А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

И он обратился за помощью к своим приятелям-программистам, среди которых был Джон Соломон, сам бывший когда-то телефонным фриком. Миновала неделя напряженного наблюдения.
Выяснилось, что в определенные дни непрошеный гость орудует на более высокой скорости, чем обычно. По всей видимости, в эти дни он входил в систему с какого-то терминала, где была предусмотрена только высокоскоростная связь. Марк Браун достаточно долго вращался среди компьютер-щинов и повидал немало дерзких нахалов, но такого еще не встречал.
«Следопыты» вычислили, когда ждать следующего вторжения с высокоскоростного терминала. В это время с помощью некоторых маневров можно было постараться определить местонахождение нарушителя. Это было нелегко, но все-таки осуществимо. Чтобы облегчить себе задачу, они решили чуть-чуть, но так, чтобы это было заметно, подтолкнуть злоумышленника к более активным действиям: заблокировали ему доступ к одному из компьютеров. Однажды вечером, во время наблюдения, Марк отправился поужинать, оставив Соломона дежурить перед монитором. Едва лишь он удалился, как нарушитель подключился к системе – и подключился откуда-то изнутри кампуса! За несколько минут Соломон определил, где находится вызывающий терминал. Невероятно! Глаза у него полезли на лоб: сигнал вызова поступил из той самой вычислительной лаборатории, где он сам в это время находился! Соломон встал и обошел все столы с компьютерами. За одним из них сидел очень тучный парень, лицо которого показалось Соломону знакомым. Он сосредоточенно рылся в бумагах, громоздившихся перед ним, словно студент, штудирующий учебники. Ничего и никого вокруг себя этот парень не замечал.
Соломон неслышно приблизился и заглянул ему через плечо. Бумаги оказались копиями украденных учетных файлов. Рядом с этим парнем сидел еще один, гораздо моложе, почти мальчишка. Судя по всему, они были вместе. Внезапно Соломон вспомнил, где он видел этого толстого хакера: на конференции DECUS! И этот толстяк тогда поразил его своей самоуверенностью, напыщенностью и видом знатока, повествующего о своих достижениях. Соломон припомнил, что зовут этого парня Мигник и что его однажды уже арестовывали за взлом чужих компьютеров. Ни Мигник, ни мальчишка, сидевший рядом с ним, никогда не числились среди студентов университета. Соломон поспешно вышел из лаборатории и вызвал охранников кампуса.
Те несколько минут, которые ему пришлось ждать прибытия охранников, Соломон не спускал глаз с этой ловкой парочки. Взломщики неустанно подбирали один пароль за другим и старались войти в систему; они были так поглощены своим занятием, что не заметили бы никого, даже если бы кто-нибудь целый час простоял рядом с ними. Когда в дверях появились два охранника, Соломон указал им на толстого парня, и они подошли к его стулу с двух сторон. Когда тот взглянул на них снизу вверх, на его лице не отобразилось ни страха, ни замешательства, ни раскаяния – ничего, что Соломон ожидал увидеть. А ведь это был известный компьютерный взломщик, который не просто проникал в чужие компьютеры, принадлежащие университету, с которым не имел никакой формальной связи, но еще и пришел в кампус специально для этого! Соломон рассчитывал увидеть на лице хоть какие-то признаки растерянности или хотя бы удивления – ведь его застигли с поличным! Ничего подобного. Напротив, когда охранники спросили, чем он занимается, Митник сразу принял обиженный вид: – Я ничего плохого не делаю!
А бумаги, лежавшие вокруг него, – это, по его словам, его собственность. Его напарник выглядел гораздо более встревоженным. Когда охранники предложили Митнику выйти, он неторопливо собрал все свои листки, сгреб их под мыпп и покинул лабораторию. Охранники повели обоих парней на полицейский пост, расположенный на территории кампуса. Там полицейские записали их имена: Кевин Дэвид Митник и Леонард Митчелл Ди-ЧиккоСода Соломон и подоспевший Марк Браун стали задавать Митнику вопросы, тот отвечал так заносчиво и высокомерно, словно делал им одолжение, а в других обстоятельствах вообще не снизошел бы до ответа.
Брауну он заявил, что его метод – просто примитивная слежка, и что они нипочем бы его не выследили, если бы он сам не подставился, придя в кампус.
