А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


В вагоне был Фрэнк! Он наблюдал за Кэрол, и выражение его лица казалось столь же холодным, как заснеженный Дарем. Все ясно: он видел сцену прощания, и сейчас ум его напряженно работает, словно отлаженный механизм, добавляя новые факты к обширному досье. Хорошо еще, что Фрэнк не присутствовал при ее встрече с матерью!
Когда Кэрол сошла с поезда на своей станции, сумерки уже сгустились и заметно похолодало. Она бегом устремилась к стоянке, надеясь взять такси до того, как Фрэнк высмотрит ее в толпе. К несчастью, с поезда сошло совсем мало народу: большинство пассажиров ехали до конечной станции. И очень скоро звук знакомого голоса приковал ее к месту.
– Кэрол!
Властные интонации заключали в себе угрозу, и у Кэрол не хватило храбрости притвориться, что она его не услышала. Девушка остановилась и подняла воротник, защищаясь от порывов леденящего ветра.
Фрэнк возвращался с конференции – приходилось ли удивляться, что выглядел он сегодня особенно импозантно? Высокий, уверенный в себе красавец в парадном костюме и длинной темной дубленке. Ну как тут не оробеешь?
– Ты отлично знаешь, что я отвезу тебя домой. Так зачем убегать? Ты же видела меня в вагоне.
– Я не знала, заметили вы меня или нет, – пролепетала Кэрол, сознавая, что это слабое оправдание.– Вы даже не улыбнулись и не подали никакого знака.
– Но я глядел прямехонько на тебя! А что до улыбки, улыбаться мне, признаться, не слишком хотелось. Кроме того, ты прекрасно знала, что я еду тем же поездом. Нормальный человек подождал бы меня на платформе.
– В таком случае, я ненормальная! – отрезала Кэрол.– Может, пойдем? Если вам угодно накричать на меня, будьте любезны подождать до дома. Здесь слишком холодно.
– Я не привык повышать голос– даже на таких взбалмошных девиц.– Фрэнк взял девушку под руку и повел ее к машине.– Впрочем, иногда мне приходит в голову, что надо задать тебе хорошую трепку, но до сих пор удавалось сдерживаться.
– Попробуйте только – и я подам на вас в суд за оскорбление действием, – пригрозила Кэрол, с трудом поспевая за спутником.– Вы не мой работодатель и вообще не имеете ко мне ни малейшего отношения!
– Иногда я жалею, что это так! – прорычал Фрэнк, до боли стискивая ее руку.
– Я скоро уеду, – тихо проговорила девушка, и железные пальцы сжались еще крепче.
– Ты еще не перепечатала рукопись, и иллюстрации тоже не доделаны! Нечестно бросать Дэвида на полдороге!
С этими словами он открыл дверь «бентли» и втолкнул Кэрол внутрь. Как только машина тронулась с места, девушка повернулась к нему, едва сдерживая ярость.
– Не смейте меня шантажировать! Я приехала только на месяц, и этот месяц почти истек. Большего времени я не могу вам уделить. Срок был оговорен заранее, и вы не имеете права...
– Да ну? – Фрэнк ловко вырулил на шоссе и прибавил газу.– Насколько я помню, ты осталась без работы и гадала, что делать дальше. Ты даже собиралась уехать на континент, да только ничего подходящего не подвернулось. Сдается мне, что времени у тебя полным-полно. Во всяком случае, достаточно, чтобы закончить работу с Дэвидом.
Боже, Кэрол ни о чем так не мечтала, как пожить в Ламсден-хаусе подольше! Но теперь возникло новое осложнение. Она не знала, как долго удастся удерживать мать от решительных действий. Если она заявится сюда, чтобы насолить бывшему мужу, все пропало!
– Я не могу остаться, – упрямо повторила Кэрол.– И не останусь!
– Что ж, в таком случае мне придется ускорить расследование, – пожал плечами Фрэнк.– Сегодня я продвинулся еще на один шаг: имел удовольствие наблюдать ухажера.
Кэрол молчала. Если Фрэнк Мэтьюз запоминает каждое ее слово, лучше держать язык за зубами. Остается только надеяться, что в Ламсден-хаусе она и впрямь не задержится.
– Ведь это был тот самый пресловутый Гарри? – решил уточнить Фрэнк, и Кэрол поневоле пришлось ответить: затянувшееся молчание выглядело на редкость глупо.
– Разумеется. Вы ведь подсматривали за мной и видели, как он поцеловал меня на прощание. Понятно, что это мой парень!
– Ну, положим, я целовал тебя куда основательнее, –ехидно заметил Фрэнк.– Не чета этому целомудренному прикосновению к щечке.
