А-П

П-Я

 диван аккордеон угловой там 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Фолкнер Колин

Сладостный обман


 

Здесь выложена электронная книга Сладостный обман автора по имени Фолкнер Колин. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Фолкнер Колин - Сладостный обман.

Размер архива с книгой Сладостный обман равняется 175.72 KB

Сладостный обман - Фолкнер Колин => скачать бесплатную электронную книгу



OCR Тия
«Сладостный обман»: ЭСКМО-Пресс; Москва; 1998
ISBN 5-04-001298-5
Аннотация
Кэвин Меррик приехал в Лондон из далеких колоний с одной целью – найти и наказать убийцу брата. Случайная встреча с очаровательной актрисой Эллен Скарлет заставила его забыть о мести. Он околдован красотой и заинтригован тайнами, окружающими ее. Он знает, что любит и любим, но снова и снова слышит отказ, не догадываясь, что смерть брата зловещей тенью пролегла между ними. Но нет на свете силы, способной разлучить тех, кто верит в любовь.
Колин Фолкнер
Сладостный обман
ПРОЛОГ
Эссекс, Англия,
1654 год.
– Вы звали меня, сэр?
Появившаяся в дверях библиотеки Каролина торопливо поправила маленькую шапочку, которую обычно носят пуритане, – крошечный кусочек материи упорно не желал держаться на пышных волосах девушки, – и посмотрела на отца.
Ее отец, виконт Гринборо, худой, сгорбленный старик, с выпирающими из-под черной мантии костлявыми плечами, стоял спиной к двери у книжных полок. В руках он держал старинный, покрытый пылью фолиант. Каролина видела, как дрожат высохшие пальцы отца, когда тот переворачивал пожелтевшие от времени страницы.
В комнате было сумрачно, лишь несколько сальных свечей, от которых исходил неприятный запах, отбрасывали на ряды полок тусклый свет. Тишина библиотеки нарушалась монотонным и немного таинственным постукиванием ветки о стекло не закрытого ставнями окна.
Каролина судорожно сжимала руки.
– Сэр! – настойчиво повторила она.
Виконт не спеша поставил книгу на полку, на то самое место, где она всегда стояла, и повернулся к своей единственной оставшейся в живых наследнице. Старательно избегая ее взгляда, виконт Гринборо произнес:
– Я буду говорить с вами откровенно, дочь моя. Скверные новости пришли из Лондона.
Каролина вскинула голову и пристально посмотрела на уставшее, изможденное лицо отца.
– Вы потеряли свои земли? – прошептала она.
Пощипывая маленькую бородку, Гринборо ответил:
– Да.
Страшная новость ошеломила, но не напугала ее.
– А что же лорд Вакстон? Ведь он обещал помочь вам.
Граф Вакстон, один из влиятельнейших людей в Парламенте, подружился с ее отцом больше года назад и обещал ему всяческое содействие. И хотя от одного его взгляда у Каролины по коже пробегали мурашки, лорд стал довольно частым гостем в Хаверинг-хаузе. Говоря о нем, ее отец любил повторять: «Граф Вакстон действует грязными средствами, но зато намерения его чисты».
– Ведь он же поклялся, что если вы отступите от своей веры и присягнете Кромвелю, то будете в полной безопасности, – тихо проговорила Каролина, почувствовав, как сжалось в груди ее сердце. В последнее время она все чаще думала о том, что отец стал косвенным виновником смерти ее матери, закрыв старенькую часовенку Хаверинг-хауза и выгнав домашнего священника. Эта гнетущая мысль болью отзывалась в ее сердце. Лишившись того, чем она жила многие годы, что было для нее свято, леди Гринборо начала таять на глазах и через шесть месяцев тихо скончалась. – Ради своих земель вы отреклись от веры! – Голос Каролины звучал обвиняюще.
– Нет, дочь моя. Я не отрекался от веры, я всего лишь сделал правильный и своевременный политический ход. Но будет лучше, если вы сейчас же забудете мои слова.
Девушка до боли прикусила губу. Несмотря на то, что ей едва исполнилось тринадцать, она уже достаточно хорошо понимала, что значит потерять земли.
