А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Кажется, мы уже на месте.
Дорога, по которой мы ехали, была обсажена высокими деревьями. При свете молнии я заметил небольшую речушку, а на ее берегу купол церкви.
Машина остановилась. Шофер выключил фары. Нас снова окутала темнота, которую время от времени разрывали вспышки молний.
– Ну и погодка, – пробурчал Дальтон. – Но отступать уже поздно. Все готовы?
– Что надо делать? – спросил я. – У тебя есть какой-то план?
– Прежде всего надо попасть в дом, а там будем действовать по обстоятельствам.
– Тогда пошли.
– Погоди. Господин 53, все готово?
– Да, господин Дальтон.
Он вытащил из-под сиденья нож и огромные перчатки.
– Что это еще такое? – спросил Данблез.
– В саду собака…
– Какая собака?
– Садовник держит весьма неприятного сторожа – огромного злющего пса.
– Вы собираетесь прикончить его ножом?
– Придется.
– А если он залает? – спросил я.
– Несомненно, залает, но выстрел поднимет на ноги всю округу.
– Что я должен делать?
– Следовать за мной и повиноваться.
– А я? – поинтересовался старик.
– Вы, господин Данблез, подождете нас здесь.
– Нет уж! Я не собираюсь торчать в автомобиле!
– Не будем спорить, – примирительно сказал Дальтон. – У меня есть убедительнейшая причина просить вас остаться здесь, господин Данблез. Вы не в состоянии следовать за нами.
– Это мы увидим.
– Вы не сможете взобраться на стену.
– Вы мне поможете.
– Вы не сможете бежать.
– Если понадобится – смогу.
– Вы можете погубить нас.
– Не волнуйтесь, я умею молчать. Я вас не выдам.
– Ладно, тогда поживей.
Агент достал из багажника галоши и резиновые перчатки. Мы торопливо надели их.
– Пусть теперь вся полиция Парижа изучает наши следы и отпечатки наших пальцев, – засмеялся Поль.
– К тому же гарантия, что мы не простудимся, – саркастически заметил Данблез.
– Вперед, – сказал Дальтон. – Веревка на месте?
– Да, – ответил агент.
– Следуйте за мной, только тихо.
Мы пошли гуськом. Впереди Дальтон, за ним Ренэ Данблез, потом я. Замыкал шествие господин 53.
Гроза тем временем кончилась. Время от времени еще раздавались громовые раскаты, но дождь прекратился.
Мы медленно шли по тропинке, хлюпая по лужам. То и дело кто-нибудь из нас спотыкался и проваливался в грязь. Данблез ворчал.
Глаза понемногу привыкали к темноте. Я уже различал впереди контуры построек. Тропинка вилась вдоль высокой стены.
Наконец Дальтон остановился.
– Здесь в стене есть маленькая калитка в сад, но она заперта. Главные ворота – в противоположной стороне. До дома отсюда примерно метров пятьдесят, – прошептал он. – Господин 53, вы взберетесь на стену, а мы пойдем вдоль стены до угла. Когда вы окажетесь в саду, дерните за проволоку. Она соединена с колокольчиком. Я думаю, что тихий звон не разбудит слугу, но собака его услышит. Вероятно, она здесь, в саду. Постарайтесь расправиться с ней поскорее. Хотя странно, почему пес до сих пор нас не учуял. Но будьте крайне осторожны. Эта тишина меня весьма тревожит… Как только прозвонит колокольчик, мы влезем на стену и присоединимся к вам.
Агент вскарабкался на Стену и исчез.
– Пошли, – сказал нам Поль.
Мы двинулись вдоль стены. Вокруг по-прежнему было тихо и темно.
Вот и угол. Но здесь стену от тропинки отделял ров, полный воды.
Я вымок до нитки и дрожал. А каково же несчастному старику? Но он без жалоб шел за нами следом, время от времени ворча что-то себе под нос.
Дальтон остановился.
– Теперь послушаем. Прошла минута, пять, десять…
– Что-то слишком долго, – прошептал Поль.
– Быть может, мы не слышали?
– Собаку-то?
В то же мгновение что-то шлепнулось Дальтону на голову. Он чертыхнулся. Я схватил его за руку.
– Тсс… – прошептал Поль. – Чем это меня стукнуло? Булыжником, что ли?
Он опустился на колени и принялся шарить по траве.
– Камень! – пробормотал Дальтон. – Кому это взбрело в голову кидаться камнями?
Второй камень упал на землю неподалеку от нас.
– А! – догадался мой друг. – Это господин 53 подает нам знаки. У парня, однако, тяжелая рука. Тем хуже для него – я отвечу тем же.
Он перебросил камень в сад. В ответ послышался тихий свист.
