А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Ему самому пару раз отчаянно хотелось хорошенько врезать Эду. И все же женитьба? Сэм не осмеливался даже заикнуться об этом, зная, что Андреа это явно не понравилось бы.
Мужчина потер подбородок и невесело усмехнулся. Ему даже трудно было поверить в то, что над ним одержал верх такой тип, как Эд Пиньон. В иные времена за одно только намерение угрожать ему Сэм отделал бы Эда так, что того даже родные не узнали бы.
Но теперь нежное чувство к Андреа сделало его совсем другим – более смирным, что ли. И ему вдруг захотелось услышать ее голос, хотя бы по телефону.
Он подошел к аппарату и снял трубку.
– Что там происходит, Агнес?
– А я все думала, где вы, – и Агнес пересказала ему все, что знала о розыске преступника и аварии на автостраде.
– А как Андреа? – прервал ее Сэм. Сердце его от волнения готово было выпрыгнуть из груди. – С ней все в порядке?
– Конечно. Она сейчас возвращается, чтобы проверить, как тут обстоят дела на пикнике. Служебная необходимость, понимаете ли.
– Почему же она, черт возьми, не позвонила мне?
– Да она пыталась дозвониться до вас, но вы не отвечали, и она подумала, что вы куда-нибудь поехали. Если вы поторопитесь, то, должно быть, успеете туда одновременно с ней.
– Спасибо, Агнес. Если Андреа еще будет звонить, скажите, что я выезжаю.
– После того, как этот негодяй разбил себе голову о стекло, он бросился в лес и скрылся там без следа, – рассказывал Эд кучке зевак, столпившихся возле помоста с трибуной и слушавших его с широко открытыми от удивления глазами.
Совершая свой обход, Андреа сознательно избегала встречи с ним, хотя и не пряталась, по-прежнему оставаясь в поле его зрения. После всего того, что он недавно сказал, она была сама не своя.
Андреа вытерла огромным отцовским платком выступившие на лице капли пота. Все это время она с завистью наблюдала за подростками, шумно плескавшимися в озере, и боролась с желанием прыгнуть в воду и стряхнуть с себя, не отпускавшее ее напряжение.
Такое же напряжение, казалось, витало и над толпой местных жителей. Крепкие напитки, подававшиеся в розлив только мужчинам, сделали свое дело, и Андреа захотелось, чтобы сюда поскорее приехал Бак. Что-то должно было произойти – она чувствовала это.
Она даже испугалась, что ей не удалось дозвониться до Сэма. Андреа надеялась, что он все-таки останется дома. Слова о замужестве вырвались у нее от злости на предположение Эда о причастности Сэма к кражам строительного оборудования. Она и сама не верила в то, что сказала, да и никому другому не позволит даже думать об этом.
На полпути к самому оживленному участку пикника Андреа услышала, как толпа притихла, и это заставило ее насторожиться. Что-то здесь не так. Она поняла это прежде, чем добралась до группы мужчин, окружавших… Господи, неужели Сэма?
– Что я вам говорил? – насмешливо вопрошал Эд. – Вы разве не видите, что у этого человека разбит лоб? Видите или нет?
– Черт меня побери, – торжествующе воскликнул какой-то мужчина, – если сейчас у нас в руках не тот самый вор!
– Точно. Все точно, как ты говорил, Эд, – в разговор вступил еще один. – Чего ж тут удивляться, что он смог так быстро отремонтировать дом и купить себе грузовик.
– Позовите-ка Энди! – вмешался третий.
– Да не Энди звать надо, болван ты этакий, – раздался голос Эда Пиньона. – С какой стати она станет арестовывать своего дружка? Она, видимо, покрывала его все это время. Как же иначе ему удалось бы спрятать где-то поблизости автопогрузчик, да так, что никто из нас об этом не знал?
В самом центре группы насмехающихся мужчин стоял мрачный Сэм Фарли. Андреа направилась, было к нему, но потом остановилась, заметив, что его лоб покрывают красные пятна.
Увидев приближающуюся стремительным шагом Андреа, толпа внезапно расступилась.
Ей хотелось во весь голос закричать на Эда. Что это он такое затевает? Сэм не мог иметь отношение к тому, что произошло!
– Что ты делаешь?
– Да я, похоже, за тебя твою работу выполняю, – огрызнулся Пиньон. – Ищу того, кто увел украденную машину. Так скажи, – обратился он к Сэму, – что это случилось с твоим лицом Фарли?
Толпа загудела, и отдельные слова уже трудно было разобрать.
– Да что его спрашивать? – раздался чей-то громкий выкрик из толпы. – Да он это, кто же еще? Арестуй его, Энди!
