А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Мне придется наказать тебя за это». Никогда не смогу этого забыть, никогда. Сон снился мне снова и снова, становился все длиннее, и как-то раз я проснулась буквально за мгновение до того, как этот человек убил меня. Возможно, все это было вызвано тем, что я читала множество материалов, посвященных убийствам. Во время обучения в академии ФБР мне довелось узнать об очень неприятных вещах, к тому же я читала все крупные городские газеты страны, изучала материалы, посвященные другим серийным убийцам. И все же я не могу понять, откуда взялся этот сон.– Но он тем не менее сидит у тебя в мозгу, Лейси, – сказала доктор Бауэре. – Ну ничего, мы его оттуда вытащим. Это – дело времени.– Доктор Бауэрс права, – согласился Сэвич. – Вся эта чушь действительно засела где-то в твоих замечательных умных мозгах, и мы уберем ее оттуда. Но на сегодня хватит.Он поцеловал Лейси в макушку, а затем как бы между прочим спросил:– Ты не помнишь, тот голос во сне не был голосом Марлина Джоунса?В ожидании ответа Диллон затаил дыхание. Лейси какое-то время молчала, замерев, а потом невнятно произнесла, уткнувшись лицом в его рубашку:– Не знаю. Не могу точно определить.Это могло быть в самом деле так, а могло быть и иначе – нельзя было исключать возможности, что Лейси просто избегала неприятных воспоминаний. В любом случае сеанс определенно надо было заканчивать.– Ну что же, я думаю, на сегодня достаточно, – громко сказал Сэвич. – А ты что скажешь, Лорен? Как, по-твоему, хватит с нее?– Пожалуй, – ответила доктор Бауэрс – Сходите посмотрите матч «Редскинз», поешьте попкорна. И забудьте обо всем этом – по крайней мере на сегодня. Лейси еще слаба, ей нужен отдых. Продолжим через пару дней.
Глава 25 Помощник директора ФБР Джим Мэйтланд пожевал незажженную сигару, что-то черкнул в своей черной записной книжке, затем снова перевел взгляд на агента Шерлок, которая сидела на краешке дивана в домашнем кабинете Сэвича, бледная, словно смерть. Сэвич расположился напротив нее на своем любимом кожаном стуле, скрестив ноги. Взгляд его, как казалось Мэйтланду, был прикован к рукам Шерлок. Сэвич молчал. Джимми Мэйтланд, который знал его с того самого времени, когда он стал специальным агентом, произнес:– Не нравится мне все это, Диллон. Мне позвонил человек, курирующий отдел, в котором работает Краммер, и сообщил, что на Шерлок было совершено нападение и что Краммер после этого дежурил у дверей ее палаты в больнице. Хотелось знать, почему вы об этом не доложили.Лейси Шерлок подняла на Мэйтланда свои чудесные зеленые глаза.– Сегодня воскресенье, сэр, и нам с Сэвичем хотелось бы посмотреть по телевизору игру «Редскинз». Я бы, конечно, предпочла посмотреть матч с участием команды Сан-Франциско, но здесь, в Вашингтоне, моих любимцев почти не показывают – разве что в передаче «Футбол в понедельник вечером».Чувствуя, что Джим Мэйтланд начинает закипать, Сэвич решил вмешаться:– Я просто хотел, чтобы она отдохнула, сэр. А доложить вам я собирался завтра. Тем не менее очень любезно с вашей стороны, что вы приехали.– А она какого черта здесь делает?– Дело в том, что нападение на агента Шерлок было совершено в ее городской квартире. Я решил, что оставаться там будет для нее небезопасно.– Да что вообще, черт подери, происходит? – зарычал Мэйтланд. – Как я понимаю, все это каким-то образом связано с этим ублюдком Марлином Джоунсом, верно?– Да, сэр, – заговорила Лейси, поняв, что, если она сейчас заявит, что сама ничего в происходящем понять не может, у Джима Мэйтланда случится инфаркт. – Мне кажется, мы еще не закончили работу по этому делу. Я возвращаюсь в Бостон, чтобы поговорить с Джоунсом еще раз. В его деле не везде концы с концами сходятся, а нам хочется полной ясности. Вспомните Ричарда Джуэлла и дело о бомбе на олимпиаде в Атланте. Мы сработали очень грубо, раструбили обо всем в печати до того, как получили более или менее определенный результат, и что из этого вышло? Испортили человеку репутацию, опорочили доброе имя. Давайте отработаем дело Марлина Джоунса до конца. Для этого потребуется всего неделя, сэр. Неделя – это все, что мне нужно.От упоминания о фиаско с Ричардом Джуэллом Джимми Мэйтланд едва не подавился своей сигарой.