потом его руки скользнули ей за спину, чтобы расстегнуть лифчик.
Одно умелое движение — и лифчик занял место рядом с платьем. Инстинктивно Тесс подняла руки, чтобы прикрыться. Уилл мягко отвел их.
— Не прячься от меня, — сказал он. — Ты так прекрасна.
Тесс показалось, что краска залила ее всю, с ног до головы. Уилл отпустил одну из ее рук, накрыл ее грудь ладонью, лаская большим пальцем ее сосок и одновременно отпуская другое запястье, чтобы коснуться второй груди.
— О, — простонала она.
Волна удовольствия прокатилась по всему ее телу, с губ сорвался стон.
Она тоже хотела касаться его, хотела чувствовать его тело рядом, хотела ощущать каждый его сантиметр. Она начала медленно откидываться назад, пока не опрокинулась на спину. Уилл убрал руки с ее груди и, встав на колени, стянул трусики с ее стройных ног.
Он повернул Тесс на живот и прижался к ней всем телом. Его руки снова скользнули к ее груди, лаская соски, в то время как его губы целовали ее затылок.
Она перевернулась на спину, чтобы поцеловать его. Их губы встретились в глубоком страстном поцелуе. Уилл лег на нее сверху, вдавив се тело в матрас. Он снова и снова целовал ее, лаская губами каждый уголок.
— Я хочу, чтобы ты был во мне, — прошептала она. — Глубоко внутри. Я хочу узнать, что это такое — когда ты во мне.
Уилл поднял голову, услышав ее слова. У Тесс перехватило дыхание — его зрачки были расширены, и в них бушевало пламя.
— Ты хочешь почувствовать меня внутри? хрипло прошептал он.
Тесс потеряла дар речи от волнения, не в силах произнести ни слова в ответ. Она только кивнула.
И когда Уилл вошел в нее, Тесс пронзила острая боль. Она стала ловить ртом воздух, ощущая, как ее словно разрывают на части, проникая туда, где не был ни один мужчина. Стон боли, сорвавшийся с ее губ, заглушил крик Уилла, когда он понял, что за преграду он нарушил. Его тело застыло, руки по обе стороны от ее головы сжались в кулаки. Когда он встретил ее взгляд, она увидела в его глазах страх и панику, сменившие огонь желания, который бушевал там раньше.
Тесс задержала дыхание, чувствуя, как боль медленно отпускает ее. Она никогда не думала, что все произойдет именно так. Она и представить себе не могла, что ее тело предаст ее в нужный момент. Но она была такой неопытной. А Уилл так страстно желал ее…
— Тесс, — произнес он таким голосом, что ее имя прозвучало в его устах как угроза. — Почему ты не сказала мне?
Ее передернуло, она попыталась дышать ровнее. Дрожащим голосом она произнесла:
— Я не сказала тебе, потому что… это… это неважно…
— Неважно? — повторил он, не веря своим ушам. — Это твой первый раз, и ты говоришь, что неважно?
— О, ну… важно, — прошептала она. Боль уже почти утихла. — И главное, что ты здесь, со мной… Но больше ничего, Уилл. Все остальное неважно. Только ты, — она заколебалась, прежде чем добавить, очень тихо:
— Я люблю тебя.
Он закрыл глаза, еще до того, как она проговорила свое признание. Она не узнала, как он отреагировал на него. Может быть, он даже не расслышал — так тихо она произнесла его. Но когда он снова открыл глаза, они были синими, ясными и спокойными. Тесс стало больно. Намного больнее, чем когда он лишал ее девственности.
— Я сделал тебе больно? — спросил он. Но сам тут же ответил:
— Что я такое говорю? Конечно, я делаю тебе больно.
Он хотел выйти из нее, но Тесс обхватила его ногами и вцепилась руками в плечи, не давая покинуть ее.
— Нет, — сказала она. — Не останавливайся. Я хочу тебя, Уилл. Я хочу, чтобы ты любил меня.
Он заколебался, не зная, как поступить.
— Нет, если я причиняю тебе боль, — произнес он тихо.
— Боль уже прошла, — сказала Тесс.
Она не знала, правду ли говорит, но ей было все равно.
— Пожалуйста, люби меня, — попросила она.
Когда он ничего не ответил, она повторила настойчивее:
— Пожалуйста, Уилл. Пожалуйста.
Не говоря ни слова, медленно, очень медленно, он начал выходить из нее. Тесс хотела остановить его, но почувствовала, как он обнимает ее крепче и возвращается, входит в нее снова. Ее тело изогнулось, чтобы принять его полностью. Боль исчезла.
