А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Этим объяснялось и время, проведенное в беспамятстве и ноющая боль в голове. Она дотронулась пальцем до повязки, покрывающей ее волосы.
– Ты видел... – девушка содрогнулась от воспоминаний. Она снова чувствовала холод пруда, видела воду, окрашенную кровью, ощущала руки, поднявшие ее израненное тело и прижавшие его к груди, слышала визгливый голос Лейлы.
– Как это произошло?
– Это собака Лейлы, она напугала осла.
Тепло, убаюкивающее Александру, начало уходить, когда она связала воедино признание матери, сделанное несколько дней назад, и язвительные слова первой жены, заставившие ее взобраться на спину осла. Это, действительно, несчастный случай, или Лейла решила свести с ней счеты, как и предупреждала Сабина?
Ситуация требовала пояснений.
– Ты считаешь, что это несчастный случай, Сейф? – сквозь начавшие выбивать дробь зубы произнесла Александра.
Евнух помедлил с ответом. Затем, сняв с себя одеяние, набросил его на дрожащую девушку.
– Ваша мать не верит этому.
Александра схватила его за руку.
– А ты что думаешь об этом?
Мужчина посмотрел ей в глаза.
– Может быть, все произошло случайно, – проворчал он, – а может, здесь есть злой умысел.
– Ты так и не решил еще? – ее напряженный громкий голос разорвал тишину ночи.
Взяв руку девушки, Люсьен повернул ее ладонью вверх и внимательно вгляделся в гладкую кожу цвета слоновой кости.
– Как верно заметил ваш жених, – проговорил евнух, проводя большим пальцем вдоль кисти, – мне еще многому надо учиться помимо языка.
Даже от этой крошечной ласки, согревшей ее больше, чем одеяло, у Александры перехватило дыхание. Широко раскрыв глаза, она смотрела на Сейфа. То, что Лейла пыталась навредить ей, уже не имело значения. Единственное, чего она страстно желала сейчас, – чтобы это неправдоподобно приятное тепло не исчезало.
Сейф, осторожно приподняв край одеяла, положил под него ее руку. Испугавшись, что он может уйти, Александра проговорила первое, что пришло ей в голову:
– Уже поздно?
– Если честно, то уже рано. Через два часа снова наступит день. – Евнух повернулся и добавил через плечо: – А сейчас спите, с первыми лучами солнца я приду сюда вместе с вашей матерью.
– Не уходи, – умоляюще произнесла девушка, пытаясь сесть на постели, что вызвало новый приступ боли.
Приподнимая повыше лампу, принесенную с собой, Сейф взглянул на нее.
– Мое место за вашей дверью, госпожа.
– Но ты же можешь остаться до рассвета? Мне так холодно и... – не веря собственным ушам, она как будто со стороны услышала, как произносит бесстыдные слова: – Мне необходимо тепло твоего тела. – Она опустила глаза.
Люсьен неотрывно смотрел на длинные ресницы, отбрасывающие тени на лицо, затем взглянул на нежные губы девушки. Боже, как он мучился от желания хоть раз прикоснуться к этим цветущим лепесткам, почувствовать их вкус...
– Нет, – мужчина решительно отмел запретные мысли. Александра пожалеет о своей необдуманной просьбе. – Это не совсем прилично, а кроме того, я не хочу почувствовать плетку Халида на своей спине.
Еще никогда Александру так не оскорбляли. Мечтая навсегда стереть из памяти эти последние несколько минут, она скользнула под одеяло и зарылась лицом в подушки.
– Тогда уходи, – послышался ее сдавленный, невнятный голос.
Однако евнух и не подумал выполнить приказание. Проходили минуты, воцарившаяся тишина становилась все более натянутой. В конце концов, любопытство, как всегда победило, и Александра подняла голову. Сейф, нахмурив брови, стоял возле дивана.
– Что такое? – прошептала она, хотя неприятные ощущения где-то в животе были предупреждением, что на некоторые вопросы лучше ответа не знать.
Морщинки на его лице разгладились, и слабая улыбка приподняла уголки губ. Затем, не говоря ни слова, евнух задул лампу, и комната погрузилась в кромешную тьму. Он немного подвинул тело девушки и уселся на диван. Смутившись, Александра схватилась за одеяло.
– Но я думала...
– Нет... Это будет нашей тайной.
