А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Мистер Блейк осведомился у Антонии, довольна ли она конюхом, которого он прислал, и предложил сопровождать ее, когда она отправится в Рай-Энд-холл в новой коляске.
— Дорогая, разве ты не говорила мистеру Блейку, что не умеешь править? — Антония слишком хорошо знала Донну, чтобы не понять, что ее компаньонка, отвергнув лорда Эллингтона в качестве Нежелательного Поклонника, уже прочила на роль жениха Джереми Блейка.
— Вы позволите мне вас поучить? Я уверен, вы окажетесь способной ученицей.
Девушка согласилась, но весьма сдержанно. Мистер Блейк ей нравился, но зачем же так открыто поощрять молодого человека?
Антония все еще не оправилась от разрыва с Маркусом. Она не перестала его любить, он все еще снился ей по ночам, а днем ей мерещились то его смеющиеся глаза, то гордый профиль. Поэтому она не хотела внушать ложную надежду другому, тем самым обрекая его на боль.
На следующее утро посыльный принес записку: Джереми Блейк предлагал прокатиться днем, а за мисс Доналдсон леди Финч пришлет к трем часам коляску.
Щечки Донны порозовели от удовольствия.
— Как это любезно — пригласить меня, пока ты будешь занята!
— Да, леди Финч очень внимательна, и я уверена, что ей интересно познакомиться с тобой поближе. В конце концов, у вас много общего. Помнится, твой отец тоже бывал в дальних краях, о которых она вчера упоминала?
— Верно. Может, у нее сохранился альбом с зарисовками тех мест?
Мистер Блейк явился в точно назначенный час, однако Антония все еще была в своей спальне: она никак не могла решить, какое из трех платьев выбрать.
Мистер Блейк между тем, хотя и находил мисс Доналдсон весьма достойной леди, был рад, что ее не будет с ними. Он сможет открыто восхищаться мисс Дейн.
Натягивая перчатки, Антония крикнула:
— Я уезжаю, Донна! Увидимся позже. Кланяйся леди Финч.
— Куца бы вы хотели поехать, мисс Дейн? — спросил Джереми, подсаживая девушку в кабриолет. — Сегодня так жарко, что в парке нас одолеют мухи. Может, прокатимся до холмов? Там ветерок и к тому же много совершенно безлюдных дорожек, где вы сможете взять поводья и править сами.
— Согласна. Я давно хотела там побывать, но пешком идти слишком жарко.
— Неужели вы можете пройти такое расстояние пешком? — изумился Джереми. — Ведь это добрых три мили только туда! Вы, видимо, любите быстро ходить, мисс Дейн, если задумывали такую длинную прогулку.
— А чему вы удивляетесь, мистер Блейк? Вы считаете меня кисейной барышней, которая боится выйти за ворота парка? Я и физического труда не чураюсь. Если бы Донна разрешила, я бы сама вскапывала клумбы под свои розы.
— Я никогда не считал вас кисейной барышней, — искоса глядя на Антонию, признался Джереми Блейк. — Наше знакомство убедило меня в том, что у вас достаточно непредсказуемый, ни на кого не похожий характер… Ну, вот и дорога, о которой я говорил. Возьмете поводья?
— Да. Я наблюдала за тем, как вы их держите. Думаю, я справлюсь.
Джереми остановил лошадь и передал ей поводья, ободряюще пожав руку в перчатке. Цокнув языком, Антония натянула поводья, и лошадь послушно двинулась вперед.
Горячий воздух был напоен сладким ароматом цветущего можжевельника, в безоблачном голубом небе кружились и пели жаворонки, а рябчики то и дело вспархивали из-под копыт лошади. Дорога постепенно поднималась вверх, к вершине холма. С каждым шагом Антония чувствовала себя все лучше, ее опьяняло ощущение свободы. А когда они добрались до небольшого открытого места, у нее захватило дух, и она непроизвольно натянула поводья.
— Очень хорошо, — похвалил ее Джереми. — У вас легкая рука. Видите, как лошадь вас слушается? По-моему, можно переходить на рысь.
— Ах, давайте постоим здесь немного, — попросила Антония. — Такой простор и дышится легко! Когда я вижу такое, то не скучаю по Лондону.
— Зато в Лондоне многие ваши друзья и знакомые по вас скучают, — галантно возразил Джереми.
— Когда я жила у бабушки, у нас был широкий круг знакомых. Но удивительно, они все куда-то подевались, как только наши дела пошатнулись. — Антония обратила на спутника карие глаза. — Я не намерена скрывать правду от людей, тем более от вас: после смерти моего отца мы попали в затруднительное положение.