Уилл наполнил ее собой без остатка.
Она никогда уже не будет прежней.
Тесс расслабилась, но не выпустила его из объятий. С каждым новым движением Тесс ощущала, как она меняется, физически и эмоционально. Как она утрачивает чувство себя, становясь одним целым с Уиллом. Страсть снова охватила ее, уничтожив все воспоминания о боли.
И он был вместе с ней, когда весь мир вокруг разлетелся на миллион ослепительных осколков.
Она вцепилась в Уилла, поднимаясь навстречу его последнему толчку, и ощутила что-то горячее внутри. Тепло, которое проникло в нее, шло от Уилла, поняла она. И физически и духовно он теперь стал частью ее.
И она знала: что бы теперь ни случилось, он всегда будет ее частью, а она — его.
Уилл проснулся на следующее утро в постели Тесс с первыми лучами солнца. Он видел, как кружевные занавески колыхал прохладный утренний ветерок и как постепенно светлеет небо за окном. Малиновки пели в ветвях, а отдаленный городской шум сказал ему о том, что кто-то уже встал и приступил к работе.
И ему тоже пора вставать и приступать к работе. Ему нравилось открывать свой гараж рано утром. Тогда люди могли заехать к нему по пути на работу, если что-то не в порядке. Но нежное женское тело, свернувшееся клубочком возле него, заставило его сердце забиться быстрее. Нежность и любовь переполняли его. Тесс вздохнула во сне, бессознательно прижавшись к нему еще крепче, и Уилл понял, как сильно он опять хочет ее.
Уилл посмотрел на Тесс, заботливо укрыл одеялом и вдруг вспомнил, что она оказалась девственницей. Значит, она все время говорила правду, что не ждет ни от кого ребенка. Она может забеременеть только от него, от их случившейся вчера любви, ведь он не позаботился о предохранении прошлой ночью. А Тесс ничего не сказала, потому что для нее все произошло впервые. Что же он наделал! Он лишил невинности младшую сестру лучшего друга! И теперь, вполне возможно, через девять месяцев станет отцом ее ребенка. И он может забыть о том, что у него был лучший друг, потому что Финн вытрясет из него душу, как только узнает обо всем.
Никто не бросал Тесс одну и беременную. Не существовало никакого бандита и никакой программы защиты свидетелей. Хотя, может быть, теперь самому Уиллу придется обратиться к кому-нибудь за защитой от братьев Монэхэн.
В общем, он сам создал проблему, и он сам решит ее. Он должен. Ему нужно жениться на Тесс.
Жениться на Тесс? — повторил он, не веря сам себе. Почему из всех возможных решений оно одно пришло ему в голову? Без сомнения, есть и другие решения. Например, Тесс, может, и не забеременела. И никто не знает, что они провели ночь вместе. Занимаясь любовью. Три раза. Даже если третий раз нельзя назвать сексом в буквальном смысле, потому что Тесс нельзя было много заниматься этим в первый раз. Им пришлось проявить изобретательность, чтобы подарить друг другу настоящее наслаждение…
Но никто и не узнает об их отношениях, думал Уилл, если только Тесс не забеременеет. Но что бы ни случилось, нельзя впадать в отчаяние.
Тесс докажет всем, что она не беременна. Люди перестанут верить в нелепые слухи, когда увидят, что у Тесс не растет живот. И им придется принять правду. Скоро Тесс опять станет прежней — чистой и правильной девушкой.
Но сейчас…
Сейчас, благодаря Уиллу, она может оказаться беременной на самом деле. И отцом ребенка будет не случайный любовник, бывший бандит, скрывающийся от всех неизвестно где и понятия не имеющий о ребенке. Отцом будет Уилл Дэрроу. Вот когда появится вдвое больше слухов в городе. Обсуждать будут внебрачную связь, незаконного ребенка и еще Бог знает что. Если только они с Тесс не узаконят свои отношения.
Не поженятся.
Странно, но мысль о женитьбе на Тесс уже не пугала Уилла. Правда, он никогда серьезно не задумывался о браке и не находил смысла связывать свою жизнь с кем-то. Ему казалось, что нет человека, которого бы он так сильно любил, что мог бы связать с ним свою жизнь. Он боялся рутины, скуки, предсказуемости.
Но сейчас, когда он думал о браке с Тесс, такая перспектива показалась ему заслуживающей внимания. Они знают друг друга с детства. У них много общего, общие представления о жизни, общие ценности. Они выросли в одном городе и не хотят покидать его. И они могут стать родителями малыша, а более прочную связь Уилл просто не мог себе представить.