С тех пор как казнили короля Карла I, подобное частенько случалось с их друзьями и знакомыми, с теми, кто не желал клясться в верности лорду-протектору. Некоторым приходилось даже бежать в другие земли к своим родственникам в поисках убежища, тех же несчастных, кому некуда было деться, ловили и обезглавливали. Каролина невольно перешла на шепот:
– Но лорд Вакстон… он же обещал защитить вас в Парламенте.
Недовольно махнув слабой рукой, старик грубо прервал дочь:
– Замолчи, девчонка! Лорд Вакстон спас мне жизнь, и этого достаточно, большего он сделать не в состоянии.
– Но, отец… – Каролина сжала маленькие кулачки. – Ведь эти земли принадлежали нашей семье уже много сотен лет! Как вы можете отдавать их с такой легкостью? Я думаю, что наверняка есть средства….
– Замолчи, я сказал! – Лицо Гринборо побагровело. Приблизившись к дочери, он ткнул ее в нос длинным костлявым пальцем. – Тебе пора научиться держать язык за зубами. Дурной характер не красит молодую девушку, тем более невесту.
Каролина почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица. Когда она нашла в себе силы заговорить, то не узнала собственного голоса.
– Вы сказали «невеста»? Но разве вы не обещали моей матери, что никогда не станете покупать свою жизнь ценой моего счастья? – Дочь дотронулась до рукава его мантии. Не сводя глаз с испещренного глубокими морщинами лица отца, она тщетно пыталась найти в его глазах хотя бы тень сочувствия. Но война сделала свое страшное дело: лишила Гринборо родительских чувств – любви к единственному ребенку. – Но вы же поклялись… – еле слышно проговорила она.
– Человек нередко сожалеет о необдуманных и поспешных клятвах, данных им у постели умирающего. – Виконт отдернул руку, словно прикосновение дочери было ему неприятно. – Я поступил так ради твоего же блага. Только так я могу защитить тебя. Не думаю, что эта помолвка будет для тебя таким уж неприятным ударом.
Будто громом пораженная, Каролина вперила свой взгляд в серые каменные плиты, которые тут же начали терять свои очертания от наворачивающихся на глаза слез.
– Полагаю, что и девичества меня лишит тот же самый человек, который лишил вас земель?
– Хотя это и звучит чересчур жестоко, но это так.
Каролина прижала руку к груди и нащупала маленький крестик с распятием, приколотый к ее рубашке с изнанки. Она редко обращалась к помощи той веры, которую исповедовала ее мать, и крошечное распятие носила скорее в память о ней.
– Я могу узнать имя джентльмена, кому я обещана, или это тоже должно стать для меня неожиданностью? – Девушка прекрасно знала ответ на этот вопрос. Несмотря на свой юный возраст, она догадывалась, с какими такими чистыми намерениями этот человек вот уже больше года почти ежедневно посещает их. «Отец ослеп, он даже не представляет, что случится с нами», – подумала Каролина.
– Граф Вакстон, – прозвучало в тишине.
– Я никогда не выйду за него! – выкрикнула девушка, сверкнув темными непокорными глазами. – Уж лучше я уйду в монастырь! – решительно прибавила она и, приподняв юбки, направилась к двери.
– Вы не сможете этого сделать, дочь моя, – бездушно засмеялся отец, и холодный смех эхом отозвался в громадной библиотеке. – Католическая церковь, которую так обожала ваша матушка, в Англии больше не существует. Она запрещена, а монастыри разогнаны.
Бессердечность отца, его издевательский смех, союз с ненавистным человеком – все это навалилось на хрупкую девушку так внезапно и так больно ранило ее, что она, бессильная в своем несчастье, не выдержала и заплакала. Обида за оскорбленное достоинство душила ее. Запрокинув голову, она зарыдала, и в отчаянии ей казалось, что даже крылатые ангелы и диковинные звери смеются над ней с потолка библиотеки. Ее отец, человек, который должен защищать ее и заботиться о ней с теплотой и любовью, превратился в жестокое и бездушное животное, в сутенера, и продает ее.
