А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 



Виталий БОДРОВ
"Хоббит, или Туда-сюда-обратно"
Глава 1 Нежданные гости
Жил-был один хоббит, а с хоббитами это иной раз случается. Наш хоббит был весьма состоятельный хоббит, и считался очень почтенным семейством, но не потому, что был богат, а потому, что фамилия у него была — Бэггинс.
Кстати, о птичках. Хоббиты народец мелковатый, они даже ниже гномов, которых, несмотря на повышенную бородатость, высокими называют немногие.
Бороды у хоббитов нет, но если начать перечислять все, чего у хоббитов нет, то список потянет на две-три Алых Книги, как минимум.
Волшебного в них тоже, в общем-то, ничего нет, если не считать волшебным умение быстро и бесшумно исчезать со всякого рода вещичками, а также втискивать в пусть даже толстенькое брюшко жуткое количество грибов, пива и прочих кексов.
Согласно лингвистическим изысканиям, хоббиты суть гибрид человека и кролика, если верить теории товарища Дарвина (которой лично я верить не собираюсь), они произошли от обезьян, а судя по манере одеваться (желтое и зеленое), они явно имели в предках канареек.
Башмаков хоббиты не носят по причине нестандартного размера подошвы, теплого климата и изрядного количества меха на нижних конечностях. Поэтому, холодными зимними вечерами, хоббиты, сидя у камина, проклинают все три причины, а также нехватку денег на новую обувь (к слову: деньги хоббиты тратят как раз на те самые грибы, пиво, кексы, которые затем втискивают в толстенькие брюшки в офигенных количествах, что можно считать, а можно и не считать волшебным умением).
Звали хоббитов преимущественно Бильбами, хотя иной раз встречались и другие имена.
Вот и над дверью нашего хоббита висела дубовая с золотой каемочкой табличка:
Бильбо Бэггинс, взломщик.
Так вот, жил себе этот хоббит почтенной наружности без забот, как вдруг надумал он однажды покурить трубочку. Правду говорит Минздрав о вреде курения! Если бы Бильбо знал заранее о последствиях, он бы сразу бросил эту вредную привычку. А так, он спокойно вышел на крыльцо, наплевательски начхав на все предупреждения Минздрава.
A тут, как назло, мимо проходил Гэндальф, уже третьи сутки сидевший в кустах в ожидании этого момента.
Так что, в то утро ничего не подозревавший Бильбо, увидел старика с посохом, в рваной толстовке на голое тело и в кожаной кепочке.
Интуиция сразу сказала Бильбо, что это наверняка Гэндальф, или в лучшем случае, Саруман какой-нибудь. Но Бильбо ей не поверил. Даже разглядев на груди старика плакат с надписью «Гэндальф. Маг и чародей» , Бильбо продолжал сомневаться, боясь обидеть подозрением возможно хорошего человека.
— Привет! Я — Гэндальф! — представился старик.
«Разыгрывает!» — догадался Бильбо.
И только когда колдун ножиком стал вырезать на ближайшем дереве нецензурное слово, Бильбо окончательно смирился с тем, что тот и вправду Гэндальф.
Если бы Бильбо знал хотя бы четверть того что, знал о себе Гэндальф (а Гэндальф знал только малую толику того, что о нем рассказывали), он бы сразу подался в эльфы или утопился бы в тазике для бритья (ног). А так, он отделался легким обмороком на пару часов.
Когда же он очнулся, его столовое серебро оказалось безвозвратно украденным, в чем Гэндальф тут же усмотрел происки Врага и Лякошель-Торбинсов…
— Доброе утро! — сказал Бильбо, очнувшись.
Гэндальф поглядел на звезды и отметил про себя присутствие у хоббита здорового чувства юмора.
— Доброе утро! — повторил Бильбо, пуская колечки дыма из давно погасшей трубки, на что Гэндальф резонно заметил что шутка несколько затянулась.
— Славный домишко, — небрежно сказал Гэндальф, оглядев шикарную виллу, известную под названием «Круча-над-Торбой» или «Крутая Торба».
— Да что вы, так, жалкая нора, — смущенно ответил Бильбо.
Эта крылатая фраза и дала начало байкам о том, что хоббиты, дескать, живут в норах.
— О, а что это там за шаги такие на лестнице? — спросил вдруг Гэндальф и, пока Бильбо прислушивался и раздумывал, где же здесь лестница (а в Хоббитании вообще мало кто знал что это за штука такая), колдун прошмыгнул в дом и сожрал все кексы до которых успел добраться.
«Уж не хоббит ли он часом?» — встревожился Бильбо, хотя борода Гэндальфа доказывала обратное.
— Есть дело, — прочавкал колдун, — надо сфеанорить кучу золота у одного дракона.
К драконам Бильбо относился с прохладцей, а точнее вовсе не относился.