Прислонившись спиной к стене, мужчина притянул девушку к себе и прижал ее голову к своей груди. У Александры сон как рукой сняло, едва она вдохнула его аромат, совсем не похожий на другие запахи, которые ей приходилось обонять. Такой аромат не дадут никакие масла и никакими благовониями его не убрать. Мускусный странный запах напоминал ей призового арабского скакуна Рашида.
Александре всегда нравилось, как пахнет темпераментное благородное животное. Когда Рашид не видел, она наклонялась к шее жеребца и вдыхала его аромат. Девушке очень хотелось прокатиться на нем верхом, заставить его слушаться, почувствовать затрудненное дыхание скакуна, когда сильные бедра сжимают его бока и он несется куда-то вдаль. Однако ей запрещали кататься на жеребце верхом. Мольбы не приносили успеха, жених постоянно ей отказывал и не позволял садиться на круп даже вместе с ним. Скакун олицетворял мужество и силу, как и этот человек, не являющийся больше, по странной прихоти судьбы, мужчиной.
– Если вы расслабитесь, – проговорил Сейф, гладя ее по спине, – то вы быстрее уснете.
Издав короткий нервный смешок, Александра улеглась поудобнее и положила ноги поверх его мускулистой ноги. Мужчина чуть заметно вздрогнул.
– Так лучше? – спросил он.
– Угу, – пробормотала девушка, обняв его за талию. – Знаешь, о чем я думаю, Сейф?
– Нет.
– Я думаю, что ты напоминаешь мне жеребца, быстроногого скакуна, бегущего наперегонки с ветром.
– Правда?
Искорки смеха появились в его глазах, а может, ей это показалось, Александра не могла определить.
– Да, у Рашида есть такой конь, – продолжила девушка. – Его зовут Альтаир, что означает «летящий орел».
– И он летает как орел?
– Похоже на то, но мне ни разу не разрешили на нем покататься.
– А тебе этого очень хочется? Она вздохнула.
– Очень. Но мой жених говорит, что Альтаир не потерпит женщину на своей спине.
– Так говорят о некоторых скакунах, и зачастую это правда.
– Не понимаю, почему. Я не могу сидеть верхом на лошади и ездить так же умело, как и Рашид. – Конечно, Александра не собиралась признаваться, что ее опыт верховой езды ограничивается ослом, и что она сидела на лошади только когда жених находился сзади и держал поводья.
– Вы так думаете?
– Конечно, – прижимаясь ближе к нему, Александра машинально запустила руку под его одеяние и коснулась волосков на его груди.
Сейф пошевельнулся, будто ощутив неудобство.
– И вы сравнили меня с этим жеребцом?
– Знаю, что это звучит странно, но да, ты очень похож на Альтаира.
Мужчина наклонил голову и дотронулся губами до ее волос.
– Думаете, вам бы захотелось покататься на мне? – мягко спросил он.
Александра уже хотела возмутиться нелепости вопроса, но на секунду представила себе подобную прогулку и ее бросило в жар. Сравнение Сейфа с Альтаиром было так естественно, хотя сейчас ей в голову пришло, что звучит оно глуповато. Девушка неосторожно повторила слова обитательниц гарема, часто сравнивающих мужчин с жеребцами.
– Я... – запинаясь, проговорила она, сгорая от стыда, – я не хотела...
Отняв руку Александры от своей груди, Сейф осторожно опустил ее на тело девушки.
– Я знаю, что вы имели в виду, – серьезным голосом произнес он, – а теперь спите, Александра, скоро наступит утро.
Что заставило его остаться здесь? – удивлялся Люсьен сам себе, когда, наконец, воцарилась тишина. «Доброта или желание узнать ее получше?»
После того, как Александра уснула, он еще долго спрашивал себя, во что он ввязался. Кроме всего прочего, это не входило в условия сделки, заключенной с Сабиной. Люсьену грозила кастрация, если его застанут в постели с ее дочерью, и, принимая во внимание их разговор или мысли, приходившие ему в голову, его не спасет даже невинность их отношений.
Мужчина вздохнул. Умный человек не впутается в такую историю. Он хотел уйти, пока девушка спит, но не мог на это решиться. Ему нравилось чувствовать ее тело и вдыхать ее аромат, но больше всего он восхищался силой ее духа, так выгодно отличающей Александру от женщин, которых он знал в прошлом. Женщин в его жизни было много, он давно забыл их имена, и лица их стали неясными размытыми пятнами. Даже те две девушки, с которыми де Готье когда-то был помолвлен, исчезли из его памяти.
Рассеянно гладя волосы девушки, он удивлялся своей памяти.