– Нет, сэр, нет, – с отчаянием в голосе твердила Каролина, – я никогда не стану его женой. – И вдруг, резко обернувшись, так что ее накрахмаленная юбка зашуршала по полу, Каролина с вызовом произнесла: – Я сбегу из дома. Я стану нищенкой. Да! Уж лучше просить подаяние, чем стать женой этого мерзкого чудовища.
– Мерзкого чудовища, говорите? – раздался вдруг знакомый голос. В волнении она даже не заметила, как дверь библиотеки открылась и на пороге появился Вакстон. Он стоял так близко к Каролине, что края ее юбки касались носков его до блеска начищенных туфель.
– Посторонитесь, сэр, – еле слышно пробормотала она, не поднимая головы от страха.
Граф Вакстон не сдвинулся с места и даже не пошевелился. Каролина попыталась выскользнуть из библиотеки, и в тот же момент будущий супруг схватил прядь ее пышных блестящих волос и дернул их с такой силой, что едва не свалил бедную девушку с ног. Бледная, с трясущимися от негодования и ярости губами, Каролина смотрела на новоявленного жениха. В ее взгляде было все – и страх, и боль, и презрение к этому длинному, болезненно худому человеку с хищным сгорбленным носом и маленькими водянистыми и подслеповатыми глазками. На его голове возвышался громадный, сильно напудренный парик; богато расшитый камзол выдавал в его обладателе человека, приближенного к Кромвелю. В руке лорд держал длинную трость с серебряным набалдашником.
Вакстон долго всматривался в лицо своей невесты, его холодный взгляд был красноречивее любых признаний, и Каролина содрогнулась, представив себе его «чистые намерения». Затем он обратил свой взор на бледного и трясущегося от страха старика виконта.
– Как это понимать, Гринборо? Что это? Неповиновение?
– Что вы, что вы, милорд! Какое неповиновение? – Голос отца дрожал от испуга. – Просто девушка еще не пришла в себя от неожиданного известия. Это скоро пройдет, не волнуйтесь.
Каролина стояла молча, сжав зубы. По-прежнему не выпуская из руки прядь ее волос, лорд стукнул об пол тростью. И гулкий звук был похож на удар молотка судьи, оглашающего приговор.
– Не переживайте, юная леди, наш союз произойдет не раньше, чем вы созреете для супружеской жизни, – провозгласил Вакстон. – Свадьба состоится не скоро, а к тому времени вы успеете попривыкнуть ко мне.
После этих слов из глаз Каролины то ли от боли, то ли от внезапной радости потекли слезы. Подняв ресницы, она встретилась взглядом с человеком, который стал причиной ее страданий.
– Этого не случится, – уверенно прошептала она и сама поразилась твердости своего голоса. – К тому времени я возненавижу вас еще сильнее.
1
Хаверинг-хауз, Эссекс,
Англия.
Январь 1662 года.
Нащупав ногой ступеньку, Каролина остановилась и прижалась спиной к шершавой каменной стене. «Нужно отдохнуть, успокоиться», – подумала она. Подъем по крутой винтовой лестнице без перил, да еще в полной темноте, был крайне опасен. Один неверный шаг, и нога скользнет вниз, и тогда – неминуемая смерть на полу пустой башни. Единственная возможность избежать падения – ни в коем случае не отступать от сырой, покрытой плесенью стены.
Каролина прижала руки к груди и почувствовала, как сильно бьется ее сердце. Темень и тишина, нарушаемая лишь ее дыханием и шуршанием пробегающих по ступенькам мышей. Да еще их противный писк. Чем выше она взбиралась, тем сильнее дрожала от холода и страха. Сейчас от порывов ледяного январского ветра ее не спасала даже теплая накидка, отороченная мехом горностая.
За прошедшие восемь лет Каролина уже не раз пыталась преодолеть эти опасные ступеньки в попытке подняться на вершину башни, где на четвертом ярусе находилась таинственная лаборатория Вакстона, странная комната, куда, по словам ее обитателя, «не должна заходить ни одна женщина».
