А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Священник (мягко, голос старый и усталый). У вас есть кольцо? Хорошо.Прежде чем я совершу обряд, который сделает вас мужем и женой,Я должен напомнить вам,Что первородный грех – это сомненье,И нынче, в наш век презренья к личности,Он очень современен.Поэтому если вы сомневаетесь в святости бракаИли друг в друге,Или способны представить,Что захотите когда-нибудь отменить совершенный поступок,То говорите сейчас. Пауза. Хорошо. Итак, у вас нет сомнений. Осталась маленькая формальность.Хотя, не считая нас, нескольких ласточек и полевых мышей,В церкви нет никого, я должен задать вопрос:Если кто-либо из присутствующих знает причину, препятствующую… Его прерывают несколько странно звучащих голосов. Голос Слепого Питера. Я знаю!Голос Гейвина. И я!Голос отца. И я!Голос Слепого Питера. Перед тем как я умер, он был у меняИ обещал отомстить за мою слепоту.Он говорил, что по липким от крови следамБольше никто не пойдет. Да, обещал.Разве он что-нибудь сделал?Выбрав счастливую жизнь с этой девчушкой,Он ничего не исполнит.Голос Гейвина. Брат мой, послушай его,Не оставляй свой Поиск. Больше не думай о доме.Домом ты счастлив не будешь. А если бы был,Счастье – не главное. Иди от часовни к лесу…Вечно один! Один – сквозь лес и пустыню,И на другом краю…Голос отца (глухой и глубокий). Ты найдешь то, что нашел я.Роланд. Вы?…Голос отца. Ты должен узнать мой голос, хотя никогда не слышал его. Ты не видал моего лица, но знаешь меня по портрету.Роланд. Отец?…Голос отца. Как мне признать тебя сыном, когда ты позоришь меня?Роланд (сознавая свое поражение). Сильви…Сильви. Знаю. Кольцо? (Она старается сохранить самообладание.) Уже у тебя на пальце. Смотри, как горит в темноте.Роланд (с горечью). Горит, говоришь? Сожжет меня!Сильви. На прощанье, Роланд…Священник. Прошу прощения, церковь закрывается.Прощайте, дочь моя, теперь вам в обратный путьПо морю отчаяния к вашему тихому дому,К яблоневому саду. Там вы найдете себеПодходящего мужа. Будете вместе раститьВаши деревья: поить их водой по весне,По осени – лестницы ставить и ярким ковромРаскладывать яблоки на полу, и…Роланд. На прощание, Сильви…Священник. Прошу прощения, церковь закрывается.Прощайте, сын мой. Вам идти вперед,Сквозь коварные хитрости леса,Сквозь немое сомненье пустыни.Я хочу остеречь вас: если в лесуВам послышатся голоса, Не обращайте вниманья, Роланд, не обращайте вниманья… Его голос становится тише и возникает «музыка леса». На фоне сплетающихся мелодий выделяются голоса птиц, хриплые и механические. Они говорят чересчур ритмично. Попугай. Крошка Полли! Крошка Полли! Кто идет?Ворон. Карр-карр! Карр-карр! Кто это по лесу ходит?Попугай. Крошка Полли! Как он бледен!Ворон. Карр-карр! Смерть белит еще белее.Попугай. Крошка Полли! Он идет.Ворон. Карр-карр! Поприветствуй.Попугай. Роланд, куда ты так быстро идешь?Ворон. Не думай, от прошлого ты не уйдешь.Оба. Ничего не получится! Ничего не получится!Попугай. Все еще в Поиске? Все в пути?Ворон. Только достойный может найти.Оба. Ты не таков! Ты не таков!Попугай. Юноша милый, идти не стоит.Ворон. Пусть погибают только герои.