А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

– И он начал слезать с камня. Остальные остались стоять в недоумении.
– Великие Южные Брата на самом деле – часть горы, – авторитетно заявил Мортар. – Это гигантская каменная плита, которая открывается с помощью водяных колес, и, когда они закрыты, их невозможно отличить от горы.
– Интересно было бы посмотреть, – сказал восхищенный услышанным Огер.
– Мне тоже, – заметил Пестл.
– Не получится, – сказал Селквист. – Сожалею, но нам сюда. За мной!
Спрыгнув со скалы, он свернул с дороги и пошел в совершенно другом направлении. Стараясь не отставать, гномы шли за ним, их энтузиазм явно возрос. Никто из них раньше не видел Торбардина. Это была легендарная страна, воспеваемая в песнях, многие из которых, впрочем, имели печальный конец. И вот они здесь. Даже легенды не подготовили гномов к тому, чтобы воочию увидеть Врата, которые представляли собой склон горы. Можно только гадать, какие чудеса ожидают их внутри.
– Огромные города, больше Палантаса, и все внутри! – продолжил Мортар свою лекцию. – А еще там Древо Жизни Хайларов, гигантский сталагмит, где на двадцати восьми уровнях расположена столица Торбардина. А попасть туда можно на лодках, которые поднимаются веревками.
– Слушай, отдохни немного, – раздраженно заметил Селквист, подумав про себя, какого черта они взяли с собой этого всезнайку. – Это просто дырка в земле, вот и весь твой Торбардин. Этим он всегда был, этим и останется. Хватит болтать, вперед!
– А я однажды встретил гнома из Торбардина, – с тихой гордостью сказал Огер.
– В самом деле? И па что они похожи? – поинтересовался Мортар.
– Он думал, что его борода длиннее, чем у всех остальных, – ответил Огер. – Он называл меня дикарем и утверждал, что не понимает ни одного моего слова, хотя я говорю по-гномьи не хуже ее.
– Его, – поправил Мортар.
– Ну да, я и говорил, что это был он. Женщин я не встречал.
– Нет, правильно будет сказать «не хуже его».
– Кого его? – удивился Огер.
– Заткнитесь! – заорал Селквист.
Все замолчали. Через некоторое время перед ними возникла загражденная колючими кустами каменная стена.
– Ну вот, мы на месте! – объявил Селквист, ужасно довольный собой.
– Где? – спросил Огер.
– Другие Врата? – поинтересовался Пестл, уставившись на поверхность скалы, как будто ожидал, что в следующее мгновение в ней откроется проход.
– Вентиляционное отверстие, – сказал Селквист. – Вон там, за кустами.
Гномы посмотрели на колючий кустарник, и их энтузиазм поуменьшился.
– А почему оно должно быть там? – поинтересовался Огер.
– А где же ему еще быть?
– Ну, в том месте, куда проще попасть. Эти колючки выглядят очень острыми.
– А они и в самом деле острые. Прекрасная штука, правда? Как по-вашему, почему это отверстие до сих пор открыто? Если бы гномы Торбардина знали о нем, они бы давно заткнули его, как и все остальные.
– А может, они его не заткнули потому, что думали, что не найдется таких идиотов, которые полезут через терновник? – сказал Мортар в поддержку брата.
Селквист сделал вид, что не услышал этого замечания. Теперь он точно решил, что в следующий раз оставит Мортара дома.
Пестл достал топор и приготовился рубить кусты, но Селквист остановил его.
– Ни в коем случае! Никаких топоров! Мы должны оставить все как есть. Иначе хайлары узнают, что мы здесь были.
– Тогда как же, черт побери, ты собираешься попасть туда?! – проревел Пестл.
– Я там уже был, – холодно ответил Селквист. – Надо только быть немного поосторожнее и не хныкать из-за нескольких царапин.
Он достал пару плотных перчаток, поставил ногу на нижнюю ветку терновника, пригнув ее вниз, и начал пробираться сквозь кусты, раздвигая их руками. Упругая ветка хлестнула его по лицу, но он сдержал готовое сорваться с языка ругательство, чтобы не деморализовать своих спутников. Шаг за шагом он продвигался все дальше и вскоре увидел вентиляционное отверстие всего в метре перед собой.
– За мной! – приказал он.
– Как я устал постоянно это слышать, – прошептал Пестл своему брату.