Конечно, между ними нет той безумной любви до гроба. Ну и что? Уилл не верил, что она вообще существует. А если и существует, то представляется не самой лучшей причиной для брака. Лучшие браки бывают у тех, кто хорошо знает друг друга и кто собирается родить ребенка. У такого брака больше шансов.
Уилл все еще обдумывал преимущества и недостатки брака, когда почувствовал, как Тесс заерзала рядом с ним. Он не пошевелился, надеясь, что она не проснется и даст ему еще немного времени подумать и найти выход из создавшегося положения. Но она просыпалась. Она произносила какие-то сонные звуки, которые казались такими чувственными и эротичными, что чуть не свели с ума Уилла. Она сонно потерлась об его тело. Пальчики погрузились в колечки волос у него на груди. Нос уткнулся ему в шею, а губы прижались к ложбинке у горла.
Ее глаза широко раскрылись. Сознание вернулось к ней, и она инстинктивно отодвинулась от него. Ее рука потянулась, чтобы убрать волосы, закрывавшие лицо. Их глаза встретились, и Тесс застыла.
Вначале она не поняла, где находится. Вероятно, она забыла, что произошло вчера ночью. В полумраке она представлялась Уиллу волшебным созданием, феей с золотистыми волосами, кожей цвета слоновой кости и глазами цвета неба. Уилл задержал дыхание, ожидая ее реакции на его присутствие. Убежит ли она из комнаты, разразится ли слезами, когда вспомнит обо всем, что случилось?
Но Тесс только сонно улыбнулась, положила руку обратно ему на грудь и промурлыкала:
— Доброе утро.
Потом она обняла Уилла и снова прижалась к нему.
Он облегченно вздохнул, не в силах сдержать улыбку.
— Доброе утро, — сказал он нежно и обнял ее одной рукой, прижимая к себе самым естественным жестом на свете. — Ты, — он заколебался, не зная, что именно хочет сказать ей. — С тобой все в порядке? — спросил он наконец.
Она кивнула и уткнулась ему в грудь.
— Да, — выдохнула она, согрев его кожу своим дыханием. — Со мной все хорошо. Лучше, чем когда-либо. Я самая счастливая женщина в мире.
Уилл рассмеялся. Он тоже был самым счастливым мужчиной в мире. Запустив пальцы в шелковые пряди ее волос, он сказал себе, что сейчас не время снова заниматься любовью. Им нужно о многом поговорить. Слишком много вопросов ждут ответа, и им много чего нужно выяснить.
— Тесс, — начал он.
— Мммм?
— Я… я думаю, нам надо поговорить.
Она рассмеялась.
— Вчера мы уже поговорили, не так ли?
Ему стало жарко при упоминании о прошлой ночи.
— Мы не смогли поговорить, были немного заняты, — сказал Уилл.
Так приятно чувствовать ее тело рядом. Их ноги переплелись. Ее руки обнимали его за талию. Он не мог сказать, где кончалось его тело и начиналось тело Тесс, они словно стали одним целым. И ему нравилось ощущение единения с Тесс. Очень нравилось.
— Но нам надо поговорить, — повторил он еще раз.
— Ммм, — промурлыкала она сонно. — Хорошо, попозже. Мне так хорошо с тобой. Так хорошо лежать здесь и обнимать тебя. И чувствовать, как ты обнимаешь меня.
— Нет, Тесс, сейчас, — сказал он.
Больше всего на свете ему сейчас хотелось обнимать ее. Движения ее тела говорили с ним на своем собственном языке, который был доступен только им с Тесс. Но все-таки он настаивал.
— Сейчас, Тесс.
Она, должно быть, расслышала нотку требовательности в его голосе, потому что отодвинусь и посмотрела ему в глаза. Теперь в комнате было достаточно света, чтобы Уилл мог разглядеть выражение ее лица. Она была напугана.
— Что случилось? — спросила Тесс.
Уилл хотел ответить, что все в порядке, но он не мог забыть о том, что, возможно, они совершили непоправимую ошибку, занимаясь любовью прошлой ночью. Уилл не мог забыть о лжи, которая окружала их.
Он считал, что Тесс беременна. Более того, он думал, что она беременна от другого, и считал, что у нее все еще есть чувства к нему. Странно, но теперь, когда выяснилось, что никого другого нет, их отношения с Тесс показались ему намного сложнее, чем они были раньше.
Потому что у Тесс не существовало никакого другого мужчины, а значит, и не было чувств к нему Более того, очевидно, она никогда не любила никого другого. Она всегда любила только Уилла. Его одного. И ее детская влюбленность вовсе не каприз, и она по-настоящему любит его.