Оба. Ты должен жить! Ты должен жить! «Музыка леса» становится громче. Роланд проходит мимо. Попугай. Крошка Полли! Он ушел. Ворон. Карр-карр! Пошел он к черту. Попугай. Крошка Полли! Он и пошел. «Музыка леса» уступает место «музыке пустыни». Роланд говорит сам с собой. Роланд (очень устало). О, эта пустыня!И лес был не слишком хорош, но с нею ему не сравниться.Когда-то рассказы Учителя были мне странны.Но вот я и здесь, песок засыпается мне в башмаки,И хуже всего, что есть в этом что-то знакомое,И без конца, без конца… «Музыка пустыни» прекращается. В наступившее безмолвие вползает механический голос. Голос часов. Тик-так, тик-так!Камни, песок, кости и хлам,Сотни часов – все, как один,Сотни минут – все, словно час.Ничто не кончается: не начиналось,Только бездушные стрелки ползут.Тик-так, тик-так!В пустыне всегда будет так.Тик-так, тик-так… Часы тихо тикают, снова звучит «музыка пустыни» . Роланд. Плоская. Вез цвета и без формы. Только здесь и тамПорожденья прошлого – пустыеОбразы, встающие из пыли.Вот они мне снова повторяютТо, чего я не хотел бы помнить.Мираж… мираж… мираж… Музыка смолкает, тиканье часов становится слышнее. Голос часов. Так-так, тик-такТик-так, тик-так. Пока говорит первый фантом, тиканье продолжается. Алкаш. Славный мальчик, но для этой ролиЯ не придумал больше слов.Он ни за что не угадает,Что мне сейчас снится.Гляди, я тяну за шнурок – и кукла шагает.Левой, правой, левой, правой… Его слова начинают звучать в такт с тиканьем часов. Голос часов. Тик-так и т. д.Алкаш. Левой, правой и т. д. На этом фоне говорит второй фантом. Официант. Златые дни, сэр, златые дни.Вы заметили, сэр, в пустынеВремя течет незаметно…Так я сразу подумал, как только увидел вас:Вы сами не знаете, сэр, куда едете.Златые дни, сэр, златые дни… Его голос присоединяется к первым двум. Голос часов. Тик-так и т. д.Алкаш. Левой, правой и т. д.Официант. Златые дни и т. д.Hеэрa…adagio…ralentando…В этом досье есть и будущее,И тебе из него не выпутаться.Но поцелуй меня, Роланд,Поцелуй меня, поцелуй меня… Присоединяется к предыдущим голосам. Голос часов. Тик-так и т. д.Алкаш. Левой, правой и т. д.Официант. Златые дни и т. д.Hеэра. Поцелуй меня и т. д.Сильви. Почему ты уходишь так скоро?Только что показалось солнце.Ты не годишься в рыцари, Роланд.Твоя любовь ко мне победит, ты вернешься,И мы с тобой, мы с тобой… Присоединяется к остальным. Голос часов. Тик-так и т. д.Алкаш. Левой, правой и т. д.Официант. Златые дни и т. д.Hеэра. Поцелуй меня и т. д.Сильви. Мы с тобой и т. д. Хор становится все громче и громче. Роланд теряет терпение. Роланд (кричит). Нет! Голоса резко обрываются. Образы из памяти и пыли! Призрачные голоса!Но где же голос, пославший меня в путь?Где облик – первый из тех, что я помню?Почему она не пришла, хотя бы в видении?Матушка, где вы? Я вас зову!Вы мне велели – и я пошелНе по собственной вере и воле,Но ради вас. Если б не вы,Я б не искал этой Башни,Названной Темной, поскольку ееПросто-напросто нет.Одна ваша воляВсе еще гонит меня,Одно только жженьеКольца под перчаткой. (Внезапно чем-то поражен.) … Жженье?… Но что это?Ведь жжения нет…Не верю… Сниму перчатку… Громкий аккорд. Кольцо! Кольцо остыло!Цвета нет, вся кровь иссякла.Но это значит… это значит…Голос матери (она шепчет). Да, Роланд, я хочу, чтобы ты возвратился.Роланд. А Поиск?Голос матери. Он прекратится.