– Все в порядке! То ли он бесшумно прикончил этого чертова пса, то ли собаку вообще не выпускали в сад. Все это мне не очень нравится. Ладно, нагнись-ка!
Поль взобрался мне на плечи.
– Господин Данблез, вы еще не передумали следовать за нами?
– Нет.
– Хорошо. Валлорб, ты поможешь господину Данблезу.
Я поднял старика, как пушинку, и передал его Дальтону, который, сидя на стене, вглядывался в темноту. По ту сторону стены его подхватил господин 53.
Я медлил. Как взобраться на эту проклятую стену? Нашарив какой-то выступ, я начал карабкаться. Дальтон, уцепившись за гребень стены руками, свесил ноги, и с его помощью я влез на стену, точно по веревке.
– Собаки нет? – спросил Дальтон, когда мы оказались в саду.
– Нет, – ответил агент.
– Плохо…
– Что тебе не нравится? – удивился я.
– Я боюсь ловушки. Не люблю слишком легких дел. Держите револьверы наготове, но без моего приказания не стреляйте.
Мы двинулись к дому. Впереди шел Дальтон, всматриваясь в чернеющие кусты и замирая при каждом шорохе. Ветер разогнал тучи, и ночь уже не казалась такой темной.
Свет в доме не горел, ставни закрыты. Было похоже, в нем никто не жил. Поль сделал нам знак остановиться. Он осторожно подергал запертую дверь, заглянул в окна, обошел фасад. Вид у него был недоумевающий.
– Должно быть, в доме никого нет, – тихо сказал Данблез.
– Исключено, – покачал головой Дальтон.
– Там должен быть по меньшей мере слуга, – добавил агент.
– А где же собака? – спросил я.
– Странно, что ее нет, – ответил Поль. – Но если слуга спит и ничего не подозревает, незачем будить его. Мы можем управиться без шума… Когда убили капитана, он ничего не слышал.
– Но тогда все окна первого этажа были открыты, – сказал господин 53.
– Верно… Ума не приложу, как нам пробраться в дом.
– Быть может… – начал Данблез.
– Вы знаете способ?
– У меня есть идея…
– Ну?
– Здесь должна быть лестница… Посмотрите на стену. Мы дружно задрали головы. Действительно, было видно, что полстены дома выкрашено другой краской.
– Понимаю, – сказал Дальтон. – Дом перекрашивают.
– Верно, – кивнул Данблез. – И здесь должна быть лестница.
– Наверное, она под навесом, – предположил агент.
– Ступай с ним, – сказал мне Дальтон. – Да поторопитесь.
Мы бросились под навес. Там и правда лежала лестница, довольно длинная – метров шесть или семь. Мы приставили ее к стене так, чтобы верхний конец пришелся под окно второго этажа. Господин 53 полез первым. Но сможет ли он справиться со ставнем?
Дальтон успокоил меня.
– Он специалист. И ставень, должно быть, запирается не хитро.
Действительно, все оказалось очень легко. Чуть слышный треск, и ставень поддался. К счастью, окно за ним было открыто. Дальтон взобрался по лестнице. За ним следовал я.
– Ступайте, ступайте, – сказал Данблез, когда я предложил помочь ему. – Я еще не настолько стар, чтобы не взобраться по приставной лестнице.
Я перелез через подоконник и хотел протянуть старику руку, но раздумал, боясь рассердить его.
Данблез стал на последнюю ступеньку лестницы и шагнул на подоконник. Внезапно он покачнулся, теряя равновесие, ухватился за раму и, прежде чем я успел подхватить его, тяжело свалился в комнату. В ночной тишине грохот от падения, казалось, сотряс дом.
И что еще хуже, Ренэ Данблез зацепил ногой лестницу. Она съехала со скрипом по стене и рухнула на груду досок под окном. Они посыпались, как горох.
– Проклятье! – прохрипел Дальтон.
– Просто не повезло, – поднимаясь, сказал Данблез. – Незачем сердиться.
Дальтон еле сдерживался.
– Через минуту сюда прибегут все, кто есть в доме, а отступление отрезано!
Затаившись в темноте, мы напряженно прислушивались, но в доме по-прежнему было тихо.
– До земли невысоко, – шепнул я Дальтону. – Всего метров шесть.
– А старик? Он убьется.
– Кто-нибудь может спрыгнуть и приставить лестницу.
– Прыгать в незнакомом месте, на неровную почву? Это самоубийство!
– Что же делать?
Агент чиркнул спичкой и зажег свечу. Комната, в которую мы попали, была пуста. Пуста абсолютно. Со стен свешивались обрывки полусгнивших обоев в цветочек. Видимо, в ней давно никто не жил.
– Тем лучше, – сказал Поль. – Меньше придется осматривать.