– Смотрите, ничего страшного, – Селквист обернулся к своим спутникам, которые кряхтели и ругались, и теперь он понял почему. Селквисту с его жидкой бородой, прямыми волосами и хрупким сложением пробраться среди ветвей было достаточно просто. Его товарищи были коренастыми и широкоплечими, имели длинные густые бороды и курчавые волосы, которые сразу запутались в ветках и намотались на колючки. Создавалось впечатление, что они уже никогда не смогут освободиться.
– Вы хоть что-нибудь можете сделать нормально? – раздраженно поинтересовался Селквист.
Три пары глаз молча смотрели на него. Лица гномов заливала кровь. Поразмыслив, все трое оскалили зубы и высказали весьма нелестные слова в адрес матери Селквиста.
Тяжело вздохнув, Селквист достал нож и отправился обратно через колючки.
– Но ты сказал, что мы не должны резать кусты, – напомнил ему Пестл.
– А я и не собираюсь, – холодно ответил Селквист и приготовился отрезать кусок его бороды.
– Эй, не надо, не делай этого! – яростно запротестовал Пестл. Всякий гном гордится своей бородой и скорее позволит отрезать себе что-либо другое, но не бороду.
– Прекрасно, – согласился Селквист. – Посиди здесь и подожди, пока тебя съедят поползни.
Пестл покорился и позволил Селквисту отрезать кусок его бороды. Когда он, в конце концов, выбрался из кустов и увидел куски своей коричневой бороды и волос, застрявшие на колючках, он прикрыл глаза рукой, чтобы спрятать слезы. Селквист освободил двух других гномов, и, наконец, все трое, поцарапанные, вспотевшие и разозленные, оказались около вентиляционного отверстия.
– Вперед! – Селквист махнул рукой. – За…
Пестл схватил Селквиста за воротник, развернул к себе и заорал:
– Если я еще хоть раз услышу «за мной!», это будет последнее, что ты произнесешь!
Селквист освободился от рук Пестла и мрачно сказал:
– Я пойду вперед. Ты можешь идти, можешь оставаться. Но я хотел бы напомнить вам, что внизу значительно больше холодного эля, чем здесь, наверху.
– Он прав, – согласился Мортар. Неравная битва с колючим кустарником заставила его почувствовать дикую жажду.
Вентиляционное отверстие, в которое вместе с остальными вошел Селквист, на самом деле представляло собой колодец, уходивший в глубь горы. Он был вырублен для того, чтобы воздух и свет попадали к работавшим внизу, но мог быть использован и как аварийный выход в случае обвала. На одной из стенок были вырублены ступени для рук и для ног. Селквист привязал конец веревки к крюку, торчавшему из другой стенки, и гномы начали спускаться, осматриваясь по сторонам, опасаясь поползней. Внутри горы было значительно прохладнее, чем на раскаленной солнцем поверхности. Метров через семьдесят шахта закончилась. Она открывалась в туннель – так, по крайней мере, говорил Селквист. Остальным приходилось верить ему на слово. Если в начале пути еще наличествовало какое-то количество света, то сейчас гномы практически ничего не видели. Все, что было доступно их ночному зрению, – это собственные тела, мерцавшие красноватым светом.
– Я не чувствую пола, – заявил Огер. Он сидел на узком уступе, свесив ноги вниз.
– Веревка закончилась, – добавил Пестл.
– Неважно, – ответил Селквист. – Сейчас спрыгнем на пол.
– А это высоко? – обеспокоенно спросил Мортар.
– Нет.
Селквист с дрожью вспомнил, как оказался здесь впервые. Когда он достиг этой точки, ему пришлось положиться на судьбу, поскольку в темноте ничего не было видно. Он принес с собой фонарь, но его свет не позволял рассмотреть, что находится внизу. Согласно карте, вентиляционное отверстие выходило в туннель, и Селквисту. оставалось только верить тому, кто ее рисовал, и надеяться, что пол туннеля не провалился в результате многочисленных землетрясений, по слухам, часто заставлявших дребезжать тарелки в Торбардине. Но Селквист был не тем гномом, который позволил бы страху встать между ним и добычей. Тем не менее, он провел несколько неприятных минут, вися на конце веревки и собираясь с духом, чтобы спрыгнуть вниз. В конце концов, он, конечно, это сделал и выяснил, что до пола туннеля всего два метра.
Сейчас, уверенный в успехе, он легко отпустил руку и приземлился без проблем. Пестл еще оставался наверху, пытаясь разглядеть предводителя.
– Оставайтесь там. Я зажгу фонарь, и тогда вы увидите, – поспешно сказал Селквист, опасаясь, что Пестл прыгнет сразу вслед за ним и свалится ему на голову.