Каролина правильно выбрала время, справедливо полагая, что только сейчас она может разорвать путы, связывающие ее с ненавистным графом Вакстоном. Другого случая у нее не будет. Долгих восемь лет ей приходилось изо дня в день выносить этот тягостный брак. Она была не женой, а пленницей, и вся ее жизнь состояла из ограничений. Ей запрещалось многое – покидать пределы поместья, встречаться с другими женщинами и даже ездить за покупками. Каролину ограждали даже от крестьян, она никогда не проезжала по поместью без сопровождения. И непонятно было, кем были скачущие за ней люди – то ли ее слугами, то ли охранниками.
После свадьбы и последовавшего вскоре самоубийства отца Каролину вообще редко выпускали из своей комнаты. Вакстон панически боялся, что при первом же удобном случае она наставит ему рога, и вскоре просто запер ее в третьем крыле Хаверинг-хауза, откуда его жену выводили только по праздникам, которые Вакстон устраивал для своих друзей, таких же, по ее мнению, подлецов, как и он сам. Они смотрели на Каролину как на некую диковинку. Еще бы, жена-девственница, такое нечасто случается. Все восемь лет бедная девушка страдала и от постоянных скандалов, которые устраивал ей муж, и от ненавистной обязанности пытаться отдать ему то, что он не мог взять. Последнее она воспринимала как надругательство над собой. С каждым днем ей все труднее становилось переносить его грязные ласки ночью и бесконечное одиночество днем.
И все эти долгие годы Каролина думала лишь об одном – как бы покончить с этим браком. Она искала любую возможность обрести свободу, но не находила ее. И вот однажды, когда, казалось, всякая надежда на спасение исчезла, молитвы ее были услышаны. Решение пришло в образе небольшого листочка бумаги, запрятанного мужем в потайном ящичке письменного стола в его спальне. В письме указывались имена двенадцати аристократов, вовлеченных в заговор против недавно коронованного английского монарха. За подобное преступление против короны в то время существовало два вида наказания – повешение или отсечение головы.
Подобно многим «круглоголовым» – так во времена краткого правления Кромвеля называли приверженцев парламентской демократии, – лорд Вакстон с готовностью приветствовал восстановление монархии. Король Карл, в свою очередь, также охотно принял в свое стадо заблудшую овцу. Как и многие остальные члены правительства Кромвеля, Вакстон выразил королю свою преданность и поклялся защищать его с еще большим рвением, чем до прихода к власти лорда-протектора. Два года хаоса и анархии, последовавшие за смертью Кромвеля, помогли сплотиться недавним непримиримым противникам – «круглоголовым» и монархистам.
Одна только Каролина знала, что ее муж, присягая на верность Карлу, лгал. В душе он остался тем же противником монархии, о чем свидетельствовало его имя в списке прочих заговорщиков. Доказательство его предательства, этот крошечный листок бумаги, и было единственным средством спасения от того рабства, которое Вакстон со свойственным ему лицемерием называл браком. Именно этот тоненький листочек бумаги, как думала Каролина, сможет освободить ее от объятий мужа, больше похожих на мертвую хватку.
Она перевела дух и, набравшись смелости, оторвала руки от спасительной стены. Приподняв бархатные юбки, она преодолела последний пролет и подошла к сколоченной из грубых тяжелых досок двери, за которой пряталась лаборатория Вакстона. Возле двери мерцала оплывшая свеча. Помедлив, Каролина уверенно постучала. Не успела она отдернуть руку, как дверь открылась и, к немалому ее удивлению, перед ней предстал не муж, а герцог Хант.
От страха у бедняжки перехватило дыхание. Она вздрогнула и непроизвольно сделала шаг назад. То, что Хант оказался здесь, в Хаверинг-хаузе, явилось для нее полнейшей неожиданностью. Если бы она знала, что герцог в лаборатории, то никогда бы не осмелилась подняться сюда.
– Приятного вечера вам, миледи, – проговорил Хант, ощупывая Каролину нагловатым взглядом. – Я уже было подумал, что до утра не смогу насладиться вашим обществом, ваш муж уверил меня, что вы ушли к себе.
С неприязнью разглядывала она бледное лицо герцога, светлый парик делал его почти бескровным. Во всем его облике было нечто зловещее. Сама не зная почему, Каролина боялась этого альбиноса даже больше, чем мужа. Лучший друг Вакстона, герцог Хант не вел себя с ней нахально, но каждое его слово и каждый жест словно бы говорили ей, что это он, Хант, когда-нибудь отнимет у нее девственность, лишив ее мужа единственного, чем тот так гордился и дорожил.