Между тем полицейские по своей связи направили запрос, и из картотеки полицейского управления пришел ответ, что Митник проходит испытательный срок, который получил вместо тюремного заключения за взлом компьютеров, а Ди-Чикко был пойман полгода назад за таким же занятием в кампусе Нортридж. Тогда полицейские пристегнули их обоих наручниками к скамье и вызвали машину из полицейского управления Лос-Анджелеса. Потянулись тягостные минуты ожидания. Кевин, хоть и держался в разговоре с Брауном вызывающе заносчиво, был на самом деле напуган так, что у него колотилось сердце и впору было вызывать врача и просить лекарства, в которых обычно нуждаются люди втрое старше Кевина. Тем не менее неизбежность этого ареста была для него очевидна.
Незадолго до этого он говорил Ленни, что предчувствует, что его снова арестуют. А ведь после происшествия в COSMOS-центре ему, можно сказать, крупно повезло: он получил испытательный срок, а не загремел в тюрьму! И все равно после этого не остановился, а продолжал искушать судьбу.
Вот теперь и наступил закономерный финал: он сидит здесь, прикованный к скамейке, и ждет, когда за ним приедет полиция. И рано или поздно такая развязка наступила бы, ведь страсть Кевина все усиливалась и усиливалась. Не потому, что он хотел приблизить такую развязку, а потому, что не мДг ее избежать. Скамейка, на которой они садели, находилась в узком коридорчике недалеко от двери, шагах в десяти от дежурного полицейского, который работал за столом. Ленни тоже был охвачен страхом, но все-таки сознавал, что он несовершеннолетний и потому его участь не так страшна, как у Кевина. Когда его застигли в Нортридже, то продержали там несколько часов и выпустили, а дома родители даже не наказали его. А Кевину было уже девятнадцать лет, и сейчас он вполне мог схлопотать «взрослую» статью. Ленни решил чуть-чуть подтолкнуть его к активным действиям. – Эй, Кев, глянь-ка сюда, – шепнул он и полез в задний карман, вытянул оттуда бумажник, а из него – ключ от наручников. Затем расстегнул свои наручники, потом Кевина.
Секунду-другуго оба сидели молча. Потом Ленни сказал шепотом:
– Иди первым. Ты больше теряешь, чем я, потому тебе и рисковать. Ну давай! Оба взглянули на полицейского. Он был занят своими делами и не обращал внимания на своих подопечных. Наружная дверь была не заперта.
Машина Кевина стояла в нескольких метрах отсюда. Скорее всего, сознание Ленни был? переполнено сюжетами из комиксов и шпионских книжек, и они брали верх в его поведении всякий раз, когда ситуация выходила из-под'контроля. Вот и этот замысел пришел ему в голову прямиком из книжек. Если бы он тогда осуществился, Кевин оказался бы в положении настоящего преступника. И он отверг предложение Ленни – не из-за каких-то соображений, а просто потому, что струсил. Он был уже напуган до такой степени, что не смог бы совершить побег самостоятельно.
Ленни зевнул, пожал плечами и снова пристегнул свои наручники к скамейке. Стараясь не шуметь, он уронил ключ на пол и ногой задвинул его подальше под скамей. Кевин тоже попытался застегнуть свои наручники, но у него не получилось. Сопя и кряхтя, он лязгал ими до тех пор, пока звяканье железа на услышал полицейский. Он встал и подошел к двум приятелям. Они замерли. Полицейский проверил сначала наручники Ленни, потом повернулся к Кевину, потянул его руку – она оказалась свободной. – Вот как, у нас тут завелся Гудини, – заметил полицейский. Он обыскал обоих и снова пристегнул Кевина к скамье. – Если сделаешь это еще раз, я приклепаю тебя к унитазу в сортире! Соломон и Марк Браун вернулись в лабораторию и проверили терминалы, за которыми сидели Митник и Ди-Чикко.
