А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Они не желали опускаться до ее уровня и не желали поднимать ее до своего, так что единственное, что оставалось, это по возможности избегать их.
С друзьями события в мире она тоже не обсуждала. С друзьями можно было говорить о чувствах, потому что они испытывали такие же и понимали ее. Друзья нужны для того, чтобы не чувствовать такого страха и одиночества. Донна и Мишель же теперь говорили только о своих мальчиках.
Они, правда, часто обсуждали случай с одной девочкой, которую убили прямо на глазах соседей, которые даже не удосужились вмешаться. Эта история приводила их в ужас, и они снова и снова возвращались к ней.
- Да в этом мире нельзя ждать помощи от других, - говорила Мишель. Надо иметь своего мальчика и повсюду ходить только с ним, чтобы он мог тебя защитить. Будешь ходить одна, тебя обязательно убьют. Я рада, что у меня есть Джонни.
- Такой коротышка? - язвила Барри.
- Зато у него есть нож. И запомни, пожалуйста, если только кто-то попытается меня изнасиловать, Джонни не замедлит им воспользоваться.
- Ну да?.. - с благоговением выдохнули девушки.
- А еще он после школы занимается карате. Росту в нем, конечно, маловато, но он не дурак.
- А Херб исповедует ненасильственные меры противления, - заявила Донна. - А через год, когда ему исполнится восемнадцать, он собирается сжечь свою призывную карточку.
На девочек это произвело впечатление. Сжечь свою призывную карточку это еще круче, чем носить нож и заниматься карате.
- А что Херб будет делать, если на тебя кто-нибудь набросится на темной улице? - поинтересовалась Мишель.
Донна задумалась.
- Убежит? - не сдавалась Мишель.
- Думаю, что он будет защищать меня, - сказала Донна. - Он не будет драться с полицейскими, а с убийцами и хулиганами - будет.
- А меня защитит Шальной Дедди, - заявила Барри.
- О, Шальной Дедди, Шальной Дедди, - сказала Донна. - Да его просто нет. Он не существует. Он лишь звезда. Почему ты не заведешь себе настоящего парня?
- Терпеть не могу эти два квартала с автобусной остановки до дома, сказала Барри, чтобы сменить тему разговора. Она не любила, когда девочки начинали относиться к ней отчужденно. - Именно там убили эту девушку. Терпеть их не могу!
- Заведи себе парня, - не отставала Мишель.
- Я буду бояться его не меньше, чем хулиганов, - призналась Барри.
- Но почему? - изумилась Донна. - Тебе же не нужно сразу ложиться с ним в постель. Я же не сплю с Хербом, и он от меня этого и не ждет. Я вообще с этим делом собираюсь подождать до двадцати одного года.
- Ты думаешь, что сможешь? - спросила Мишель.
- Конечно.
- Я не занимаюсь этим с Джонни, потому что не люблю его. Но если бы я любила его так сильно, как ты любишь Херба, я бы не утерпела.
- Меня вообще секс не очень волнует, - ответила Донна. - Мне нравится Херб, но я не хочу с ним спать. Не хочу!
Разговор переключился на девочку, которая решилась переспать со своим парнем, а потом поделилась своими ощущениями с лучшей подругой, заядлой сплетницей. Теперь об этом знали все. Все решили, что она поступила не скромно, особенно учитывая, что мальчик не любил ее. Идти на такой риск можно лишь в том случае, если тебя действительно любят. А иначе оказываешься в глупом положении. А один из учителей рассказал о той девочке ее матери, и пообещал, что девочка собьется с пути, если мать не будет как следует за ней смотреть. Какой кошмар! Только представить себе как учитель беседует о тебе с твоей матерью как о подопытном кролике! Как унизительно!
- Девушка всегда в проигрыше, - заявила Барри. - Если у нее есть мальчик, то он требует, чтобы она занималась с ним любовью. А если у нее нет мальчика, то кто же ее защитит, когда она возвращается из школы домой?
- А почему ты не попросишь брата встречать тебя у автобусной остановки? - спросила Донна.
- Русти? Ты шутишь? Он вообще ни о ком не думает, кроме себя и свиньи, с которой он встречается.
Никто не предложил Барри попросить отца встречать ее после школы. Об этом даже помыслить никто не мог. Отец, ждущий тебя на остановке, еще хуже, чем быть убитой воображаемым насильником.
