А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Белокурые волосы женщины, красиво уложенные на затылке, искрились, словно бледное золото. Молли старалась, чтобы ее голос звучал как можно небрежнее:
— А где же муж миссис Роуз? Прежде мне ничего не доводилось слышать о мистере Роузе и было бы любопытно на него взглянуть.
— К несчастью для мистера Роуза и к счастью для мистера Бреннигана, Уильям Роуз умер.
— Понимаю, — Молли действительно все стало ясно. Она наблюдала, как высокий, широкоплечий Сэм Бренниган выводит изящную белокурую вдову Роуз на середину зала. Ей показалось, что никогда еще не было на свете двух людей, более подходящих друг другу, чем эта пара.
Смуглое лицо и золотистая борода Сэма составляли контраст с сияющими бледным отсветом локонами вдовы и ее кремовой кожей.
В течение всего танца Молли украдкой разглядывала, как прекрасно дополняют друг друга эти двое: Лилиан подходила по росту высокой фигуре Сэма, а его сила и кошачья грация подчеркивали ее изящество и утонченность. Не придавая особого внимания слегка заметной хромоте мужчины, пара, казалось, парила в воздухе.
Молли обреченно вздохнула и позволила Майклу Локе стремительнее закружить ее в танце, но удовольствия вечеринки закончились для нее в ту минуту, когда в зал вошел Сэм Бренниган.
— Добрый вечер, мисс Джеймс, — низкий голос заставил ее обернуться.
Она только что оттанцевала вальс с Кливом и, опережая новое приглашение Майкла, попросила его позволить ей немного отдышаться.
Стоя возле чаши с лимонадом, Молли размышляла, заметил ли ее Сэм Бренниган, как вдруг, обернувшись, встретила его взгляд и почувствовала, что сердце учащенно забилось.
Молли отругала себя за сердцебиение, но ничего не могла с собой поделать — этот мужчина всегда производил на нее необыкновенное впечатление.
В темно-коричневом, сшитом по западной моде, костюме и белоснежной рубашке он выглядел безумно красиво. Блестящие коричневые кожаные туфли выглядывали из-под брюк безупречного покроя.
Она уловила отчетливый лесной аромат.
— Мистер Бренниган, я заметила, как вы вошли. Приятно вас увидеть снова.
Как глупо звучали ее слова! Наверняка очаровательная вдова сумела бы выразиться более изысканно!
— Вы сегодня прекрасно выглядите, — сказал Сэм. — Я с трудом узнал вас без бриджей.
Его насмешливая улыбка заставила ее вспыхнуть.
— Уверяю вас, мистер Бренниган, я могу быть женственной не хуже любой другой женщины, когда обстоятельства не располагают к обратному.
Взгляд Сэма окинул ее с головы до ног, задержавшись несколько дольше, чем нужно, на выпуклостях груди.
— Не вижу причины сомневаться в ваших словах, мисс Джеймс.
Молли застенчиво улыбнулась. Она попыталась придумать какую-нибудь ответную любезность, как вдруг рядом с Сэмом в окружении абрикосовых юбок возникла элегантная фигура вдовы Роуз.
— Сэм, дорогой, я повсюду ищу тебя.
Лилиан заметила Молли и, едва удостоив ее взглядом, обратилась к Сэму:
— Кто этот твой маленький друг, дорогой? — «Маленький друг»! Только подумать! «Маленький друг»! Молли разрывалась между ненавистью к вдове за ее снисходительный тон и желанием заползти в какую-нибудь щель и спрятаться.
— Миссис Роуз, позвольте представить вам мисс Джеймс. Молли — владелица ранчо «Леди Джей».
— Как мило, — сказала Лилиан, одаривая Молли краткою улыбкою.
Молли молчала, не в силах выдавить из себя хотя бы одно вежливое слово.
— Сэм, думаю, мне просто необходимо сейчас подышать свежим воздухом, — сказала миссис Роуз. — Ты не проводишь меня на крыльцо?
Сэм сдержанно кивнул.
— С вашего позволения, мисс Джеймс.
Молли не оставила без внимания интимный жест, с которым Сэм своей большой рукой небрежно обнял талию вдовы, когда грациозной походкой она уплывала от Молли.
— Я видела, ты познакомилась с вдовой Роуз, — заговорщически прошептала Сэйди, подходя к Молли, по-прежнему оставшейся стоять у стола с закусками. — Она любовница Сэма Бреннигана, но ради Бога, никому не передавай мои слова, это запретная тема в нашем городе да и, пожалуй, во всей округе. Никто не хочет портить отношения с отцом Лили. Ты, конечно же, помнишь судью Игана? Такой невысокий, коренастый мужчина. Взгляни, он стоит вон там, — она указала на угрюмого человека в черном костюме из дорогого на вид сукна. — Он крупный землевладелец и очень влиятельное лицо. Даже в Конгрессе у него есть серьезные связи.