— Надеюсь, не Глаурунг какой-нибудь? — поинтересовался он.
— Что ты, что ты, — возмутился Гэндальф. — Смог его фамилие. Не слыхал?
Бильбо взял с полки том «Большой Советской Энциклопедии» и посмотрел на букву «С».
— Ага, есть Смог. «Смог, дракон. Обладает крупнейшим состоянием в золоте, баксах и драгоценных камнях. Имеет жилет из бриллиантов с дыркой на левой стороне. Количество голов — одна. Семейное положение — холост. Партийность — партия любителей гномов. Характер — нордический. Судимостей и приводов не имеет». Ничего удивительного, — добавил Бильбо от себя. Посмотрел бы я на шерифа, рискнувшего арестовать дракона.
— Хорошо, — добавил Бильбо тоже от себя, но уже для Гэндальфа, — этим и займемся.
Уж больно ему хотелось сплавить надоедливого мага, пока тот не добрался до пива. Однако Гэндальф пиво уже учуял, и уходить явно не собирался.
— Доброе утро вам, — добавил хоббит враждебно, потянувшись за бейсбольной битой, и Гэндальф понял, что, во-первых, он здесь лишний, а во-вторых, пива ему не обломиться. Поэтому он поспешил уйти, пока Бильбо ему еще чем-нибудь не добавил.
Выйдя за порог, колдун занялся привычными делами: нацарапал на двери тайный знак непристойного содержания, с удовольствием потоптался на цветочной клумбе, спилил Праздничное дерево, нагадил на крыльце и пошел искать пиво в другом месте.
Бильбо же понял, что Гэндальфа теперь не отвадить и ночь потратил на установку волчьих ям и ловушек в стиле а-ля Рембо.
Лирическое отступление.
Кстати, о гномах. Гномы, конечно, повыше хоббитов, но на этом внешнее сходство между ними и заканчивается. Борода у гномов есть. Кроме этого, у гномов ещё много чего есть, но об этом в другой раз. Волшебного в них ничего в общем-то нет, но пиво они любят до безумия. Первого гнома Дарина создал Ауле. Торин же первым гномом не был. И даже вторым не был.
Никто точно не знает, сколько гномов собрались в поход за сокровищами. Известно, что к дому Бильбо добрались лишь двенадцать. Количество сгинувших бесследно в коварных ловушках никому не ведомо. Полагают, что в Нандухирионской Битве погибло все-таки больше, а во Второй Мировой Войне еще больше.
Гэндальфу тоже досталось. Сначала его едва не забодала свинья, потом он попался в капкан, прищемил бороду дверью, уши — окном и наступил в собственное дерьмо, испортив кроссовки фирмы «Найк». Со злости обложил гномов по-мордорски, те радостно похватали секиры и едва не устроили колдуну «Казад ай мену». Но все обошлось. Гномы сосчитали сами себя, и вместе с Гэндальфом их набралось ровно тринадцать штук.
Понятно, что чем идти втринадцатером, лучше уж вообще не ходить, но почему гномы решили взять с собой еще и Бильбо вместо того, чтобы просто утопить Гэндальфа — сие загадка великая есть.
Когда вся тусовка завалилась к хоббиту, у того слегка поехала крыша. Гномы все были в плащах, но на голове носили модные в то время индейские кепарики из орлиных перьев. Дори, Ори и Нори понавтыкали перья даже в бороды, а Оин с Глоином эти самые бороды заплетали в косички.
Вообще, вся тусовка дико напоминала хиппанов, если бы не панковский фиолетовый гребень толстяка Бомбура и увешанные цепями Бифур с Бофуром.
— Поиграем в саранчу! — предложил Гэндальф, и гномы ломанулись на халявный хавчик.
Бильбо поплелся за ними, сожалея о том, что не успел начинить кексы крысиным ядом.
Набив желудки, гномы пожелали принять участие в уборке.
— Бейте тарелки, бейте розетки,
Вилки тупите, гните ножи,
На фиг бутылки! К Эру салфетки!
Будет порядок — только скажи!
— пели гномы, а у них, как известно слова с делом не расходятся. Короче, не успел Бильбо оглянуться, как остался без посуды, а на осколках удобно расположился Гэндальф, возомнивший себя йогом.
Вылакав пиво, гномы решили устроить рок-сэйшн и забренчали на арфах буги-вуги.
Бильбо, злобно ворча, вытирал пол кепкой Гэндальфа и посыпал осколками обувь гостей.
Гномы орали что-то типа «За материк, на Магадан уйдёт последний караван». Торин Оукеншильд, по прозвищу «Дуб со Щитом» (или вроде того), пьяно рыдал и сморкался в скатерть.
Глядя на всё это, хоббит почувствовал, как в нём рождается любовь к прекрасным вещам. В частности, тем вещам, что лежали в карманах гномьих плащей.