Селквист сиял заплечный мешок, достал фонарь и огниво. Пара коротких ударов, и лампа загорелась. Оставшиеся гномы легко спрыгнули сверху и, отряхиваясь, с интересом смотрели по сторонам. Настроение у всех поднялось. Сейчас, в темном и холодном подземелье, они впервые в жизни испытывали непривычное чувство комфорта оттого, что наконец-то вернулись домой, хотя, будучи нейдарами до мозга костей, скорее позволили бы поджарить себя на медленном огне, чем признались в этом.
– Куда мы пойдем теперь? – спросил Огер.
Селквист чуть было не сказал «за мной», но сдержался, стиснул зубы и произнес:
– Туда, господа!
Ширина туннеля была два метра, вдаль убегали железные рельсы. Стены, когда-то гладкие, тут и там прорезали трещины, но мастерство гномьих мастеров было таково» что, несмотря на многочисленные разрушительные землетрясения, произошедшие во время Катаклизма, туннель уцелел.
– А для чего использовались эти штуки? – поинтересовался Пестл.
Размахивая руками, он попытался пройти по одному из рельсов, но безуспешно. Особой ловкостью гномы никогда не отличались. Селквист, настроение которого заметно улучшилось, махнул рукой и со значением произнес:
– Я, конечно, знаю, но, возможно, Мортар хотел бы вам объяснить. Я не хочу лишать его этого удовольствия.
Мортар поведал, что эти рельсы использовались гномами для передвижения вагонеток с рудой по туннелям. Гномы прошли мимо одной из таких вагонеток, сошедшей с рельсов, с растрескавшимися бортами.
– Вы почему остановились? – спросил Селквист гномов, которые сгрудились возле вагонетки.
– Может быть, там осталось золото. Селквист хотел было попенять товарищам за задержку, но внезапно понял, что у него нет причин делать это, и поспешил назад, стараясь направить свет лампы на спутников. Борта вагонетки были высотой с гнома, поэтому снаружи не было видно, что находилось внутри. Пестл предложил забраться наверх с лампой и заглянуть внутрь.
– Ты что, смеешься? – фыркнул Мортар. – Если здесь что и было, гномы Торбардина давно все забрали. Не могу представить себе, почему оставили вагонетку. Она выглядит вполне исправной.
– Подождите, – сказал Огер, наклоняясь к стенке вагонетки, – здесь что-то написано.
Он протер стенку, смахнув многолетнюю пыль.
– Что там написано, Огер?
– Да, что там написано?
Огер читал с трудом:
– «Здесь лежит трус… Пусть… ины… иные видят его конец и остерегутся. Датировано временами Гномьих Врат»
– Не нравится мне это, – пробормотал Пестл. Но теперь гномы были заинтригованы. Встав на носки, они заглянули внутрь. Огер громко чихнул, и звук разнесся по туннелю. Селквист ткнул его под ребра.
– Заткнись, идиот! Мы рядом с населенными районами. Господи, придурки, что вы уставились, как люди, которые увидели паука? Это всего лишь труп.
– Он посмотрел на меня, – оправдывался Огер. Движимые любопытством, они жадно всматривались внутрь вагонетки. Это действительно был труп гнома, одетого в ребристые доспехи. Голова со шлемом были отделены от туловища. Подавленные, гномы отошли от вагонетки с ее мрачным обитателем и, извиняясь за то, что потревожили его покой, добавили к этому молитву, прося, чтобы он в ответ не тревожил их. Потом гномы продолжили свой путь.
– Добро пожаловать в Торбардин, – проворчал Мортар.

Глава 11

Спустя пару часов, постоянно спотыкаясь о лежавшие на полу рельсы, четыре гнома достигли конца туннеля. Селквист зажег лампу поярче. Теперь они находились внутри большой пещеры, и даже усиленный свет не достигал потолка. Он отражался от рельсов, упиравшихся в глухую стену. Гномы с удивлением посмотрели на Селквиста, который сообщил им, что все не так плохо, как кажется.
– Тупик? – пробормотал Пестл.
– Да. То есть нет. Если говорить об этой стене, – Селквист указал пальцем, – она была построена позднее, чем проложены рельсы. Должен заметить, что когда я впервые увидел это, то испытал большое разочарование. Однако по зрелом размышлении я понял, что…
– Ну конечно! – прервал его Мортар. – Я знаю, где мы! Да, это должен быть тот самый туннель, по которому тан нейдаров вел свой народ, пытаясь прорваться в Торбардин, после того как хайлары отказали им в убежище во времена Катаклизма.