Молли уставилась на судью, но мысли ее от откровения подруги застыли в оцепенении. Она слышала, Сэйди еще что-то щебечет, но до нее не доходил смысл произносимых слов.
Ее окатила вторая волна потрясения. Эта женщина — любовница Сэма! Его ЛЮБОВНИЦА! Значит, все, что говорит отец о Сэме Бреннигане — правда. Он коварный соблазнитель женщин, то есть, попросту говоря, бабник! У него любовная связь с красивой дочкою судьи, но нет ни совести, ни порядочности, чтобы на ней жениться. Вполне вероятно, он на самом деле ухаживал за Коллин Джеймс, ее матерью, как всегда утверждал отец.
Молли стало не по себе.
— Думаю, нет смысла обсуждать любовную связь мистера Бреннигана с вдовой Роуз, раз уж это в Траке запретная тема, — сказала она, отчаянно желая, чтобы голос не выдал ее потрясения.
Молли надеялась, ей удалось сохранить спокойное выражение лица. Однако, так просто сменить тему ей не удалось.
— Ты, видимо, уже знала об этом, да? — предположила Сэйди.
— Вовсе нет. С чего ты взяла?
— Ты ни капельки не удивилась.
Молли улыбнулась, но только мысленно, оставив на лице маску холодного безразличия к любовным делам мистера Бреннигана.
Ну что ж, неплохо! Сэйди ничего не заметила! Значит, ей не изменило умение скрывать свои чувства. Впрочем, ничего такого особенного и не случилось! Можно продолжать танцевать в свое удовольствие, пробовать выставленные закуски, пить пунш…
Однако, сейчас Молли очень хотелось, чтобы вечер как можно скорее закончился. Она вернется на ранчо, с головой погрузится в работу и забудет о слухах, сплетнях, россказнях и правдивых историях, услышанных сегодня. В конце концов, какая разница, много ли в них правды! С самого начала ее влекло к Сэму, но все это оказалось пустой затеей. Боже, какой же идиоткой она была!
— Потанцуем? — Майкл Локе предложил ей руку.
На этот раз Молли приняла приглашение с благодарностью. Улыбнувшись Сэйди, она позволила Майклу вновь закружить ее в танце.
Сэм Бренниган наблюдал, как Молли Джеймс снова танцует с Майклом Локе. Она танцевала с ним столько раз, что он сбился со счета.
Этот парень, Локе, был мошенником и негодяем, и Сэм просто не мог видеть, что кто-то имеет с ним дело, даже если этот «кто-то» из семейства Джеймсов. Так, по крайней мере, он говорил себе, пытаясь побороть еще один приступ раздражения.
Казалось, каждый раз, когда Локе смотрел на Молли с этаким волчьим блеском в глазах, Сэм чувствовал, как в нем закипает злость.
Маленькая рыжая соблазнительница выглядела сегодня потрясающе, намного привлекательнее, чем Сэм мог предположить когда-либо.
Ее волосы сверкали, как рубины, а полная грудь то и дело дразняще приподнималась в глубоком вырезе платья. Сэм был вынужден в конце концов согласиться с ней: она, действительно, выглядит более соблазнительно в пышных складках платья, чем в облегающих, бриджах.
Вернее, одинаково соблазнительно, поправился Сэм, про себя усмехнувшись. Он припомнил, как один из ковбоев ранчо «Леди Джей» ущипнул хозяйку за очаровательную попку, когда Молли перегнулась через край бочки, доставая оставшееся на дне зерно.
Лили же, Сэм был уверен, не обратила никакого внимания на его «маленького друга». Красавица едва удостоила Молли улыбкой, когда он представлял женщин друг другу. Назавтра вдова Роуз наверняка едва ли вообще припомнит мисс Джеймс.
Этого и следовало ожидать. Лилиан была, как всегда, занята исключительно собой. Везде, где бы она не находилась, ее беспокоило лишь то впечатление, которое она производит. Все мужчины просто обязаны были, с ее точки зрения, бросаться к ногам Лили Великолепной, восхищаясь изяществом богини. Порой Сэму казалось, миссис Роуз и сама считает себя божеством.
Сэм помнил Лили еще ребенком. Судья Иган, отец Лили, был его близким другом. Покойник Уильям Роуз, ровесник ее отца, обожал жену. Он построил для нее за городом прекрасный особняк в викторианском стиле и позволил делать все, что ей только заблагорассудится.