- Хотя, знаешь, я даже представить себе не могу, что бы кто-нибудь захотел тебя изнасиловать, - заявила Мишель, с критическим видом разглядывая неразвитые формы Барри.
Девочки принялись листать последние журналы, посвященные прическам. Но Барри в это время думала о куда более серьезных вещах. Мир был полон насилия! Людей убивали прямо на улице, полицейские избивают молодежь во время мирных демонстраций протеста, войны, бомбы сбрасывают прямо на детей, а чудак, который сжег самого себя перед зданием ООН! А дети, не намного старше ее, которые покончили с жизнью всего лишь из-за плохих отметок в колледже. А сколько хиппи поубивали в Гринвич-Вилледж в прошлом году. Полицейские ищейки, горящие дома, люди с лицами, залитыми кровью... все обезумели. И именно в этот мир все так хотели поскорее ее выпихнуть.
Почему бы им всем не оставить ее в покое? И зачем нужно быстрее взрослеть? Чтобы попасть в этот глупый мир насилия? Если бы жизнь была похожа на шоу Шального Дедди, с его маленькими невинными друзьями и с ним самим - чудесным, добрым, любимым, привлекательным, лучшим, самым красивым мужчиной в мире. Она чувствовала себя такой беспомощной. Конечно, она хотела бы завести себе мальчика... но это должен быть только Шальной Дедди. Она так его любила и так ему доверяла. С ним жизнь будет именно такой, какой она должна быть: мирной, веселой, счастливой, полной любви. Когда-нибудь ей удастся с ним встретиться. Она взрослеет с каждым днем, и скоро перестанет быть девочкой, которую мужчины просто не замечают. Ей было так одиноко и грустно. Все ее "большие и умные" разговоры о самозащите были просто бравадой. Она не хотела быть одна. Она была такой маленькой. Иногда ей хотелось провести всю жизнь, сидя перед телевизором и мечтая о Шальном Дедди. А временами, как например сейчас, ей безумно хотелось быстрее стать взрослой, и по-настоящему познакомиться с ним, рассказать ему о своей любви и своих желаниях.
Она смотрела на своих подружек, уткнувшихся в модный журнал. Они Бог знает сколько времени проводили перед зеркалом, но все равно оставались маленькими прыщавыми девочками-подростками. Такими же как сотни других девочек. Все, кого она знала, были похожи друг на друга. Лишь она одна была другой. Она выглядела _и_н_т_е_р_е_с_н_о_. Она тоже часами сидела перед зеркалом и знала, что она выглядит интересно. Может быть когда-нибудь она встретится с Дедди и понравится ему. Ведь никто не говорил, что он женат. Может все ее мечты когда-нибудь сбудутся!
13
Сэм Лео Либра ненавидел лето, потому что летом жарко и люди потеют. Можно мыться хоть пять раз в день, и все равно не чувствуешь себя чистым. Он взял на прокат лимузин с шофером и кондиционером. В жаркой уличной толпе он проводил не более десяти минут в сутки. Остальное время скрывался в лимузине и все равно мечтал, чтобы лето быстрее закончилось.
Арни Гарни выступал в новом клубе в Рено. Отправить туда Лиззи на десять дней в роли своего эмиссара не составило ему особого труда. Она обожала валяться на солнце. С ней отправилась и Элейн Феллин с дочкой. Отношения между Элейн и Дедди ухудшились и Либра стал опасаться, что это неблагоприятно скажется на его работе. Поэтому он и решил услать Элейн куда подальше. Либра заронил эту идею в голову Лиззи: мол она должна помочь лучшей подруге отдохнуть от треволнений хотя бы десять дней, а то и больше, если потребуется. Он также выдал Лиззи пять тысяч долларов на азартные игры. Такой суммы должно было хватить ей на год. Сам Либра ненавидел азартные игры (кроме игр в бизнесе), но он глубоко уважал способности Лиззи. Она прекрасно знала, что делает и никогда не проигрывала.
Он чудно избавился от Лиззи! Он чудно избавился от Элейн! Ура, мирной холостяцкой жизни! Теперь он мог работать по двадцать часов в день. Скоро выйдет ночное шоу Шального Дедди, и если оно будет успешным, а оно будет успешным, то продлится и осенью. Поскольку записи шли в дневное время, у Элейн нет оснований обижаться на то, что ее не будет на премьере. В конце концов это - то же самое шоу, что и днем, только показанное ночью. Отзывы, как Либра и ожидал, были отличными. Взрослые зрители сочли его обаятельным и остро-сатиричным - прекрасным снадобьем от летней хандры.