Не буду пересказывать всё, что было сказано о золоте, Одинокой Горе и драконе. Всё равно цензура этого не пропустит. Свою порцию мата получил и Гэндальф, а также покойный Тингол — за Наугламир. Сомневаюсь, впрочем, что его это сильно взволновало.
— Да о чём тут говорить, дело-то пустяковое, — сказал Бильбо. — Всего-то и нужно — дойти и забрать сокровища. Идти только лениво в такую-то даль. Давайте вот как сделаем — вы притащите сюда дракона, а я отберу у него золото. Ну, что скажете?
Из того, что сказали ему гномы, Бильбо догадался, что идти ему всё же придётся и, возможно, куда дальше Одинокой Горы.
— Ладно, — сдался, наконец, он. — Завтра и начнём.
Гномы дружно закричали «Ура!», «Барук Казад!» и «Аллах акбар!», Бильбо тут же назначили Главным Взломщиком, а также Почётным гномом, и хотели даже приклеить ему бороду, но он не дался.
Потом все уснули. Бильбо всю ночь снились кошмары (на улице Вязов) с Гэндальфом в главной роли. Проснувшись, он убедился, что кошмар продолжается и наяву.
Глава 2 Баранья нога
Бильбо живо вскочил, надел халат и пошёл в столовую. В доме не было ни души, за исключением тринадцати гномов и одного Гэндальфа. Бильбо понял, что могло быть и хуже. Например, если бы поутру он обнаружил одного гнома и тринадцать Гэндальфов.
«Аи на ведуи, дунадан!», — подумал хоббит, но в слух высказался гораздо приличнее.
— Доброе утро! — приветствовал хоббит гномов.
— Что, опять? — с ужасом воскликнул Гэндальф, которому всю ночь снились кошмары с участием Бильбо.
— Барук Казад! — вежливо ответили гномы.
— Как спалось?
— Казад Ай-Мену! — одобрили гномы.
Гэндальф, покуривая травку, тщетно пытался сообразить, где он находится и кто он, собственно, вообще такой. Разобравшись, где пол, где потолок, колдун осторожно обошёл люстру и вышел во двор, едва не свалившись в небо.
Гномы, с бодуна веселые и добрые, подарили хоббиту кепку и плащ-палатку.
— Да не выпадет шерсть на твоих ногах! — пожелал Торин Бильбо, и тот машинально поправил парик на левой ноге.
— Бильбо, а ты не забыл носовой платок? — вежливо осведомился Гэндальф собираясь в дорогу.
— Какие мелочи, — отмахнулся хоббит и высморкался в плащ колдуна. Гэндальф печально осмотрел изгаженный плащ, но промолчал.
Наконец, вся банда выступила в поход. Гэндальф немедленно потерялся. В дальнейшем, он терялся с завидным постоянством, и гномы втайне надеялись, что однажды он потеряется настолько удачно, что больше не найдётся. Однако со временем эти иллюзии рассеялись.
С исчезновением Гэндальфа, гномы тут же перессорились. Балин рвался в одиночку освобождать Морию, Ори, Нори и Дори требовали идти на эльфов с целью отнятия у них Наугламира.
Торин убеждал Балина, что в Морию идти нехорошо, что будь с ними Гэндальф, он в Морию ни за что бы не пошёл. Балин отвечал, что тем более, надо скорее в Морию, пока Гэндальф где-то шляется, авось, хоть туда он за ними не увяжется.
Торин говорил, что в Морию они не пойдут, потому что, во-первых, далеко, во-вторых, там лохи, а в третьих, барлоги растут на каждом шагу. Балин подумал и ответил, что нежели там и впрямь лохи, то ни в какую Морию он не пойдёт, ну её к Эру, эту Морию, жили без неё раньше, и ещё проживём, ежели, опять-таки, Гэндальф не объявится.
Ори, Нори и Дори, не найдя ни одного, даже самого завалящего, эльфа, тоже слегка поутихли и про Наугламир на время забыли.
Подошёл вечер, и гномам захотелось ужинать, а уж хоббит-то всегда был не прочь перекусить. И тут оказалось, что все съестные припасы исчезли вместе с Гэндальфом. Все дружно приуныли. Зная прожорливый характер Гэндальфа, никто не рассчитывал на то, что хоть малость останется.
— О, да у нас ведь есть Взломщик, — вдруг подозрительно обрадовались гномы, и Бильбо испугался, что его сейчас съедят.
— Пойдёшь сейчас и сфеаноришь у кого-нибудь что-нибудь съедобное, приказал Торин. — А заодно посмотришь, что там за деревьями светится, хотя я и так знаю, что это костёр с тремя троллями. Если всё будет в порядке (впрочем, я уверен, что это к тебе не относится), вернёшься сам, если нет крикнешь два раза петухом, шесть — свиньёй, два — сычом, четыре рыбой-иглой, один — филином и пять — драконом. Тогда мы хоть убежать успеем.