Такая мысль пугала Уилла.
Он стал первым мужчиной в жизни Тесс. Она сделала ему самый ценный подарок, который женщина могла сделать мужчине. Испытанные им ощущения все еще мешали ему мыслить разумно.
— Прошлой ночью, — начал он. Но больше не смог сказать ни слова.
Тесс пришла ему на помощь.
— Прошлая ночь — одна из самых чудесных ночей моей жизни, — сказала она, улыбаясь самой красивой улыбкой, какую он когда-либо видел. Когда она смотрела на него так, Уилл чувствовал себя на седьмом небе.
— Да, — произнес он. — Так и было. — И, прежде чем она успела что-то сказать, добавил:
— Но, Тесс, все должно было случиться совсем не так.
Ее улыбка пропала.
— Что ты говоришь? Именно таким первый раз и должен быть.
— Я и имею в виду, — сказал он, — что раз для тебя это впервые, я должен был бы быть осторожнее. Почему ты не сказала мне?
— Я не хотела, чтобы ты был осторожным. Я хотела тебя таким, какой ты есть, — ответила она.
— Ты должна была сказать мне, Тесс, — настаивал он.
Она заколебалась.
— Но ты не спрашивал, — ответила она.
— Я не знал, что мне нужно спросить.
— Вот поэтому я и не сказала.
Теперь он совсем не понимал, что происходит.
— О чем ты?
Тесс отодвинулась и села в кровати, натянув простыню до самого подбородка, хотя ее руки оставались открытыми, и Уилл заметил красные пятна на нежной коже, которые, должно быть, остались от его пальцев. Он перевел взгляд на шею и заметил легкую красноту, оставленную его щетиной.
На Тесс его отметины, подумал Уилл. Он не хотел, но… Почему он испытывает такие ощущения при виде их? Почему его отметины выглядят так невероятно возбуждающе?
— Уилл, — начала она, — ты поверил, что я женщина, которая способна пойти на случайную связь и забеременеть. Не отрицай, — добавила она, когда он открыл рот, чтобы что-то сказать. — Ты поверил.
Ты не поверил бы мне прошлой ночью, скажи я, что я девственница. И все могло окончиться ссорой, а я не хотела ссориться с тобой. — Она сделала паузу, прежде чем продолжить:
— Я хотела заниматься с тобой любовью. И я знала, что, если я скажу правду, ты не захочешь.
— О, Тесс! — вырвалось у него.
Что он натворил! Он не должен был сомневаться в ее словах. Не должен был верить слухам. Он должен был с самого начала осознать, что Тесс не такая женщина, что с ней не могло случиться подобного. Уилл хорошо знал Тесс. Он знал, что она не такая. Так почему он поверил в сплетни других, вместо того, чтобы поверить ей?
Может быть, подумал он, что-то внутри него хотело верить, что Тесс способна на такое, а значит, и на подобное с ним? Он просто хотел Тесс Монэхэн. Хотел, чтобы она была сексуальной женщиной, а не младшей сестрой его лучшего друга.
И теперь она такой оказалась — самой сексуальной из всех женщин, которых Уилл знал. И она значила для него намного больше, чем просто младшая сестра лучшего друга. Она стала его возлюбленной. Она, вполне возможно, будет матерью его ребенка. Уилл отвечает за нее. За них.
— Тесс, мы не предохранялись прошлой ночью, — вырвалось у него. — Я подумал, что ты могла забеременеть. Я знал, что ты не спишь с кем попало, и я всегда осторожен, потому и не использовал презерватив. И поскольку у тебя никого до меня не было, полагаю, ты тоже никак не предохранялась.
Она медленно кивнула.
— Нет. Я думала прошлой ночью только о тебе. О том, как сильно я тебя хочу. Мне даже в голову не пришло… извини, — сказала она мягко.
— Я виню только себя, — произнес он.
— Но здесь и моя вина тоже, Уилл, — возразила Тесс.
— Но я должен был подумать о предохранении. Я мужчина.
Она открыла рот, ошеломленная его заявлением.
— Но я женщина. Я страдала бы от последствий, а не ты. Я должна была помнить.
— Тесс, ты не знала…
— То, что я никогда не занималась любовью до прошлой ночи, не означает, что я ничего не знаю Я знаю о сексе, и о детях, и о вирусе иммунодефицита. Я должна была принять меры. Единственной причиной, по которой я ничего не сделала… — она замолчала, словно не хотела говорить о ней Уиллу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13