Полгода он преследовал ее, докучал назойливыми разговорами, подкарауливал в самых неожиданных местах Хаверинг-хауза, пытаясь украсть то, чего не в силах был взять Вакстон. Даже когда Хант улыбался, вид у него был устрашающий, бледная кожа и демонические красноватые глаза, парализуя собеседника, производили жуткое впечатление. Человек целеустремленный и мстительный, сметающий всех, кто осмеливался стать на его пути, он пользовался большим влиянием в Уайтхолле и считался другом короля.
– Леди Вакстон? – раздался удивленный голос ее мужа, появившегося за спиной Ханта. Он был явно чем-то раздражен. – Что заставило вас подняться сюда? Я предупреждал вас: если я вам понадоблюсь, присылайте Уоррена.
– П-п-п-простите меня, – залепетала Каролина и повернулась, чтобы уйти. – Я поговорю с вами об этом потом.
– Зачем откладывать? – усмехнулся Хант и, вытащив маленького хорька-альбиноса, которого часто носил в кармане камзола, добавил: – Заходите, дорогая леди Вакстон, не стесняйтесь, я как раз собирался идти спать. Поездка из Лондона была тяжелой, я изрядно устал. Дороги ужасные – сплошная грязь, не проедешь.
Каролина почувствовала себя как муха, попавшая в мягкую липкую паутину. Схватиться с мужем сейчас, в присутствии Ханта, человека, чье имя стояло в списке первым, казалось ей верхом безумия.
– Спокойной ночи, герцог, – сказал Вакстон. – Я прикажу Уоррену приготовить все для завтрашней охоты.
Хант молча кивнул и направился вниз. Проходя мимо Каролины, герцог, пользуясь темнотой, незаметно провел рукой по груди девушки. Усилием воли она заставила себя не вздрогнуть, но дыхание у нее снова перехватило, на этот раз не от страха, а от возмущения. Бестактный жест Ханта только прибавил ей решимости поскорее покончить с тем унизительным и беспросветным существованием, которое она вела в поместье.
Шаги герцога постепенно стихли. Немного постояв, Вакстон отступил назад, знаком приглашая Каролину войти. Она последовала за мужем.
Лаборатория представляла собой довольно просторную комнату, пропахшую серой, заставленную столами с рядами всевозможных приспособлений, посуды и предметов для ведения научной работы. Среди прочего Каролина увидела человеческие кости с висящими на них бирками, склянки с внутренностями, несколько проволочных клеток с белыми мышами, ступки с окровавленными пестиками и множество снадобий, таких, например, как растворенный в уксусе коровий помет. И все эти зелья, очевидно, предназначались для одного – излечить стареющего графа от импотенции. Она брезгливо разглядывала обстановку лаборатории и содержимое склянок.
Вакстон приблизился к кое-как сколоченному из необструганных досок тяжелому столу и принялся сыпать в плошку зеленоватый порошок.
– Я слушаю вас, миледи. Что вы хотели мне сказать? Только говорите побыстрее, я очень занят, – проговорил он и, пододвинув поближе свечу, принялся тщательно размешивать содержимое плошки. Затем он нагнулся, внимательно осмотрел получившееся месиво и снова взялся за пестик.
Каролина почувствовала, что дрожит, и поплотнее укуталась в накидку. Ей казалось, что мех горностая перестал согревать ее плечи. Ее бил озноб, он продирал ее до самых костей. «Теперь или никогда, – мысленно убеждала себя Каролина. – Где же твое мужество?» Оттягивая страшную минуту, она снова стала разглядывать лабораторию. Это была круглая комната со множеством окон. Шторы темно-красного цвета, тяжелые и длинные, свисали с самого потолка. Падающий на стекла отблеск нескольких свечей превращал их в таинственные кривые зеркала. Бедняжка в страхе смотрела на свое отражение в окне и не узнавала себя. С улицы доносилось унылое завывание ветра, да слышно было, как монотонно стучит дождь по грязному стеклу. Пахло плесенью, и этот запах, смешиваясь с испарениями снадобий, вызывал у нее тошноту. Внезапно ее взгляд упал на человеческий череп, увешанный бирками. Вздрогнув, она отвернулась.