– Зато у него... У Гарри есть все права целовать меня. А у вас ни малейших! – заметила Кэрол дрогнувшим голосом, и ее спутник громко расхохотался.
– Какая досада! А я-то уж было поверил, что все права пожизненно закреплены за мной.
Девушка снова замолчала: ей иногда тоже так казалось. Кэрол постоянно приходилось напоминать себе, кто такой он, и кто – она. Усадьба, зимние пейзажи, отец и Фрэнк – все это оказывало на нее какое-то одурманивающее воздействие. Но сегодня, уехав так далеко, она со всей отчетливостью поняла, насколько чужда Ламсден-хаусу и его обитателям.
Путь предстоял неблизкий; усталость и треволнения дня давали о себе знать. Машина плавно катилась по шоссе, в салоне разливалось приятное тепло, за окном мелькали заснеженные пейзажи. Волной накатывал сон, мысли путались, тревога отступала куда-то в подсознание.
Кэрол устроилась поудобнее на мягком сиденье и закрыла глаза, даже не пытаясь бороться с дремотой. Очень скоро голова ее склонилась Фрэнку на плечо; тот скосил глаза и невесело улыбнулся. Затем нахмурился и снова перевел взгляд на дорогу. Почему она так измучена, почему нервничает, как в первый день приезда?
Фрэнк задумчиво сощурился. Иногда Кэрол казалась ему заброшенным, обиженным ребенком, и страстное желание защитить ее, уберечь от зла переполняло молодого человека. Но дети обычно открыты и простодушны, а Кэрол явно что-то скрывает. С самого начала он был уверен: эта девушка приехала не просто так. А сейчас мог поклясться: тайна Кэрол имеет прямое отношение к Дэвиду. Но раз так, он должен все это выяснить! Дэвид серьезно болен, он не сможет вынести никаких потрясений. И нужно поторопиться, если она действительно собирается скоро уехать. От последней мысли лицо его омрачилось, и Фрэнк решительно прибавил газу.
На следующий день Кэрол проснулась в тревоге. Поселившись в Ламсден-хаусе, она позволила себе расслабиться, забыть о прошлом, но теперь былые страхи снова властно напомнили о себе. Слишком много воспоминаний, слишком много горечи, а тут еще мать грозит разоблачением!
Накануне вечером Кэрол так и уснула в машине, положив голову на плечо Фрэнка. Притормозив у крыльца, он разбудил ее так ласково, будто они и не ссорились всю дорогу. Отец встретил Кэрол с распростертыми объятиями, словно успел соскучиться, а главное – словно она была вовсе не секретаршей. Ну ни дать ни взять домой вернулась!
Полусонная, она поднялась к себе и рухнула на кровать. В ту ночь ей привиделось, будто Фрэнк спас ее от какой-то кошмарной опасности, а потом крепко обнял, привлек к себе и зашептал на ухо что-то утешительное.
И все-таки Кэрол проснулась с ощущением тревоги. Когда она сошла вниз, оказалось, что Фрэнк уехал с утра пораньше, а отец еще не вставал.
– Ему сегодня нездоровится, – озабоченно сообщила миссис Браун.– Не дай Бог, приключится очередной приступ! Мисс Пэдди всегда его расстраивает, а вас вчера не было, он и не успокоился.
Кэрол очень хотелось подняться в спальню отца и поглядеть, как он там, но секретарше никто не давал на это права. Девушка ушла в кабинет и принялась печатать очередную страницу, но мысли ее снова и снова возвращались к отцу.
Перед самым ланчем миссис Браун зашла напомнить, что уезжает на рынок за покупками.
– Автобусов всего два, один – туда, другой – обратно, – затараторила экономка.– Я должна бежать. Ланч я оставила на столе, под крышкой. А в кастрюльке – суп для мистера Амберли. Вы не отнесете его наверх, деточка? А то, если я задержусь, автобус уйдет.
Кэрол втайне возликовала: именно этого предлога она и ждала. Едва за миссис Браун захлопнулась дверь, девушка спустилась в кухню, подогрела суп и поставила на поднос все необходимое. Она не знала точно, какую комнату занимает отец; кажется, ту, что в конце коридора. Впрочем, найти будет несложно.
Очень скоро Кэрол отыскала нужную дверь и постучалась. Ответа не последовало. Поколебавшись минуту, она тихонько вошла. В комнате царил полумрак, шторы были задернуты. Скорее всего, торопясь на рынок, миссис Браун вообще не удосужилась сюда подняться.
Отец лежал в постели и не отозвался, когда она окликнула его. Подойдя ближе и приглядевшись повнимательнее, Кэрол похолодела от страха. Судя по смятым простыням, не так давно он беспокойно метался по кровати, но сейчас застыл без движения. Искаженное болью лицо смутно белело в полумраке, на лбу и шее поблескивала испарина.