– Вы хотите сказать, что нечто аналогичное может произойти и с делом Джоунса?– Не исключено, сэр. Как я уже сказала, во вторник я отправлюсь в Бостон и все окончательно выясню. В любом случае я управлюсь до конца недели. Позвольте мне это сделать, сэр.– Кто же, черт возьми, съездил вам по голове, агент Шерлок? Она так и знала, что помощник директора вернется к этому вопросу, – Джимми Мэйтланд был очень последовательным и упорным человеком.– Я не думаю, что цель преступника состояла в том, чтобы просто ударить меня по голове, сэр. Скорее это была угроза, предупреждение. Это как раз одно из тех белых пятен, на которые мне хотелось бы пролить свет.– Мне не нравится, когда на моих людей совершают нападения, агент Шерлок.– Разумеется, сэр, – ответила Лейси. Она хотела добавить, что, как непосредственной жертве нападения, ей это тоже не по вкусу, но сдержалась, чувствуя, что Джимми Мэйтланд вряд ли рассмеется от ее шутки. Она сдвинулась еще ближе к краю дивана. Голова у Лейси болела, плечо все еще неприятно пульсировало, она чувствовала легкую слабость. Кроме того, ей очень хотелось, чтобы Диллон ее поцеловал. Она взяла стакан с водой и отхлебнула глоток, но тут вдруг представила себе Сэвича обнаженным, сжимающим ее в объятиях, и неожиданно поперхнулась.– Вы в порядке, Шерлок? – встревоженно спросил Сэвич и привстал со стула, но тут же снова опустился на него. В самом деле, что он мог сделать в такой ситуации? Обнять Лейси и погладить ее по спине? Уж этого-то Мэйтланд наверняка бы не перенес – с ним тут же случился бы сердечный приступ. Сэвич молил Бога, чтобы Мэйтланд не задавал больше вопросов о нападении на Лейси – у него пока не было убедительных объяснений этому событию, и, кроме того, он не хотел впутывать в это дело членов ее семьи – во всяком случае, пока.– Да, сэр, все в порядке, – ответила Лейси. Лицо ее вспыхнуло, она старалась не смотреть на Диллона. Он же в этот момент думал о том, что, если бы его босс не сидел в каких-нибудь шести футах от него, он мог бы взять ее на руки и отнести наверх, Широко улыбнувшись Джимми Мэйтланду, Сэвич сказал:– Я съезжу в Бостон вместе с ней, и мы во всем разберемся.– Марлин Джоунс находится в тюрьме. Кто и почему мог напасть на агента Шерлок?– Этого мы пока еще не знаем, сэр, – ответил Сэвич. – Но мы с Шерлок убеждены, что это так или иначе связано с Марлином Джоунсом.– Не факт, Сэвич. Вполне может быть, что это не имеет к Джоунсу никакого отношения, – сказал Мэйтланд. Повисло молчание. Помощник директора ФБР вздохнул и поднялся на ноги. Мэйтланд чувствовал себя усталым – вчера вечером он перебрал пива на прощальном вечере Баки Хендрикса, уходящего в отставку. (Баки, агент из Нью-Йорка, в свое время наводил ужас на преступников. Подтверждением этому мог служить весьма любопытный факт – нью-йоркская мафия в знак почтения однажды прислала ему золотые часы.) Мэйтланду в данный момент тоже больше всего хотелось очутиться дома и посмотреть футбольный матч с участием «Редскинз», поэтому он сказал:– Ладно, можете отправляться в Бостон. И не думайте, будто я не понимаю, что вы просто не хотите мне говорить, что сами не знаете, связан каким-то образом Марлин Джоунс с нападением на Шерлок или нет. Да, кстати, Сэвич, что касается того молодого полицейского, который совершил грубейший промах и отпустил двоих обитателей приюта для престарелых, не допросив как следует, то от него никакого толку добиться не удастся. Мы были правы – для него все старики на одно лицо, И вот еще что: произошла целая серия убийств в Южной Дакоте, прямо в Элк-Пойнт. После этого убийца пересек границу и забрался на территорию Айовы. Дело дрянь. Начальник полиции Сиу-Сити прямо с ног сбился.– Я займусь этим завтра, сэр, – сказал Сэвич и, встав со стула, проводил Джимми Мэйтланда к двери.– Неплохой домишко, – заметил Мэйтланд, напоследок обводя глазами жилище Сэвича. – Припоминаю один вечер, когда ваша бабушка спустилась вниз вот по этой лестнице в лимонного цвета шифоновом платье. Боже правый, ей в то время было не меньше семидесяти пяти, но выглядела она как королева. Вы хорошо следите за домом, Сэвич. Ваш брат ну тот, художник – все еще злится на вас из-за того, что бабка завещала дом вам?