Но Лили никогда не любила Уильяма, она говорила об этом Сэму много раз. По правде говоря, она никогда никого не любила.
Вдова Роуз хотела оставаться свободной, и это устраивало Сэма. Она жила так, как ей нравилось, а влиятельное положение ее отца предотвращало сплетни.
Сэм говорил с ней о браке лишь однажды. Чувство чести требовало, чтобы он, по крайней мере, обсудил с Лили эту тему. В ответ на его вопрос, что она думает о браке, белокурая красавица только рассмеялась звонко, а, отсмеявшись, сказала, что уже была замужем и не настолько глупа, чтобы повторять свои ошибки.
Сэм испытал безмерное облегчение от ее ответа и был рад спокойно продолжить установившиеся между ними отношения.
— Сэм, — сказала Лили, прильнув к его руке и проведя тонким пальчиком по золотистой бороде. — Будь душкой, принеси мне еще немного лимонада.
Дэнни Босуэл подскочил, чтобы выполнить ее просьбу.
— Почту за честь, миссис Роуз, если будет позволено мне принести вам лимонада.
Сэм улыбнулся, извинился и вышел из зала. У них с Лили было негласное соглашение, по которому они не заявляли прав друг на друга открыто. Никто из них никогда не спрашивал, чем занимался другой, скажем, во время нечастых поездок за пределы Траке.
Молли прислонилась головой к холодной кирпичной стене отеля «Кордуэлл-Хауз», радуясь, что убежала от жары и шума вечеринки.
На улице все еще было тепло, хотя солнце уже давно село. Но здесь, на крыльце, стояла прохлада, летний ветерок освежал.
Крыльцо возвышалось над крошечной речушкой, протекающей возле отеля. Молли слышала ее чистое, нежное журчание. Оно напоминало ей веселый голос Лилиан Роуз.
— Не возражаете, если я присоединюсь к вам? — глубокий голос Сэма совершил свое обычное чудо, и сердце Молли забилось чаще.
Она обернулась, отыскивая глазами миссис Роуз.
— Лили танцует с вашим другом, мистером Локе, — Сэм положил руки на перила и устремил взгляд на воду.
Молли ничего не ответила.
— Вам нравится вечеринка?
— Полагаю, да, — у Молли не было возможности промолчать и на этот раз.
— Полагаете? — удивился, как можно быть не уверенным в такой простой вещи, Сэм.
Он повернулся, чтобы пристальней взглянуть на Молли, в луна осветив его аккуратно подстриженную бороду, заблестела в густых золотистых волосах.
Молли подумалось: как поразительно этот человек похож на викинга!
— Я… э… у меня очень много дел на ранчо, — сказала она. — Мне не следовало приезжать на эту вечеринку, все равно я думаю только о «Леди Джей».
— Вам не кажется, что вы заслужили немного отдыха и развлечений, работая по много часов ежедневно, и должны сегодня расслабиться и постараться получить удовольствие от танцев и приятной обстановки «Кордуэлл-Хауз»?
То же самое она говорила себе еще накануне, но видеть Сэма Бреннигана в объятиях прекрасной Лилиан Роуз по ее понятиям не было развлечением.
— Полагаю, да, — ответила Сэму Молли.
— Опять полагаете? — вновь удивился Сэм. — Я еще никогда не видел вас такой неуверенной, мисс Джеймс.
Его насмешливый взгляд окончательно ее расстроил.
— Вы правы, мистер Бренниган, я как-то странно себя чувствую. Наверное, все дело в усталости. Мне хочется домой. С вашего разрешения…
Она попыталась пройти мимо него, но он поймал ее за локоть, вызвав трепет прикосновением.
— На вашем месте, мисс Джеймс, я бы остерегался Локе. У него значительно более богатый опыт в отношении женщин, чем у вас с мужчинами. Вы можете оказаться в неприятном положении.
Молли разозлилась:
— А откуда вам знать, какой у меня опыт с мужчинами, мистер Бренниган? К тому же, я надеюсь, вы догадываетесь, что это вас совершенно не касается. Мои отношения с мистером Локе — это мое дело. Думаю, вам на этот раз не имеет смысла вмешиваться, как обычно, в мои дела. И скажу более того, мистер Бренниган: вам следует побеспокоиться о репутации миссис Роуз, а не обо мне!
Когда она вырвала свою руку и бросилась в холл «Кордуэлл-Хауз», то могла поклясться, что видела, как он улыбается.
Направляясь в зал, Молли пыталась взять себя в руки. Какая наглость! Сэм, кажется, ни в малейшей степени не озабочен репутацией вдовы, так какого же дьявола беспокоится о ней?