Дэвид Амберли не проявлял ни малейших признаков жизни, и сперва Кэрол показалось, что он не дышит. Она приложила руку к влажному лбу: лоб пылал огнем. На секунду девушка словно окаменела. Кроме нее, в доме ни души, а она понятия не имеет, что делать! Фрэнк! Это имя прозвучало в мозгу отчаянным криком заплутавшего путника. Девушка выбежала из комнаты и вихрем слетела по лестнице.
На столике в прихожей обнаружилась записная книжка, каждую страницу украшали аккуратные столбики телефонов и фамилий. Кэрол от души надеялась, что сумеет отыскать номер больницы.
Номер нашелся, однако в ответ на просьбу позвать к телефону Фрэнка Мэтьюза последовало недоуменное молчание.
– Это очень срочно!– закричала Кэрол.– Мне необходимо поговорить с ним!
– Сегодня утром доктор принимает пациентов по записи. Я соединю вас с его секретаршей, но сомневаюсь, что у него найдется время.
– Найдется! – настаивала девушка, нервно барабаня пальцами по столу.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Кэрол убедила секретаршу в важности происходящего; пришлось упомянуть, что в доме Фрэнка произошел несчастный случай.
– Доктор Мэтьюз у телефона, – раздался наконец знакомый спокойный голос, и Кэрол испытала невыразимое облегчение.
– Фрэнк! – отчаянно закричала она.– Срочно возвращайтесь домой! Срочно!
– Кэрол? – Волнение девушки немедленно передалось и ему.– Что случилось? Успокойся и расскажи по порядку!
– Это Дэвид... мистер Амберли! Он лежит без движения, и у него сильный жар. И дышит так странно. Я не могу разбудить его! Миссис Браун нет дома. Фрэнк, что мне делать?!
– Я сейчас же выезжаю.– Голос его звучал ровно, в нем не было никакой паники.– А пока закутай его в одеяла и обтирай лоб и лицо влажной губкой. Не нервничай. С ним так бывает.
– Но он не умрет?
– Нет, Кэрол, – успокоил ее Фрэнк.– Когда я вернусь, мы обо всем позаботимся – ты и я. Возможно, его придется отправить в больницу, но если повезет, обойдемся своими силами. Делай то, что я сказал, и жди меня.
– Хорошо.
Она тоже пыталась справиться со своим голосом, но это ей пока не удавалось.
– Я скоро приеду. Не пугайся.
– Я все сделаю, как надо, – пообещала Кэрол и, повинуясь внезапному порыву, добавила: – Фрэнк! Только не превышай скорость!
Но он уже повесил трубку. Девушка помчалась в кухню и отыскала подходящую миску для воды. Полотенце она прихватила в собственной комнате и возвратилась в спальню отца, внутренне содрогаясь при мысли о том, в каком состоянии обнаружит больного.
Дэвид Амберли лежал в том же положении, не сдвинувшись ни на дюйм. Кэрол укрыла его еще одним одеялом и принялась обтирать губкой лицо больного. Сердце ее болезненно сжималось: после стольких лет она нашла отца и, похоже, теряет снова! Девушка убеждала себя, что вот-вот приедет Фрэнк, и эта мысль ее успокаивала. Он обо всем позаботится. Он всегда знает, что делать!
Ей показалось, что прошла целая вечность, прежде чем за окном послышался шум подъезжающего «бентли», но даже тогда Кэрол не посмела отойти от постели больного. Она сделала все, как велел Фрэнк, но ее усилия ни к чему не привели; отец выглядел все так же скверно. Когда Фрэнк возник на пороге спальни, Кэрол беспомощно обернулась к нему.
– Пусти-ка!
Фрэнк Мэтьюз взял девушку за плечи, отодвинул ее в сторону, и тут же бремя ответственности ослабло. Слава Богу, теперь все в порядке. Ведь он – врач!
В этой ипостаси Кэрол его еще не видела. Рассчитанные движения чутких, уверенных пальцев завораживали, и, по мере того как Фрэнк осматривал больного, ее тревога отступала на задний план, нервная дрожь понемногу улеглась.
– Что с ним?– прошептала Кэрол.– Мне так никто и не сказал.
– Малярия, – рассеянно ответил Фрэнк.– Пожалуй, все-таки придется его госпитализировать на пару дней.
– А мне казалось, что от малярии существуют прививки.
Диагноз слегка успокоил девушку – слава Богу, болезнь известная и излечимая! Однако она видела, насколько серьезно положение отца.