– Я… я, – начала Каролина, заикаясь, – пришла к вам, милорд, затем, чтобы просить вас покончить со всем, – твердо закончила она. Последовавшее затем молчание длилось довольно долго. Тишину лаборатории нарушал разве что стук пестика о чашку.
Неожиданно гнетущее молчание разорвал голос Вакстона, холодный, как сталь:
– Не совсем понимаю вас, миледи. С чем же вы предлагаете мне покончить? – пробормотал он, не разгибаясь и не прерывая своего занятия. – Скажите точнее, что вы хотите.
Проглотив подступивший к горлу предательский ком, Каролина продолжила:
– Я хочу, чтобы вы признали наш брак недействительным и позволили мне уехать из Хаверинг-хауза. Взамен я оставляю вам свои земли. – Вымолвив это, она облегченно вздохнула. Она не жалела о потере, ее не заботило то, что она остается без средств к существованию, сейчас для нее главной целью было любой ценой покинуть Хаверинг-хауз. По возможности, разумеется, живой.
Вакстон расхохотался, и эхо разнесло его хриплый, зловещий хохот по всей башне.
– И вы, – захлебываясь от смеха, говорил граф, – пришли ко мне просить об этом?
– Сэр, мы безразличны друг другу. – Сказав это, Каролина заставила себя поднять голову и взглянуть в злобные глаза мужа. – Ни для кого не секрет, что у нас не может быть детей.
Вакстон перестал размешивать снадобье, со звоном отодвинул чашку и, опершись руками о стол, вперил свой тяжелый взгляд в жену.
– Какая же причина заставляет нашу маленькую девственную сучку просить, чтобы я отпустил ее именно сейчас? – прошипел Вакстон. – Почему вы не пришли ко мне раньше, а терпели все это время? И что вам не нравится? Я обращаюсь с вами не так уж и плохо. Вас одевают в лучшие платья, вы едите на золоте, пьете лучшие вина. – Вакстон оглядел Каролину. – Чем вы недовольны?
Она вскинула голову и победно посмотрела на него.
– У меня есть… некоторые сведения, – твердо произнесла она, выдерживая взгляд мужа, – которые помогут мне освободиться от вас. Не думаю, что вы захотите их огласки.
Хищные глаза Вакстона округлились.
– Сведения, вы сказали? – повторил он, стараясь придать своему лицу беззаботное выражение. – Не знаю, о каких таких сведениях вы говорите. – И тут же перейдя на грубый тон, Вакстон начал медленно приближаться к жене. – А ну-ка говори, какой такой дребеденью ты, грязная тварь, надеешься меня шантажировать.
Каролина внимательно, как хищник за своей жертвой, наблюдала за движениями мужа.
– Это далеко не дребедень, уверяю вас, – отчетливо произнесла она.
Вакстон остановился как вкопанный в нескольких шагах от нее. Пристально глядя в глаза своей непокорной жене, он пытался определить, врет она или нет. Каролина с омерзением рассматривала его морщинистое лицо и реденькие, поседевшие усы.
– Ну, ну, давайте выкладывайте, – подзадоривал он ее. – Что вы можете знать такого, чего бы я испугался?
– Вы не испугаетесь, вы ужаснетесь. И тогда я совершенно точно буду свободна. Но прежде ваша голова украсит Тауэр .
С возвращением на трон Карла II Стюарта в стране воцарилась жестокость; людей, даже просто заподозренных в государственной измене, немедленно передавали в руки палача. Суд был скорым, а наказание не отличалось разнообразием. Головы одного, а то и сразу нескольких казненных то и дело появлялись на стенах Тауэра.
Муж стоял, скрестив руки на груди. Одет он был, как всегда, изысканно, в великолепный темно-красный бархатный костюм; камзол украшал широкий изящно вышитый льняной воротник. Без сомнения, и эта одежда была приобретена на деньги Каролины, ведь, когда Вакстон переехал в Хаверинг-хауз, у него практически ничего не было, кроме титула и маленького домика в Стренде, недалеко от Лондона. Война, убив всех его родственников и разметав их состояния, лишила Вакстона надежд на наследство.