– Что здесь происходит? – тихим голосом спросил Сэм, ничего не понимая.
Андреа протестующе подняла вверх руку, не соглашаясь с абсурдностью обвинения. Но где же Бак? Куда он подевался? Ее ведь никто не учил справляться с такого рода ситуациями. Меньше всего ей хотелось, чтобы Сэма обвинили в преступлении на глазах почти у всего населения Аркадии. Андреа знала, что он не мог быть замешан в этом. Всю эту чушь надо выбросить из головы. Но когда Эд принялся так неистово подстрекать толпу, то предположить, что из всего этого выйдет, она не могла.
Господи, да что же это у Сэма с лицом?!
– Прекрати, Эд! – Андреа решительно шагнула ближе и встала рядом с Сэмом. – Давайте все расходитесь, – обратилась она к собравшимся. – Мистер Фарли, тут недалеко на главной автостраде произошла авария с трейлером, в котором перевозили украденный автопогрузчик.
– Не понимаю. Ну и что из этого? Я-то здесь при чем?
Несмотря на то, что вопрос прозвучал спокойно и негромко, волнение было заметно на его лице.
– Вор разбил себе голову о ветровое стекло, – выкрикнул кто-то из толпы, – и сбежал! А Энди, вроде бы, должна была разыскать его.
– Точно. И, похоже, она нашла его, верно, Энди? – Эд переводил свой взгляд поочередно на собравшихся, удовлетворенно кивая головой. – Ты думаешь, Энди, что он признается сам? Улики – вот они, на лбу у него. Так собираешься ты выполнять свой долг и арестовывать его?
Андреа даже задохнулась от возмущения.
– Арестовать Сэма?
– Именно этим шеф полиции и занимается – арестовывает преступников. Ты ведь хотела делать работу своего отца. Так делай ее.
– Вряд ли будет иметь какое-либо значение то, если я скажу тебе, что ничего такого не делал, так ведь? – спросил Сэм, глядя на Андреа и не обращая внимания на окружавшую его толпу.
– Может быть у него есть алиби? – раздался откуда-то сзади круга мужчин женский голос.
– Ладно, Фарли, – проговорил Пиньон, самоуверенно улыбаясь, – скажи-ка нам, где ты был сегодня утром примерно в половине одиннадцатого?
– Сам скажи им, Эд, где я был, – ответил Сэм еще тише обычного. – Ты ведь тоже был там.
Он по-прежнему не сводил глаз с Андреа. У него в жизни уже был подобный случай, когда на него смотрели с таким же выражением лица и раздавались гневные голоса толпы. А сейчас все это повторялось, за исключением того, что на этот раз сомнение отражалось в глазах единственного человека на Земле, к которому он питал самые добрые чувства.
Голос Андреа дрожал от отчаяния, скрыть которое ей никак не удавалось.
– На шоссе попал в аварию трейлер, на котором был украденный автопогрузчик фирмы «Джон Диэр», Сэм. Водитель разбил себе голову о ветровое стекло и скрылся.
– Понятно.
– Давай поговорим, Сэм, – мрачно сказала Андреа. – Объясни им, что случилось с твоей головой.
Теперь она знала, что, значит, увидеть, как перед тобой, словно кадры кинофильма, промелькнула вся твоя жизнь. Что бы ни случилось, все пошло прахом. Если только она не уведет Сэма из толпы, то они снова осудят его. Она должна была быстро принять какое-нибудь решение. Нужно что-то делать, и немедленно. Что бы ни подсказывали ей разум и сердце, она все еще остается офицером полиции, присягнувшим на верность служебному долгу.
Что касается Сэма, то он видел, насколько противоречивы чувства и эмоции, испытываемые Андреа. Ему ничего не оставалось, как стоять и ждать своей участи. Эд Пиньон победил, но Сэм еще не знал, что они оба уже втянуты в войну. Ему было все равно, что о нем думали другие, ему было небезразлично лишь то, что о нем думала Андреа. Что бы он ни сказал, это не имело никакого значения. И все же ему стоило хотя бы попытаться.
– Не думаю, чтобы ты сказал что-нибудь доброе, Пиньон, или, например, правду о том, что же на самом деле случилось с моей головой, разве не так?
– Я? – злорадно усмехнулся Эд, и лицо его приняло выражение недоверия. – С какой стати мне даже пытаться помочь тебе? Улики – они на твоем лице, пусть все посмотрят.
– Значит, не хочешь? – переспросил Сэм, отводя взгляд от Андреа. – Не буду утверждать, что поступил бы иначе, окажись я на твоем месте. Я ничего не знаю об этой краже, Андреа, но мне теперь ясно – что бы я ни сказал, это уже не имеет никакого значения.