Он повернулся к агенту.
– Послушайте, что там в коридоре.
Господин 53 подошел к двери, прижался ухом к замочной скважине и долго слушал.
– Никого, – наконец сказал он.
– Открывайте, – приказал Дальтон, снова доставая револьвер.
Агент распахнул дверь.
Свеча бросала неясные тени на стены широкого коридора. Мы напряженно всматривались и вслушивались. Никого. Внезапно раздалось какое-то поскрипывание.
– Внимание! – шепнул господин 53.
Лестница в конце коридора вела на первый этаж. Мне казалось, что звук доносится оттуда. С минуту мы ждали, но никто не появлялся.
Поскрипывание смолкло.
Дальтон задул свечу и двинулся по коридору. Но не успел он сделать несколько шагов, как я услышал шепот. Да, внизу кто-то переговаривался. Затем раздался глухой стук, точно от падения тела. Затем снова поскрипывание, и снова тишина. Мы замерли.
– Ну, – прошептал я Полю, – что будем делать?
– Не знаю.
– Время идет.
– Да, в доме знают, что мы здесь. В этом нет сомнения.
– Быть может, они не решаются напасть на нас? Тогда лучше напасть первыми…
– Нет, – ответил Дальтон, подумав. – Наша цель – обыскать опечатанные комнаты. Если на нас нападут, мы будем в более выгодном положении, чем если нападем сами.
– Но нас могут захватить врасплох.
– Нет.
Дальтон взял агента под руку и что-то зашептал ему на ухо. Затем сказал мне и Данблезу:
– Господин 53 останется на страже у лестницы. Если он услышит, что по ней поднимаются, он свистнет. Если на него нападут, он будет стрелять. А мы в это время будем работать.
Пока свеча горела, мы успели заметить расположение комнат. Широкий коридор разделял второй этаж. С одной стороны была комната, в которую мы попали, и еще одна, очевидно, тоже пустая, так как дверь в нее была приоткрыта. По другую сторону коридора также было две двери, но опечатанные.
Поль повел нас с Данблезом к дальней от лестницы комнате. Не испытывая, в отличие от меня, угрызений совести, он сорвал печать и толкнул дверь. Она поддалась.
– Чудесно, – прошептал Поль, – дверь даже не заперли на ключ.
Я хотел закрыть ее.
– Не надо, – сказал он, чиркая спичкой. – Чего нам бояться?
Дальтон зажег свечи, которые стояли на камине в безобразных подсвечниках, но прежде осмотрел их. Затем занялся стенными часами. Их он осматривал дольше. Результат выразился в груде небрежно брошенных на камин колесиков и пружин.
Поль даже засунул голову в камин. Чиркал спичками и что-то осматривал в трубе, а потом принялся обследовать очаг. В нем лежала кучка пепла. Было ясно, что здесь жгли бумаги.
Дальтон долго смотрел на пепел, качая головой. Взял горстку, перетер в руке, разворошил пепел, но по его виду было ясно, что ничего интересного для себя он не нашел.
– В камине сожгли бумаги, – констатировал он, поднимаясь. – Вряд ли капитан де Лиманду сжег свои бумаги до того, как его убили. Скорее всего, это сделал его убийца.
– А вы уверены, – спросил Данблез, – что не осталось не тронутых огнем клочков бумаги, по которым можно было бы составить представление о том, что сжигали в камине?
– Это я и пытался узнать, – пробурчал Поль. – Но убийца – человек осторожный. Он знал, что по сожженной бумаге иногда удается установить ее принадлежность, и переворошил пепел.
– Все же теперь мы знаем, – сказал я, – что убийце было нужно уничтожить какие-то бумаги.
– Это я и так знаю, – недовольно ответил Поль. – Ладно, не трогайте ничего, к чему я еще не прикасался, но проверяйте все, что я уже осмотрел.
Это была адская работа. Дальтон осматривал и ощупывал ковер, стулья, зеркала, картины на стенах, перебрал безделушки в шкафу за стеклом, переворошил комод, отвернул ножки ломберного столика. Только письменный стол и маленький секретер, оба запечатанные, оставались еще нетронутыми. Но дошла очередь и до них. Печати были сломаны, и Дальтон отмычкой открыл ящики. Тщетный труд – ничего!
Мы прошли в соседнюю комнату, где был убит капитан де Лиманду. Здесь полиция ничего не трогала. Только унесли труп (его положение было очерчено мелом на паркете), да следователь забрал с собой найденный возле убитого браунинг Жака Данблеза.
Снова та же работа. Дальтон продолжал поиски тщательно и упорно. Я, по правде говоря, был несколько разочарован. Казалось очевидным, что капитан де Лиманду не хранил свои секреты в спальне.