Глава 5
С тех пор, как Сабина отказалась поверить, что падение ее дочери несчастный случай, а не намеренная попытка причинить ей страдания, Александру повсюду стал сопровождать Сейф, кроме тех мест, входить куда ему не разрешалось. Его компания девушке нравилась, однако жег огонь стыда за свое поведение той памятной ночью, когда она умоляла евнуха остаться и когда сравнила его с жеребцом да еще захотела на нем прокатиться. И что хуже всего, Александра все еще испытывала чувство ужасной потери, испытанное ею в момент пробуждения; проведя несколько часов в его объятиях, она проснулась одна.
К счастью, Сейф не напоминал о случившемся и дни проходили относительно спокойно. Теперь, после отдыха, на котором настояла Сабина, Александра чувствовала себя полной сил и жизни и решила, что настало время помыться. Она дождалась часа, когда почти все обитательницы гарема собираются в купальне, и направилась туда.
Девушка прошла мимо Сейфа, который немедленно последовал за ней. Огромная тень евнуха накрыла ее. И только когда сернистые пары, клубами вырывающиеся из купальни, весело поприветствовали ее, Александре пришло в голову, что мужчина может последовать за ней. И хотя в присутствии евнухов ей никогда не было стыдно, мысль о раздевании перед ним заставила ее поежиться.
Подойдя к двери, Александра повернулась к Сейфу.
– Ты можешь подождать здесь, я скоро выйду.
– Мне не запрещается входить в купальню. – Глаза мужчины засверкали. – Я посещал баню в день прибытия сюда.
Он конечно понял, почему она не хотела входить вместе с ним.
– Ты будешь ждать здесь, – повторила девушка и отвернулась от него.
Сейф протянул руку к двери и Александра не смогла открыть ее.
– Если вы войдете, вместе с вами туда войду и я. Сжав зубы, девушка посмотрела на его руку, затем перевела взгляд на лицо.
– В купальне мне ничего не грозит.
– Я буду следовать за вами как привязанный всюду, куда мне дозволено входить, – напомнил он ей. – Это касается также и бани. Я чем-то отличаюсь от других евнухов?
Подавив желание крикнуть: «Да, отличаешься!», девушка подумала, что надо найти причину, объясняющую ее нежелание. У нее в мозгу роилось множество отговорок, но ее смущало то, что не находилось аргументов.
Решив быть до конца упрямой и последовательной в своих намерениях, Александра захотела выкупаться, даже если этот несносный евнух будет рядом.
– Очень хорошо, – согласилась она, – ты можешь сопровождать меня.
Изумление, промелькнувшее на его лице, обрадовало девушку. Совершенно очевидно, что он думал, будто она откажется от купания.
Сейф открыл дверь, и его спутница вошла в помещение. В предбаннике рабыня радостно поприветствовала ее:
– Ах, госпожа! – воскликнула она. – Вам уже лучше?
Александра кивнула.
– Мне надо вымыться, чтобы смыть воспоминания о прошлом вместе с грязью.
Рабыня повернулась к столу, заваленному разными вещами, и вынула из разноцветной груды плотный банный халат, полотенце и деревянные башмаки на толстой подошве.
– Можешь идти вперед, – сказала Александра Сейфу, не желая раздеваться перед ним.
– Я подожду вас.
Она открыла было рот, но мужчина демонстративно отвернулся и остановился возле стола. Не зная, сколько времени он даст ей на то, чтобы раздеться, девушка мгновенно сбросила с себя все, что на ней было и сунула руки в рукава халата, который держала рабыня. Теперь уже спокойно она надела деревянные шлепанцы, предохраняющие ноги от жара мраморного пола. Затем Александра взяла предложенное полотенце и поспешила вперед.
– Вы очень проворны, – похвалил ее Сейф.
Благодаря толстой подошве башмаков девушка стала выше ростом, хотя ей все равно приходилось задирать голову, чтобы заглянуть ему в глаза.
– Ты ожидал, что я буду медлить? Направляясь к двери, он отрицательно покачал головой.
– Вообще-то нет...
Помещение купальни было достаточно большим, в центре располагался огромный бассейн, вдоль стен находились мраморные ванны для купальщиц.
Как Александра и предполагала, большинство женщин находились здесь и с любопытством наблюдали, как они подходили к воде Некоторых из них мыли рабыни в отдельных ваннах, другие лениво развалились у бассейна, жуя сладости и перебрасываясь словами, бесстыдно выставляя напоказ – обнаженные тела. Только две женщины, одной из которых была Нада, сидели в бассейне с теплой водой, почти неразличимые в густых клубах пара.