– А ты откуда знаешь? – спросил Пестл, косясь на Селквиста, который тоже пытался что-то сказать. – Здесь полно туннелей и штолен.
– Да, но согласно легенде, тан со своим кланом пересек хребет Хелефундис, как давеча и мы. И тот мертвый парень со словами на древнем языке лежал там же. Это памятное место, – торжественно добавил Мортар и уважительно снял свой шлем. – Сотни гномов сражались и нашли здесь свою смерть.
– Прекрасная история! – прошипел Селквист. – Давайте поставим здесь памятник. Но я, между прочим, говорил о том, что, поразмышляв, я понял, что…
– Это объясняет, почему Совет Танов повелел поставить эту стену, – заметил Пестл. – Этот район напоминал о темных временах в истории Торбардина. Они хотели забыть об этом. Как говорится, с глаз долой, из сердца вон.
– Да, я уверен, что Совет Танов рассуждал именно так! И большое тебе спасибо, что ты просветил нас. Теперь же, если мне позволено будет сказать, я напомню, что сперва мне показалось, будто я оказался в ловушке. Но после я пришел к заключению – к блестящему заключению, – что…
– Ну, – сказал Огер, медленно соображая, – Если это вход в Торбардин и он замурован, как же мы туда попадем?
– Это я вам и пытаюсь объяснить! – заорал Селквист, позабыв о собственном призыве сохранять тишину. Пестл не преминул напомнить ему об этом. Селквист замолчал, и в это время Мортар сказал:
– Вы знаете, где-то здесь должна быть кузница. В противном случае неясно, как они чинили рельсы.
– И правда! – восхищенно сказал Пестл. – Если здесь была кузница, то и дымоходы тоже должны быть. А это значит, что есть трубы, которые будут вести… наружу… Но нам же не надо наружу!
– Необязательно! – Мортар подхватил идею своего брата. – Выброс дыма наружу – это бессмысленная потеря тепла. Но если трубы тянутся внутрь Торбардина, то тепло может быть использовано для… Селквист! А чего ты бьешься головой об стенку?
– Неважно! – горько ответил Селквист. Пожалуй, ему действительно следовало собрать новую команду. – Кончайте трепаться и пошли.
Они свернули направо. Селквист поднял фонарь и осветил одну из самых больших кузниц, когда-либо построенных гномами.
Огромные котлы на толстенных цепях висели над гигантскими очагами. Подземная река питала искусственное озеро, которое использовалось для охлаждения раскаленного железа. Несколько брошенных инструментов валялось на полу. Но практичные гномы давно прибрали все, что было пригодно для дальнейшего использования.
Гномы стояли в благоговении, представляя себе, как здесь в мерцающем свете кузнечных горнов суетились сотни кузнецов. Им слышались тяжелые удары молотов по железу, шипение раскаленных поковок, погружаемых в воду, и гул пара, поднимавшегося над озером.
Пестл подобрал сломанные клещи и осторожно погладил их. Селквист был наполовину дергаром, наполовину нейдаром. Многие подозревали, что и Пестл был наполовину горным гномом, или хайларом. Не случайно он обожал кузнечное дело. Некоторое время он даже работал в кузнице, но был уличен в мелких кражах и с позором изгнан.
Теперь Пестл копил деньги, чтобы открыть собственную кузницу.
Селквист поднял фонарь над головой, освещая остатки печных труб, которые отводили тепло от очага и вели в обитаемые районы Торбардина. Трубы казались насквозь проржавевшими и были покрыты толстым слоем копоти. Гном взобрался на огромную каменную наковальню, с которой перебрался на цепь, и таким образом достиг дымохода. С ловкостью паука (недоброжелатели Селквиста часто упоминали об их сходстве) он скользнул в отверстие и исчез из виду.
Трое оставшихся гномов ждали его внизу. Прежде чем они успели обменяться хоть словом, Селквист вернулся и, улыбаясь, помахал им рукой:
– Вперед!
Его товарищи, гораздо более неуклюжие, чем он, нерешительно переглянулись. Огер покачал головой.
– Я помогу вам, – сказал Селквист.
– А как насчет фонаря? – спросил Мортар.
– Погасите его и оставьте на месте. Он потребуется нам на обратном пути.
Гномы полезли на наковальню, потом стали карабкаться на цепь. Первым был Пестл. Он прыгнул в отверстие, Селквист подал ему руку.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30