– В таком случае сделайте милость, скажите, что это за очень важные сведения, и тогда уж посмотрим, во что они мне обойдутся.
Чувство уверенности внезапно охватило Каролину. Она отступила от мужа и, обойдя вокруг стола, подошла к окну. Все это время она старалась не выпускать его из поля зрения.
– Есть у меня одно письмо, сэр, – сдержанно промолвила Каролина.
– Какое еще письмо? – Вакстон презрительно скривил губы. – Немедленно давай его мне.
– Это письмо содержит список имен… – Посмотрев на мужа, она увидела, что тот стоял бледный как смерть.
– Имен? – выдавил он из себя.
– Да. В нем содержится двенадцать имен. И еще краткое описание дела, в котором все указанные люди согласились участвовать.
Вакстон выругался по-французски.
– Ты, наверное, шутишь, – проговорил он, задыхаясь. – Или ты вздумала меня шантажировать? Тогда, женушка, ты, оказывается, еще тупее, чем я предполагал.
– Я уезжаю в Лондон, – невозмутимо продолжала Каролина. – Мне нужна карета, охрана и несколько фунтов стерлингов на первое время.
Вакстон коротко рассмеялся.
– Глупышка, ты даже не представляешь, куда отправляешься. Да в этом развратном городе ты и недели не проживешь. В Лондоне любят невинных деревенских красоток вроде тебя. Там тебя попросту съедят.
– Также мне нужен документ о разводе, – закончила Каролина. – Причина развода мне не важна. Можете написать, что я бесплодна. – Она скрестила руки на груди. – И если вы оставите меня в покое, я никому не расскажу о письме.
Внезапно Вакстон бросился вперед, обежал длинный стол и начал стремительно приближаться к стоявшей у окна супруге. Лицо его было перекошено злобой.
– Выходит, ты не шутишь, сучка, – прошипел он.
Каролина отпрянула, но не испугалась. Она поняла, что Вакстон находится в ее власти. Значит, письмо – не подделка и все те, кто в нем перечислен, – заговорщики. Нет, теперь она заставит ненавистного мужа подчиниться ей.
– Время для шуток прошло. – Ее голос оставался все таким же холодным и надменным.
Вакстон остановился в нескольких шагах от нее.
– Отдай письмо, и я забуду об этом разговоре, – сказал он, протягивая к жене хилую, морщинистую руку.
– Вы его не получите, – ответила Каролина.
Его рука машинально сжалась в кулак.
– Отдавай письмо. Где оно? – заорал он. – Говори, или ты горько пожалеешь о том, на что решилась! – теперь Вакстон уже не орал, он захлебывался в визге. Изо рта его брызгала слюна, глаза смотрели на Каролину с нескрываемой злобой. – Отдай мне его! – Он ударил кулаком по столу. Стоявший на нем бокал покатился и упал на пол.
В тишине комнаты звук разбитого стекла прозвучал устрашающе.
– Вы… вы не получите его, – прошептала Каролина. – И я предупреждаю вас: или я сегодня же покидаю Хаверинг-хауз, или завтра оно попадает на стол к королю.
– Кто еще знает о нем? С кем ты вступила в сговор? Отвечай! – Вакстон стоял с прижатыми к груди кулаками. Он считал себя выдержанным человеком, знал, что самообладание для него – это все, и не любил терять контроль над собой. – С кем, я тебя спрашиваю!
Разумеется, Каролина никого не посвящала в свою тайну. Она блефовала, хотя сама и представления не имела, как она сможет передать важный документ королю. Но она понимала, что этого и не потребуется делать. Теперь ей было совершенно ясно, что Вакстон выполнит все ее условия.
– С кем я вступила в сговор – это уже неважно. Мы с вами говорим не об этом. Я предлагаю вам сделку – свободу в обмен на сохранение вашей тайны.
Глаза Вакстона угрожающе сузились.
– А, так это конюх. Как там его? Лестер? Да, Лестер. Я знал, что ты спишь с ним, – он ткнул в нее длинным тощим пальцем.
– Ошибаетесь, сэр. Лестер здесь ни при чем.
