А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Тело мужчины с кнутом казалось отлитым из золота, и его темные волосы стали отдавать в красноту.
Снова начал свою жестокую работу кровавый кнут. Имоджин отвернулась, она едва сдерживалась, чтобы ее не стошнило.
Нет, это место сущий ад на земле, и мне здесь не следует искать помощи, отчаянно подумала она.
– Мы уходим, – сказала она Сиварду.
– Что? Почему?
– Здесь так же ужасно, как и в замке Ворбрика.
Сивард схватил ее за руку.
– Почему? Из-за порки? Ваш отец тоже порол людей. Вы просто никогда не видели этого.
– Не так, как здесь, – протестовала Имоджин.
– Временами все происходило точно так же. Он слишком вас оберегал, леди. Сначала нужно узнать, какой проступок совершил человек, а потом выносить приговор.
Сивард позвал слугу, несшего поднос с кружками, наполненными элем.
– Эй, друг. Кого-то здорово здесь выпороли. За что?
– Пьянство, дед, но есть и еще одна причина – невыполнение приказов хозяина, – ухмыльнулся молодой шустрый парень.
– Пьянство? – зашипела Имоджин. – Он порет людей за пьянство!
Сивард в ответ только пожал плечами.
– Я говорил, что Фицроджер очень строгий господин, так оно и есть. Пьянство может принести много горя и бед.
Потом Сивард покачал головой и добавил:
– Подождите до завтра, леди, пока вы сами не увидите этого человека. Это просто сумасшествие – снова пускаться в путь, не выспавшись и не отдохнув.
Имоджин снова свалилась на мешок, понимая, что слишком устала, чтобы сдвинуться с места.
Неужели и ее отец приказывал пороть людей? Наверно, так оно и было, но она никогда не видела этого. Она жила совсем в ином мире.
Ее отец создал для нее этот блаженный мир, но теперь девушка понимала, что все это было иллюзией. Воины регулярно отправлялись из Каррисфорда воевать, но ей всегда старались представить все это как парад, а не жестокую кровопролитую баталию.
Имоджин приучали к роли благородной леди. И хотя она постоянно заботилась о раненых и больных, ей доверяли присматривать только за легко раненными и незаразными больными.
Ее жизнь в замке была сплошной идиллией и иллюзией. Теперь пришло время окунуться с головой в реальность.
Ее чудесное детство не подготовило ее к настоящей жизни. Сивард был прав: ей следует выждать и окончательно выяснить, что за человек этот Ублюдок Фипроджер.
Нахальный молодой человек с подносом снова пробирался мимо них. Он остановился.
– Возьми.
Парень подал им наполовину наполненный элем кувшин.
Сивард поблагодарил его и передал кувшин Имоджин. Она сделала большой глоток, чтобы смочить пересохшее горло. Ее не волновало, что из этого кувшина уже кто-то пил. Эль был хорошим. Это тоже говорило в пользу замка Клив. Она отдала кувшин Сиварду, и тот осушил его до дна, удовлетворенно крякнул и утер рот грязным рукавом.
Имоджин поняла, что ей стоит сделать то же самое, и осторожно утерлась грязной тряпкой. Потом девушка попыталась подняться на ноги. Она застонала, когда ей пришлось встать на распухшие израненные ноги, и быстро ухватилась за посох. Казалось, что после отдыха ей стало еще тяжелее стоять на ногах.
– Как хорошо, что мне приходится хромать, – бормотала она. – Попробуем выяснить еще что-нибудь.
Сивард посмотрел на ее ноги и тихо выругался.
– Леди, вы не должны…
– Мы пришли сюда, чтобы спасти Каррисфорд, – мрачно прошептала Имоджин.
Они принялись кружить по двору, заполненному народом, но старались держаться поближе к крепостной стене.
У Имоджин стало веселее на душе. Она слышала, как люди ругались и толкались, пробиваясь сквозь толпу, но чаще уступали друг другу дорогу, и шутки можно было слышать так же часто, как и ругательства.
Вдруг она почувствовала запах свежего хлеба, и у нее заурчало в животе. Они ничего не ели целые сутки, только пили воду, а сейчас ей достался добрый глоток эля.
– Не можем ли мы попросить немного хлеба? – шепнула она Сиварду.
– Нам ничего не будет стоить эта попытка, – сказал он и пошел к двери пекарни. – Подайте кусочек бедным людям, – жалобно заныл Сивард.
Пекарь посмотрел на них и кивнул своему подмастерью. Мальчишка протянул им хлеб, который тут же упал в грязь. Сивард поднял его и поблагодарил пекаря. Они отправились в прохладный внутренний двор замка. Пока пробирались сквозь толпу, Имоджин почувствовала, что ее фальшивый живот падает. Она взвизгнула и подхватила его – тесемки, которые поддерживали мешок, развязались.