Из Калифорнии поступали сообщения о съемках триллера с Сильвией Полидор, которые пророчили большие деньги от будущего проката. Либра уже подыскал ей кое-что новенькое. Правда, ему сообщили, что Сильвия стала перебарщивать со спиртным, но междугородные беседы с ней убедили его в том, что слухи сильно преувеличены. Он не винил ее за то, что она пьет прямо на съемках. Сценарий был дерьмовым, но Сильвия понимала, что это единственное, в чем она может сниматься, а деньги она уважала не меньше, чем любая другая женщина.
Роль Мерелин Монро Бонни не досталась. Девушка отнеслась к этому на удивление спокойно. Она была послушным ребенком. И Либра сильно привязался к ней. Она хорошо себя вела, и жизнь с Джерри явно пошла ей на пользу. Либра еще раз похвалил себя за тонкое чутье. Он читал другие сценарии, подыскивая ей что-нибудь подходящее, и знал, что в течение года ему удастся запустить Бонни на орбиту. Бонни занималась в актерском классе постановкой голоса. Теперь уже никто не мог догадаться, что она - парень. Ее грудной голос был прекрасен. Он напоминал Либре молодую Джун Аллисон.
Силки Морган, по отчетам Саймона Будапешта, тоже преуспевала. И она уже подписала контракт на многообещающий мюзикл "Мавис!" - историю чернокожей девчонки из трущоб, которая, вытянув счастливый билет, стала членом конгресса США. Сценарий - кусок дерьма, но Дик Девере сделает из него конфетку, используя свои телевизионные психоделические приемчики. Мюзикл обещал стать свежим и злободневным.
"Шелка и Сатины" превратились в настоящую золотую жилу. Они постоянно приносили большие деньги, так что Силки будет делать с ними новые записи несмотря на свое участие в шоу. С шоу никогда нельзя быть уверенным - в нем может быть все, и тем не менее оно может провалиться. Если же его ждет успех, тем лучше для группы. У девиц случилась истерика, когда они узнали, что Силки одна будет выступать в шоу, но Либра запустил в действие парочку угроз и быстро привел их в чувство. Теперь они все были богаты. На каникулы они пригласили своих многочисленных родственников в Нью-Йорк. Либра хохотал как полоумный, разглядывая это сборище в норковых палантинах, усыпанных блестками, перьями и бриллиантовыми брошками. Они ходили по ночным клубам и развлекались вовсю. Теперь, когда они разгуливали как разбогатевшие на нефти индейцы, их начали осаждать благотворительные организации, требуя пожертвования, что они встречали недоуменными взглядами.
- Какая благотворительность? - заявила Тамара, выступая от лица остальных. - Мы еще даже всех своих братьев и сестер не успели в школу пристроить. Наши семьи - вот наша благотворительность.
- Вы не должны винить их, - пыталась объяснить Силки Либре. - У нас ничего не было. И теперь мы работаем на себя. Мы будем беспокоиться о чужих лишь когда свои собственные семьи достойно устроим. Кто к нам был милосерден, когда у нас не было ничего?
Франко запустил в производство коллекцию "Радость". Она оказалась еще более гротескной, чем первоначальный замысел. Она должна была изменить облик высокой моды к осени и Франко был в восторге. Фотография Фред в новом парике и в одежде с накладными плечами появилась на обложке журнала "Вог", и каким-то образом изысканной Фред удалось в этом выглядеть так, что женщины могли всерьез захотеть походить на нее. Фред могла надеть бочку и выглядеть в ней элегантно. Либра так и не смирился с тем, что ему не досталась Фред, зато он был благодарен ей за Бонни и не сердился, а лишь иногда ощущал обиду и разочарование.
Чертова Фред выскочила замуж за своего фотографа и грозила забеременеть и отойти от дел. Это Либры не касалось - она не была его клиенткой. Он желал ей добра и хотел лишь одного, чтобы она дождалась осеннего показав мод и не потеряла до этого времени форму. Она обещала подождать лишь потому, что они с мужем собирались купить загородный дом и им нужны были деньги.
Мистер Нельсон для бродвейского шоу Силки создал пятьдесят различных париков. А расценки за поиск индивидуального стиля и стрижку в своем салоне поднял до сотни долларов. Либра счел это жуткой махинацией, но это не мешало светским дамам записываться к нему за несколько недель вперед.