С этими словами он повернулся и медленно направился к полицейскому автомобилю, стоящему возле входа в парк.
– Подожди, Сэм! – Андреа бросилась вслед за ним.
Расталкивая всех на своем пути, в толпу врезалась Мэдж и сердито дернула Эда за руку.
– Ты идиот, Эд! Зачем ты все это затеваешь.
Не удостоив Пиньона даже видимостью того, что ждет ответа, она бросилась вдогонку Андреа.
– Ты не можешь арестовать Сэма, подруга, – сказала Мэдж.
– Я знаю это, – согласилась Андреа, – но я должна увести его подальше отсюда прежде, чем ситуация выйдет из-под контроля.
Она огляделась по сторонам. Выбора у нее не оставалось. Группа последователей Эда Пиньона уже начала выкрикивать угрозы, напоминая Андреа эпизод из старого вестерна, где толпа собиралась расправиться со своей жертвой судом Линча. Если шеф полиции Андреа Флеминг хочет защитить Сэма, ей придется взять его под стражу, пока не стало слишком поздно.
Андреа отстегнула дубинку от поясного ремня.
– С дороги, ребята, с дороги, посторонись!
Под влиянием пары вполне деликатных толчков толпа несколько поредела – все поняли серьезность намерений Андреа.
– Залезай в машину, Сэм, и побыстрее. Я арестую тебя – для твоей же собственной безопасности.
В ответ он смерил ее долгим печальным взглядом.
– Знаю.
Усевшись на заднее сиденье, Сэм уставился прямо перед собой. Андреа захлопнула за ним дверь и, быстро обойдя машину, села за руль.
– Мы вызволим тебя еще до наступления темноты, – пообещала Сэму через открытое окно Луиза Роберте.
– Мне стыдно за тебя, Андреа Флеминг, – с отвращением сказала другая соседка.
– Глупая женщина! – Голос Эда прозвучал громче остальных. – Что же еще можно ожидать? Да он же их всех загипнотизировал!
Связавшись по радиотелефону с Баком, Андреа сообщила ему о происшествии. Всю дорогу обратно до города ей страстно хотелось, чтобы шоссе разверзлось под колесами и поглотило бы и машину, и всех остальных. Она все ждала, что Сэм скажет что-нибудь в свое оправдание, но он не сделал этого.
Андреа не сразу поняла, что плачет, поняла лишь тогда, когда почувствовала, как по ее щекам катятся слезы, капая ей на рубашку.
– Прости меня, Сэм. Я знаю, что ты не делал этого. Это все толпа безумцев, которых науськивал Пиньон. Они слишком много выпили, а тут появляешься ты с разбитой головой. Все же скажи мне, что случилось, чтобы я могла как-то разобраться во всем этом.
Сэм по-прежнему сидел молча, тупо уставившись куда-то вперед. Его губы были крепко сжаты, словно сами не хотели ничего говорить. Выражение лица Андреа и тот факт, что она все-таки арестовала его, казались достаточным основанием для ее сомнений в нем. Ему следовало бы знать: доверие – это всего лишь слово, имевшее отношение к другим людям.
– Сэм, ты что, даже и не попытаешься оправдаться? Если ты не ударялся головой о стекло того грузовика, то где же ты все-таки получил эту травму?
– Это все была только ложь, Андреа, разве не так? Все твои разговоры о доверии и добром отношении к людям. Аркадия ничем не отличается от любого другого города. И замки у вас на дверях не заперты только там, где все на виду. Видишь ли, дорогая, для меня все это не ново, так что тебе решать. Поступай так, как считаешь нужным.
Андреа затормозила возле полицейского участка, вышла из машины и, обойдя ее кругом, открыла ему дверцу. Потом подождала, пока он выберется наружу. Сэм покорно последовал за ней.
– Не заставляй меня сажать тебя под замок, Сэм. Скажи мне правду.
– Правду? Не поможет это мне, дорогая.
В этой ситуации моя правда прозвучит как ложь. Кроме того, если твоим «обожаемым» землякам придется выбирать между чужаком и будущим губернатором, шансы в мою пользу – нулевые.
– Не понимаю тебя.
– Не понимаешь? А вот я прекрасно все понимаю. – Сэм прошел в камеру и уселся на лавку – любимое место Брэда. – Я, пожалуй, подожду Бака.