– Все нужно делать вовремя, – вздохнул Фрэнк, выпрямляясь и задумчиво разглядывая больного.– Очевидно, в какой-то момент Дэвид просто забыл принять надлежащие меры. А может, слишком увлекся этим своим зверьем и махнул рукой на предосторожности. Как назло инфекция оказалась повышенно стойкой: вот уже много лет приступы повторяются. Малярия – болезнь коварная. В запущенных случаях она влечет за собой малокровие и дает осложнения на печень. К сожалению, у Дэвида как раз такой случай.
– Но это не смертельно?
– Нет. Однако организм его очень ослаблен.– Фрэнк отвернулся и проворчал себе под нос: – Мне следовало разглядеть тревожные симптомы еще вчера! Но я, видишь ли, был слишком занят размышлениями о тебе.
В глазах Кэрол отразилось неподдельное горе.
– Значит, это я во всем виновата?
– Конечно нет! – рявкнул он, а затем обезоруживающе улыбнулся.– Я же врач, Кэрол. Мне полагается подмечать все. Но, к сожалению, я еще и человек, и ты занимаешь мои мысли, когда мне нужно думать совсем о другом.
Тоже мне, утешил! Девушка и без него знала, что Фрэнк постоянно размышляет о том, как бы уличить ее. Должно быть, трудно совмещать роли врача и частного детектива!
– Сейчас свяжусь с больницей, – проговорил он уже мягче.– Я, конечно, мог бы сам отвезти его, но лучше вызвать «скорую»: он очень слаб.
Едва «скорая помощь» увезла больного, Кэрол нерешительно подошла к Фрэнку.
– Можно, я тоже поеду в больницу? Девушка отлично понимала, что подобная просьба дает новую пищу для подозрений. Она ведь всего лишь секретарша, с чего бы ей так волноваться за работодателя? Но Кэрол казалось, что, оставшись дома, она просто с ума сойдет от тревоги.
– Нет, не стоит, – твердо возразил Фрэнк, а когда девушка молча отвернулась, схватил ее за плечо и с досадой рванул к себе.– Ради Бога, Кэрол! – проворчал он.– Я вовсе не пытаюсь оттеснить тебя в сторону. Дело в другом. Если я сейчас возьму тебя с собой, ты застрянешь в больнице до ночи. Стоит мне появиться там, и люди, которые отлично управились бы без меня, вдруг испытывают настоятельную необходимость в моих советах. Я же просто не в силах послать их ко всем чертям!
– Но я могу взять свою машину и вернуться обратно одна! – взмолилась Кэрол, но Фрэнк помрачнел еще больше.
– Не надо, прошу тебя, – устало сказал он.– Погода сейчас неустойчивая, снегопад прекращаться и не думает. Я тревожусь за Дэвида, в больнице меня ждут еще и другие пациенты. Я хочу быть уверен, что хотя бы с тобой все в порядке, что ты в тепле и в безопасности.
– Хорошо, – растроганная до глубины души, Кэрол печально улыбнулась краем губ.– Но я вполне способна сама о себе позаботиться. Я всю жизнь сама о себе заботилась.
– И меня это не устраивает! – с неожиданной резкостью заявил Фрэнк.– Когда ты сама о себе заботишься, я места не нахожу от волнения!
– Как скажешь, – пролепетала Кэрол, сдаваясь. Щеки ее предательски вспыхнули; под испытующим взглядом темных глаз она ощущала, как неистово колотится сердце и кровь начинает быстрее пульсировать в жилах.– Я останусь здесь, если вам так спокойнее. Не хочу вас тревожить.
– Но ты меня тревожишь, Кэрол! – шепнул Фрэнк. Он шагнул вперед, властно притянул девушку к себе и заглянул в ясные синие глаза.– Ты не даешь мне покоя с нашей первой встречи. И признайся: я ведь тоже не даю тебе покоя – когда тебя не пугает и не подавляет мой так называемый престиж.
Фрэнк пожирал взглядом ее губы, и сердце Кэрол сладко дрогнуло.
– Разве вам не пора?– прошептала она.– Вам нужно заняться моим... мистером Амберли.
– Да, верно.– Фрэнк Мэтьюз наклонился к самому ее лицу.– Ты хотела сказать «моим начальником»? Или я пропустил оговорку куда более любопытную?
– Фрэнк, пожалуйста! – Кэрол уперлась кулачками ему в грудь, но Фрэнк лишь тихонько рассмеялся в ответ.
– Согрей меня перед дорогой, – шепнул он и жадно припал к ее губам.
В доме царила гробовая тишина, но ситуация, которая прежде вызывала у Кэрол панический ужас и отчаянное желание защитить себя, теперь воспринималась как должное. Ощущая на плечах сильные мужские ладони, она даже не пыталась сопротивляться. Кэрол не боялась этого человека, доверяла ему. Более того, преклонялась перед ним, смотрела на него, как на некое высшее существо, недоступное ее разумению!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16