Они помолчали, любуясь великолепным видом, а потом Джереми сказал:
— Я тоже буду откровенен и признаюсь, что восхищен вашим мужеством и тем, как вы сумели вернуть свое поместье… А теперь попробуем рысцой?
Молодой адвокат понимал, что в Антонию Дейн очень легко влюбиться. Но что он может ей предложить? Ему еще предстоит найти свое место в жизни, да и в финансовом отношении он пока нетвердо стоит на ногах. Когда-нибудь он унаследует состояние сэра Джосайи, но сейчас…
Джереми вздохнул. Все это, конечно, хорошо — благоразумие, похвальные амбиции, упорный труд, — но какая же все-таки прелесть мисс Дейн и как приятно быть в ее обществе!
А еще ему хотелось спросить ее о Маркусе Эллингтоне, но это было совершенно невозможно.
Впереди показалась небольшая буковая рощица.
— Давайте объедем этот лесок, — предложил Джереми. — По прямой у вас получается прекрасно, попробуем поворот. Я уверен, вы справитесь.
За поворотом они наткнулись на пикник.
— Мисс Дейн! — услышала Антония. — Присоединяйтесь к нам.
Антония узнала Энн Мередит, сидевшую на ковре.
— Не возражаете, если мы остановимся, мистер Блейк? Это мои знакомые из Брайтсхилла.
— Конечно, нет. Только представьте меня. Кроме лорда Эллингтона, я никого не знаю.
Джереми Блейк помог девушке сойти с несколько большей заботливостью, нежели того требовала низкая ступенька кабриолета. Ему было неприятно, что всякий раз, встречаясь с заносчивым аристократом, он начинал сердиться и чуть ли не терять над собой контроль, но не мог подавить в себе желание встать между Антонией и этим человеком, который, без сомнения, нагло играл ее чувствами.
Ввиду жаркой погоды общество отбросило условности: джентльмены сняли сюртуки и ослабили узлы галстуков, а дамы с томным видом полулежали на подушках. Маркус лежал на животе, вытянувшись во весь рост, рядом с сестрой, держа в одной руке открытую книгу, а другой подперев подбородок. Завидев Антонию, он отбросил книгу и поднялся с легкостью, неожиданной при его высоком росте.
Девушка сжалась. В последнюю встречу они расстались врагами, но ее чувства оставались прежними. Она опустила голову, чтобы поля капора скрыли выражение ее глаз. От вида этой широкой мускулистой груди под расстегнутой рубашкой, этих светлых волос, блестевших на солнце, у нее перехватило дыхание.
Это какое-то безумие! Как можно любить его, зная, в каких отношениях он с Клаудией Рид? Куда подевалась ее гордость?
Она позволила Джереми держать себя под руку. Пусть Маркус думает, что хочет!
Гордо подняв голову и сверкнув глазами, она сказала:
— Лорд Эллингтон! Здравствуйте! Какое прелестное место для пикника. Вы, конечно, знакомы с мистером Блейком? Он учит меня править лошадьми. Мило с его стороны, не правда ли?
Не дожидаясь ответа, она прошла мимо Маркуса и подвела Джереми к леди Мередит, которая при виде незнакомца села и поправила шляпу.
— Леди Мередит, разрешите представить вам мистера Блейка. Он племянник леди Финч, наш новый сосед.
— Добрый день, мистер Блейк. Извините, что мы так, запросто. Не хотите ли присесть и выпить лимонаду?
Мистер Ли услужливо пододвинул гостю подушку, мисс Фитч налила лимонад, а леди Мередит представила его остальной компании. Антония заметила недоумение в глазах Джереми, когда Клаудиа Рид, в неприлично прозрачном платье с глубоким вырезом и огромной шляпе, жеманно приподнялась на подушках.
— Как поживаете, мистер Блейк? — томно проворковала она.
Мистер Блейк поклонился и, к радости Антонии, остался сидеть с леди Мередит.
Маркус тоже сел, но рядом с Джереми, и завел с ним разговор о лошадях.
— Если мужчины говорят о лошадях, — улыбнулась девушке леди Мередит, — то отвлечь их может разве что землетрясение — или обед.
Антония понравилась ей с первого взгляда, вселив в нее надежду, что ее несносный братец нашел наконец подходящую пару. Мисс Антония Дейн не была бесцветной дебютанткой, в ней чувствовался характер, и Энн Мередит ожидала, что они с Маркусом вот-вот объявят о помолвке. Но что-то между ними произошло. Маркус метался, как раненый зверь, хотя и пытался скрыть свою боль. Но Энн знала брата и догадывалась, в чем причина размолвки. Перехватив взгляд Антонии, она посмотрела на леди Рид и шепнула:
— Просто удивительно, как этой женщине удается обольстить любого мужчину, попадись он на ее пути.