– Да сейчас уже не очень. Он как-то сумел это пережить.– Терпеть не могу картины в модернистском стиле. Скажите Райану, чтобы он примкнул к импрессионистам – его мазня будет как раз в струю. А тот дельфинчик, которого я у вас купил, мне очень нравится. Хорошая работа. Да, и присматривайте как следует за Шерлок. – Мэйтланд сделал небольшую паузу, аккуратно завернул в носовой платок так и не раскуренную сигару и сунул сверток в карман пиджака. – Надеюсь, вы знаете, что делаете, – добавил он, кивая в сторону гостиной, где Лейси продолжала сидеть без движения, словно изваяние, разглядывая собственные туфли.– Я тоже на это надеюсь, сэр, – ответил Сэвич.– Сколько времени вы один? Кажется, Клэр умерла пять лет назад?– Да.– Шерлок в бюро на хорошем счету.– Она этого заслуживает. Я очень рад, что обратил на нее внимание, когда она еще обучалась в академии. Она – полезное приобретение для нашей организации.– Насколько я понимаю, она для вас значит больше, чем просто ценный сотрудник. Впрочем, меня это не касается, и постарайтесь, чтобы так было и в дальнейшем. Вы ведь позаботитесь о ней, Сэвич, верно? И о себе тоже. Если вам потребуется помощь, позвоните мне.– Да, сэр, обязательно.Сэвич постоял немного на крыльце, потом улыбнулся и, насвистывая, пошел обратно в гостиную.– А что это за дельфинчик, про которого говорил мистер Мэйтланд? – тут же спросила Лейси.– Я ведь, кажется, рассказывал тебе, что занимаюсь выпиливанием и резьбой по дереву. Этого дельфинчика сделал я, а моя сестра попросту выкрала его из этого дома и выставила на продажу в Лэмптонской галерее. Когда его купили, она стала наседать на меня, чтобы я бросил работу в ФБР и вплотную занялся резьбой. У меня так и не хватило духу сказать ей, что дельфинчика купил мой босс.– Ясно, – протянула Лейси. – А у тебя случайно нет здесь, в доме, других твоих работ?– Есть парочка, – сказал Сэвич, явно смущенный.– А ты когда-нибудь делал что-нибудь из тика? – с улыбкой спросила Лейси.– Делал, но больше всего я люблю работать с кленом.– Судя по шрамам у тебя на пальцах, ты занимаешься резьбой уже давно.– С самого детства.Лейси ничего на это не сказала. * * * В Бостоне было прохладно. Серое небо сплошь затянуто тучами, готовыми в любой момент пролиться дождем. У зданий был какой-то обшарпанный вид. Сидя в небольшой комнатке для допросов в ожидании, когда приведут Марлина Джоунса, Лейси зябко поеживалась. В этот момент она отдала бы что угодно, лишь бы оказаться в Сан-Франциско, где почти наверняка сияло солнце и все краски были яркими и ласкали глаз. Вспомнив о том, что ей предстояло, Лейси покачала головой. Было ясно, что Марлин Джоунс наверняка появится со своим адвокатом, Большим Джоном Баллоком. Правда, оставалась слабая надежда, что удастся уговорить Балл ока на какое-то время оставить ее наедине с Марлином – ей и нужно-то было всего лишь пять минут. Диллон находился неподалеку, рядом с комнатой для допросов, – он беседовал с двумя полицейскими детективами из отдела убийств, которые занимались делом Марлина Джоунса. Беседу Лейси и Марлина через толстое стекло, прозрачное лишь с одной стороны, должно было наблюдать и слушать довольно много народу.Услышав в коридоре звук шагов, Лейси подняла голову. На пороге стоял Марлин Джоунс. Он держался прямо, уверенно и смотрел на Лейси, не произнося ни слова. Затем губы его растянулись в улыбке, от которой у Лейси побежали мурашки по спине. Подняв руки в наручниках, Марлин сделал в ее сторону приветственный жест.– Эй, Марти, как твое плечо? – заговорил он. – Знаешь, как было приятно, метнув нож, увидеть, как он вонзается в твое тело? Он вошел в тебя легко, как в масло. Тебе еще больно, Марти?– Нет, Марлин. Я прекрасно себя чувствую. А как твой живот? Ты уже можешь выпрямиться? Наверное, у тебя остался большой шрам от моей пули.Злобный блеск в глазах Марлина внезапно погас.– Тебе по-прежнему нравится говорить гадости, Марти, – сказал он. – Жаль, что у меня не получилось тебя проучить. Но должен же найтись мужчина, который научит тебя хорошему поведению.– Успокойся, Марлин, – сказал появившийся за спиной Джоунса Большой Джон Баллок, легонько прикоснувшись к плечу своего подзащитного. Марлин, однако, стряхнул его руку.