В ту же секунду около нее оказалась женщина средних лет.
– У тебя схватки? – спросила она. – Тебе пришло время рожать?
– Нет, нет, еще не скоро, – ответила Имоджин.
– Ты права, наверно, ребенок просто перевернулся. Откуда вы?
Имоджин пыталась удержать фальшивый живот, чтобы тот не свалился окончательно. Она беспомощно посмотрела на Сиварда.
Тот, изображая голодного и жадного мужика, откусил огромный кусок свежеиспеченного хлеба, отчего у Имоджин потекли слюнки. Потом он пробормотал:
– Из Тетриджа.
Это была деревня на границе владений Каррисфорда, Ворбрика и Клива.
– Неудивительно, что вам пришлось бежать оттуда. Ведь кругом такое творится…
Сивард сразу же передал хлеб Имоджин, и та тоже откусила большой кусок. Хлеб был великолепным и еще теплым. То, что он валялся на земле, ее совершенно не волновало.
– У меня развязались тесемки.
– Может, стоит избавиться от живота? – спросил Сивард. – Он уже сыграл свою роль.
Имоджин, продолжая жевать, отрицательно покачала головой. Она не желала рассказывать Сиварду о причинах, по которым не хотела отказываться от роли беременной. Если Фицроджер увидит ее с животом, у него начнется припадок даже при мысли о том, что и леди Каррисфорд стала беременной, не имея мужа. Имоджин подумала и ответила Сиварду:
– Здесь уже многие думают, что я на сносях. Если мы захотим уйти, не повидав Фицроджера, то с этим животом я не привлеку к себе излишнего внимания.
Она с трудом оторвалась от хлеба и передала его Сиварду. Тот отрицательно покачал головой.
– Доедайте, мне уже достаточно. Могу утверждать, что, когда вы схватились за живот, все выглядело весьма натурально. Я сам чуть не поверил, что вы вот-вот начнете рожать. Но нам веет же лучше попытаться поскорее завязать тесемки. Найдем укромный уголок, и я попытаюсь вернуть живот на прежнее место.
Имоджин зашла за стог сена. Сивард начал шарить под ее юбками, пытаясь найти концы тесемок.
– Эй, ты, старый козел! – заорал огромный воин, несший целую связку пик так легко, словно это были обыкновенные палки. – Ну ты и горячий. Всем видно, что ты здорово поработал над этой бабой. Подожди хотя бы темноты, тогда и развлекайся.
Он громко захохотал, и все окружающие присоединились к нему.
– У меня осталось не так много времени для подобных развлечений, – спокойно ответил ему Сивард. – Приходится использовать любой удобный момент!
Толпа громко загоготала.
– Тогда я рад, что ты привел с собой бабу. Их здесь так мало, а ты, кажется, способен замучить не одну за ночь!
Имоджин на секунду прижалась к стене. Ей стало не по себе.
– Скорее всего, мы не сможем найти тихий уголок, чтобы никто не мог нас там потревожить.
– Успокойтесь, – сказал ей Сивард. Хотя он пытался ее успокоить, но в его голосе прозвучал плохо скрываемый смешок. Все решили, что они… И никого это не возмутило, просто позабавило.
Имоджин стала рассуждать, не лучше ли ей было отправиться в монастырь, как предлагал преподобный Фульфган. После смерти отца ее духовник постоянно описывал девушке преимущества монашеской жизни. Его доводы в пользу жизни с постоянными постами и молитвами, которая могла привести ее к вечному блаженству, так и не убедили Имоджин. Но сейчас она обнаружила в монашестве одно преимущество. Если она будет жить в монастыре, ей не придется выходить замуж и не будет мужчины, который станет прикасаться к ее телу. Она никогда не столкнется с тем, что.., что случилось с Жанин.
Имоджин похромала вслед за Сивардом, не переставая думать, что в монастыре у нее будет чистая одежда и хорошие башмаки. Там ее Станут кормить, и у нее даже будут книги и можно музицировать.
Потом она вдруг одумалась и мысленно обозвала себя маленькой хныкающей трусишкой.
Когда-то ты гордилась, что ты Имоджин из Каррисфорда. Тогда твоя жизнь состояла только из одних удовольствий, и от тебя не требовалось никаких жертв и усилий. Сейчас же, когда возникли трудности, ты поспешно готова бросить все. Ты забыла, что будущее Каррисфорда зависит от тебя, а ты думаешь только о удобствах. Пришло время доказать, что ты достойная дочь своего отца. Бернард из Каррисфорда был мягким, вежливым человеком, но он никому и никогда не уступил ничего, что принадлежало ему. Он всегда заботился о своих подданных. Дочь должна возложить его обязанности на свои плечи.