Лежа на смертном одре, я передумала.Пусть отправляется в путь мой последний ребенок -Каменный.Ты возвращайся, Роланд. Пауза. Роланд пытается осознать происходящее. Роланд. Кольцу я должен верить.Это жизнь! Отбой! Отмена! Вечный праздник света!И яблони будут цвести возле домика Сильви…Это был голос матери?Да, и кольцоБледно как смерть, и нет никакого долга.Впрочем, она умирает, и долг мойБыть подле нее.Пусть примет пустыня это кольцо:Оно бесполезно. (Швыряет кольцо, раздается звон.) Что это?Как будто ударилось обо что-то твердое…Первый звук, который здесь слышу.Куда же я кинул кольцо?Здесь камень? И надпись?Чем-то похож на версту.К чему только версты в пустыне? (С истерическим смешком.) Ну, сколько там еще до Вавилона? Сейчас посмотрим.Жаль, все буквы занесены песком…«В память…» (Медленно расшифровывает надпись.) «В память тех, которые не вернулись,Чей прах остался Нигде. В память всех,Кто шел к своей смерти по собственной воле,Завещая волю другим». Врываются странно звучащие, насмешливые голоса птиц. Попугай. Крошка Полли! Вот так история!Ворон. Карр-карр! Да и не новая!Попугай. Крошка Полли! Безвестным героям!Ворон. Карр-карр! Нам-то что до них!Попугай. «Кто шел к своей смерти»! Крошка Полли!Ворон. «По собственной воле»! Карр-карр!Роланд. По собственной воле? Со мною все было не так.Мать послала меня сюда, и мать призывает назад.Найти бы кольцо… Куда это я его бросил?Хм. Да, совершенно остыло: ей нужно, чтоб я возвратился.И правда пора. Ведь эта пустыня не кончится.Ее горизонт отступает и манит и вновь отступает…Какая тут Башня, когда и бугорка не найдешь. Все ровно и пусто…Чтоб я по собственной воле?… (До сих пор он говорил спокойно, но теперь выходит из себя.) Да разве у меня… Учителя, горнисты, женщины,Старик пьянчуга, плут Официант…И каждый заставлял плясать свое. Моя-то воля!Да я не понимаю этих слов! Пауза. Конечно, мать, теперь я возвращаюсь. Так…Где следы? Пойду по ним назад… Пауза. Роланд. Разве эти?А впрочем, так и есть, и сам ты не велик,Безумец, думал – шествуешь в герои,А оказалось – начертил пунктирПути к позору…Впрочем, что позорТебе, безвольному…«По собственной воле, завещая волю другим».Другим! Вот именно. Я начинаю думать,Мой пьяный друг был прав и все вокруг – сплошные выдумки. (Теряет самообладание.) Другие! Кто это? Где их найти?Голос ребенка. Нигде, Роланд, нигде.Роланд. Ну вот. Что я говорил? Нет…Голос ребенка. Ты никогда нас не найдешь, если пойдешь вперед,Потому что погибнешь раньше, чем мы родимся.Ты никогда нас не найдешь, если пойдешь назад,Потому что тогда мы вообще не родимся.Роланд. Что? Я детоубийца?Голос ребенка. Пока что нет… Но если пойдешь назад…Роланд. Кто сказал, что я иду назад?Голос ребенка. Я думал, ты уже решился.Роланд. Я никогда ни на что не решаюсь.Я же сказал, что это мать…Ну ладно, пусть выбирает случай -Судья не хуже другого.Следите за мной, нерожденные дети.Видите кактус?Я буду обрывать с него иголки,Как играют в «любит – не любит».Они и решат. Вы знаете эту игру.Итак. (Обрывая иголки, он мерно, но с растущим напряжением считает.) Вперед – назад; вперед – назад; вперед – назад – вперед;Назад – вперед; назад – вперед; назад – вперед… НАЗАД!Вот – голос случая. Оракул.Мне кактус говорит: «Назад! Назад!»