Они обнаружили, что компьютер Мятника только что завершил сеанс связи с компьютером Elex-Wash. Соломон определил, что этот компьютер принадлежит министерству обороны, но так и не сумел понять, что же Митник делал со счетом. Браун просмотрел распечатки, которые они отобрали у Митника, и нашел там список паролей всех местных счетов, созданных за последние два месяца. Там же были перечислены идентификаторы счетов и пароли абонентов-фирм, работающих на министерство обороны; одна из этих организаций – Intelligenetics – вела засекреченные исследования в области генетики. Все компьютеры этих фирм были подключены к сети Arpanet вычислительной сети, созданной для обмена сообщениями между исследовательскими центрами всего мира, университетами, государственными организациями и частными фмами, выполняющими заказы министерства обороны.
Поначалу Ленни казалось, что он выбрался из этой истории без всяких неприятностей. По каким-то причинам университетская администрация не стала подавать в суд, а родители в качестве наюзания неделю продержали его дома. Казалось, гроза миновала. Но через полгода университет почему-то подал иск в суд, и Ленни получил повестку. В суде ему пришлось признать себя виновным, и лишь юный возраст спас его от тюрьмы: он получил один год испытательного срока. С Кевином получилось сложнее.
Доминик Домино из лос-анджелесского полицейского управления, служивший в секторе компьютерных правонарушений, хотел найти для Митника хоть какие-нибудь оправдания. В своем отчете он изложил суть происшедшего и добавил:
«Обвиняемый обладает глубокими познаниями в вычислительной технике, и ему доставляет удовольствие справляться с такими трудными задачами, как преодоление систем защиты данных. Не вызывает сомнении, что его деятельность будет и в дальнейшем создавать проблемы для правоохранительных органов, пока он не повзрослеет и не направит свою энергию в другое русло».
И Кевина отправили в тюрьму. Это была специальная тюрьма для трудных подростков и молодежи в Сгоктоне, штат Калифорния. Она называлась «Исправительное убеждение Карла Холтона» (в просторечии «Холтон»), и было в ней примерно 450 заключенных. Это была одна из самых тщательно охраняемых тюрем в штате; туда отправляли молодых людей, проявивших склонность к насилию и не поддающихся другим мерам воздействия. Сидели там за различные преступления – от вооруженного грабежа до убийства.
Кевии был единственным, кто попал туда за взлом компьютеров. Условия содержания в «Холтоне» были жесткими, тюрьма была переполнена, никто в ней не мог быть предоставлен самому себе, было много насилия. Однако Кевин и там старался проводить время по возможности с пользой. Он стал чем-то вроде местного адвоката, потому что разработал специальную компьютерную программу, позволявшую регистрировать и находить данные, касавшиеся уголовных дел своих собратьев, когда шел пересмотр дела в суде. Кроме того, он помог лос-анджелесской полиции составить учебную видеозапись в помощь специалистам, занимавшимся обеспечением безопасности компьютерных систем. В юнце 1983 года его досрочно выпустили на свободу. Ричарду Куперу хотелось знать, зачем Кевину Митнику нужно та; часто и так интенсивно пользоваться компьютером. Зачем он то и дело подключается к его, Купера, телефонной линии? И каким образом ему удается соединять заново те линии, которые уже были разъединены? Появившись в управлении районного прокурора в октябре 1984 года, чтобы поговорить со следователем Бобом Юэном, Купер отрекомендовался как консультант по вопросам сбыта в фирме с любопытным названием «Ввдеотерапия» на бульваре Вентура в Шерман-Оукс.
Купер заявил, что он партнер Дональда Уилсона, владельца торговой фирмы National GSC, в ассортименте товаров которой были сладости ддя гурманов и малопонятное изделие под названием «солнечный шашлык». Этот Уилсон дружил с семьей Митников и потому согласился взять Кевина к себе на работу, когда его выпустили из тюрьмы. Кевина приняли в Great American Merchandising – одну из дочерних фирм National GSC. Такие фирмочки с пышными названиями Уилсон создавал непрерывно, и многие из них быстро разорялись и лопались, но его это не волновало. Купер возглавлял одну из них, под названием «Видеотерапия». Ему уже изрядно надоели причудливые затеи Уилсо-на, и раздражало присутствие нового парня, которого Уилсон нанял ддя выполнения конторской работы и работы на компьютере. До появления Митника единственным сотрудником, кто прикасался к служебному компьютеру, была секретарша, которая печатала на нем письма по три-четыре часа в день. А Митник стал работать на компьютере с утра до вечера. Когда Купер появлялся в 9 утра, он обычно уже видел на стоянке черный «Ниссан» Митника с бросавшимся в глаза номерным знаком с надписью «X HACKER» и антенной радиотелефона, а когда уходил домой в 6 вечера, Митник обычно еще оставался в офисе. Когда Купер поинтересовался у своего партнера, чего это ради Митник все время сидит перед компьютером как приклеенный, Уилсон ответил, что он выполняет ряд специальных заданий.