Бильбо хотел сказать, что сычом он кричать не умеет, да и рыбой-иглой как-то не очень, но постеснялся. Он потопал по лесу, распугивая грибы и лягушек. Темнота его немного пугала, Бильбо упрямо повторял про себя: «День придёт снова!» — и чувствовал себя немного Турином (а отчасти даже и Турамбаром).
Светлее от его слов почему-то не становилось, Бильбо то и дело спотыкался о пни, коряги, а однажды споткнулся даже об Гэндальфа, но в темноте этого не заметил. Гэндальфа же и трубы Страшного Суда не разбудили бы.
Лирическое отступление.
Троллей мелкими при всём желании не назовёшь. Бороды у них нет, из-за чего иные путают их с хоббитами. Впрочем, лично я таких не встречал. Едят тролли всё, но особенно уважают гномов.
Волшебного в них, прямо скажем, не много, но уж если треснет дубиной, мало не покажется.
Тролли сидели посреди поляны и готовили традиционное троллячье блюдо баранью ногу с чесноком. Правда, чеснока у них не было, зато бараньих ног хватило бы на стадо баранов (или на полтора голодных хоббита — на выбор).
— Как мне надоела эта баранина! — возмущался один тролль, которого иные именовали Томом.
— Съешь чёрной икры, — предложил другой, которого Том, в припадке гнусного настроения, обзывал Вильямом (за что неоднократно был бит — уж с этим у троллей не заржавеет).
— И чёрная икра надоела. А также вустрицы, ольмары, голубцы и шашлык в шоколаде. Мура это всё! Человечины хочу, или, там, гномятины, а на худой конец и Гэндальфа бы употребил, хотя мясо у него… с душком малость.
«Надо показать им класс!» — подумал Бильбо, имея в виду, конечно, кражу со взломом. Допив сфеаноренное пиво со сфеаноренным же гамбургером, он осторожно залез в карман к Вильяму, забыв о том, что карманы у троллей чистой воды западло.
— Привет! — сказал карман. — Как дела?
— Потому что, — ответил Бильбо вежливо.
— Хозяин — просто скотина, — пожаловался карман. — Тащит в меня всякую дрянь. Вчера вот змею дохлую положил. А она, может, заразная? Как бы не подцепить чего, а то заболею, весь дырками изойду. А ты, собственно, что за фитюлька такая?
Карман говорил громко, и Бильбо забоялся, что тролли его услышат.
— Тсс! Хоббит, — сказал он шёпотом. Я — взломщик.
— Караул! — завопил карман. — Хозяин, грабют! На помощь!
Тролль сцапал Бильбо быстрее, чем тот успел притвориться кактусом.
— Ладно, качок, — сказал Бильбо спокойно. — Ну, поймал ты меня, и что дальше?
— Это что ещё за фитюлька такая? — удивился тролль.
— А это тсс-хоббит, — подсказал ему карман.
— Да ну? А с чем его едят?
— А я почём знаю? — возмутился карман. — Эй ты, фитюлька, с чем тебя едят?
— Меня не едят, — возмутился Бильбо. — А с чем не едят, я вам не скажу, тем более анчоусного варенья у вас всё равно нет.
Под шумок, он успел три раза крикнуть петухом, шесть — свиньёй, один филином и пять — драконом. Но вот сычом он крикнуть не сумел, да и рыбой-иглой как-то не очень, вот гномы и решили, что всё в порядке.
— Да тут и мяса-то нет, — пожаловался Вильям. — И волосы с ног очищать заскребёшься.
— А может тут ещё такие есть на халяву? — поинтересовался Берт. — Эй, ты, много вас тут ещё?
— Я уникален, — с достоинством ответил Бильбо. — И кстати, хоббиты занесены в Красную Книгу Крола и Западных Пределов. Так что, вам со мной лучше не связываться.
— Ну его к лешему, давай отпустим, — забоялся Вильям.
— А если он нам глотку во сне перережет? — забоялся Берт. — Знаешь, что об этих хоббитах рассказывают? Хороший хоббит — сытый хоббит, вот только сытого хоббита никто до сих пор ещё не встречал…
— Я — сытый хоббит, — поспешно вставил Бильбо. Тут ветер донёс до него запах бараньего шашлыка, и он добавил:
— Впрочем, буду рад угоститься кусочком этой бараньей ноги.
Мрачные тролли хмуро смотрели, как Бильбо уничтожает их припасы.
— Зато живыми остались, — порадовался Том.
— Ещё не утро, — мрачно указали ему.
По этому поводу тролли решили подраться. Бильбо тем временем очистил их кошельки, доедая на ходу второго барана.
1 2 3 4 5 6 7 8