Когда кровать была обшарена, ковер сдвинут с места, стулья распотрошены, комод и шкаф обысканы, пришлось признать, что наше дело успехом не увенчалось. Данблез освещал эту сцену разрушения, держа в каждой руке по канделябру. Дальтон, сидя на корточках, все еще яростно перерывал белье.
– Ничего не поделаешь, пусто, – вздохнул он, поднимаясь. Пробили часы. Я тихо сказал:
– Поль, два часа.
– И ничего, ни следа! – сказал Дальтон. – Да, убийца – ловкий человек.
– Ты осмотрел карманы одежды? Может быть…
– Нет, – не дослушал меня Дальтон. – Нечего обольщаться. Убийца не оставил никаких улик.
– Но он забыл револьвер!
– Это-то меня больше всего и удивляет.
– Уходим?
– Да, – кивнул Дальтон.
В этот момент в коридоре раздался выстрел.
Мы с Полем бросились в коридор. Данблез, освещая нам путь, высоко поднял подсвечники.
У лестницы агент, прижавшись к стене, целился в темноту.
– Ну? – спросил Дальтон.
– Я был уверен, что они поднимаются.
– Напали?
– Нет, но…
– В таком случае нечего было стрелять.
– Если бы они хотели поднять шум, то давно могли бы выстрелить и сами. Мне кажется, что те, кто был здесь, покинули дом.
– Что?
– Они, наверное, отправились за подкреплением.
– Бежим! – заторопился Поль.
Он выхватил у Данблеза подсвечник и с револьвером в руке бросился вниз по лестнице. Мы последовали за ним, держа оружие наготове.
Дальтон распахивал одну дверь за другой. Никого! Дом был пуст.
Агент обследовал весь первый этаж. Одна из дверей не поддавалась.
– Выбейте ее, – приказал Поль.
После третьего удара замок не выдержал, дверь распахнулась. Комната, как и другие, оказалась пуста. Возле кровати стояла табуретка. На полу валялась простыня.
Внезапно Дальтон напрягся.
– Смотрите!
За кроватью что-то шевелилось.
– А! – нервно сказал агент. – Собака! Ее кто-то связал. Но почему она молчит?
– Уходим, быстро! – не дал нам опомниться Поль. – Они и правда отправились за подмогой. Все к выходу!
Увы, тяжелая входная дверь была закрыта на огромный железный засов.
– Господин 53! – позвал Дальтон.
Тот занялся дверью. Возился он недолго.
– Она заперта на ключ.
– Так отоприте!
– Без инструментов это невозможно.
– Высадите ее!
– Тоже невозможно. Она обита железом и укреплена.
– Черт! К окнам!
Но и здесь путь к отступлению оказался отрезан. Железные ставни, крюк и петля, в которую он входит, были оплетены проволокой толщиной в мизинец. Для того, чтобы снять ее, требовались инструменты и время.
Точно так же оказались закрыты все окна первого этажа.
Мы метались из комнаты в комнату. У каждого окна Дальтон тряс железные ставни, а агент хрипел от ярости. Тщетные усилия!
Я чувствовал, что катастрофа надвигается. Что же делать? Окна второго этажа находятся на высоте шести метров, и Данблезу не по силам выпрыгнуть, а Дальтон не покинет старика. Тут я подумал о лестнице. Вот он, выход! Надо выпрыгнуть из окна и приставить лестницу, которую неосторожно свалил Данблез.
Я бросился на второй этаж, перепрыгивая через ступеньки. Вот комната, через которую мы попали в дом.
Я выглянул в окно. В рассветном сумраке уже проступали очертания деревьев, скамеек в аллее сада, надворных построек. Но что это? Лестницы внизу не было. Последний путь отрезан! Те, кто заманил нас в ловушку, оказались людьми предусмотрительными. Они подумали и о лестнице. Они забрали ее.
Мгновение я колебался. Быть может, лестницу не унесли далеко?
Внезапно в комнату ворвался агент, ревя в восторге:
– Порох! Порох!
– Он схватил меня за руку и потащил в кладовку. Там Дальтон, стоя на коленях, торопливо насыпал порох в простыни и увязывал в пакеты. Охотничий запас капитана!
Я сразу все понял. Это последний шанс. Поль собирается взорвать нашу тюрьму!
Он спустился вниз и выбрал место: на кухне, у углового окна, там, где ставни казались менее прочными.
Я очень волновался.
– Взрыв, по-твоему, будет достаточно силен?
– Да.
– А дом не рухнет?
– Другого выхода у нас все равно нет…
Когда порох был уложен, Дальтон разрезал свечу, вытащил из нее фитиль и сказал:
– Запал готов…
Он приказал нам тащить в кухню все, что попадется под руку:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17