Андреа закрыла дверь в камеру и прижалась лицом к прутьям решетки. Да как она сможет защитить Сэма, если он сам не хочет защищаться? Она была слишком напугана обстоятельствами, складывающимися чертовски скверно. Кражи строительного оборудования начались как раз незадолго до приезда Сэма. Хотя у Бака и возникли подозрения, что в этом деле замешан кто-нибудь из местных жителей, но в Аркадии Андреа знала всех. Ведь это ее земляки. Они не могут иметь отношения к международным преступлениям, что бы там Бак ни думал по этому поводу. По всему выходило, что это должен быть чужой, но единственным чужим здесь был Сэм.
Мысль о случившемся не давала ей покоя. А потом она вдруг вспомнила тот день, когда Сэм вошел в ее комнату с огромной охапкой цветов и воздушных шаров. Доверие? Долг? Она не знала, где провести границу между этими понятиями. Она знала только, что Сэм не мог быть вором. Андреа беспокойно мерила шагами тесную комнату, ни на секунду не забывая о том, что за ее спиной, в камере, находится самый дорогой ей человек – Сэм Фарли.
Андреа с самого начала восприняла его как некую частицу своей жизни. Пусть даже только на время. А потом он начал строить планы на будущее, и она стала верить ему. «Я люблю тебя, девочка-Гроза», – как-то раз сказал он. А вот она никогда не говорила о своей любви к нему.
– Сэм! – позвала она.
В ответ она услышала только его размеренное дыхание, хотя точно знала, что он не спит, не может спать, не должен.
– Сэм, пожалуйста, выслушай меня. У меня может быть больше никогда не будет возможности сказать это тебе, прежде чем тебя отправят в Коттонборо, но мне хотелось бы, чтобы ты знал…
Ее ноги ослабели и на какой-то миг, ей показалось, что она сейчас упадет.
– Что, Андреа? – Голос его прозвучал как-то невыразительно и глухо.
– Я хочу сказать, чтобы ты знал, что я люблю тебя. Арестовать тебя было самым трудным поступком в моей жизни. Ты должен понять, что я сделала это для того, чтобы защитить тебя. Это был мой долг.
– Значит, ты это так называешь?
– Да, Сэм, мой долг. В конце концов, улики ведь были такими явными, что только слепой мог их не видеть.
– Ты действительно веришь в мою причастность к краже, Андреа?
– Конечно же, нет. Но сейчас речь не об этом. Сэм, расскажи мне всю правду, пожалуйста. Я поверю тебе.
Она крепко сжимала руками прутья решетки, глядя внутрь камеры на человека, молча смотревшего на нее из темноты.
– Ты говоришь, что веришь мне, девочка-Гроза, но я вижу вопрос в твоих глазах. Это говорит о том, чего нет в твоих словах и что слово «вера», не равнозначно слову «любовь».
– Ох, Сэм, но я же люблю тебя!
– Тогда я предлагаю тебе расспросить Эда Пиньона о том, что случилось с моим лицом. Я-то понимаю, почему он пытается свалить это дело на меня – он не хочет потерять тебя.
– Эд? Да он просто был пьян. И ведет он себя, как идиот, я же знаю Эда с детских лет.
И я верю…
– Эд – родом из Аркадии. Он прожил здесь всю свою жизнь, и это автоматически делает его достойным доверия. А я как раз это и имею в виду, дорогая.
Андреа удалось разглядеть в темноте, как Сэм отвернулся и снова лег. Он закрыл глаза, чтобы не видеть ее. Андреа почувствовала, как от горя у нее защемило сердце. Такого она еще никогда не испытывала. Сэм не виновен, и ей придется доказать это. Она не допустит, чтобы ее город стал еще одной частичкой его грустных воспоминаний.
Почему же Сэм просил самого Эда объяснить, что случилось с его лбом? Тут было что-то не так. Что-то не так было и с местом происшествия. Если строительное оборудование пряталось на территории округа, то Эд должен был знать где. Он ведь каждый день прочесывал весь округ из конца в конец. Он знал, сколько места необходимо, чтобы спрятать все это. Он лично владел огромными складскими участками и с таким же самым, как и похищенное, оборудованием. Эд должен… Эд!
Резко развернувшись, Андреа опрометью бросилась прочь из полицейского участка, успев при этом лишь одной Агнес сообщить, куда именно она отправляется.
Спустя полчаса Андреа преодолела высокий забор из защитной сетки, натянутой вокруг принадлежавшего Эду Пиньону склада.
Человек, находившийся внутри, должно быть подумал, что она не одна, и поэтому даже не попытался бежать, когда Андреа открыла дверь и заглянула внутрь.
Она надела на него наручники и выслушала целый поток протестов – арестованный уверял, что он не вор. Его наняли лишь для того, чтобы пригнать машину, только и всего.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18