Сняться в кино предложили и Шадраху Баскомбу, если он надумает уйти с ринга. Все клиенты Либры обладали магической властью. Так и должно было быть. Мир просто обожал их. Даже Зак Мейнард, болтавшийся по Испании с богатой замужней наследницей, вернулся, благоухая как роза, и тут же получил приглашение на роль актера, разъезжающего по Испании с замужней богатой наследницей.
"Кинг Джеймс Вершн" Либра послал в Лондон, где они имели грандиозный успех. Они сменили репертуар и теперь исполняли религиозные песни в ритмах рока. Их шлягер "Рок веков" стала второй в английских хит-парадах, что было экстраординарным событием для американских групп. Всю первую сторону их нового альбома планировалось посвятить точному воспроизведению библейского текста Песни Песней Соломона, и Либра знал, что они покорят мир. Тексты были классные.
Лишь один человек вызывал беспокойство Либры - Джерри. Она совсем сникла, лицо осунулось. Конечно, это было связано с Диком. Либра с самого начала предупреждал ее, но она не слушала. А теперь и ее постигла участь других девочек. Либра сердился на Дика, потому что он уважал Джерри и она была не той девочкой, которая заслуживала подобного обращения. Либра испытывал к ней некое подобие отцовских чувств. У нее были рыжие волосы, какие могли бы быть у его собственной дочери, и у нее были мозги, как у самого Либры. Она была умной, энергичной и доброй девочкой. У нее было чувство юмора, и она прекрасно знала, когда уместно промолчать. Бонни и Силки души в ней не чаяли. Даже Лиззи ее любила. Джерри все больше и больше времени проводила в офисе. Либра конечно приветствовал это. Но он прекрасно понимал, что причина - бегство от Дика, или от его отсутствия; а вовсе не преданность работе. Либре очень хотелось, чтобы Джерри бросила Дика. Он бы и сам за ней приударил, не отдавай это для него привкусом инцеста. Джерри заслуживала больше, чем простая посредственность. Дик был конечно лучше обычной посредственности, и все же представлял из себя никчемного человека. О Джерри нужно было заботиться, ее нужно было возить на выходные к морю или еще куда-нибудь. Она этого заслуживала.
Девизом жизни Либры был лозунг: "Пусть хромой позаботиться о слепом". Поэтому, однажды утром, пребывая в эйфории после бодрящих инъекций Ингрид, он позвонил Шальному Дедди и объявил тому, что он теперь летний холостяк. И поэтому вместо того, чтобы болтаться по городу в поисках очередной крошки, он должен поехать на побережье, на виллу Пенни Поттер. Дедди перепугался.
- За тобой присмотрит Джерри, - успокоил его Либра. - Она тебе понравится. Поедете на моей машине. Тебе даже не придется сидеть за рулем. Пенни тебе перезвонит. - Он повесил трубку, чтобы не слышать дальнейших протестов Дедди. Затем он позвонил Пенни, которая была счастлива принять у себя в доме любую знаменитость. И в последнюю очередь Либра сказал об этом Джерри.
Джерри восприняла это сообщение без особого энтузиазма, но согласилась. Она просто не выносила Сливки Общества, но Шальной Дедди ей нравился. И Либра мог сказать со всей определенностью, что она испытывала облегчение от того, что была избавлена от необходимости решать, проводить или не проводить выходные с Диком или в ожидании его появления - Либра не знал точно, на какой стадии находятся их отношения.
- Мне взять с собой Бонни? - спросила она. - Она любит бывать за городом.
- Это побережье, - ответил Либра. И я не хочу, чтобы она загорела. А если ее держать на вилле, то ей придется пить со всеми этими пижонами. Пусть лучше остается дома, если ты, конечно, думаешь, что мы можем ей доверять.
- Конечно можем, - сказала Джерри. - Я ей доверяю. И она будет очень рада, узнав, что мы доверяем ей настолько, что оставляем одну. Это же будет в первый раз. Ей это должно пойти на пользу.
- Отлично, - сказал Либра. - Ты свободна. Я - в спортзал.
Но в спортзал он не пошел. На полпути он переменил решение и отправился в магазин Генри Бендела. Его любила Лиззи. Он купил соблазнительное бикини, прозрачную рубашку, модный костюм с шортами, пуловер с короткими рукавами и очаровательную блузку для Джерри, расплатившись наличными, и отослал ей подарок на дом. Ему было неловко вручать его лично. На карточке он написал:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41