Сначала она вернет себе замок, а потом отомстит Ворбрику за разбой. Потом ей следует найти себе супруга, такого же сильного и порядочного человека, каким был ее отец, чтобы этот ужас больше никогда не повторился.
Дальше, мрачно решила она, ей придется вытерпеть все отвратительные вещи, которые мужья делают с женами, чтобы те рожали им сыновей. Своих она воспитает так, чтобы из них потом получились воины, такие, каким был ее отец.
От подобных мудрых рассуждений ее отвлекло то, что ее мнимое «дитя» перекосилось у нее во «чреве». Она больше не желала, чтобы Сивард копошился у нее под юбками, и ей пришлось правой рукой поддерживать опустившийся живот. Они только было направились в тихий уголок двора, как вдруг чей-то голос проорал:
– Эй, дед!
Это был стражник от внешних ворот.
– Что вы все здесь бродите? Я вам где велел ждать? Лорд Фицроджер сейчас поговорит с вами.
Сивард обхватил рукой Имоджин и сказал:
– Моя жена плохо себя чувствует…
– Хозяин хочет видеть вас сейчас, а болеть она будет позже.
Пока они колебались, он схватил их за руки и потащил за собой. Он так быстро их тащил, что у Имоджин заныло изможденное в дороге тело, и она вскрикнула.
– Помолчи, женщина, – ворчал стражник. – Мне ваша парочка кажется подозрительной. Вы хотели справедливости лорда Клива, клянусь Богом, вы ее получите.
Глава 3
Имоджин, поддерживая живот и стараясь не стонать, изо всех сил поспешала за стражником.
– Хэри, что ты делаешь? Стражник сразу же остановился. Его голос немного дрожал:
– Мой лорд, я веду к вам этих крестьян. Тех, о которых я вам говорил.
Имоджин взглянула на лорда, и душа у нее ушла в пятки. Это был тот человек с хлыстом.
Она его сразу же узнала, хотя сейчас на нем была темная рубашка. Его одежда была слишком простой для лорда, хотя ее и дополнял широкий кожаный пояс с кошельком и кинжалом. От этого человека веяло уверенностью и силой. Да, это был Ублюдок Фицроджер.
Он сам порет провинившихся, в ужасе подумала Имоджин и вначале инстинктивно отступила назад. Но внешность Фицроджера не внушала страха. Это был приятный, аккуратно одетый человек. Черты лица у него были четкими и красивыми, а ясные зеленые глаза делали его просто неотразимым. Если бы у какой-нибудь женщины были подобные глаза, ей не было бы прохода от поклонников. Темные волосы падали на плечи Фицроджера и были причесаны по последней моде, которая так не нравилась ее отцу. Хозяин замка Клив был высоким и широкоплечим мужчиной с сильными стройными ногами. Но в нем она не находила ничего устрашающего, этим он явно отличался от Ворбрика.
Тогда почему у Имоджин так сильно билось сердце? Почему перехватило горло и она не могла говорить? Почему показалось, что нужно поскорее бежать отсюда?
Наверно, ей стало не по себе от холодного взгляда его выразительных зеленых глаз. Когда Фицроджер посмотрел на нее, Имоджин показалось, что он заглянул ей глубоко в душу и ему не понравилось то, что там обнаружилось. Он посмотрел на стражника, и Имоджин почувствовала, как задрожала у того рука.
Наконец Фицроджер сел и сказал:
– Вы пришли искать справедливости? Расскажите, в чем дело. У меня мало времени. – Голос его был спокойным и равнодушным.
Имоджин не могла промолвить ни слова. Что бы им такое придумать, чтобы как можно скорее выбраться из замка?
Сивард нервно попытался что-то сказать:
– Нас выгнали из нашего дома. Это сделал лорд Ворбрик.
Имоджин почувствовала, как Фицроджер оживился при упоминании этого имени. Она вспомнила, что они пришли сюда, потому что Клив и Ворбрик были заклятыми врагами. И она жаждала мести. Ей был нужен не трубадур, а воин и защитник. Казалось, что Фицроджер был именно тем человеком, который поможет ей вернуть обратно свой замок.
– Где был ваш дом? – спросил Ублюдок. Сивард, надеясь на подсказку, посмотрел на Имоджин, но она ничего не могла придумать.
– Тетридж, – наконец вымолвил он.
– Это владения Каррисфорда?