– Тогда кто? Сын кухарки?
– Я не спала ни с кем. Я остаюсь девственницей с того самого дня, когда вы взяли меня в жены, – сказала Каролина, радуясь, что может уязвить мужское самолюбие своего супруга. – А вам не приходило в голову, что моей сообщницей может быть женщина?
– Я бы тут же узнал об этом, – возразил он.
– Успокойтесь, Уолдрон. – Каролина редко называла мужа по имени, за все восемь лет такое случалось раза два-три. – Дайте мне уехать, и никто никогда не узнает об этом письме. Клянусь вам. Меня не интересует политика, мне нужна только моя свобода.
Вакстон понуро опустил голову и тяжело вздохнул.
– Бедненькая, глупенькая ты моя девочка, – в голосе его зазвучала неподдельная жалость. – И как только ты могла подумать, что меня можно так обмануть? Неужели ты считаешь, что я отпущу тебя вот так просто?
– Вы должны это сделать, потому что только так вы сможете спасти свою жизнь. У вас нет выбора.
Граф начал медленно приближаться к ней. Каролина отступала.
– И нет у тебя никакой сообщницы. Правда, дитя мое? Ведь нет?
– Есть, – ответила она, продолжая пятиться.
– Нет, – уверенно произнес Вакстон. – Я слишком хорошо тебя знаю. Ты никого не станешь подвергать опасности понапрасну. Никого, даже самого последнего слугу, – повторил он, подступая все ближе. – А письмо у тебя здесь, с собой, это я вижу по твоим глазам. И ты надеялась с его помощью получить свободу. Глупенькая ты, глупенькая. Нет, милая моя, я не дам тебе уехать отсюда. Теперь, после всего, что тебе известно, ты должна умереть.
Каролина не поверила своим ушам. Беспомощно улыбаясь, она замотала головой.
– Но вы не убьете меня, ведь я – ваша жена.
– И никто не узнает об этом, – не обращая внимания на ее слова, продолжал обезумевший супруг. – Никому ты не нужна.
Каролина похолодела от ужаса. Только теперь она осознала, какую страшную ошибку совершила. Она недооценила своего мужа. Она считала его подлецом, гнусным предателем, импотентом, наконец, но только не убийцей. И теперь ее ошибка будет стоить ей жизни. Выражение глаз Вакстона не оставляло никаких сомнений. Его намерения были ей ясны. Да, он собирался убить ее…
– Можешь кричать, но тебя никто не услышит, – усмехался он, неумолимо приближаясь. – А может быть, и услышит кто-нибудь. Только ни один не поднимется сюда, никто не придет тебе на помощь. Мои слуги слушаются только меня. А тех, кто не слушался… – Вакстон многозначительно замолчал.
Каролина схватила со стола мензурку и швырнула ею в мужа. Он успел загородить лицо, и мензурка попала в шею. Вакстон выругался и стряхнул с одежды осколки. Тогда, взяв реторту, она запустила ее прямо ему в лицо. На этот раз он не успел заслониться и взвыл от боли.
– Выпустите меня отсюда! – заплакала несчастная девушка, протягивая руку к тяжелой колбе. – Вы не имеете права держать свою жену взаперти.
– Муж имеет все права на свою жену, – проговорил Вакстон. Перегнувшись, он взял со стола длинный нож. Глаза Каролины округлились от ужаса.
– Отпустите меня, Уолдрон, – умоляющим голосом произнесла она. – Отпустите, и никто на свете не узнает о письме.

Сладостный обман - Фолкнер Колин => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Сладостный обман автора Фолкнер Колин дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Сладостный обман у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Сладостный обман своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Фолкнер Колин - Сладостный обман.
Если после завершения чтения книги Сладостный обман вы захотите почитать и другие книги Фолкнер Колин, тогда зайдите на страницу писателя Фолкнер Колин - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Сладостный обман, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Фолкнер Колин, написавшего книгу Сладостный обман, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Сладостный обман; Фолкнер Колин, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 смотри здесь 

 Джафаров Таги - Всадник - 2. Бар на Лимбе http://www.libok.net/writer/8858/kniga/32545/djafarov_tagi/vsadnik_-_2_bar_na_limbe