Александра благодарила Бога, не увидев там Лейлы. Пользуясь привилегированным положением первой жены, она была обладательницей отдельной маленькой купальни, но ее часто можно было встретить и в общем зале, где она любила посплетничать с другими женщинами.
– Тебе тоже надо было надеть деревяшки, – тихо сказала Александра Сейфу.
– Деревяшки? Что...
– Башмаки, – девушка кивком головы указала на свои ноги.
Мужчина поморщился.
– Боюсь, что я не сумею на них ходить, да и не хочу выставлять себя на посмешище, балансируя на этих колодках.
– Но другие евнухи так не считают. Вглядевшись в клубы пара, Сейф нашел глазами двух скопцов, тоже находившихся в помещении.
– Да, они носят деревяшки, – только и сказал он.
– Александра! – позвала Нада, вылезая из бассейна. Потоки воды ручьями стекали с ее стройного тела. Схватив розовое полотенце, она насухо вытерла тело и поспешила навстречу подруге.
– Как ты? – поинтересовалась Нада, обнимая девушку.
Александра украдкой бросила взгляд на Сейфа, пытаясь увидеть его реакцию на обнаженное тело, однако лицо мужчины оставалось непроницаемым.
– Я вылечилась.
– Аллах милостив, – произнесла Нада, затем отвернулась и побежала обратно в бассейн.
«Бог милостив», – мысленно поправила ее Александра, зная, что лучше не говорить этого вслух.
Рабыня, приготовившаяся мыть девушку, уже стояла рядом. Она попросила Александру повернуться.
– С мытьем я справлюсь сама, – заворчала Александра, отходя от Сейфа. – А ты будешь ждать здесь.
Он остался на месте, но глаза его неотрывно следили за ней. Она знала это так же точно, как и то, что скоро останется обнаженной, как и все прочие женщины. Надеясь, что пар, поднимающийся от воды, затруднит ему наблюдение, Александра старалась держаться к евнуху спиной, пока рабыня снимала с нее халат, от жары прилипший к телу.
Евнух не видел ее лица, но служанка заметила па нем краску смущения, когда девушка села в кресло перед тем, как войти в воду.
Мысленно умоляя Сейфа, чтобы он смотрел куда-нибудь в другую сторону, Александра ждала, пока рабыня соберет ее волосы в пучок и заколет их на макушке. Может, евнух именно так и делает, а ее воспаленное воображение твердит ей об обратном?
Решив убедиться в этом, девушка бросила взгляд через плечо туда, где оставила мужчину, но его там не оказалось.
«Интересно, где он?» – удивленно подумала она, поворачивая голову влево и вправо. Александра уже начала успокаиваться, сваливая вину за внутренний дискомфорт на воспаленное воображение, когда глаза ее встретились со взглядом Сейфа. Осознав, что стоя на противоположной стороне, он прекрасно видит ее наготу, девушка почувствовала, как у нее перехватило дыхание, и краска залила щеки.
Александра хотела отвести глаза от его пронизывающего взгляда, разорвать невидимую нить, явственно связывающую их в единое целое, но не сумела.
Затем она почувствовала другой жар, далеко не похожий на стыд, от которого затвердели ее соски, согрелся живот и который окончательно обосновался в интимной части ее тела. Девушка чувствовала, что тает, как щербет под прямыми лучами солнца.
Если его глаза могли производить такой сногсшибательный эффект, то что смогут сделать его руки, если она позволит им касаться ее так же дерзко. Это, должно быть, то, о чем так много говорили жены и наложницы, когда вели беседы о постельных утехах.
Но Сейф евнух! Мысль эта отрезвляюще подействовала на девушку, и ощущения, наполнявшие ее, улетучились, хотя она все еще не могла отвести от него взгляда. Затем пришла непрошенная и странная мысль: «А евнух ли он?»
Неужели это простое совпадение, что мать купила именно англичанина вместо скопца, впавшего в немилость? Множество рабов продавалось здесь на невольничьем рынке, и Сабине не было нужды приобретать такого бунтовщика, да еще навязывать его в провожатые...
Возле Сейфа появилась какая-то наложница, и это окончательно разорвало ниточку, связывающую их. В то же мгновение девушка почувствовала себя изнуренной и бессильно склонилась в кресле.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44