– Забудьте обо всем, что вы задумали, агент Шерлок, – заявил Баллок, пристально глядя на Лейси. – Я ни в коем случае не оставлю вас с ним наедине.С этими словами адвокат уселся на один из стоящих в комнате стульев.– Ты тоже садись, – приказал сержант-охранник, подталкивая Марлина к другому стулу и снимая с него наручники. – И не дергайся, а то я снова надену на тебя браслеты. Учти, я тут рядом, приятель. Держи руки на крышке стола. И чтоб у меня тише воды, ниже травы, понял?Марлин промолчал.– Он понял, – ответил за него Джон Баллок. – Можете не беспокоиться, офицер.– Мы с тобой неплохо потанцевали, когда я была в последний раз в Бостоне, Марлин. Помнишь наше танго в твоем лабиринте, а? – заговорила наконец Лейси.– Я думал, что ты такая милая и хорошенькая, но потом ты вдруг начала болтать всякие мерзости. Ты ведь не замужем, верно?– Нет, не замужем, – ответила Лейси, постукивая шариковой ручкой по столу. – Ты никогда не видел меня до того момента, когда я вошла на склад пиломатериалов, где ты работал, а, Марлин?– Я? Тебя? – Джоунс помолчал немного, потом улыбнулся. – Ты считаешь, что мы могли встречаться прежде? – Он пожал плечами и, словно забыв о Лейси, уставился на свои грязные ногти.– Вряд ли мне когда-нибудь пришло бы в голову назначить тебе свидание, Марлин. И знаешь почему? Внешне ты можешь выглядеть совершенно нормально, но внутри, в душе, ты мертв, совсем мертв, причем уже очень давно.– Я задам вам вопрос по этому поводу на суде, агент Шерлок, – сказал Джон Баллок, довольно поглаживая себя ладонью по животу. – Неплохо, неплохо. А я еще хотел запретить Марлину с вами разговаривать. Продолжайте, пожалуйста. Этого беднягу, моего подзащитного, ни один присяжный никогда не признает виновным.Не обращая на адвоката никакого внимания, Лейси наклонилась вперед и сцепила кисти рук на столе перед собой. Стол был дешевый, пластиковый, весь в пятнах и царапинах. Она невольно подумала, что стол, по всей вероятности, не протирали влажной тряпкой уже добрый десяток лет, и снова повторила вопрос:– Ты когда-нибудь видел меня раньше, Марлин? Джоунс молча пялился на нее. Лейси вдруг показалось, что его мертвый взгляд пронизывает ее насквозь. Перед глазами на секунду мелькнула страшная картина – Марлин Джоунс, погружающий руки в ее кровь. Лейси вздрогнула и усилием воли овладела собой. Весь облик Марлина и его неподвижные оловянные глаза действительно представляли собой малоприятное зрелище, но все же она, по всей видимости, в самом деле перегибала палку. Да, Марлин Джоунс был монстром, но не следовало считать его самим дьяволом. По крайней мере здесь, в этой комнате, он не мог причинить ей никакого вреда. Однажды они уже сошлись в смертельной схватке, и Лейси одержала победу – ей не следовало забывать об этом.– Ну так как, Марлин, видел? Ты когда-нибудь видел меня до нашей встречи в Бостоне?Марлин медленно покачал головой:– Не-а. А может, и видел – кому какое дело? Должен сказать, что ты мне не нравишься, хоть ты и хорошенькая. Ты настоящая сука, Марта.– Я бы хотела, чтобы ты мне кое-что сказал, Марлин.– Если у меня будет такое желание, то скажу.– Помнишь, когда ты лежал в больнице, я попросила тебя перечислить имена женщин, которых ты убил в Сан-Франциско?– Ну, помню.– Ты тогда не назвал одну женщину, Белинду Мэдиган. Почему? Почему ты не упомянул ее имя?– А она что, любила ругаться?– Нет. Я тоже никогда не ругаюсь, Марлин. Почему ты не упомянул имя Белинды Мэдиган?Джоунс пожал плечами, глаза его сузились. По его взгляду Лейси поняла, что он чувствует выгодность своей позиции и понимает, что ей очень нужно получить от него какую-то информацию. И все же, видел ли он ее когда-либо раньше? Может быть, в Сан-Франциско? Известно ли ему, кто она такая? Поведение Марлина свидетельствовало о том, что он ведет с Лейси какую-то игру, но она ничего не могла сделать, чтобы ему поешать.Марлин улыбнулся, демонстрируя свои ровные белые зубы.– У меня иногда бывает плохо с памятью, понимаешь?– Может, ты проходил по делу, которым занимался мой отец? Семь лет назад в Сан-Франциско он был помощником окружного прокурора. Его зовут Корман Шерлок.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45