— А иногда и заполучить его, — пробормотала в ответ Антония.
Этого следовало ожидать, подумала леди Мередит. Она знала, что у брата несколько месяцев назад была связь с Клаудией — он, в конце концов, не монах, — но знала также, что Маркус давно порвал с ней отношения, потому и удивилась, когда Клаудиа напросилась приехать в Брайтсхилл.
И вот теперь Клаудиа умудрилась-таки испортить отношения между этой прелестной девушкой и братом. Но что делать ей, Энн? Не может же она прогнать эту женщину из Брайтсхилла, это вызовет скандал! Надо как-то ее приструнить. Сегодня же написать полковнику Риду и пригласить его сюда — Маркусу это не понравится, но с ним-то она справится!
Всю неделю мистер Блейк учил Антонию править, и она уже чувствовала себя уверенно, лихо въезжая в ворота и даже давая задний ход. Стоял июль, и лето становилось все жарче, так что уроки были перенесены на раннее утро. Все это время Антония спала плохо, какими-то урывками. Маркус не уходил из ее снов. Но днем ей удавалось не вспоминать о нем, и она наслаждалась обществом Джереми. Ей стало совсем легко в его присутствии, когда она убедилась, что он не питает романтических иллюзий насчет их отношений.
Однако подобные иллюзии все еще питали леди Финч и Донна. Этим достойным дамам так понравилось общество друг друга, что они встречались почти ежедневно и очень скоро стали делиться своими секретами.
— Какой бы они были замечательной парой, дорогая мисс Доналдсон! — Леди Финч подлила гостье чаю. — Он такой добрый, такой спокойный, весь в мою сестру. И я уверена, он многого достигнет в своей профессии. Даже если бы Джереми не был нашим наследником, жених он весьма завидный.
— Именно такого я желала бы для своей дорогой Антонии, — доверительно ответила мисс Донаддсон. — Надежный, хороший, с твердыми моральными принципами. Не какой-нибудь вертопрах-аристократ, считающий, что его титул позволяет ему играть чувствами молодой девушки. — При этом мисс Донаддсон бросила весьма выразительный мрачный взгляд в сторону Брайтсхилла, не оставшийся не замеченным собеседницей.
Дамы сидели в тени великолепного ливанского кедра, спасаясь от жары.
Сэр Джосайя, обмахиваясь соломенной шляпой, появился из сада, где он в сопровождении старого Джонсона инспектировал свои владения.
— Приветствую вас, леди! Ну, и о ком вы сплетничаете? — не без ехидства спросил он.
— Сэр Джосайя! — запротестовала леди Финч. — Что у вас за мысли? Мы с мисс Доналдсон обсуждали… э… Ну, если хочешь знать, мы говорили о нашем дорогом Джереми и мисс Дейн.
— Ага! Вот, значит, как! Ну что ж! Приятно это слышать.
Мисс Доналдсон, однако, решила внести некоторую ясность:
— Сэр Джосайя, прошу вас, мне кажется, вы опережаете события. Молодые люди никаких планов пока не строят. Во всяком случае, нам так кажется. Мы с леди Финч просто обсуждали желаемость такого союза.
— Ну-ну, — ничуть не смутившись, ответил сэр Джосайя. — Посмотрим. Но я надеюсь… союз таких красивых молодых людей… Иногда природа проявляет особую заботу… — Сэр Джосайя накрыл лицо шляпой и задремал, оставив мисс Доналдсон в недоумении по поводу непонятных забот природы. Леди Финч лишь улыбнулась, прикрывшись веером.
А вышеозначенные молодые люди в полном согласии в это время носились по пыльным деревенским дорогам, прекрасно чувствуя себя в обществе друг друга и не помышляя ни о чем романтическом.
Мистер Блейк, будучи человеком неглупым, составил собственное мнение о тех чувствах, которые мисс Дейн питает к лорду Эллингтону. И хотя считал ее выбор не очень удачным и даже совершенно рискованным, он рассуждал здраво, а потому не предпринимал попыток добиться недостижимого. А мисс Дейн при всей своей неопытности могла отличить любовь от увлечения и с удовольствием проводила время в обществе Джереми. Если у нее не получится с Маркусом, думала она, лучше остаться старой девой… лишь бы вокруг были хорошие друзья.
Однако к часу ночи, когда лунный свет заливал комнату, перспектива остаться старой девой казалась менее привлекательной.