Такой ответ не удовлетворил Купера. Всякий раз, когда он проходил мимо Митника и бросал взгляд на экран, он замечал, что тот вводит какие-то вставки в программу, использующуюся для связи с компьютером отдела кредитной информации TRW, – чтобы получить находящиеся там данные о кредитоспособности. Между тем Купер знал, что ни фирма Great American Merchandising, в которой числился Кевин, ни National GSC таких запросов не подавали. Да и вообще не было смысла обращаться с такими запросами к TRW, потому что для своих торговых операций Уилсон почти никогда не брал кредиты. Потом началась какая-то ерунда с телефонами. В начале октября Купер перебазировал свой рабочий кабинет в помещение для приема клиентов, где Митник сидел за компьютером. И с тех пор всякий раз, когда номер телефона «Видеотерапии» оказывался занят, выяснялось, что линию занимал Митник. Целый день, с утра до вечера Мигник Сидел на телефоне.
Насколько Купер мог понять по его репликам в трубку, он разговаривал со служащими телефонной компании Pacific Bell. Несколько раз в разговорах упоминались COSMOS, спутниковая связь, заказы на выполнение каких-то работ. Кевин представлялся разными именами: то Джилли, то Пол, то Питер, то Стив.
Одно имя показалось Куперу даже шотландским: Р.С. Мак. При этих словах следователь Юэн не смог скрыть улыбку: Купер не подозревал, что это было сокращение по первым буквам слов Recent Change Machine Administration Center, обозначавших подразделение в телефонной компании, ведавшее всеми изменениями номеров и кодов, которые заносились в компьютер.
По странному совпадению, недели за две до прихода Купера Юэи уже начал расследование. Сигналом послужило сообщение, что Стив Роудс и Кевин Митник незаконно влезли в компьютерную систему, контролировавшую устранение неполадок, в телефонных линиях и выписку счетов абонентам, причем мошеннически воспользовались кодом доступа с Satellite Business Systems -Ѕ фирмы, эксплуатировавшей линии связи большой протяженности.
Кроме того, эта же парочка, по слухам, вносила беспорядок в компьютеры Массачусетского технологического института, где у нее был пользовательский счет. А за полгода до этого посыпались жалобы от радиолюбителей: Митник опять начал встревать в их обмен сообщениями.
Тогда, чтобы не загреметь в тюрьму снова, он сдал свое разрешение заниматься радиолюбительством полицейскому, под наблюдением которого находился после досрочного освобождения. А теперь Юэн решил, что рассказанного Купером достаточно, чтобы выписать ордер на обыск в офисах National GSC и заодно ордер на арест Митника.
С собой Юэн взял трех следователей и Терри Эчли – сотрудника службы безопасности Pacific Bell, и они отправились к Куперу. Офис оказался крошечным, обставленным на скорую руку, в нем царило ощущение непрочности, так что Юэну показалось, что это одна из тех фирм, которые создаются на короткий срок, а потом внезапно исчезают без следа. Глава фирмы Дональд Уилсон объяснил им, что взял Митника к себе на работу потому, что пожалел его и захотел, чтобы парень пристроился и получил передыппу после своих неприятностей. По его словам, он ничего на знал о звонках в TRW.
Однако когда Юэн задал этот вопрос секретарше, та ответила, что раза два принимала звонки от какой-то женщины, которая сказала, будто она из TRW, и хотела поговорить с Мятником. Юэн поинтересовался, где можно найти Кевина. Уилсон ответил, что не знает. Кевин ушел на обед минут пятнадцать назад. Подумав немного, он добавил, что однажды кто-то слышал, будто Кевин сказал, что улетит в Израиль, если только возникнет угроза снова сесть в тюрьму. Через час Юэн появился в квартире Митников в Панорама-сити. На этот раз Шелли Джефф выглядела спокойнее, чем во время первого визита Юэна три года назад, но добиться от нее какой-то полезной информации было еще труднее.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24