– Да, милорд.
– Вы знаете его замок?
Сивард поколебался, потом подтвердил:
– Да, милорд.
– Расскажи мне о нем.
– Милорд, мы простые люди, пришли за справедливостью…
– Расскажи мне.
Хотя Фицроджер не повысил голоса, но не повиноваться ему было невозможно. Сивард даже слегка заикался, когда начал говорить:
– Ми-л-лорд, я н-не знаю, что вы желаете знать. Спрашивайте меня, и я постараюсь вам ответить.
Имоджин не могла отвести взгляда от массивного золотого кольца Фицроджера, которое он стал вращать на пальце. У него были красивые сильные руки. В этот момент Имоджин ощутила испуг.
– Как можно попасть в замок? – наконец спросил он.
– Через передние и задние ворота. Имоджин вспомнила, что это была не вся правда, потому что существовал еще один потайной вход.
– Как охраняются главные ворота?
– Там есть подъемный мост и падающие решетки, милорд. Далее идет узкий проход, который хорошо охраняется. Еще там есть бойницы для стрельбы из луков. Как у вас здесь.
– Сколько народу охраняет замок?
– Не знаю, милорд, но достаточно.
– Как дела с задними воротами?
– Мне кажется, что там стоят два стражника. Дальше опять узкий проход с дверью, через которую можно попасть в замок.
Имоджин увидела, как Фицроджер прищурил глаза и напрягся. Он начал что-то подозревать.
– Ты поразительно много знаешь для простого крестьянина.
Перед глазами Имоджин возникло видение позорного столба и кнута. Она услышала стон и с ужасом поняла, что стонала она сама. Зеленые глаза пронзительно глянули на нее.
– Сядь, женщина, – резко приказал лорд Фицроджер. – Вон там ящик. Если ты собираешься рожать, иди к повитухе.
Имоджин тут же повиновалась ему.
– Ну? – Его вопрос прозвучал резко, как удар кнута.
– Милорд, мой брат служит в охране. Имоджин хотелось расцеловать Сиварда за то, что тот ответил спокойно и убедительно.
Фицроджер снова посмотрел на них. Его взгляд был настолько пронзительным, что Имоджин поразилась, как это он до сих пор не узнал ее. Он явно понимал, что они не те, за кого себя выдают. Внезапно все встало на свои места: его вопросы и все вокруг них. У Имоджин сильнее забилось сердце.
– Вы собираетесь напасть на Каррисфорд? – спросила девушка.
Он резко поднялся и подошел к Имоджин с неприятной ухмылкой на худощавом лице.
– Ты говоришь слишком хорошо для женщины такого низкого происхождения…
Имоджин все еще боялась его, но надежда превозмогла страх. Фицроджер слышал о ее несчастье и собирался спасать ее. Она выпрямилась и перестала притворяться.
– Лорд Фицроджер, вы собираетесь напасть на Каррисфорд?
Он ухватился за пояс и продолжал внимательно смотреть на нее.
– У меня есть такие намерения, женщина. Имоджин улыбнулась ему сквозь слезы:
– Благодарю вас.
Казалось, его позабавила ее благодарность.
– Каким образом мои действия могут вам помочь?
Имоджин попыталась выпрямиться.
– Я – Имоджин из Каррисфорда, – с достоинством ответила она Фицроджеру. – Вы понимаете, что меня не нужно спасать, но я пришла к вам за помощью как к рыцарю и подданному нашего короля, чтобы отобрать мой замок у лорда Ворбрика и отомстить ему за его грязные делишки.
От изумления Фицроджер широко раскрыл свои зеленые глаза, и Имоджин показалось, что он даже лишился дара речи. Потом он глубоко вздохнул.
– Леди Имоджин, – промолвил ее будущий защитник. Что-то блеснуло в его глазах. Он напоминал девушке кота, подстерегшего мышь далеко от ее норки. Имоджин сделала быстрый шаг назад, но позабыла, что следует поддерживать живот, и он начал сползать вниз. Имоджин быстро подхватила надоевший груз, и Фицроджер снова уставился на нее. Его взгляд опять засверкал сталью.
– Леди, вам придется доказать, кто вы такая.
– Доказать? Как я могу это сделать?
– Ваш вид противоречит известным мне рассказам о Цветке Запада…
Он начал внимательно разглядывать девушку, как бы отметая прочь грязь и ужасную одежду.
– У вас весьма странный вид. Следуйте за мной.
Он повернулся и пошел к основной башне замка, уверенный, что они идут за ним.
Они шли очень медленно. Имоджин не могла двигаться быстрее на своих израненных и распухших ногах.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35