Было жарко, низкий потолок, казалось, давил. Ей вдруг захотелось выйти в парк и глотнуть свежего воздуха. Надев легкий капот и сунув ноги в тапочки, она выскользнула из дома и направилась к реке в поисках прохлады.
Лунный свет серебрил поверхность реки, а легкий ветерок шевелил ветви плакучих . ив, склонившихся к самой воде. Где-то совсем близко соловей выводил свои чарующие трели, и Антония почувствовала, что постепенно успокаивается. Вдруг из-за поворота реки до нее донесся тихий всплеск. Должно быть, рыба, подумала она и решила пройти немного дальше, к небольшой отмели, снять тапочки и походить по воде.
Ах, как хорошо, вздохнула она. Тина, застрявшая между пальцами, была прохладной. Луна зашла за облачко, и тут она услышала…
Всплеск… еще один… и еще… Наверно, выдра! Антония замерла. Но когда луна снова вышла из-за тучки, она увидела человека, плывущего по течению на спине.
Антония замерла в ужасе — не хватало только, чтобы кто-то из ее арендаторов увидел ее тут босиком и без провожатого.
Она было бросилась бежать, но в это мгновение человек в воде перевернулся и встал. Антония вздрогнула. Это был вовсе не арендатор. Это был лорд Эллингтон. Вода стекала по его волосам и голому телу.
Она видела, как он выходит из воды и идет вдоль берега.
Антония отвернулась, не зная, что делать: заговорить, бежать? Через минуту-другую она услышала за спиной шаги.
— Антония? — Он стоял так близко, что она ощущала его дыхание.
Она резко обернулась и оказалась с Маркусом лицом к лицу. Он был в мокрых насквозь бриджах и рубашке.
— Сэр, это… неприлично!
— Я тоже так считаю. Антония, я просто шокирован. У вас что — привычка ходить на реку по ночам? Я совсем растерялся…
— Вы? Растерялись? Как вы смеете намекать, будто я за вами подсматривала?
Он был так близко, что она видела, как блестят его глаза.
— А разве не так? Тогда что вы делаете здесь, в такое-то время?
— В доме душно, и я вышла прогуляться.
Как бывало и прежде, она слишком остро ощущала его близость. А он медленно оглядел ее с головы до белеющих в воде щиколоток босых ног, а потом прижал к себе. Девушка, не колеблясь, повиновалась, забыв обо всем на свете. Его холодные руки обнимали ее за плечи, мокрая рубашка прилипла к груди выше корсета. Она ничего не замечала — лишь бы поскорее почувствовать его губы. Его язык скользнул внутрь, возбуждая и мучая, пока она — сначала осторожно, робко — не ответила. Не прерывая поцелуя, Маркус поднял ее на руки. Она прижалась к нему, но не из боязни, что он ее уронит. Она хотела, чтобы этот поцелуй никогда не кончался.
Маркус отнес ее на высокий берег и осторожно опустил на траву.
— Антония, любимая… — хрипло бормотал он, срывая с себя прилипшую к телу рубашку.
Антония, глядя ему прямо в глаза, медленно провела пальцем по прохладной коже и вздрогнула.
Маркус застонал и снова прильнул к ее губам.
Неожиданно где-то совсем рядом запел соловей, но ей почудилось, что это скорее человеческий свист, подражавший соловьиному. Она попыталась оттолкнуть Маркуса, но он прижал ее к земле всей тяжестью своего тела.
Треск сучьев нарушил тишину. Маркус сел, вглядываясь в темные кусты. Потом встал, потянув за собой Антонию, и, толкнув ее себе за спину, окликнул:
— Кто здесь?
Девушка в панике озиралась, пытаясь найти место, где бы скрыться. Она надеялась, что тот, кто прячется в кустах, испугается и убежит.
— Я Джереми Блейк из Рай-Энд-холла! А кто, черт побери, вы, сэр, и что вы делаете во владениях моего дяди?
— Блейк! Это я. Решил немного поплавать и надеялся, что в такой час меня никто не увидит. Вы тоже хотите искупаться? Здесь очень хорошее дно. — Маркус говорил без всякого смущения, пресекая попытки Джереми заглянуть ему за спину.
— Нет… э… я… — замялся Джереми, вызванный из дома пением соловья. Он интересовался орнитологией, но решил не посвящать в свое увлечение дядюшку из боязни, что тот высмеет его за столь немужское занятие.
За спиной Маркуса мелькнуло что-то светлое, и Блейк понял, что лорд не один.
Вот, значит, что привело его светлость сюда ночью! Мистер Блейк не очень одобрял связи с деревенскими девушками, но принимать позу моралиста не собирался.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17