Но я… (Выдерживает паузу, затем решительно.) Иду вперед!Вы думали, я позволю, чтоб мной командовал кактус?Прощайте, матушка, я не увижу вас!Иду вперед!Вперед, Роланд… Безмолвною,Бесцветною пустынною дорогой. Пауза, затем ударные начинают отстукивать ритм сердцебиения. Безмолвной? А это? Звук! Но какой?Нет, мое сердце так не стучит.Бедный Роланд, кто бы подумал:И у тебя оно есть.Видно, ты здорово струсил!Страх и напомнил о сердце. (Сердцебиение становится громче.) Да, маленькие часики,Пока не встали в этой пустоте,Торопятся сказать свои слова.В пустоте?… Откуда взялись эти горы,Сомкнувшиеся кольцом? Горбатые жуткие звериХотят наглядеться на смерть? И где горизонт,Минуту назад еще плоский? Что это? Дурацкие шутки?Внушенье? Нет, хуже: ловушка! Я пойман!Как рак, опрокинут в котел из оскаленных скал.Молчи ты, дрожащее сердце! Все это похоже…Похоже на римские цирки, но только без зрителей,Да, без зрителей и без львов. (Вдруг что-то замечает.) Без зрителей! Ва, да там на вершине ГейвинИ Майкл, и Генри, и Дэнис, и Роджер, и Джон!Еще какие-то люди в заморских одеждахИ даже в доспехах. И Питер. Теперь он прозрел:Указывает на меня. А вот и отец,Я помню его по портрету. И рядом – печальный Учитель.Видно, он тоже умер. А впереди, конечно,Мой милый Сержант-горнист. Музыка. Затем чередуются голоса, идущие издалека и сверху. Сержант-горнист. Роланд! Тяни последнюю ноту.Гейвин. Готовься, старик. Это она.Слепой Питер. Роланд, отомсти за меня.Отец. Прими наследство, сын. Ты был рожден для битвы…Роланд. Для битвы? С кем? Львов в этом цирке нет.Учитель. Нет львов, Роланд? Но вспомните уроки-Я разве обещал, что будут львы?Мы говорили о Драконе, да и тоЗа неименьем лучшего названья.Роланд. Да-да, конечно, о Драконе. Но вы мне говорили, что он появится не раньше, чем я доиграю Вызов у Темной Башни. Но ведь башни нет!Гейвин. Меня, признаться, это тоже сбило с толку.Отец. Посмотри-ка, Роланд, вон туда.Роланд. Куда? На этот… на этот нарост на земле?Отец. Он увеличивается, Роланд, он растет.Учитель. Все это я объяснял вам, Роланд.Слепой Питер. Он всех так ловит. Музыка. Гейвин. Башня! Темная Башня!Сержант-горнист. Скорее, сынок. Где горн?Роланд. Постойте…Отец. Она растет, Роланд! Торопись.Роланд. Она растет, да, она растет.Мать (по голосу кажется, что она ближе других). За умерших матерей!Гейвин. Иди к ней, Роланд.Отец. Торопись.Сержант-горнист. Помнишь Вызов? Сыграй его, как я учил.Роланд (тихо, но решительно и твердо). Да, дорогие друзья, я сделаю это.Я, отступник, неверящий,Я, не имевший собственной воли,Завещаю волю другим. (Во весь голос.) Эй, там, Башня, Темная Башня, ты вырастаешь,Холодная тень накрывает меня.И ты, обращавший людей в скотов, ты, Дракон, или как там тебя,Выходи! Покажись! Выкладывай зло! Стук сердца, ставший теперь очень громким, резко прерывается. (С напряжением, во внезапно наступившей тишине.) Рука, не дрогни,Я беру свой горн – полнее вдох… Пронзительно звучит Вызов. Сержант-горнист (на последней ноте). Молодец, Роланд. Тяни последнюю ноту. Горн тянет последнюю ноту, ее дополняет и усиливает оркестр. Все смолкает. Конец. Примечания Пьеса впервые прозвучала по Би-Би-Си 2 января 1946 года. Музыку к постановке написал Бенджамен Бриттен.

1 2 3