Не оглядываясь, Молли отправилась разыскивать дядю, твердо пообещав себе, что завтра же выбросит из головы Сэма Бреннигана раз и навсегда.
— Знаете, отец Фоли, девушке безмерно повезло, что именно вы покойным Мелом Джеймсом были назначены ее опекуном.
Стоя в углу зала, Джейсон беседовал с Харриет Левисон. Тучная леди была женой Джиела Левисона, одного из самых видных коммерсантов Траке, а кроме того — известной сплетницей. Но сколь бы отталкивающей Джейсон не находил ее, он намеревался извлечь для себя выгоду из интереса Харриет Левисон к нему. Чем больше он узнает о своей племяннице, тем лучше.
Харриет закатила к небу серые глаза:
— Ее отец практически предоставил дочь самой себе, после того как была убита бедняжка Коллин.
Любопытство Джейсона возросло:
— Вы знаете, миссис Левисон, я давно хотел поговорить об этом, но мне нужно было найти человека, кто бы сумел сохранить наш разговор в строжайшей тайне.
— Не полагаете ли вы, что могли бы довериться мне? — серые глаза обратились к лицу священника с ясно выраженным интересом.
— Думаю, мне следует узнать все подробности этого прискорбного происшествия.
Харриет просияла.
— О, ваше преподобие, я расскажу!
Она огляделась по сторонам и потянула Джейсона еще глубже в угол.
— Это случилось, когда Молли было семь лет. Никто не знает, что произошло на самом деле. Существуют совершенно противоположные мнения. Мел Джеймс говорил, что Шеймус Бренниган выманил Коллин из дома запиской, в которой утверждал, будто с Молли случилось несчастье. Девочка была где-то в лесу, совершая прогулку в сопровождении этого мексиканца… как же это его имя, не припомню?..
— В сопровождении Хоакина?
— Ах, да! Хоакина Санчеса. Как бы там ни было, Коллин поверила записке. Когда она прибежала к хижине, где, как утверждалось в записке, и была Молли, то увидела, что девочки в хижине нет, но зато там ее поджидал Шеймус. Он изнасиловал жену Мела… Впрочем, не стоит вдаваться в гнусные детали, достаточно, пожалуй, лишь сказать, что тело Коллин было обнажено, когда прибыл для расследования дела шериф.
Джейсон был само внимание. Он слушал, не перебивая Харриет вопросами.
— Ну, так вот… Мел наткнулся на них случайно, услышав крики жены о помощи. Он кинулся защищать ее, а Шеймус во время завязавшейся драки схватил ружье, раздался выстрел, и, хотя неизвестно наверняка, в кого он целился, мать Молли свалилась замертво.
— Ужасно, — сказал Джейсон, покачав головой. Локон черных вьющихся волос священника упал ему на бровь, и миссис Левисон поправила его, вспыхнув, словно школьница.
Джейсон улыбнулся, благодаря Господа за то, что дал ему красивое лицо. Обаяние внешности всегда играло на руку Джейсону и… самому Всевышнему, потому как ведь они были заодно. Все, что делал священнослужитель Фоли, было Божьим замыслом. По крайней мере, так считал Джейсон.
— Но вы прежде сказали, дорогая миссис Левисон, что существуют разные мнения, — напомнил он.
— Да, да! — Харриет снова огляделась по сторонам. Убедившись, что толпа поглощена музыкой и никто не направляется в их сторону, она продолжила, и Джейсон видел, какое удовольствие получает женщина от своего рассказа.
Харриет наклонилась к нему как можно ближе:
— Шеймус Бренниган утверждал, что Коллин собиралась развестись с Мелом и будто бы они с Коллин любили друг друга. Он сказал на суде, что Мел застал их в месте, назначенном для свидания, и застрелил жену в порыве ревности, но присяжные не поверили ему. Ружье принадлежало Шеймусу, и, видите ли, преподобный отец, Коллин была католичкой. А вы же знаете, как эти католики относятся к разводам. К тому же, Мел был так убит горем, что невозможно было ему не поверить.
Джейсон, впечатленный рассказом Харриет, покачивал головой.
— И все-таки, — продолжала миссис Левисон, — поскольку других свидетелей не было, а записка, которую якобы послал Шеймус, никогда никем найдена не была, и Мел никак не мог вспомнить, куда ее положил, прочитав, у присяжных остались некоторые сомнения. Суд приговорил Шеймуса к трем годам тюрьмы за непреднамеренное убийство, но он скончался от лихорадки год спустя.
Джейсон вздохнул, найдя историю, рассказанную Харриет, весьма непристойной. Не удивительно, что Вера отказывалась обсуждать с ним ее, как и не удивительно, что Молли была именно такой, какою она была.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39